Наверх поднялись без особых приключений.

Десятый встречал нас как победителей. И в целом было за что себя похвалить. Весь первый день праздновали победу. Да и второй в общем-то тоже.

Первым делом в компании с Альмой, Белой и Мерлином, мы направились к главному терминалу юстов, расположенному на заснеженном кладбище на поверхности Стены.

Здесь, как всегда, царила вьюга. Снег властвовал над колотым камнем, периодически разлетаясь с порывами сильного ветра и собираясь обратно, когда ветер стихал.

— Система. Подтверди мои полномочия. Юстициар Альма, — произнесла та, кого я считал своей младшей сестрой.

[Идёт анализ…]

[Ревизор Альма. Добро пожаловать в Систему]

[Доступно 86 миссий в секторах XIX — XXVII, из них 5 — потенциально представляют угрозу функционалу.]

[Доступна награда за устранение ошибки #8017. Ревизор-ренегат, архибедствие типа «норна». Благодарим за содействие делу проходчиков!]

[Внимание, обнаружен ревизор-ренегат! Альма Триединая. Тип: месс-амальгамет. Награда: предмет мифической редкости. Локация: сектор XXII]

Я не удержался от смеха. Система как всегда в своём репертуаре.

Альма же продолжила общение:

— Запрашиваю процедуру реинтеграции души проходчика Рейн.

[Отказано. Недостаточно оснований]

— Он убит твоим ренегатом, это вмешательство в прохождение Стены.

[Отказано. Недостаточно оснований]

— Он погиб за пределами своего сектора. Это не считается!

[Отказано. Недостаточно оснований]

— Это всё не причины. Белка, как Чёрная возрождала нас?

— Она не выбирала конкретные души, — ответила первая проходчица. — Мы снизили порог реинтеграции, разрешив возрождаться бывшим опасным бедствиям. Но мы не знали, кто это будет. Потом пришло оповещение уже по факту, про вас и других, кто возродился примерно в то же время. Потом она опять его подняла… ну и ты снял… потом…

— А зачем повышали-то?

— Я… испугалась, что сектор теряет силу. У меня не получалось пройти злосчастный пятнадцатый. А проходчики даже до девятого очень редко спускались. Одних проклятых достаточно, чтобы отбить всё желание лезть на нижние этажи. А сложность продолжала медленно повышаться.

— Система. Здесь твой Аудитор и три корректора. Мы настаиваем, что это необходимо для функционирования сектора!

[Отказано. Недостаточно оснований. Вменяется подозрение в превышении полномочий]

— Ты не можешь его просто забрать. Возроди здесь! Тебе же всё равно, где это будет!! — не выдержала Альма.

[Отказано. Недостаточно оснований]

Альма отёрла слёзы и обиженно посмотрела на терминал, будто он был живым существом. Затем черты её лица разгладились, резко сделав равнодушной ко всему. Девушка применила «безжалостность».

— Я подозреваю ошибку, которая приведёт к нарушению функционирования духовного ресурса, — произнесла она. — У тебя его дух. У меня — осколок души, — она продемонстрировала кристалл с запечатанным осколком копии Гильгамеша. — Ты можешь возродить его в другом секторе, с потерей части духовного ресурса. Или вернёшь его сюда, я соединю его с осколком, перенесу в родное тело с памятью, и он продолжит путь с большим запасом духовного ресурса. После этой жизни ты сможешь его реинтегрировать где хочешь, но уже с повышенным процентом. Я забочусь о твоём чёртовом духовном ресурсе!

Под конец безжалостность дала сбой, и вновь прорезались слишком сильные чувства. Но Система на этот раз отреагировала иначе:

[Идёт анализ…]

[Обнаружена ошибка. Реинтеграция с последующей принудительной привязкой к телу нарушает права реинтегрировнного проходчика на определение игрового пути.]

[Отказано.]

— Нет… как же так… — всхлипнула Альма.

— А зачем принудительно? — спросил я у терминала. — Пусть у него будет право выбора. Пусть пройдёт старт как обычно, пусть сам выбирает. А мы с корректорами проследим, чтобы процесс был добровольным.

[Идёт анализ…]

[Идёт анализ…]

[Решение принято. Сформирована особая директива реинтеграции.]

[Шанс реинтеграции в секторе будет повышен в течении 10 сут.]

— Шанс на реинтеграцию? — не совсем поняла Альма.

— Скорее всего, это о том, что он будет воплощён в течении десяти суток. Тогда было так же.

— То есть теперь нам нужно прочёсывать первые этажи в поисках новичков? — подытожил я.

— Да, это было бы разумно, — кивнула Белка.

Глаза Альмы загорелись.

Вскоре были организованы рейды Ордена малыми группами на зачистку первых пяти этажей. Занятие довольно скучное и бесполезное с точки зрения получения ценного лута. Разве что попадётся какой-нибудь ценный терминал.

Рейд разделился на группы по пять проходчиков, считая группу поддержки из числа стрелков Лифы, роботов Сайны и моих дендроидов.

Технически, новые проходчики появляются в определённом радиусе вокруг города. Чаще всего это относительно недалеко, чтобы проходчику не пришлось идти километры до условно-безопасной зоны. Потому далеко уходить и углубляться в тоннели не было нужды.

Но была нужда в регулярности — каждый день проходила новая волна пересборов, и нужно было повторять. Никто не знает в какой именно день возродится уцелевшая часть души Рейна.

После возвращения на десятый я сперва посетил дочь. Она быстро росла и уже получила первый навык, безо всякой модификации. Это был слабенький аналог буйного роста, повышающий скорость роста растений. Зелень вообще была мощнее и гуще вокруг мест, где она часто бывала.

Ещё она могла слегка влиять на траекторию падающей листвы. Это мы с Селеной определили совершенно случайно — просто увидев во время прогулки. Налетел поток ветра с листьями, и Аврора собрала их в небольшой вихрь, который аномально долго кружил перед ней.

— Контроль маны! — ахнула Селена. — У меня он прорезался в семь лет!

— Лишь бы она боевыми заклятиями не стала шмалять, пока нас тут нет.

Похоже, у нас росла довольно сильная в будущем богиня.

Очень интересно, какими свойствами будет обладать Артория. Вместе с Тией я посетил… другую Тию. Хотя времени ещё прошло не так и много.

Возвращаясь к убежищу, я думал о том, что они обе должны жить на свободе и сами выбирать свою судьбу, а не быть привязанными к монстрам и пересборам, с постоянным страхом перед угрозами.

Алолесье содрогалось от веселья — хотя мне казалось, что все просто нашли хороший повод праздновать и отлынивать от обычных дел. Тия с девушками тоже поддалась общей волне, и большую часть времени я проводил в окружении её тел.

Девушка была щедра на романтические приключения, находя интересные места в Алолесье. На второй день ей отчаянно захотелось сходить на «обычное свидание», и она даже нашла какую-то интересную харчевню, где переселенец с тридцатого и местный из числа тари адаптировали рецепты разных культур Стены под имеющиеся в наличии продукты.

У меня создалось впечатление, словно она пыталась насладиться всеми возможными радостями обычной жизни впрок, зная, что во время очередного спуска всё может пойти наперекосяк.

В Стене может быть всё, что угодно. Нас может занести в другой сектор, убить сверхтварь, встретиться неизвестный смертельный эффект, возникнуть мутация или съехать рассудок. Никогда не знаешь наверняка.

Но… разве нормальной мирной жизнью можно насытиться?

Впрочем, о важных вещах я тоже не забывал, и постепенно готовил всё необходимое для спуска.

За первые дни рейдов на верхних этажах было выявлено шестнадцать новых проходчиков, которым Орден помог пройти первые терминалы и получить класс. Затем мы проводили их до города, попутно объясняя правила.

Рейна пока не было, но я не сомневался, что это лишь вопрос времени. Система не умеет лгать, хоть и тупит порой по-чёрному…

Сайна и Белая начали закупать новые наборы расходников. Патроны, зелья возрождения, гранаты, обновки, которые могли появиться на рынке за время нашего отсутствия, и прочее.

Параллельно Орден начал подготовку к новому спуску…

В частности, я сам возглавил работу по подготовке средств прохождения антагониста. Нужно было продумать мельчайшие детали защиты от мёртвой магии и подготовиться ко всему.

Нас ждал сбор сета от пустоты. И в первую очередь нужно было вспомнить всё, что было связано с этой силой.

Итак, имеется ряд стихий. Шесть стандартных и общеизвестных — огонь, свет, тьма и так далее. Седьмой и восьмой элемент — магия разума и магия крови. Все они вместе — стихия звёзд, где было что-то от каждой, плюс управление физическими законами. Затем, три условных светлых и три условных тёмных, плюс системная стихия фрактала.

Каждая делится на аспекты. У пустоты самый известный «отчаянье». Ещё есть «энтропия». Ей, по всей видимости, заведует печально известный Медный Король. Ещё есть крохи инфы про третий элемент. О нём нам рассказал обмен данными с двадцать восьмым сектором.

Проходчик, зовущий себя Принцем Заповедника, принёс данные о новом аспекте этой стихии, названном «невежество». Под поэтичным названием пряталась деградация интеллекта и разрушение мыслительной деятельности.

Всего их было вроде бы пять, но про другие нет вообще ничего, кроме этой цифры.

Но нас интересует первая — та, что разрушает душу, а следовательно, самая опасная для проходчика, ибо после такого не перерождаются, в отличии от двух других аспектов мёртвой магии. Энтропия разрушает лишь тело. Невежество — только разум. От первого помогало только системное перерождение, от второго — переселение в другое тело, которое можно было сделать без рестарта — это была уже известная Ордену технология, которой владели наши целители.

Нам не повезло. Нашим врагом была та, кто олицетворял собой именно разрушение души. А это значит, что бой с ней — для многих может стать последним. Убитые богом-чудовищем не воскресают. Основа всех проходчиков, да и в принципе большинства гуманоидных форм жизни, имеющих душу — это, собственно, душа.

Смерть тела отправляет нас на респаун. Смерть разума — это отложенная смерть тела с тем же исходом. Смерть души — это конец, потому что мы — это души, а не сменные личины.

Лучшим оружием против пустоты считались — магия созидания в любом её виде, магия света в аспекте радости, надежды и возможно чего-то ещё. Любви, например, или счастья, хотя это я уже додумываю, поскольку о носителе таких аспектов и их стихий в нашем секторе пока не слышали. Но на всякий случай запросили у соседей данные на обмен.

Первые два аспекта изредка встречались, и на рынке были артефакты, повышающие эти чувства.

Помимо этого, универсальным было повышение воли. Это самый известный способ защиты от пустоты. Она повышала базовый резист к мёртвой магии. Воля сама по себе и вдвойне, если сильно превосходила другие характеристики, переходила в самоуверенность, а затем упрямство и фанатизм. Пустоте трудно пробиться через веру. Традиционно классы священников, монахов и духовных практиков были лучшими в защите.

Для Софьи закупили, а затем они с Мерлином доделали то, чего не хватало, из ингридиентов. Так появился набор «счастливого проходчика»: зелье храбрости, зелье радости, три серых зелья и камни Асгора и Нэссы. Серые надлежало пить всякий раз, когда проходчик начинал сомневаться в реальности своих эмоций или при ощущать чрезмерную подавленность. Они обнуляли эмоции, на какое-то время делая проходчика равнодушным ко всему.

Что до камней — это созданные Мерлином одноразовые артефакты с запечатанным навыком «пламени Асгора» Альмы и «озарения» Нэссы. Правда, пламени было пока немного — сама Альма пока не выходила из рейдов.

Отдельно запасли для Хантера наборы трав для чая с теми же эффектами — на волю и контр-аспекты.

Ещё одним из главных противников пустоты был хаос. Его свойства сильно искажали эффекты светлых свойств, делая проходчика на время не совсем вменяемым. Но это можно было применять как самое крайнее средство.

Наряду с этим создавалась и закупалась соответствующая экипировка. На рейд стало забавно смотреть — у каждого по кольцу на каждом пальце, куча браслетов, шарфы, всякие фенечки, многие с серьгами. Не забыли даже о белье со статами. Какая разница что зачаровывать?

Конечно, трусы или носки железной воли — звучало смешно, но главное, что работало.

В перерывах между рейдами Альма, вернее дотошная отличница Миса и примерно такая же по характеру Ахели в четыре руки, вместе с Серой ковыряли книги в убежище из тех, которые мы успели собрать в странствиях. Хотя, по большей части, пока что работала именно Серая Кирейрай.

Сайна соорудила им устройство с тамарским ИИ, который с бешеной скоростью пролистывал книги в поисках упоминаний мёртвой магии пустоты, или одного из названий её владыки, так что девушки читали только то, что могло быть для нас полезно.

Квесты с поиском новичков чередовались с терминалами, когда поступали новые фрагменты для терминала Ежа или моего тауматургического.

Тумор вёл учёт сам и собирал сведения о пустотных локациях ниже пятого, и периодически туда выходили тренировочные рейды для проверки в деле нашей подготовки к воздействию проклятых локаций, привыкая к работе зелий и воздействию мёртвой магии.

Это были опасные тренировки. Каждый такой рейд выше пятого проходил под надзором Альмалексии, совмещаясь с поиском новичков, или Нэссы, если путь вёл ниже. Такие рейды не приносили радости, и ходить в них никто не хотел по вполне понятным причинам. Как ни крути, а кроме тоски и депрессии локации проклятых ничего не вызывали.

Каждый вечер ко мне приходили отчёты обо всех аспектах подготовки Ордена. Я внимательно изучал результаты проверок разных способов защиты от мёртвой магии, а перед отходом ко сну выслушивал доклады Серой о новых легендах, связанных с антагонистом.

Порой от них кровь стыла в жилах. Чем больше я узнавал о том, с кем нам предстоит сражаться, тем большей неприязнью к этой сущности проникался.

С тех пор как неназываемая богиня отреклась от данного при рождении имени Сехмет, и взяла новое, то самое, которые «забыто и проклято», она натворила очень много бед. Системный геноцид целых народов, миллионы загубленных жизней. Причём в отличии от всех встреченных нами злодеев, она была злом самым бессмысленным.

Можно понять боль Хостера, ужас, вынуждавший Леви творить ужасные вещи, ловушку в которую попал Мракрия… да даже фанатичная жажда власти Дины была понятна и укладывалась в некую логику. Их можно было понять.

Действия же этой богини не понимал никто. Она творила зло ради зла, просто потому, что могла это делать. Во всяком случае, создавалось именно такое впечатление. Особенно сильно она ненавидела всё, что способно любить, а также семейные узы. Разрушать их самым извращённым, изуверским способом — было, наверное, единственное, что нравилось безумной богине.

Была теория, что она ненавидит то, на что была не способна сама, и её вела невообразимой силы зависть к тем, чьи сердца могли чувствовать то, что для неё самой было невозможным.

Именно поэтому она стала богиней пустоты. Многие заигрывали с этой силой, но какой-то выгоды от этого по итогу никто не получал. Пустота уничтожает своего носителя, и зачастую весьма болезненным способом.

Первооткрыватель мёртвой магии, некромант Мельхиор, и к слову отец безумной богини, по итогу выбрал какую-то хитрую форму самоубийства, слив свой разум с ядром планеты, во всяком случае так говорилось в книгах о нём.

Матерью же хозяйки пустоты была богиня смерти Мортис. В общем, та ещё родословная… Но наверное именно из-за неё неназываемая богиня была единственной, кто чувствовал себя в этой стихии комфортно.

Кое-что наверняка знала и Дина. Среди книг, доставшихся от семнадцатых, нашлось упоминание легенды о падении Доминиона, в котором фигурировали кое-какие хорошо знакомые герои. В частности, Вездесущий Чёрный Дракон Фхайрантаанимар, обманом убивший бога разума Нархаармиса и затем попытавшийся воссесть на трон проклятой стихии.

Но то, в чём теплится хоть что-то светлое, кто ещё способен на душевное тепло в любой форме, не способен контролировать эту силу. А наша Дина, какой бы стервой она ни была, абсолютным злом не являлась. Её действия несли обычно материальный расчёт и попытку выгадать для себя больше силы и власти.

По этой причине на троне богов пустоты могут быть лишь те, кого эта стихия сама выбрала, как своих пророков и аватаров…

Мы искали способы борьбы с этой силой, но находили лишь жалкие крохи и редкие полунамёки. Исцеление от мёртвой магии было, похоже, одним из самых сложных вопросов в Стене. Сама Стена системной стихией фрактала могла остановить распространение через принудительное стирание памяти. Но исцелить то, что уже уничтожено… нет.

Этому вопросу реальная Миса Зеркальная посвятила всю свою божественную жизнь, да и не только она. Но наработки оставались достаточно слабыми. Воздействие созидания, стирание памяти, блокирование эмоций или воздействие контр-аспектов радости и всего такого.

Сама Миса добавила сюда свои техники. Слишком долгие и сложные для наших условий — Миса предлагала медленное повышение резиста и восстановление души через духовные техники и медитации в сочетании с мирной спокойной жизнью за простыми радостями, воспитывая в себе светлые чувства любви, благодарности и всего такого. Увы, этот способ не был мгновенным. Будь у неё несколько тысяч лет в изолированном от неприятностей мире, и ей бы удалось победить мёртвую магию безо всяких хитростей.

Но у нас не было тысяч лет…

Полностью иммунными к воздействию мёртвой магии в Ордене были только механизмы и низшие дендроиды, не имевшие личности. Впрочем, их просто могли ассимилировать. Такая способность с гарантией должна быть у антагониста.

Боевые растения, машины и их гибриды тоже запасались на случай противостояния. Пока непонятно, насколько это нам пригодится, но пусть будет, вдруг пригодится?

Мы с Сайной провели трое суток в её мастерской, создавая ионический лес — боевые ионодрева, отторгавшие всякую магию. В крайнем случае они и армия дронов осветят всю локацию битвы с антагонистом алыми прожекторами, не оставляя ни единой тени.

А на шестые сутки меня подняла Хитоми поутру, сообщив, что Рейн найден, и Альма готовится к проведению ритуалов. Причём, словами:

— Арк! Она нашла его! Быстрей, идём к Фреду, пока она сама не возомнила себя аниматургом от нетерпения!