— Ну-с, приступим… Пациент, ложитесь.

Реймеш окинул взглядом остальных и тоскливо посмотрел в сторону окна.

— Ты обещал, Арктур, — напомнил он. — Дал слово, что позаботишься о моих людях.

Смотрелось так, будто мы его на расстрел ведём.

В этот момент дверь распахнулась, и внутрь вошла Альма. Она тоже мгновенно уловила атмосферу и помрачнела.

— Мы приступаем? Я успела?

— Угу, — кивнул я.

— Каким он был? — задал вдруг вопрос Реймеш.

— Не он, а ты, — поправил я. — Ты не становишься кем-то другим. Ты даже память свою не потеряешь. Просто вспомнишь прежнего себя, а с тобой самим кроме восстановления памяти ничего не случится. Рейн мой хороший друг, один из основателей всей этой организации.

— Тем не менее, вы что-то от меня скрываете. Я чувствую это, — ответил Реймеш.

— Потому что хорошо тебя знаем и не хотим расстраивать, — сказала Альма.

— Если так, то почему думая о том, чтобы стать им, у меня всё внутри воспротивится? — осторожно спросил он. — Но тебе я почему-то верю.

— Потому что ты слишком строг к себе, — сказала целестин. — Было время, когда под воздействием проклятия ты себя не контролировал. Это было очень давно, так что все участники тех событий давно живут новые жизни и возможно даже не первые. С тех пор ты искупил это полностью, но прошлый ты всё ещё корил себя за грехи, которые совершало Чёрное Солнце его руками.

Реймеш вздрогнул.

— Мне как-то… приснились выжженные жарой чёрные земли и огромный чёрный солнечный диск, поглощавший все краски жизни, так что оставались лишь оттенки чёрных и красных цветов… Оно шептало о том, как поработило народы усагини, аму и кумари, и как поработит мой народ… Я… был каким-то правителем?

— Ты назвался, связав его имя и своё прежнее, — отстранённо сказала Альма.

— Этого царства больше не существует, а большинство секторов необитаемы, — я выдохнул и покачал головой. — С тех пор прошло очень много времени. И тебе нужно понять ещё кое-что. Твой случай не что-то уникальное. Все, кого ты встретил, были правителями, героями, злодеями, откровенными ублюдками и святыми мучениками. Это очень древний мир.

— Вы… тоже?

— Каждый из нас. Я был чудовищем. По вине Тии на стене появился новый вид страшных тварей. Мерлина видел? Мага с синим пламенем. Он два сектора сделал секторами смерти. Мы не можем за это отвечать, это просто опыт, зачастую полученный принудительно, под воздействием всякой дряни, которой в этом мире безумное множество.

— Когда вы так говорите, я начинаю подозревать худшее, — криво улыбнулся Реймеш.

— Помочь с эмоциями? — спросила Альма, зажигая над рукой пламя Асгора.

— А давай, — улыбнулся Реймеш.

— От ваших долгих прощаний я начинаю чувствовать себя каким-то маньяком, — поморщился Фред.

Парень лёг на каменную плиту, напоминающую алтарь.

Аниматург начал тихим вкрадчивым голосом:

— Расслабься. Почувствуй тело. Почувствуй, как оно наливается приятной усталостью. Твои руки тяжёлые и тёплые…

А затем он со щелчком взмахнул правой рукой, и над телом появились три светящихся концентрических круга с письменами на незнакомом языке.

— Та-ак… повреждение души довольно высокое. Его чем-то мощным задели?

— Вот этим, — я через убежище извлёк ножницы Фрау. — Магия судьбы, как я понял.

— Любопытно, — потянул Фред и протянул руку к оружию.

— Держи, но учти, что долго нельзя — крыша начнёт протекать. Классовое ограничение.

Он кивнул, но артефакт взял. Взвесил в руках, клацнул ими. Усмехнулся. Отложил в сторону.

— Ясно-понятно… Интересный предмет. С магией судьбы я не часто встречаюсь, редкий аспект. Но принцип вроде бы ясен. Похоже, он разрушает тонкие тела в том месте, где проходит. Сейчас его уровень духовного ресурса ниже пятидесяти. По идее, Система вообще не должна была его у нас возвращать.

— Её хорошо попросили, — хмыкнул я.

— Тогда понятно. Хорошо иметь друзей, которые могут так попросить… — улыбнулся Фред. — Что ж, процесс увеличит в нём количество памяти Гильгамеша.

— Насколько это чревато последствиями? — спросил я.

— Личность строится из воспоминаний и впечатлений. Фактически, душа у нас одна. Вопрос в наполнении тем опытом и личностью, которая содержится в теле и разуме… Существо из объединённых трёх цепей будет обладать признаками всех троих.

— А множественной личностью это не грозит?

— На Стене это одно из самых частых психических расстройств, — усмехнулся Фред. — Но вряд ли. Духовный ресурс в любом случае будет меньше, чем был у Рейна, с этим я ничего поделать не могу. А для внутренних конфликтов нужна энергия, которую сорок три процента от человека не дадут. У всего есть последствия…

— С этим можно что-то сделать?

— Так как у нас есть тело копии Гильгамеша, то будет его примесь, но воспоминания будут сильнее всего у личности Рейна. В новой он ещё пожить не успел, десять дней — это капля в море против тысяч. Гильгамеша будет чуть побольше, но его мы используем больше как материал. Там, где повреждена личность Рейна ножницами. Это где-то процентов пятнадцать от его памяти.

— Пятнадцать процентов памяти чокнутого диктатора-инквизитора — это так-то уже немало, — заметил я.

Фред пожал плечами.

— Это лучшее, что я могу предложить на текущем этапе моих познаний в аниматургии. Со временем система придёт в однородность. Гильгамеш лишь псевдодуша с воспоминаниями. Созданная Системой копия, а не реальный проходчик. Рано или поздно память Рейна сделает его своим сателлитом, её подавляюще много, чтобы он всерьёз поверил, что он — реинкарнация Чёрного Солнца…

Он развёл руками и прикрыл глаза. Рядом оказалась Эльза с тем, чем проводил свои манипуляции Фред.

В руках у аниматурга появился кубок Мортис, в котором уже начала концентрироваться зеленоватая энергия.

— Сейчас я украду его смерть. Затем, Альма, используй навык перерождения. А лучше, наверное, позвать Селену, чтобы она его кастовала на тело, а ты, — он поднял голову к ней. — занимайся привязкой души, как если бы возрождала его обычным способом, привязывая к телу. Когда я поменяю привязку к телу, это начнёт работать. Хитоми, будешь мне помогать…

Аниматург отвернулся к восстановленному Альмой телу Рейна и запустил на нём такие же три круга-ленты, видимо, некий диагностический навык. Затем направился к третьему телу — останкам копии Гильгамеша.

— Когда закончу, — произнёс он. — Первые дни ему понадобится помощь хорошего психолога и моральная поддержка. Постарайтесь сразу же не лезть в пекло. От превозмоганий его может сейчас переклинить, пока память копии не поглотится Рейном. Ещё у вас вроде стихия созидания водится? Любое воздействие этой силы благотворно влияет на душу. Ну и, разумеется, упаси вас строители пересекаться с мёртвой магией сейчас. Получите архибедствие.

Фред долго проводил какие-то настройки энергетических каналов, соединяя тела. Затем, когда прибыла Селена, они приступили к основной процедуре. Три целителя Ордена встали у тел, исполняя команды аниматурга.

При этом контакт с самими телами был минимальным. В середине процесса аниматург сказал растереть ему голову, руки и ноги неким магическим маслом, и на этом всё.

Я внимательно смотрел на всё происходящее, пытаясь вникнуть в работу аниматурга. Класс эссенциалиста был не то чтобы родственным, но нечто общее у них было. В некоторых действиях я узнавал то, что видел во время работы своих способностей этого класса.

— Слушай… — тихо сказал я, ни к кому конкретно не обращаясь. — А что, если я подчиню тело Рейна через растительную связь. У него ведь есть растительная генетика. А затем на её основе внедрю источник созидания?

— Это как? — не понял Фред.

— Моды королевской крови и зарождения источника, — поняла Тия в теле Хитоми.

— А потом сепарацией разъединить связь, — добавил я.

— Хм-м… — задумался Фред. — Если ты такое можешь, то здорово. Правда, есть ещё один момент. Я изучал стихию созидания. Она может проявляться только у проходчиков с духовным ресурсом. Здесь он сильно повреждён, так что источник будет деградировать… Но можно поискать терминал, который сможет его поддержать.

— Жаль. Я уж подумал было, что смогу наплодить армию созидательных дендроидов, — хмыкнул я.

— Это точно нет. Без духовного ресурса и осознанности оно не удержится. Но как способ повысить скорость восстановления духовных структур это бесценная идея.

— Только, чтобы оба навыка сработали, нужно перед этим ещё иметь в структуре растительную или грибную цепь… — добавил я.

— Да, необходимость проходить коррекцию или вставлять в себя ряд растительных модификаций сильно снижает количество желающих, но… короче, если будет время, заходи в гости Арк. Я бы исследовал этот процесс детальней.

— Если хочешь, — пожал я плечами. — Правда, я больше на прохождении…

— Да понимаю, — отмахнулся он. — Просто исцеление от мёртвой магии и восстановление душ это что-то вроде философского камня у аниматургов. Даже временный источник созидания — прорыв в этом направлении… В основном, мы просто собираем осколки того, что уже есть. Кстати, память Гильгамеша так тоже быстрее приживётся в его психике.

Процедуру пришлось немного удлинить и доработать. Я подключился к процессу, активируя «зарождение искры». Навык позволял мне создать источник того же типа, какой имел сам. С появлением у меня источника созидания на него навык стал распространяться тоже. Но создать древня с таким не получалось, потому я решил, что эти навыки просто не работают вместе. Теперь стало понятно, почему.

На проходчиках я пока что использовать это не пытался — для этого нужно было создавать кадавров эссенциализмом.

В реальности же навыки вполне синергировали, как и должны, просто источник не мог зародиться там, где слишком мало духовного ресурса, который является базой для созидания. В общем-то, для каждого типа источника требуется такая база — исток жизни требует наличия жизни, смерть обычно некротическую структуру за редким исключением вроде моего источника.

Как это будет работать в будущем — ещё предстоит узнать.

После этого Фред вытянул что-то из тела Реймеша в чашу Мортис и затем переместил это незримое нечто в тело Рейна.

Ритуал подошёл к концу. Девушки активировали целительные и восстановительные чары. Рейн не спешил просыпаться, но Фред предупредил, что долгий сон — это нормально, и он может продолжаться даже несколько дней.

Я с сомнением смотрел на уснувшее летаргическим сном тело Реймеша. Был бы Рейн обладателем навыка вроде того, что у Тии с параллельным мышлением, точно бы нашлось применение.

После завершения я вышел на улицу в сопровождении Хитоми и устало привалился к стене. Сверху накрапывал дождь — до нас добрался таймер системы полива. Ощущался как настоящий: шелест листьев и даже характерный запах дождя.

— Почему мы начинаем что-то ценить только, когда теряем? — спросила вдруг она.

— Ты сейчас про Альму?

— Про неё, — ответила Хитоми. — Что мешало ей быть с Рейном раньше?

— То, что внутри неё три разных Альмы. Одна всё ещё считает себя статусным крутым богом, другая простой девушкой из энирайской деревни, а третья — проходчиком. И у каждой свои тараканы и понятия о том, как должно строить отношения. Алихая тянулась к нему всегда, а Альмалексия в этом не заинтересована вовсе.

— Это она тебе сама рассказала?

— Угу, — кивнул я. — У тебя пять тел, но они все — ты. А у неё хоть было и одно, но личностей в нём находилось три. Не удивительно, что она так помешана на поисках себя. Тут запутаться немудрено.

— Не могу представить себе ситуацию, где бы я сомневалась в тебе, — задумчиво сказала Хитоми. — Я в любом случае уже сделала выбор идти за тобой до конца.

— Я знаю, Тия. И постараюсь сделать всё возможное, чтобы конца у нас не случилось.

— Серая собрала много информации о нашем противнике, — сказала она. — Предлагаю завтра поутру начать с этого. Затем скорректируем подбор защитных артефактов и оружия с учётом всего, что известно о пустоте.

— Думаю, нам нужно устроить обязательную лекцию для всех, кто войдёт в финальную группу по спуску. И начнём тренировки.

Тумор тоже выполнил свою часть задачи, и вечером, по возвращении домой на десятом я увидел список всех обнаруженных пустотных локаций. Старик внедрил правило из соображений безопасности докладывать ему обо всех обнаруженных локациях пустотников. Эта информация была общедоступна и действительно помогала лишний раз не вляпаться и идти туда, где их точно нет.

На низкоуровневых мы уже потренировались, теперь предстояло погулять за двадцатым, попробовать сражения с представителями пустоты посильнее.

В любом случае, спускаться вниз, пока не решится судьба Рейна, я не собирался. Тот Рейн, которого я знал, обязательно захотел бы присоединиться к нам…

Перед тем, как отойти ко сну, долго смотрел вместе с Тией с башни в Алолесье на величественные просторы вокруг. Так даже и не скажешь, что этот мир искусственный. Отсюда кажется, что Орден находится на пике величия.

Я мог бы создать империю подобно Гильгамешу. И не кровью, как некогда он, а реконструкцией мёртвых секторов. Подчинить себе сектора, уничтоженные Хостером — ведь самого Хостера там больше нет. Объявить притязания на земли Мракрии от имени Аси. Захватить часть его бывших владений. Возможно, изгнать крыса Тахиона с насиженного места и подчинить себе всю логистику Стены там, где правит техноцит.

От двадцать первого до двадцать седьмого я могу расширять свои владения и контролировать реинтеграцию проходчиков. Возможно, мы бы начали изучать сектора за двадцать восьмым. В сторону нулевого сектора жилых владений совсем немного.

Сколько бы просуществовала моя империя? После падения Гильгамеша его земли разбились на отдельные фракции, половина из которых передралась, а другая половина погибла из-за повышения уровня сложности.

Нежилых секторов на Стене уже давно стало больше, чем жилых. Сколько простоит созданный мной рай? И много ли смысла в том, что он будет последним в умирающем мире?

Рейн пока в сознание не приходил. Это было первое, что я узнал по пробуждении. Затем сразу же установил сеанс связи с пятнадцатыми. Не хотелось с ними иметь дело после прошлой подставы, но сейчас это было не так уж и важно — их попытка нас снова подставить будет нам на руку. Фрагменты черний не успеют привлечь сюда своих хозяев, если сразу же их упаковать в терминал Ежа, проводящий дистилляцию и выжимку из фрагмента.

У всех остальных секторов мы тоже скупили все фрагменты сверхтварей, которые могли пригодиться в прохождении модификации. Оставался только ушлый Кей, которому я ни на грош не доверял.

— Большая честь снова вас видеть, аудитор Арктур, — улыбка Кея стала слегка заискивающей, хоть до этого за ним такого не водилось.

— Возможно, я сейчас совершаю большую ошибку, и нужно было соглашаться с семнадцатыми, насчёт того, чтобы отгородить вас как-то от остальной Стены или взять под контроль…

— Что-то не так? — удивился Кей.

— Ещё скажи, что не в курсе подставы от вашей Щуки. Несистемные фрагменты черний привлекают самих черний. Для вас это новость?

Парень некоторое время стоял по ту сторону экрана и пытался свести два и два.

— Погодите, так чернии лезут за своими фрагментами?

— Что, это новость? — удивился я.

— Ну… а нахрена мы тогда стоим внизу, отстреливаем лезущих тварей, если они просто лезут за трофеями?.. — далее последовала матерная тирада.

— Хочешь сказать, ты был не в курсе, и вас тоже подставили?

— Знаю, что это звучит как отмазка, но… из-за черний куча наших погибла, ну, то есть, теперь, получается, из-за дурацкого приказа об обязательном сборе трофеев.

— Ну, стоять внизу всё равно надо, — поспешил успокоить я Кея. — Это касается только черний. Другие виды существ таким эффектом не обладают. И лезут, потому что могут.

— Уже легче, — бросил он. — Пятёрка старых владык даже здесь нас подставила, получается… а они пошли за вами, выходит?

— Семнадцатые обвинили нас в попытке нападения. Ещё бы, с таким-то хвостом… А затем во время прорыва черний явилась шайка во главе со Щукой. Она, кстати, у семнадцатых осталась.

— И поделом, — согласно закивал Кей. — Что ж, тогда скажу честно, у нас товар на обмен не поменялся. Лишь то, что обговаривали в первую встречу. Можем тогда лут с черний убрать.

— Нет, не стоит, — покачал я головой. — На этот раз мы подготовились как следует. Всё лишнее мы просто сбросим за Стену порталом.

— Ну, раз так… прежняя цена нас устраивает. Я готов выкупить у вас всю пищу, которую вы готовы отдать в обмен на фрагменты…

Я окинул взглядом фон за спиной у Кея. На Чёрной Дороге меня встретил истощённый нищий командир небольшого отряда. Теперь же я видел успешного торговца в собственной резиденции. Судя по отсутствию обогревателей и тёплой одежды — ещё и где-то неподалёку от их генератора. Ему торговля с нами точно пошла на пользу.

— Тогда сперва покажите, что у вас есть, — улыбнулся я. — А у нас есть всё съедобное, что можно вырастить на земле в любом интересующем вас количестве.