Рюнал

Стол в кабинете наследника ломился от бумаг. Документы о неразглашении от нанятых слуг, договоры с купцами, прошения... И все они требовали внимания Рюнала, несмотря на поздний час. Если бы не многолетний опыт и долгая подготовка, он наверняка бы не справился один. Но его взгляд был спокойным и уверенным, наследник твердыми выверенными движениями брал листы, пробегался по ним глазами, ставил печати там, где нужно, и откладывал в сторону. Вскоре сбоку от него появилась ровная стопка, а хаос превратился в порядок, как наследник и любил.

— Min hojstand! — раздалось из-за двери, и не успел Рюнал даже ответить, как в комнату ворвался вагат.

— Ты что себе позволяешь, Кураль? — возмутился наследник, поднимая голову. Но лишь заметив безумный, испуганный взгляд вагата, нахмурился и, встав из-за стола, быстро подошёл к нему. — Что стряслось?

Кураль замотал головой. Подбородок его дрожал, и Рюнал заметил, что длинные синие перчатки были испачканы чем-то красным.

— Говори! — Рюнал схватил его за плечи и встряхнул.

Вагат вытянулся и, резко подобравшись, произнес почти звенящим сталью голосом:

— Дасний мёртв. Принцессы Калисы нет в ее покоях.

Рюнал застыл. Он смотрел на Кураля широко раскрытыми глазами, и тот отчего-то побледнел еще больше, чем раньше. Лицо наследника словно превратилось в каменную маску. В голове стоял гул, будто тысячи колоколов ударили одновременно. Мысли разлетелись по закоулкам сознания, и ни одну из них Рюнал не мог поймать.

Калиса пропала. И вагат, что должен был охранять ее покои, мертв. Иного это значить не могло.

— Min hojstand?.. — неуверенно протянул Кураль.

— Почему ты пришел ко мне? — голос принца напоминал стужу за окном. Он смотрел на вагата в упор, но будто не видел его перед собой.

Кураль отступил к двери и неуверенно ответил:

— Вы ведь просили... сообщать вам первому, если что-то произойдет, — Кураль прокашлялся и продолжил уже более спокойно: — Я просто выполняю ваш приказ, min hojstand.

Рюнал кивнул, хотя лицо его все еще ничего не выражало, словно он даже не услышал слов вагата. Он прошелся по кабинету, затем остановился у стола и резким движением скинул все бумаги.

— Кто-то приходил в ее покои перед сменой караула? — почти прорычал принц, глядя в окно. Вагат замешкался, вспоминая. Рюнал повторил громче, с нажимом и угрозой в голосе: — Кто приходил к Калисе, перед тем как ты ушел?!

— Советник Колд! — поспешно ответил Кураль, отступая еще на шаг. — Он приходил к ней примерно в пять часов.

Рюнал кивнул, закрывая глаза. Несколько мгновений он приходил в себя, затем повернулся к вагату.

— Сообщи отцу. Думаю, скоро мы получим письмо с требованием выкупа. Мы должны быть готовы.

Кураль изумленно кивнул. Это был приказ наследника. Не брата, что переживал за сестру. Будущего Правителя, который точно знал, как действовать. Вагат несколько секунд наблюдал за Рюналом, затем снова кивнул и вышел из кабинета.

Только оставшись в одиночестве, Рюнал медленно опустился на пол, опершись на стол. Его била мелкая дрожь.

Воспоминание о предложении Колда на недавнем совете крутилось каруселью:

«Min heresk, все мы обеспокоены здоровьем unge Калисы. Наши лекари, очевидно, бессильны. Но мои дипломатические каналы позволяют обратиться к целителям из Святилища Утренней Росы на западной границе наших земель. Они славятся умением лечить «огненные недуги» и странные лихорадки. Я могу организовать её безопасную поездку. Под личной охраной, разумеется».

И он организовал. Только в обход Правителя, в обход закона. Выкрал Калису из замка, чтобы... что? Вылечить ее? Рюнал хрипло рассмеялся. Пусть даже он не знал полной картины, но точно был уверен: «недуг» сестры не лечится.

Рюнал закрыл лицо руками и стал вспоминать.

Смерть матери. Отец тогда сказал ему, девятилетнему, что мать убили повстанцы. Но почему? Ведь Руну любили все. Даже те, кто ненавидел Правителя.

— Сын мой, — говорил Аксал, держа его, заплаканного, за плечи, — твоя мать пала смертью храбрых. Защищала твою сестру. Ты должен это знать. Калиса не виновата в ее смерти, запомни это.

Но если Руну убили повстанцы, почему отец сказал, что Калиса не виновата?

Не сходилось. Не хватало какой-то детали, которая вечно ускользала от Рюнала.

И тогда он вспомнил разговор с отцом о сестре.

«Она вся в мать...»

Быть может, Аксал говорил о том, что у Руны была та же «болезнь»?

Рюнал вдруг вскочил. Теперь пазл сложился. Та деталь, что вечно ускользала... Она всегда была рядом. Всю его жизнь. И сейчас ему требовалось либо найти тому подтверждение и сойти с ума от ужаса осознания, либо опровергнуть догадку и успокоиться.

Только вот что-то подсказывало, что спокойствия ему больше не видать.

* * *

Теперь Рюнал шел к своей цели, не останавливаясь и не отвлекаясь на воспоминания. Запах пыли немного щекотал нос, но наследник не позволил себе снова вернуться в детство. Он молча отворил травяной замок, спустился в подвал по длинной лестнице и быстро пересек архив. Внутри будто появился шар света, который придавал Рюналу уверенность и настойчивость. Он шел вперед лишь с одной мыслью: «Наследник должен знать правду, какой бы ужасной она ни была и сколько бы боли ни принесла».

Стеклянный ящик был покрыт слоем пыли, но принц все же сумел прочитать надпись на выцветшей с годами обложке древнего фолианта: «Dragefortælet*».

Рюнал на секунду задержал дыхание, силясь найти в душе отклик. Что он чувствовал? И вообще чувствовал личто-то? Но в ответ — лишь тишина. Казалось, что душа выгорела до основания. Теперь он был способен лишь выполнять программу, заложенную в него отцом.

Рюнал приложил кольцо к замку на сейфе. Снова запахло серой, но он и не моргнул. Взяв перчатки с полки над ящиком, он быстрым движением натянул их и аккуратно отворил крышку. Фолиант из белого давно превратился в серо-желтый, а страницы едва ли не рассыпались в пальцах. Брать его в руки Рюнал не решился, лишь осторожно открыл книгу и вчитался в слова.

Это был сборник на древнехограсском. Рюнал плохо знал этот старинный язык, но кое-что понять на нем мог. Он перевернул несколько страниц и, наконец, нашел то, зачем пришел.

Крупная надпись с завитушками в верхней части страницы гласила: «Fortæl od dragbrunge**».

— Dragbrunge... — прошептал Рюнал, задержав взгляд на названии легенды. Сколько раз читал он ее в современных интерпретациях? Не счесть. Но каждая из них показывала легенду со своей стороны: где-то говорилось о посланнике богов, принимающем форму дракона; где-то писали, что дракона на самом деле не существовало, а была лишь «огненная болезнь», охватывающая жителей Северных земель. Рюнал не знал, чему верить. Но был уверен, что дело здесь вовсе не в болезни, да и легенда связана не с простыми жителями, а с родом Хограссов.

Он вчитался в текст, пытаясь переводить на ходу.

«Говорят, в стародавние времена, когда землю раздирали Костяные Войны, последняя из драконьих королев полюбила смертного. Не вождя ясного солнца, а сурового Правителя севера, чей народ погибал от меча и голода.

Чтобы спасти его и людей, она совершила немыслимое: отдала ему своё сердце — огненную плоть — и растопила вечную жизнь в его смертной крови. Она сожгла вражеское войско дотла, но обрекла свой род на связь с родом человеческим.

С тех пор в крови Правителя, а затем и в крови его потомков, просыпается древний зов. Рождаются Драконьи Невесты — женщины, чьи тела холодны, как лёд горных вершин, а в жилах струится живой огонь. В тишине они могут принести дому процветание и мудрость древних чудищ, но в час скорби или ярости пламя пробуждается, опаляя всё вокруг».

Рюнал поднял голову и уставился на каменную стену. «Женщины, чьи тела холодны, как лёд горных вершин, а в жилах струится живой огонь» — эта фраза точно описывала состояние Калисы. И пламя, которое пробуждается... Кажется, именно результат этого пробуждения лежал сейчас у него в кармане в виде сожженной фигурки.

Поглубже вдохнув, Рюнал продолжил чтение.

«Проклятие ли это или благословение — не знает никто. Известно лишь одно: сила требует жертвы. И самая чудовищная тайна гласит, что первым пламенем, которое должна обуздать Невеста, часто становится пламя, обращённое против собственного рода».

Теперь у него не осталось сомнений. Аккуратно закрыв книгу и вернув всё на места, принц быстрым шагом вышел из архива, затем — из библиотеки. Мороз сковал дыхание, но Рюнал даже не заметил. Он побежал к радюру, которого часто использовал для личных поездок в пределах города, не обращая внимания на распахнутую куртку.

— Вперед, Тат! — Рюнал хлопнул радюра по шее, и тот, не медля, сорвался с места.

* * *

В кабинете отца не оказалось. Рюнал направился в Зал Советов и уже за несколько шагов*** услышал гомон. Перекликалось множество голосов: кто-то переходил на крик, но его быстро останавливал Правитель; кто-то громко призывал всех успокоиться — Рюнал препдоложил, что это говорил генерал Колду.

Когда принц вошел в зал, никто даже не заметил. Советники и генералы были увлечены беседой — точнее, возмущениями и претензиями. Аксал, сидящий во главе стола, подпирал голову рукой и спокойно наблюдал за происходящим. Стоило Рюналу подойти к нему и сложить крыло, Правитель лишь едва заметно кивнул.

— Min heresk, это ведь угроза всем Северным землям! — почти кричал высоким, почти женским голоском советник Ард. Он заведовал внутренней политикой с тех самых пор, как Рюнал начал хоть что-то понимать. И принц не мог разобраться: почему Ард до сих пор в Совете, если от него один только шум при малейших неприятностях?

Аксал молча слушал советников, которых, казалось, не волновало даже то, что Правитель не отвечает — им было достаточно споров с другими советниками. Рюнал искоса глянул на отца. Непонятно было, о чем он думает. А что, если он уже получил письмо с выкупом?.. От этой мысли реакция Аксала еще больше пугала принца.

— Min heresk, — обратился он к Правителю и, дождавшись его кивка, продолжил тихо, чтобы было слышно лишь им двоим. — Вы уже получили письмо от повстанцев, верно?

Аксал едва заметно улыбнулся, и одной этой улыбки хватило, чтобы сердце Рюнала испуганно забилось. Неужели ему настолько плевать на судьбу государства? Или у него уже есть план? Что таилось в душе отца? Рюнал не знал.

— MIN HERESK! — закричал кто-то, и Аксал поднял взгляд. Генерал Колд, сидящий на другом конце стола, продолжил уже тише, добившись наконец внимания Правителя. — Простите, мой господин. Хочу сказать, что нам нужно действовать быстро.

Аксал прищурился.

— И почему вы так считаете, генерал Колд? — уточнил он нарочито заинтересованным голосом. Рюнал напряженно наблюдал за их беседой.

— Я знаю своего сына, min heresk, — Колд смотрел прямо в глаза Правителю, словно ни капли не стыдился поступка Форреда. — И знаю своего брата.

— Считаете, в этом замешан отставной советник Колд? — Аксалу, казалось, было действительно интересно мнение генерала. — И почему же вы не сообщили об этом раньше?

Рюнал машинально кивнул. Он тоже задавался вопросом, почему генерал Колд скрывал, что ему было известно о намерениях своей крови. Неужели измена?

— Я не знал, — поспешно произнес генерал, но взгляд не отвел. Рюнал даже выдохнул: нового предательства он бы не вынес. — Я лишь мог догадываться, что замышляет мой брат. Ведь после восстания в тысяча восемьсот тринадцатом вы изгнали его, и вестей от него не было. Клянусь вам, я не поддерживал связь с Орвином!

Рюнал вздрогнул и неосознанно сжал кулаки под столом. Он и забыл, что пятнадцать лет назад восстание поднял именно Орвин Колд. Рюналу тогда было всего десять, но рана на сердце до сих пор кровоточила. Именно то восстание стало причиной смерти матери. Кровь, кажется, закипела в жилах. Рюналу хотелось рвать и ломать все вокруг, но он призвал себя к спокойствию. В конце концов, он не имеел права на эмоции. На кону стояло будущее Северных земель.

— Вы должны были рассказать о своих догадках, генерал Колд. — Голос Аксала прозвенел как отскочивший ото льда меч, и всё затихло.

Генерал все еще смотрел в глаза Правителю, но теперь опустил плечи, движения его стали более резкими, испуганными.

— Min heresk, двадцать лет я был вашим мечом и щитом. Двадцать лет мой сын рос у вас на глазах, — генерал заломил руки, в отчаянии ища взгляд Аксала. Но тот отвернулся, смотря в открытое окно. — Я думал, брат смирился с поражением! Если бы я знал... Клянусь кровью, я бы сам...

Генерал замолчал, и зал погрузился в звенящую тишину. Было слышно, как тяжело дышат десятки советников, не решаясь нарушить диалог старых друзей.

Рюнал разглядывал Колда. Он не был уверен, что отец и генерал действительно были друзьями, как об этом рассказывала Руна. Она любила преувеличивать и всегда искала искорку света в душах людей, словно нарочно не замечая клубы тьмы. Наследник перевел взгляд на отца... и вдруг заметил, как луч солнца из того самого окна, в которое смотрел отец, упал на пустой стул рядом с Аксалом. На нем всегда сидела мать на советах. Место пустовало уже пятнадцать лет, но луч освещал его, как будто приглашая присесть. Никто не садился туда после её смерти. Даже отец, казалось, избегал смотреть в ту сторону.

— Я выслушал все ваши предложения, — произнес Аксал, словно и не говорил до этого с генералом. Тот упал на стул и скрючился над столом, словно постарев в мгновение на десятки лет. — И вынес решение. Я отправлюсь на переговоры. Генерал Колд будет меня сопровождать.

Мужчина вздрогнул и выпрямился, в глазах его промелькнула надежда.

И тут же угасла, когда Правитель продолжил:

— Вы отведете меня в логово Орвина. Вы ведь знаете, где оно находится? Где это «Святилище Утренней Росы»? — голос Аксала снова стал насмешливым.

Генерал Колд молча кивнул.

— Все свободны.

Аксал поднялся и быстрым шагом вышел из зала. Рюнал не успел опомниться и бросился догонять отца. Неужели он не возьмет его с собой? Почему?! Маленький Рюнал, которого он давно загнал в самый дальний уголок души, требовал выяснить причину и топал крохотными ножками. И на секунду принц даже поддался этому порыву. Только у кабинета отца пришел в себя, затормозил и, вдохнув поглубже, вернул на лицо каменную маску наследника.

— Отец? — громко позвал он, прежде чем постучать в дверь.

— Войди, — раздалось в ответ.

Аксал сидел за столом, держа в руке мятый лист, на котором кривым почерком с кляксами было что-то написано.

— Это... письмо от повстанцев? — почти шепотом уточнил Рюнал. Аксал молча кивнул, не отводя взгляда от написанного. — Что там? Могу я прочитать?

Аксал молча бросил лист на пол перед столом. Рюнал кинулся его поднимать и узнал в кривовато выведенных буквах почерк сестры. Она всегда писала букву «р» с детской завитушкой внизу и добавляла линию под буквой «ш».

— Они требуют твоего присутствия? Не выкуп? — удивленно произнес Рюнал, прочитав письмо.

Аксал кивнул и пожал плечами.

— Вероятно, не настолько еще отчаялись. Но совсем скоро я это исправлю.

— Я еду с тобой, — твердо произнес Рюнал, но голос дрогнул в конце, и утверждение превратилось в вопрос.

— Нет, — властно ответил отец, поднимаясь из-за стола. — Ты останешься здесь и будешь управлять землями.

Рюнал похолодел. Слова Аксала буквально кричали: «Ты останешься, потому что, если меня убьют, тебе придется править». Он был готов, что когда-то сменит отца, но не настолько скоро...

— Нет! — почти истерично закричал наследник, но Аксал глянул на него холодно, и порыв оборвался разорванной струной.

— Это твой долг.

И с этими словами Аксал вышел из кабинета.

Вот так одной фразой он снова провел между ними черту. Нет больше отца и сына. Есть Правитель и наследник. И наследник обязан подчиняться, даже если хочет попрощаться с отцом, вероятно, навсегда.

* * *

После отъезда отца и генерала Колда Рюнал вернулся в Зал Советов. Луч солнца сместился, но всё ещё касался спинки пустого стула. Он медленно подошёл, положил руку на резное дерево. «Прости, мама, — подумал он. — Я не смог защитить ни тебя, ни её. А теперь и отца теряю». И впервые за пятнадцать лет он сел на этот стул. Дерево не было холодным. Оно хранило тепло солнца. И в этот момент он понял: это не место её смерти. Это место её присутствия. И теперь Рюнал знал, что в этот раз не станет подчиняться Правителю.

Он вскочил и кинулся в свои покои. Но у выхода из зала остановился. Вернулся к стулу матери. Складным ножом, который еще в десять лет получил как первый признак силы от отца, отрезал лоскуток ткани под сидушкой. И, спрятав его в карман, отправился собираться в путь.

Примечания:

*Dragefortælet (древнехограсский) — сказания о драконах.

**Fortæl od dragbrunge — легенда о драконьей невесте.

***шаг — мера длины, равная примерно 1 метру.