Хмурый и его команда сработали отлично. Самый шумный, скандальный и непредсказуемый член противостоящей нам вражеской коалиции был выведен из игры.

Обошлось нам это недёшево, поскольку пришлось погасить казино долги графа Пономарёва, но зато мы не только устранили из игры графа, но и получили его акции в Изумрудной Компании Гудвина. И хотя двадцать пять процентов акций, это даже не блокирующий пакет, но лиха беда начало.

Но и противники не сидели сложа руки. Потерпев сокрушительное поражение на военном фронте, и опасаясь наших ответных действий, в том числе и по их физическому устранению, они задействовали свои связи в Администрации Генерал-губернатора.

В итоге Генерал-губернатор наложил вето на официально объявленные военные действия, как дестабилизирующие ситуацию в регионе. Таким образом, мы лишились возможности открыто напасть на наших противников и прикончить их на законных основаниях.

Более того, Администрация Губернии направила в Малышеву отряд Императорской армии из ста человек, который и расположился там временным гарнизоном. Якобы для контроля за выполнением распоряжения главы региона о прекращении военных действий и защиты мирного населения. На самом деле этот отряд следил, чтобы наши войска не проявляли агрессии, а вот диверсионным вылазкам наших противников препятствовать никто не собирался.

То есть военное противостояние никуда не делось, но перешло в плоскость скрытного противостояния.

И наибольшие проблемы из оставшихся троих соседей мне доставлял барон Алексей Барановский, земли которого лежали к востоку от моих владений. Этот господин по жизни был упёртый и воинственный и, по-видимому, решил воевать до победного конца.

Дружина у него была самой сильной из соседей и хорошо вооружена. Отряды наёмников, которых он успел нанять, тоже были неплохо подготовлены. В предыдущих столкновениях его войско понесло наименьшие потери и сил у него оставалось ещё достаточно для активных боевых действий. Да и финансовое положение у барона было получше, чем у остальных соседей.

Кроме того, и командный состав его подразделений был из весьма опытных профессиональных вояк и тактику в сложившихся обстоятельствах они выбрали оптимальную. За основу они взяли тактические действия малых диверсионных групп.

Малышева хотя и городок небольшой, но всё же несколько тысяч населения присутствовало. Тем более посёлок рабочий и люди сновали туда-сюда, а с учётом того, что работа на приисках временно остановилась, многие ездили на работу в Асбест и далее.

Поэтому полностью контролировать всех приезжающих и покидающих город людей, возможности у нас не было. Пользуясь этим, диверсанты под видом местных жителей, родственников и знакомых, и пользуясь прочими предлогами, проникали на территорию городка, баламутили народ, устраивали мелкие диверсии, нарушая работу городского хозяйства, и даже умудрились организовать несколько взрывов.

Но это было не столь критично. Куда хуже было то, что многочисленные диверсионные группы принялись блокировать единственную приличную дорогу, ведущую от основной трассы в сторону Асбеста и Малышевы.

Малые боевые группы устраивали многочисленные засады и атаковали идущий по дороге транспорт. Наши боевые группы, в свою очередь, охотились за диверсантами и их ликвидировали. Но противник с потерями не считался, диверсионных групп, состоящих из двух-трёх бойцов, было много и уследить за всеми было невозможно, даже с использованием дронов.

Активные действия противника привели к тому, что в Малышеве начались проблемы даже со снабжением продуктами, что вызывало недовольство населения и умело использовалось противником, агенты которого подогревали это возмущение и пытались спровоцировать беспорядки.

С этим надо было что-то делать, и вопрос нейтрализации барона Барановского, как самого активного из противников, вышел на первый план. Обсудив возможные варианты, мы все единодушно пришли к мнению, что оптимальным решением будет физическая ликвидация барона Алексея Барановского.

Однако, сделать это было не так-то просто. Барон был далеко не дурак, тем более что понимала кошка, чьё сало съела, и Барановский заперся в своём поместье и носа оттуда не казал. Взять поместье штурмом мы не могли, из-за запрета Генерал-губернатора на боевые действия. Кроме того, в посёлке рядом с поместьем барона, тоже временно расположился воинский гарнизон Императорских войск.

Использовать Хмурого и его команду, так блестяще себя зарекомендовавшую в предыдущих акциях по устранению противников, в данном случае не представлялось возможным.

Имелся вариант налёта диверсионной группы, отличных специалистов из числа высококлассных бойцов спецназа у нас имелось в достатке. Барона бы мы таким способом наверняка устранили бы. Но в этом случае наши действия выглядели бы как прямое нарушение указания Генерал-губернатора, что было чревато серьёзными проблемами.

Сути дела это, впрочем, не меняло, так как других подходящих вариантов всё равно не было. Но при этом резко повышались требования к проведению акции, проникнуть в поместье и устранить барона нужно было без лишних жертв и так, чтобы не было явных доказательств нашей причастности к ликвидации Алексея Барановского.

Задачка выглядела как что-то из области нереального. Но это если не брать в расчёт магию. Которая теперь благодаря моей новейшей разработке в области технологий порталов, у меня была, как и возможность заряжать магические накопители энергии.

Поэтому, не откладывая дело в долгий ящик, в одну из ближайших ночей я, вместе с боевой пятёркой, состоящей из трёх бойцов и двух боевых магов, выдвинулся в сторону поместья барона.

До ближних подступов двигались в обычном режиме, пользуясь приборами ночного видения. Многочисленные посты и часовых мы легко обходили, поскольку магическим зрением я издалека замечал ауры бойцов внешней охраны.

Территорию поместья по периметру окружал трёхметровый забор из металлической сетки, с пущенной поверху колючей проволокой. Забор был под током, подступы и территория за забором контролировались видеокамерами и датчиками движения.

Магическим зрением я видел, что на территории поместья и в самом особняке находится около двухсот бойцов. Ещё и десяток собак сторожили территорию в ночное время.

Охрана была что надо. Даже очень хорошо подготовленной диверсионной группе было бы очень сложно без боя преодолеть все охранные рубежи.

Но на магию вся эта защита рассчитана не была, поскольку все знали, что магия здесь не работает. Никто, конечено, не рассчитывал на появление здесь монстра вроде меня.

Существовало множество способов преодоления защитного периметра, но я выбрал самый быстрый, хотя и сложный вариант. Построил короткий порта, прямо к стене трёхэтажного господского особняка, в том месте, где не было охранников.

Проникнув на территорию поместья, накинул на нас маскировочное поле, к которому добавил ещё заклинание, отпугивающее собак, чтобы они со своим чутким слухом и нюхом, нас не спалили случайно.

Проникнуть в дом тоже было задачей непростой. Все окна на первом этаже были забраны решётками, а все входы ночью заперты и тщательно охранялись.

Но окна третьего этажа решёток не имели и некоторые были даже открыты. Расположение аур обитателей дома в помещениях особняка и несущих дежурство охранников я прекрасно видел и выбрал открытое окно комнаты, где никого не было.

После чего с помощью заклинания левитации переправил в комнату бойцов, а маги сами левитировали, используя энергию от наполненных мной перед выходом в рейд кристаллов-накопителей.

Ещё в первые дни я внимательно рассмотрел и запомнил в Екатеринбурге ауры всех четырёх своих соседей и поэтому сейчас легко определил, где находится господин барон внутри особняка. И судя по интенсивности свечения ауры вражина не спал, и рядом с ним находились ауры ещё трёх человек.

Интересно девки пляшут. Чем же занят этот нехороший человек поздней ночью? Неужто готовит очередную пакость против хорошего человека, то есть меня?

Для выяснения этого вопроса, я создал теневого шпиона, невидимую для взгляда обычного человека малую демоническую псевдосущность, чьими глазами мог наблюдать и отправил бесплотное существо в комнату, где находился барон.

Оказалось, что барон занят не боевым планированием, а предаётся пьянству и разврату. В комнате кроме самого барона, находилось три девицы, тёмненькая, светленькая и рыженькая. Надо сказать, что губа у барона не дура, все девушки были ну очень симпатичными.

Так-то, барон в своём праве, человека можно понять, сидит тут теперь в изоляции, в город выехать опасается, тут со скуки тронуться можно. Поэтому можно простить человеку некоторые слабости.

Так-то оно так, но присутствие возле барона этих девиц представляло определённые сложности. Убивать его у них на глазах, значило оставлять ненужных свидетелей. А прикончить случайно оказавшихся не в том месте не в то время девчонок, было как-то неправильно. Не хотелось мне так поступать.

Пока я так размышлял, барон и девушки покинули комнату, где они баловались шампанским и фруктами, проследовали по второму этажу, спустились на первый этаж, а затем проследовали в пристройку, где находилась сауна и крытый плавательный бассейн весьма немалых размеров.

Оставив группу прикрытия контролировать третий этаж и пути отхода, я под покровом невидимости направился следом за весёлой компанией.

Проникнув в бассейн, я застал там картину, радующую глаз. Девицы и до этого были скорее полураздеты, чем одеты, а теперь собирались поплавать. Поскольку купальников у них с собой не оказалось, то девушки, нисколько не смущаясь, избавились от остатков одежды и теперь были абсолютно голыми.

Я уже говорил, что девчонки были классными, а в обнажённом виде они смотрелись ещё лучше. Настолько, что у меня чуть слюнки не потекли, а член напрягся и предательски встал, сковывая движения.

Тем временем девчонки попрыгали в воду и принялись резвиться, сверкая аппетитными попками и упругими сиськами. Барановский, тоже голышом, развалился в кресле возле столика с напитками и закусками и смаковал коньяк из пузатого бокала, с удовольствием наблюдая за играми проказниц.

Вскоре девицы наплавались и вылезли из воды, обтёрлись полотенцами и тоже расположились в креслах, уделив внимание выпивке. В отличие от барона девушки предпочли шампанское.

Теперь уже барон решил поплавать и, красуясь, двинулся к бортику бассейна. Должен признать, что смотрелся барон неплохо. Барановский был мужчиной стройным, мускулистым, а некоторая чрезмерная волосатость не портила его, а придавала вид мужественный и, с точки зрения женщин, даже сексуальный.

Барон картинно замер на краю бассейна, а после, сильно оттолкнувшись от бортика бассейна, по высокой дуге, красиво, почти без всплесков, вошёл в воду, донырнув почти до дна бассейна, и поплыл под водой, активно работая ногами.

Тут мне и пришла в голову мысль, как обстряпать дело. Я создал на глубине полуметра от поверхности силовую плоскость, превратив тонкий водяной слой в упругую плёнку. Со стороны этот уплотнённый слой, отсекающий верхнюю часть воды бассейна, был совершенно незаметен.

Барон между тем проплыл под водой почти половину бассейна и попытался вынырнуть на поверхность. Но не тут-то было. Барановский рвался вверх, пытаясь пробить упругую преграду, но у него ничего не получалось. Со стороны тонущего человека ситуация была такой же, как если бы он провалился под прозрачный лёд водоёма и пытался пробить слой льда, отделяющий его от спасительного глотка воздуха.

Девушки засуетились, вскочили из кресел и столпились у края бассейна, но бросаться в воду, чтобы помочь барону, где происходило что-то непонятное, никто из них не решался.

Барон был сильным человеком, за свою жизнь он боролся отчаянно, но вскоре воздух в лёгких у него закончился, барон глотнул воды и пошёл на дно. Убедившись, что он уже не всплывёт, я развеял заклинание, скрыв все следы. Теперь обнаружить, что же убило барон, было совершенно невозможно. Никакие эксперты и криминалисты не догадаются, что именно ему не дало всплыть, поскольку никаких видимых препятствий в воде не было.

Девушки, конечно, расскажут о странной агонии барона. Но и сам барон был изрядно пьян, и девушки выпили немало, так что все их рассказы, скорее всего, спишут на пьяные бредни.

В любом случае, доказать, что причиной смерти барона послужило постороннее вмешательство, будет невозможно.

Ждать, пока девушки придут в себя и поднимут панику, я не стал. Быстро поднялся на третий этаж, где меня поджидала группа поддержки, и вместе с ними через окно покинул особняк. Затем через окно портала мы переместились за пределы поместья, так никем и не замеченные.

Обратный путь от поместья барона прошёл без происшествий, и утром я проснулся уже в своей постели.

А уже к вечеру пожаловали неприятные гости из Екатеринбурга. Прибыл аж целый начальник Особого Отдела Полиции по Екатеринбургской Губернии, некий господин Фёдор Олегович Довлатов, аж целый полковник. Прибыл не один, а в сопровождении пятерых сотрудников и десятка солдат из временного гарнизона, под командованием капрала.

Встретили их неласково, и моя охрана их основательно помурыила, прежде чем пропустила ко мне. Да и пропустили не всех. В особняк впустили только сотрудников Особого Отдела. Вояк в дом не пустили. Те пытались качать права, но в окружении нескольких десятков суровых бойцов в тактической броне имперского спецназа идти на открытое столкновение не рискнули.

Довлатов мне сразу не понравился. Седеющий господин, с наметившейся лысиной и пивным животиком, пытавшийся казаться суровым и загадочным, но бегающие глазки портили грозный образ служителя закона.

Видя перед собой молодого вьюношу, полковник попытался сразу взять мена на арапа.

— Господин граф, вас следует проследовать со мной в Екатеринбург для дачи показаний, — с ходу заявил этот засранец.

— По какой такой причине? — скептически поинтересовался вышедший к гостям вместе со мной начальник моей личной охраны Волков.

— Сегодня ночью, в своём доме, был зверски убит барон Алексей Барановский, — заявил полковник.

— А я-то тут при чём? — удивился я.

— Вы подозреваетесь в организации его убийства, — хмуро заявил полковник.

— А что, есть какие-то основания подозревать именно меня? — возразил я.

— Не валяйте дурака, — отрезал Довлатов. — Всем известно о вашем конфликте с покойным. Поэтому следуйте за мной. В случае сопротивления я буду вынужден применить силу.

— Ты дурак⁈ — зло рявкнул Волков. — Какую силу? Здесь несколько сотен отлично подготовленных бойцов. Стоит вам только дёрнуться, от вас мокрого места не останется.

— Я действую по прямому указанию Администрации Генерал-губернатора. Ваше сопротивление будет расценено как бунт против власти, со всеми вытекающими последствиями. Вы же не собираетесь воевать с государством? — несколько сбавив тон, продолжил упираться полковник.

— Ну ты и ваша сраная Администрация, это ещё не всё государство. Если надо, то и с вашим Генерал-губернатором повоюем, — отрезал Волков.

— Да ты погоди, Петрович, — остановил я разбушевавшегося Волкова.

Мне ясно было, что это подстава и Довлатов действует по наводке наших противников, использующих свои связи в окружении Генерал-губернатора. Их целью было меня арестовать, а там мало ли что может случиться с арестантом. Но и начинать открытую войну с местными властями мне тоже было не с руки. Поэтому я задействовал припрятанные козыри.

— Добровольно следовать с вами я не намерен, а задержать меня вы не можете, поскольку я не подлежу вашей юрисдикции, — заявил я Довлатову.

— Ошибаетесь, дорогой вы мой человек, — осклабился полковник. — Поскольку именно Особые Отделы и занимаются людьми дворянского сословия.

— Не смею опровергать столь очевидное, — согласился я. — Но дело тут не в принадлежности к сословию, а в принадлежности к разным ведомствам. А поскольку наша Служба вам не подотчётна, то вынужден отклонить ваше приглашение. Если есть вопросы, обращайтесь к моему руководству.

— Какие ещё ведомства? — вылупился на меня Довлатов.

Я же молча протянул ему пластиковое удостоверение сотрудника Имперской Службы Безопасности. Поскольку магия здесь не работала, и перстень, идентифицирующий мои полномочия, я задействовать не мог, то перед отъездом озаботился получением в секретариате Константина Кропоткина пластиковых дубликатов удостоверения трёх уровней. И сейчас я предъявил Довлатову удостоверение второго уровня, которое в табеле о рангах примерно соответствовало должности и званию самого Довлатова.

Довлатов сначала вылупился на предъявленный документ, а затем неуверенно заявил:

— Это подделка. Я сейчас позвоню Начальнику Управления Имперской Службы Безопасности по Екатеринбургской Губернии и разоблачу вашу фальшивку.

— Звоните! — предложил я.

Довлатов торопливо достал свой мобильник и принялся набирать номер.

— Добрый вечер, Ефим Степанович, — поздоровался он, когда абонент ответил. — Довлатов беспокоит. Тут вот какое дело…

Полковник отошёл в сторону, чтобы мы не слышали разговора, и принялся что-то настойчиво втолковывать собеседнику.

Я не особо волновался. Поскольку первым делом по приезде в Екатеринбург я посетил Начальника местного Управления Ефима Степановича Морозова, с которым имел продолжительную беседу. А поскольку до этого ему несколько раз самолично звонил Константин Кропоткин, с которым они были в приятельских отношениях, то Морозов был в курсе наших дел и гарантировал нам полную поддержку.

Через несколько минут, переговорив с Морозовым, полковник вернулся. Вид у него был растерянный.

— Приношу свои извинения, — сухо поцедил он. — Конфликты с вашей Службой мне не нужны. Но я вынужден доложить в Администрации о вашем отказе сотрудничать со следствием.

— Это сколько угодно, — согласился я. — Не смею вас больше задерживать. И поосторожнее в пути. Нынче у нас тут на дорогах неспокойно. Какие-то бандиты пошаливают.

Полковник на моё напутствие отвечать не посчитал нужным и гордо удалился, прихватив с собой солдат местного гарнизона, которые уже изрядно перетрухали в окружении мрачных матёрых вояк, рядом с которыми они смотрелись как стадо баранов в окружении волчьей стаи.

* * *

Генерал-губернатор Фёдор Афанасьевич Муравьёв был не в духе. Час назад от него вышел его ближайший соратник, Советник Арон Моисеевич Пыж, который весьма эмоционально возмущался действиями некого графа и настаивал на принятии к нему решительных мер.

Однако, при всей его властности, можно сказать, даже дурости, на самом деле Муравьёв был человек осторожный, и его образ самодура был не чем иным, как игрой на публику.

И сейчас он внимательно слушал другого своего приближённого помощника, начальника Службы Безопасности, Филимонова Ивана Денисовича, человека опытного, бывшего полковника контрразведки Императорской Армии.

— Несмотря на то что всё выглядит как несчастный случай и барон Барановский утонул по пьяни в собственном бассейне на глазах развлекавших его шлюх, мы уверены, что это убийство, — докладывал Филимонов. — Следуя принципу «Cui prodest?», можно с уверенностью утверждать, что организатором убийства барона является граф Малышевский. Но доказать это совершенно невозможно.

— Но насколько я понял Пыжа, задумка была в другом. Начальник Особого Отдела Полиции Довлатов лично выехал в Малышеву, чтобы арестовать графа и посадить его камеру, где на него можно было оказать соответствующее давление.

— Всё верно. Но возникли некоторые нюансы. Этот мальчишка не так прост, как мы думали. Оказалось, что граф является высокопоставленным сотрудником Имперской Службы Безопасности и не подпадает под юрисдикцию Особого Отдела.

— Информация проверенная?

— Так точно. Я лично разговаривал с Начальником Управления по Екатеринбургской Губернии, полковником Морозовым. Он подтвердил принадлежность графа к их структуре. Причём конфиденциально проинформировал, что граф является человеком из ближнего окружения Константина Кропоткина и даже лично хорошо знаком с Главой Великого Дома Кропоткиных Князем Петром Алексеевичем, который к нему весьма благоволит.

— Ну мы и раньше знали, что этот граф и их новая Изумрудная Компания тесно связаны с семейством Кропоткиных.

— Знали, — подтвердил Филимонов. — Но не знали, что настолько тесно. Одно дело деловые и служебные связи, и совсем другое, предпринимать сомнительные действия в отношении человека из близкого круга Князя. Тут впору задуматься, стоит ли вообще лезть в эту мутную историю. Арон Моисеевич слишком любит деньги и замешан во многих мутных делишках. Но эта история стоит особняком, конфликт с Великим Домом Кропоткиных, вещь опасная.

— Шибко ты умный, однако, — проворчал Муравьёв. — Как будто я и сам не понимаю. Но у нас в Губернии не так много источников доходов. Кроме металлургических заводов и изумрудных приисков, крупных плательщиков в наш особый Фонд (Муравьёв подразумевал свой карман) нет. Прежние хозяева щедро нам платили за покровительство. А что теперь? Где деньги брать? У меня жена молодая, расходы будь здоров. Да и вы все, привыкли жить на широкую ногу, — Муравьёв говорил с Филимоновым откровенно, поскольку от давнего соратника тайн у него не было.

— Всё верно, — согласился Филимонов. — Но никакие деньги не стоят открытой вражды с Кропоткиными. Только тут такое дело, граф Малышевский вскоре вернётся в столицу, ему наши местные дела неинтересны. А Управляющий «Первой Изумрудной Компанией» Василий Кропоткин, человек разумный. Можно ведь и с новыми владельцами договориться о взаимовыгодном сотрудничестве, — намекнул Филимонов.

— Ладно. Пожалуй, никаких резких шагов пока предпринимать не будем, — подумав, согласился Муравьёв. — Ты, Иван, проработай тему сотрудничества с новыми хозяевами. Только аккуратно, без лишнего шума.

— Сделаем, — уверенно пообещал Филимонов, который Пыжа сильно не любил и решил, что раз Арон Моисеевич подставился, следует начать свою игру. Изумруды, слишком жирный кусок, и, кажется, настала пора потеснить хитрого еврея от кормушки.