— Идиот!

— Сам идиот!

— А в рыло!

— Да успокойтесь вы уже. Как малые дети прямо, — не выдержал барон Уваров.

Граф Пономарёв и барон Барановский стояли друг напротив друга с покрасневшими лицами и сжатыми кулаками, готовые вцепиться противнику в глотку. Удерживал их от этого только разделявший их стол.

— Это его человек командовал объединённым отрядом, поджидавшим Малышевского в засаде. И всё бездарно просрал, несмотря на подавляющее численное преимущество и приданную войскам бронетехнику, — обвиняющее ткнул пальцем в Барановского граф Пономарёв.

Граф Пономарёв был высоким, худым, но жилистым, рыжим, с рыжими же усами и к тому же как большинство рыжих людей нервным и агрессивным.

Барон Барановский был напротив мужчиной крепким, приземистым, с большой лобастой головой, которую имел обыкновение наклонять вперёд, благодаря чему ещё больше напоминал животное, от которого происходила его фамилия. Обычно барон вёл себя достаточно сдержанно, но сейчас был в ярости.

И это было неудивительно, поскольку чудовищный разгром войсковых подразделений, участвовавших в засаде, разом уменьшивший численность войск коалиции почти на полторы тысячи человек и лишивший их половины бронетехники и большей части боевых вертолётов, явился для всех четверых основательным потрясением.

— Не думаю, что в произошедшем есть вина человека барона, командовавшего объединённым отрядом, — задумчиво включился в спор боярин Кирилл Бельский. В отличие от своих подельников, редко покидавших Екатеринбург, боярин Бельский частенько бывал как в столице, так и за границей. Он даже образование получил в Англии и поэтому гораздо лучше ориентировался во внутренней и международной политике и реальном раскладе сил в Империи. А также в развитии современных технологий, включая военные.

— А кто же тогда? — продолжал напирать граф Пономарёв. — Наши войска действовали из засады, место было выбрано идеально. Колона противника растянулась по единственной дороге и была лишена возможности манёвра. Мы имели подавляющее преимущество в численности и боевой технике. И что в результате? Сокрушительный разгром.

— Может вам и неприятно будет это слышать господа, но в условиях современных методов ведения войн, численное преимущество и бронетехника больше не играют решающей роли. Основным фактором, обеспечивающим преимущество на поле боя, является техническая оснащённость современным оружием. И следует признать, что в этом плане мы сильно уступаем боевым подразделениям графа Малышевского, — спокойно пояснил Бельский.

— Что вы имеете в виду? — напрягся Пономарёв. — Вы намекаете, что наши войска плохо вооружены?

— Не намекаю, а прямо говорю, — не поддался на провокацию Бельский. — И это не моё мнение, а ведущих армейских экспертов, с которыми консультировались мои специалисты. В современной войне огромную роль играет разведка, позволяющая контролировать расположение и движения войск противника на театре военных действий в режиме реального времени.

Войска графа Малышевского располагают большим количеством разведывательных дронов, которые позволяют им абсолютно точно отслеживать передвижения наших боевых подразделений. Благодаря этому, они точно знают, где находится буквально каждый наш боец, не говоря уж про боевую технику. В таких условиях любые манёвры наших подразделений легко контролируются противником. В то время как его боевые группы имеют преимущества скрытного перемещения.

Более того, противник располагает большим количеством ударных дронов, которые гораздо эффективнее, чем даже современная артиллерия. Зная точное расположение целей, беспилотники легко могут поражать живую силу и технику. Использование танков и бронетранспортёров в таких условиях становится почти невозможных, поскольку они быстро уничтожаются дронами-камикадзе. И это речь идёт о современных образцах бронетехники, в то время как наши танки и прочая бронетехника представлена в основном устаревшими образцами.

— Тогда мы должны срочно перевооружить наши войска современным оружием, раз оно настолько эффективно, как вы рассказываете, — безапелляционно заявил Пономарёв.

— К сожалению, это невозможно, — вздохнул Бельский. — Такое перевооружение потребует огромных средств, которых у нас нет. Дело в том, что это сложная технологическая система. Нужны не только беспилотники, но и современные системы связи и спутникового позиционирования, позволяющие осуществлять управление дронами. Кроме того, нужны опытные операторы беспилотников, специалисты редкие и дорогие. К тому же всё это требует большого количества времени.

В добавление ко всему сказанному, хочу вам напомнить господа, что мы лишились доходов от добычи изумрудов. А без них лично я не могу долго содержать даже ту боевую Дружину, которая имеется в моём распоряжении на данный момент. Думаю, что у вас такая же ситуация.

— Хочу обратить ваше внимание, что мы лишились не только доходов от добычи изумрудов, но также противником захвачено всё горнодобывающее оборудование. И хотя оно было далеко не новое, но даже если нам удастся вернуть контроль над приисками, думаю, что оборудования мы лишились навсегда. А на приобретение нового оборудования понадобятся столь большие деньги, что я не уверен, что мы сможем позволить себе такие расходы, — мрачно пробасил вступивший в беседу Трифон Уваров.

Барон Уваров был личностью примечательной. Внешностью он напоминал былинного русского богатыря. Мощное телосложение, копна русых волос и густая борода делали его внешность весьма колоритной.

— Судя по данным наших шпионов, старое оборудование уже демонтируют, но завозят и монтируют новое оборудование, — добавил Бельский.

— Откуда у этого щенка столько денег? — удивился Пономарёв.

— Судя по всему, деньги вкладывает внезапно объявившаяся никому не известная «Первая Изумрудная Компания», которая заключила с графом договор долгосрочной аренды земель, на которых находятся месторождения изумрудов, — пояснил Бельский. — И это ещё одна наша проблема господа. Причём даже более неприятная, чем этот выскочка граф. Поскольку моим людям удалось выяснить, что Компания эта принадлежит Великому Дому Кропоткиных и возглавляет её дальний родственник Князя Петра Алексеевича, Василий Кропоткин.

— Мы как-то можем оспорить эту сделку? — напрягся Уваров.

— Мои юристы говорят, что это бесполезно, учитывая, что противоборствующая сторона обладает финансовыми и административными ресурсами, значительно превосходящими наши. Кропоткины, не то семейство, с которым прокатят обычно применяемые нами методы, тут даже наши связи с Генерал-губернатором не помогут. Единственный легальный путь, это объявить войну графу Малышевскому и захватить нужные нам земли в качестве военных трофеев. Тогда арендный договор Компании с графом потеряет юридическую силу.

— Идея мне нравится, — согласился граф Пономарёв. — Войск у нас по сравнению с противником много. А чтобы не соваться под их удары дронами, нужно устроить им глухую блокаду. Полностью отрезать все владения графа от снабжения. Тогда они не смогут доставлять на прииски новое оборудование и боеприпасы для своих войск. Да и без жратвы останутся, думаю, что запасов продовольствия у них нет, а в городке всё же приличное количество жителей, которые вскоре взбунтуются. А мы тем временем будем засылать на их территорию многочисленные небольшие диверсионные отряды. Думаю, что через месяц граф будет вынужден капитулировать.

— Боюсь, что такой вариант не прокатит, — поморщился Бельский. — Мы сами раньше капитулируем. У нашего противостояния с графом есть не только военный, но и экономический аспект. В договорах с моими дружинниками и наёмниками, предусмотрены повышенные выплаты в случае ведения боевых действий, а также значительные выплаты за ранения и выплаты родственникам погибших бойцов. А доходов от реализации изумрудов, как уже упоминалось, мы лишились. Более того, не знаю как у вас, а у меня имеются значительные долги, и теперь кредиторы, видя, что мы лишились основного источника доходов, требуют досрочного погашения некоторых крупных долгов. Так что долго вести военную кампанию мы не сможем, разоримся раньше.

— У меня ситуация ещё хуже, — проворчал барон Уваров. — Под эти наши проекты с изумрудами я взялся обновлять оборудование своих гранильных мастерских, тоже влез в кредиты, и теперь всё это оборудование находится в залоге у банков, а без поступлений от продажи камней мне скоро станет нечем платить проценты по кредитам.

— Таким образом, вариант с долговременной блокадой земель графства Малышевского отпадает, — подытожил Кирилл Бельский. — Мы должны ударить по войскам графа Малышевского всеми имеющимися у нас силами. Задавить его численным превосходством, не считаясь с потерями.

Четверо подельников молча сидели за столом, осмысливая услышанное. Вроде никто из них не возражал, но мысли в головах у всех четверых крутились разные. Каждый из них думал над собственным планом спасения, в котором места подельникам не было.

Крысы ещё не побежали с корабля, но уже озаботились поисками путей отступления. И было ясно, что никто из них не станет сомневаться, если для собственного спасения придётся пожертвовать союзниками.

* * *

Учитывая обстоятельства, мне надо было активизировать военные действия, чтобы поскорее лишить противников возможности осуществить длительную блокаду моих территорий.

Оказалось, что противники тоже сделали ставку на решительное сражение. Их на это толкали экономические причины. В ситуации, когда они лишились основных доходов, которые им обеспечивала добыча изумрудов, они оказались не в состоянии содержать свои армии в боевых условиях, к тому же на них давили обеспокоенные кредиторы.

В итоге коалиция моих дружелюбных соседей официально объявила мне войну.

С момента разгрома засады на дороге к Асбесту и объявлением войны, прошло около недели, и за это время мы успели провести в Малышеву ещё несколько больших караванов с оружием, боеприпасами и различным техническим оборудованием.

Так что блокады мы не особо опасались, а само официальное объявление войны не застало нас в врасплох. Однако, эта новость требовала от нас срочной оценки ситуации, и мы собрались в узком кругу, чтобы обсудить наши действия.

Кроме меня, на совещании присутствовали только начальник моей личной охраны и по совместительству руководитель подразделений по проведению спецопераций Всеволод Волков и Командир графской боевой Дружины Евпатий Багратион.

Начал доклад Багратион.

— Дружина у нас полностью укомплектована, сейчас она включает тысячу бойцов, все бывшие профессиональные военные. Вооружены самым современным стрелковым оружием, гранатомётами, крупнокалиберными пулемётами. Из тяжёлого вооружения два десятка современных пушек, два десятка реактивных систем залпового огня, два десятка современных зенитных ракетных комплекса, хотя стрелять из них особо некуда, поскольку у противника осталось всего пять штурмовых вертолётов. Для быстрой переброски пехоты имеются два десятка БПМ и десяток БТР огневой поддержки. Для переброски на более дальние расстояния людей и грузов, десяток военно-транспортных вертолёта.

Кроме того, на период боевых действий, нами нанято несколько отрядов наёмников общей численностью около тысячи человек. Люди надёжные, проверенные, командиров я знаю лично и за них ручаюсь. Вооружение у них немного похуже, чем у нас, но получше, чем у подразделений противника.

В целом этих двух тысяч человек достаточно, чтобы держать долговременную оборону против превосходящих сил противостоящих нам войск, но недостаточно для их разгрома и решающего наступления.

Но это без учёта спецподразделений, находящихся в подчинении господина Волкова и подразделений беспилотников, которые являются нашей основной ударной силой.

— Всеволод Петрович? — обратился я к Волкову.

— В составе отрядов спецназначения сейчас около пятисот человек, — откликнулся Волков. — Это в основном мои бывшие сослуживцы из различных подразделений спецназа императорской армии. Они разбиты на небольшие отряды и рассредоточены в окрестностях Малышевы и основных мест дислокации подразделений противника и их складов с боеприпасами и горючим. Также в моём распоряжении находится порядка двухсот операторов беспилотников. Часть из них расположена здесь в городе и поместье, а часть на базе Кропоткиных в Екатеринбурге.

— Ну и как вы оцениваете ситуацию? Какие наши действия? — поинтересовался я сразу у обоих.

— При стандартной тактике ведения боевых действий, перспективы у нас не очень хорошие, — признал Командир Дружины. — Оборона у нас надёжная и прорыва к основным защищаемым объектам мы не допустим. Но при таком варианте развития событий противостояние может затянуться. Поэтому наша тактика строится на использовании современных методов ведения войны, с которыми наши противники плохо знакомы и для использования которых, не имеют соответствующего вооружения.

При реализации этого плана, основная роль принадлежит спецподразделениям и техническим средствам поражения живой силы и техники противника. Поскольку эти подразделения находятся в подчинении Всеволода Петровича, то думаю, что он лучше изложит предлагаемый нами план ведения боевых действий.

— В том что мы, пользуясь техническим преимуществом, рано или поздно разгромим войска коалиции, у меня никаких сомнений нет, — начал Волков. — А их намерение организовать штурм всеми имеющимися силами, играет нам только на руку. И хотя не стоит недооценивать противника, особенно с учётом большой численности их войск по сравнению с нашими силами, но, по сути, это скорее местное ополчение, чем настоящая армия. Тем более что это не единая армия, а отдельные боевые Дружины ваших соседей, между которыми не отработано взаимодействие и отсутствует боевое слаживание.

Разведка и контрразведка у них построена отвратительно. Благодаря особо малым разведывательным дронам мы фиксируем разговоры на совещаниях не только их командного состава, но и даже переговоры самих первых лиц. Кроме того, нами подкуплены многие командиры противника, и мы знаем все их планы.

Штурм состоится в ближайшие дни, и за несколько часов до его начала мы планируем осуществить упреждающий удар по наиболее уязвимым для противника местам. Так что штурм у них пойдёт не по плану и будет сопровождаться большими потерями или совсем сорвётся.

Для наибольшей эффективности желательно было бы перед самым началом штурма устранить большинство их ключевых командиров, чтобы разрушить систему управления войсками. Но учитывая короткие сроки для подготовки таких акций, и то, что их командиры уже сейчас находятся в расположении боевых подразделений, сделать это можно будет только частично.

В целом мы рассчитываем в результате сражения нанести противнику настолько значительный урон, что его войска утратят боеспособность и в дальнейшем будут способны вести только оборонительные действия.

— Звучит неплохо, — согласился я. — А с ликвидацией ключевых командиров противника, я могу помочь. Есть у меня одна задумка.

* * *

В стратегическом плане возможность использования магии за пределами Москвы не меняла расклад сил между ведущими государствами. Но вот в тактическом плане, обладание магией давало мне огромные преимущества перед моими недружелюбными вороватыми соседями.

В принципе, теперь я имел возможность, периодически подзаряжаясь от накопителя в заклинательной комнате, наносить удары, сравнимые с использованием ядерной бомбы малой мощности. Но, разумеется, так светиться перед властями я не собирался.

Но не напрасно я с собой взял десять проверенных боевых магов из своей ЧВК, которых и использовал для помощи Волкову в деле ликвидации ключевых фигур в командовании противника.

Поскольку мы точно знали время начала штурма и основные направления нанесения ударов, то свой ход мы сделали ближе к полуночи, накануне штурма, который был назначен противником на пять часов утра.

Главной проблемой диверсантов Волкова было незаметное проникновение в места дислокации военных подразделений противника на дистанцию достаточную для ликвидации командиров противника без открытого боестолкновения. Поэтому от наших магов требовалось обеспечить тайное проникновение диверсантов к намеченным целям.

Магов с собой я взял достаточно сильных и их маскировочные заклинания обнаружить с помощью современных земных технических средств было невозможно. Основной проблемой было то, что магов было только десять, цели, намеченные к ликвидации, находились на относительно большом расстоянии друг от друга. Хотя в некоторых местах, где располагались командные штабы подразделений противника, присутствовали одновременно несколько командиров высокого ранга, что значительно облегчало задачу.

Так что нашим ребятам пришлось побегать. Но боевых магов я с собой брал в основном тех, которые неоднократно участвовали в походах за Провал и были привычны к быстрым маршам.

Потрудились ребята знатно, хотя побегать пришлось изрядно. Поскольку выбирали те места расположения противника, где было одновременно сосредоточено наибольшее число командиров, то до начала штурма диверсионные группы успели прикончить около двухсот командиров противника. Поэтому, когда настало время штурма, командовать атакующими было особо некому.

Да и штурмовать, было тоже особо некому и нечем. Поскольку группы ликвидаторов командного состава, были не единственными диверсионными группами, которые ночью атаковали расположение противника.

Куда больше таких групп атаковали места дислокации наиболее боеспособных частей противника. А поскольку атака велась в ночное время, а наши бойцы были экипированы приборами ночного видения, то противники оказались почти беспомощными против этих ночных атак.

Но и это было ещё не всё. Как только наши диверсионные группы закончили свои атаки и отошли на достаточное расстояние, по заранее разведанным местам расположения боевой техники и крупных подразделений, отработали сначала реактивные системы залпового огня, а потом в дело вступили многочисленные беспилотники.

В результате была уничтожена вся бронетехника противника, оставшиеся боевые вертолёты и немногочисленная артиллерия, а также запасы топлива для техники.

И всё же, несмотря на колоссальные потери, из-за отсутствия единого командования, поскольку большинство командиров противника были уничтожены во время ночного рейда наших штурмовых групп, оставшиеся войска противника начали наступление точно в намеченное время.

Это было уже не сражение, а бойня. Поскольку мы точно знали направления, по которым будут атаковать подразделения противника и наступающие попали под плотный артиллерийский и пулемётный огонь, а затем пошла очередная волна беспилотников.