Все выжившие духи принялись призывать всевозможную нечисть. Сборная солянка от мелочи вроде магических слуг до серьёзных тварей с цепями.

— Надеть средства защиты! Микроланцеты! — отдал я приказ, и Сайна повторила его через динамики в дронах.

Манри пока держал оборону. Нам тоже нельзя сдаваться. Хотел проверку сил — вот она. В Стене никогда ничего не бывает по плану. Если всё идёт, как задумано — повод начать сильно переживать.

Проходчики развернулись назад и приготовились держать круговую оборону. Респираторы входили в базовый обязательный набор. Но это не герметичные скафандры, которые мы бы надели, будь мы внизу. Сейчас рейд был одет не в экзоскелеты, а в утеплённую артефактную броню с ритуалистикой. Идеальное решение против призраков, но статы артефактов нам никак не помогут против заражения.

Я щедро послал ману двум ближайшим духовным деревьям, установленным как часть оборонительных сооружений. Из заготовок взял гибрид мелкого грибка, адаптирующегося под плесень. Текущей силой я мог заставить его атаковать только миазм.

Затем бросил семена и влил в них ману, чтобы вырастить морозостойкий симбиоз дерева с облаками грибных спор.

— Тия, уходи к остальным. Манри уже не сдерживает их. Скоро духи будут здесь.

— Нет, Арк, я тебя…

— Это рядовая стычка, Тия. Твои навыки нужней там.

Это была правда, потому спорить девушка не стала. Мастер муши в борьбе с ланцетами был полезней гораздо меньше, чем в противостоянии с духами.

Нэсса подняла левую руку, переходя сразу в две боевые формы. Новая — увеличивающая размер и мощь, и старая, обращавшая её в элементаля из хищной тьмы.

Теперь она была неуязвима для червей, а её ноктюрнальная энергия уничтожала всех паразитов вокруг неё.

Лис поступил так же, переходя в форму ледяного элементаля. Эстель обратилась облачком пара. Кот перешёл в металлическую форму. Его миазм заплясал рядом, тончайшей нитью взбивая ближайшее облако миазма.

Большинство членов Ордена, за исключением тех, кто не был проходчиком, уже имели или стихийную форму, или боевую, неуязвимую к подобному.

Где-то над головой прокричал пылающий феникс Тео, и вниз обрушилось белое пламя. Навык, похоже, действовал выборочно и атаковал только ланцетов.

Один за другим возникли защитные куполы. Дроны Сайны перестроились на другой режим и осветили пространство на крыше алым светом ионитов и ультрафиолетом. Воинство духов было связано с магией, и четвёртый всадник увяз в сражении. Сейчас его удар принимали Белая, Серая, Лис и Сетта с огромным кристаллическим мечом.

Кристаллическое тело Тии коротким порталом вырвалось вперёд, а оружие начало наливаться магической силой.

Зависший над каменной поверхностью Стены Всадник без скакуна поднял руки вверх. Причём все, наверное, десятка три. И каждая сложилась в магическую печать. Послышались щелчки пальцами — с каждым на поле боя появлялась какая-нибудь призрачная дрянь.

Успел он призвать примерно половину желаемого — затем на нём скрестился свет ионитов. Алые лучи прошлись по земле под нами. Две трети существ под ним просто исчезали. Но, увы, не навсегда. Монстров не существовало под светом, но когда они выходили из зоны освещения, то появлялись вновь.

Тем не менее, это помогло создать хороший плацдарм для обороны. Танки пошли вперёд, атакуя босса. Сетта вырвалась вперёд с помощью короткого портала. Она с клинком подпрыгнула, атакуя противника.

За ней к бою присоединилась Серая, размахивая своим двуручным мечом, окружённым белым сиянием Тео. Позади вражеского босса вышла Белая и Кот, использовав свои пространственные навыки.

Белая сходу выпустила очередь пуль с эффектами, привлекая к себе внимание. Кот швырнул свой ручной кусочек миазма.

Одновременная атака с четырёх сторон стала для врага неожиданностью. Перед ним стояло полтора десятка мощных аякаши и порождений цепей с ними, но почти каждый в Ордене уже имел свой аналог блинка.

Одно из первых правил, которые я усвоил в Стене. Гибель призывателя означает погибель и всех его призывов. Зачем сражаться со всеми, если нужен только один?

Кристаллический меч прошёл через тело противника, оставляя за собой шлейф из чёрной дымки, из которой тот состоял. Следом пронёсся меч Белой, рассекая живот. Но даже магическое оружие его не брало.

Первоначально план был в том, чтобы избавиться от босса, которого нельзя убивать, старым проверенным методом — через кровь ляпуса. Но нельзя поразить ядом то, что не имеет материального тела.

Послышался зловещий смех врага. Призванные существа развернулись, чтобы прикрывать своего владыку. Сверху упал сбитый летающими змеями дрон.

Однако короткая неудача никак не отразилась на группе. Дора отвлекала противника на себя. Кот сложил печать призыва, и стена слегка задрожала. По земле пошла трещина, и прямо на пути у аякаши с первого этажа начал расти огромный стальной кот. Новый призыв, носивший имя «стальной ликвидатор» — астральный зверь, обличённый в металлическую форму.

Ещё двух сильных духов удерживали янтарные длани хаоса, растущие из каменной поверхности Стены. Между ними мелькнула фигурка девушки в шляпе с гневно пылающим оком. Взмах отремонтированных на плюсовом терминале моего древа серпов, некогда принадлежавших четвёртому Всаднику нашего сектора, оборвали существование призванных существ. Но на очереди было ещё больше.

Группа переориентировалась на прикрытие сражавшихся с боссом. В битве с призывателем именно он — самая уязвимая точка. Хотя в нашем случае едва ли это сработает, ведь убивать противника было нельзя. Но новых мобов, по крайней мере, точно появляться не будет.

Взмах пламенным мечом Серой на этот раз оставил глубокий порез на груди врага. Затем на спине оставила отметину Белая — улучшенные ножны подбросили ей артефактный прозрачный меч с эффектом заключения части сущности бестелесного существа. Но атака была не столь успешна — её саму едва не перехватило множество чёрных рук, пытавшихся её притянуть к себе.

Девушка коллекционировала холодное оружие не зря — мобильный арсенал и клинки со свойствами не раз ей спасали жизнь. В частности, этот был из двадцать восьмого, где на нижних этажах порой встречались газообразные существа.

Это свойство помогло и здесь впитывая магическую энергию существа. Но затем чёрные конечности всё же схватили её за ногу, затем за руку, после чего втянули её тело в чёрное облако, бывшее продолжением Всадника.

Послышался глухой хлопок взрыва — девушка лишилась одной из одиннадцати жизней, но врагу тоже сумела нанести существенный урон магическим льдом изнутри его тела.

Затем в ногах всадника вспыхнула магическая сфера. Рамилен отвлекал внимание противника на себя. Всё для того, чтобы дать время для второго способа запечатать противника. И это время настало.

— О жалкий дух, что породнился с тьмой! — произнесла Альма. — Взгляни во врата Мисы!

Мифическое зеркало, следовавшее за ней тенью, расширилось за её спиной, ловя отражение босса Ивента.

Это была одна из новых способностей, которые ей принёс терминал ежа. Противник, встретившийся взглядом со своим отражением, менялся с ним местами. А дальше — Миса в своём мире была хозяином всего. Теперь всадник будет очень долго блуждать по лабиринтам отражений астрального мира Мисы. По её словам, она могла так водить жертву до десяти дней.

Сопровождалось это странным хлопком и остатками чёрной дымки, рассеявшейся на входе в иной мир.

Тем временем, наше противостояние с третьим всадником тоже шло не по его плану. Облака из астрального лишайника со свойствами этиний и заражения плоти ланцетов начали распространяться вокруг меня.

Миазм сражался с миазмом. Алые облака пытались выбраться из недр Стены и ассимилировать моих членов Ордена. Хороший план, действенный. Но не против нас — зелёные сгустки спор поглощали ланцетный рой. Живой миазм сдавался под напором трёх цепей.

Поняв, что проигрывает, противник сменил тип атаки. Следом за роем последовала более классическая воронка некротической энергии, уничтожающая всё живое, включая мои растения. Зелёные облака стали отмирать под воздействием ядовитого марева кислотных цветов.

Я улыбнулся одними уголками губ и перешёл в режим тёмного друида. Тёмный лес третьего уровня — одна из способностей, которые я получил на своём тауматургическом терминале, подняла мои миазмы в качестве растительной нежити, и некро-растения принялись впитывать в себя некротический миазм, становясь только сильнее и гуще.

Похоже, способность третьего всадника была в том, чтобы создавать разные миазмы из всего подряд. Зуб даю, до становления Всадником он был большим экспериментатором с цепями.

Но его контроль был слабее, чем мой, отточенный уроками Селены и модификациями терминалов. Растения начали перехватывать некротическую энергию и разрастаться за её счёт.

Магия природы была очень медленной. В том числе поэтому её часто считали слабой. Слишком долгая раскачка — это смерть в условиях Стены. Однако обратная сторона этой медали в том, что в долгом противостоянии она перехватывает первенство и становится сильнее других.

Враг был большим оригиналом и ответил на мой ход зарождением нового роя ланцетов-падальщиков, похищающих энергию, однако я лишь переключил источник в другой режим и начал пробуждать жизнь в своём миазме.

Этот бой ему было не выиграть.

И он тоже это понял, переходя на классику. Оставшиеся миазмы ланцетов начали уплотняться в чудовищных тварей. Контролящего типа, поскольку они издавали некий зов, провоцирующий гон монстров.

Долго, впрочем, они никого не звали. Открылся портал Странника в центре скопления миазмов. Замерцала золотая сфера, разлетаясь волной энергии, окрашивающей существ в золото и превращая в золотые статуи на золотом песке.

Больше наш портальщик не был слабым по уровню угрозы. Отказаться от столь ценных боевых навыков он не мог. Терминал ежа вообще оказался к нему очень щедр, подарив то, чего он жаждал больше всего на пути прокачки — улучшение способностей амарантина, которые Система обычно игнорировала даже при перерождении.

— Арк, отпускай своих — бросил Ильгор, предупреждая о том, что будет использовать новый навык. Он крайне редко прибегал к терминалам, не желая менять свою сущность и добавлять в неё что-то от монстров. Но от этой способности с фрагмента магического существа он отказаться не мог.

Его источник магии звёзд был усилен почти до малого божественного уровня, лишь чуть-чуть ему уступая. Да и предлагал это изменение мой тауматургический терминал, где каждый этап можно было проконтролировать. В частности, ему настраивали его на активацию через ауру и точку сборки.

Светящиеся иероглифы потекли с белоснежной мантии на землю, словно маленькие ирреалы. Культиватор-ритуалист активировал разъединение маны — от каждого символа хлынула волна стирающей привязку маны к её хозяину и отпуская миазмы на свободу.

Гон, последовавший на зов, был совсем несерьёзным. Всадник успел поднять против нас существ до восьмого этажа. Вроде и мощно, однако мы уже переросли этот уровень, и последовавшая следом за этим волна чудовищ не стала проблемой.

Нэсса вместе с четвёркой призванных Хантером астралов держала оборону под магическим куполом. Сверху с клёкотом спикировал феникс Тео, пламенным дождём стирая чудовищ. Где-то вдалеке вспыхивало пламя Мерлина и Наги. Кольцо некродендроидов разворачивалось после боя с духами, чтобы принять участие в добивании Гона.

— Арктур, я укажу тебе дорогу путеводной звездой, — послышался голос Эстель в голове.

На поле боя с чудовищами, меж которых прятались более сложные миазмы противника, появилась подсвеченная навыком целеуказания девушки тропа к тому месту, где прятался Всадник.

Достигнув нужного места, светящаяся линия рассыпалась на тысячи крошечных стрелок, указывающих на зависший над землёй миазм. Всадник не только создавал и управлял миазмами — он сам был ими. Небольшая серая дымка, которая взрывалась молниями, будто опустившаяся на землю грозовая туча. С каждой вспышкой она становилась больше, выпуская новый миазм в нашу сторону.

— Интересно, как ты нас отслеживаешь… — задумался я.

— Арк, мы справились, — сообщила Сайна из динамика дрона поблизости. — Белка говорит, это его истинная форма. Он, как ты, когда находишся в форме лишайника, только для него это и есть основная форма.

— Я так и подумал, — ответил я больше себе, чем ей.

Множество крохотных ланцетов. Тело, состоящие из сотен тысяч особей роя. Это покруче будет, чем мой геном микотов. Крутой был проходчик…

Я погрузился в связь с растениями, закрыл глаза и представил себя посреди зелёного цветущего поля. Зелёный миазм окружал одинокий рой, перед которым расстилалась красивая сказка.

Шагнул в состоянии лёгкого транса по бирюзовой путеводной линии Эстель. Вокруг меня выстроились бойцы рейда, один за другим переходя порталами, у кого они были. Хотя нужды в этом не было — летучий лишайник и так защищал меня от любой угрозы.

Протянув руку вперёд, по направлению к живому миазму — роевому разуму, управляющему ланцетами, я произнёс одну короткую фразу, означавшую крах для третьего Всадника.

— Цвети, Астория!

Управлять способностью проникновения растений в мысли было непривычно. Я уже тестировал новую способность на обычных монстрах Стены. Теперь это больше походило на форму контроля разума, а не просто подселение неуправляемых растений в рассудок.

Теперь я мог сам выбирать, что будет видеть жертва астории, единственное условие было в наличии растений.

Сенсорные системы облака ланцетов начали искажаться, и вскоре миазм уже считал, что находится посреди зелёного поля. Вокруг было спокойствие и мир. Ланцеты сами начали подсказывать схожее место, где они были. Некая локация, чем-то напомнившая Оазис, но из множества отдельных комнат, как на первых этажах.

Я мог направлять этот образ, а мог просто отстранённо наблюдать, как созданная асторией иллюзия прорастает сама собой. Я выбрал второй вариант — он автоматически притягивал образы ближайшей растительной локации из памяти существа. Только что я краешком глаза видел места, где обитают Всадники между Ивентами.

Место показалось смутно знакомым, будто я уже был здесь когда-то. Возможно даже сам когда-то был Всадником. А может, забрёл туда непрошеным гостем.

Вскоре астория уже прочно укоренилась в фантазиях третьего всадника, и он уже не пытался вырваться. Новая реальность прочно укоренилась в его сознании.

Когда я открыл глаза, на месте живого миазма бы алый кустарник с яркими красками слабо светящихся цветов, вокруг которых летали, словно примагниченные, особи ланцетного роя.

Я мягко попробовал ассимиляцию. Было бы идеально закончить бой подчинением всадника. Напрямую не получалось — структура существа постоянно менялась. Похоже, он создавал свои миазмы в прямом смысле из себя. В отличии от четвёртого Всадника, который, по сути, был просто очень сильным саммонером, билд этого существа был уникален.

Однако разум у этих червей должен быть один и он должен оставаться стабильным, иначе как он будет поддерживать стабильность мышления в разных формах?

Пришлось немного надавить, я начал прописывать через асторию желание быть растением, принять растительную цепь и насладиться наконец долгожданным покоем. И у меня получалось! Разум Всадника начал мне отвечать. Созданная мной райская поляна рою ланцетов нравилась. Много пищи и никаких естественных хищников. Яркий свет, тепло… успокойся, воин, твой бой окончен. Ты заслужил обрести покой…

Но тут вмешалась сама Стена. Внезапно существо, которое уже почти готово было мне служить, в один миг обратилось против себя. Отдельные особи роя словно обезумели и начали поглощать друг друга. И это не было моей ошибкой или защитным механизмом Всадника. Будучи в контакте с его разумом через асторию, я просто в один миг вдруг ощутил пустоту, как будто некая форма разума, обитавшая в рое, покинула ланцетов.

Система отозвала Всадника, лишив меня потенциально крутого слуги. Но взамен на месте его гибели остался лежать фрагмент, как будто Всадник был мёртв.

От этого мне сперва сделалось не по себе. По правилам я был больше всех причастен к убийству Всадника и должен был занять его место.

Оглянулся в поисках Тии. Она уже спускалась рядом с неба облаком янтарных мотыльков.

И… ничего не происходило. Летальный урон никто всаднику не наносил. Это всё же было ключевым моментом.

Что ж, фрагмент — это тоже здорово. Существо было сильное и интересное, наверняка даст кому-нибудь в Ордене сильный навык. Так что можно праздновать чистую победу.

Несмотря на внезапную атаку и кооперацию двух Всадников двадцать третьего сектора, Мы с честью одержали победу. Даже не верится, что всё прошло настолько гладко. Но в то же время я знал, что эта победа не была везением или чудом.

Это наша заслуга. Второго Всадника мы побеждали с огромным трудом. Он был буквально на пределе возможностей Ордена. Сейчас же мы одолели двух, и, несмотря на пар неприятных моментов, это не было настолько сложным сражением. Хорошая иллюстрация того, насколько сильно возросли наши способности после терминала Ежа, да и мой тауматургический не зря разросся так, что вот-вот упрётся в потолок на десятом.

Теперь можно смело приступать к спуску.