Форред

Святилище Утренней Росы в Пору Метелей* наконец заносило снегом. И так светлое здание из белого камня становилось почти невидимым, и сейчас это было на руку повстанцам.

Форред ходил по внутреннему двору взад-вперед и хмурился так сильно, словно не мог решить какую-то сложную вычислительную задачку. Дядин белый плащ, подбитый мехом белоснежного вепря, тащился по грязно-серому снегу вслед за ним, но парень даже внимания не обращал.

— Господин, вам тут письмо пришло! — раздался голос слуги из дверей главного здания. Форред махнул рукой, и мужчина вдвое старше него опасливо подошел и рывком передал плотный конверт из кремовой бумаги.

Колд даже не взглянул на слугу и махнул рукой, отправляя того восвояси. Впрочем, мужчина и не был против — тут же быстрым шагом скрылся в здании, зябко поеживаясь.

Форред остановился посреди двора и оглядел конверт. Ни одной подписи, ни одной марки. Просто чистый конверт, запечатанный восковой печатью. Вот только эта печать...

— Pokkras**... — прошипел Форред, ломая ее пополам и раскрывая конверт. Эта печать ему была до боли знакома, и в тексте письма тут же нашлось подтверждение неприятных догадок.

«Здравствуй, сынок», — писал генерал Колд. Будто они были близки хоть когда-то. Будто хоть раз Форред слышал это теплое, но такое инородное слово от родителей. Хотя какие родители? Всю жизнь у него был только отец. Мать бросила их давным-давно, когда Форреду не было и пяти, променяв на какого-то посла — так рассказывал отец. Да и отца-то как такового не было — он вечно пропадал на советах, переговорах... Словно Аксал Хограсс был для него важнее сына. Хотя почему «словно»? Форред чувствовал, что так и есть. И теперь это жестокое «сынок»... Теперь оно казалось смешным, глупым и ненужным.

Он не стал читать дальше. Форред понял сразу: если отец пишет, значит, Рюнал начал действовать. Пора бы и повстанцам приняться за дело.

Уже к вечеру в просторной комнате с большим круглым столом собрались самые влиятельные люди среди отшельников. Каждый из них однажды предал свою страну и семью ради правого дела — свергнуть узурпаторов Хограссов раз и навсегда. Когда-то они уже пытались это сделать и даже достигли успеха, но Аксал Хограсс предал свою семью, и поставнцев снова отбросили на задворки земель.

Форреда еще даже не было на этом свете, когда все это произошло, но он готов был выгрызать свободу своей общине. Историю повстанцев он знал на зубок с самого детства, когда Орвин заменил ему отца. Тогда же маленький Колд подружился с маленькой принцессой, пока не осознавая, что в будущем их дружба станет решающим ходом в борьбе за власть. Тогда он еще был обычным ребенком и просто хотел дружить. Сейчас же в его сердце горел огонь ненависти. Никаким светлым чувствам там места не было.

— Форред, командуй, — кивнул Торбен Луц, прежде правый клинок Орвина, а теперь и молодого Колда. Форред же смотрел сквозь него с непроницаемым лицом, будто был совсем не здесь. Письмо отца жгло ногу сквозь карман, а в голове роились тысячи вариантов развития событий. — Эй, вождь, мы, может, не вовремя? Оставить тебя одного наедине с твоими мечтами или все-таки соизволишь потратить на нас время? — тон второго по главенству повстанца был настолько ехидным, что в комнате раздались смешки, и тогда Форред, наконец, отмер.

— Засунь себе в задницу свои шутки, Торбен, — огрызнулся он и нахмурился, оглядывая комнату. Пятеро человек, самых уважаемых и преданных Колдам, собрались здесь. — Сегодня мы выйдем из тени.

Из угла кто-то громко фыркнул. Опасно прищурившись, Форред пригляделся — там, привалившись к стене плечом, стояла Биргитт Фарге. Девушка, чуть старше самого вождя, бесстрашно уставилась на него своими почти желтыми глазами и встряхнула копной коротких светлых волос.

— Как высокопарно, о, ваше вождейство!

Форред смерил ее холодным взглядом и на секунду задумался — стоит ли что-то ответить? Не подорвет ли ее ехидство авторитет молодого вождя? Но, подумав немного, Форред решил оставить реплику без ответа. Вместо этого он заговорил снова, переводя взгляд с одного на другого:

— Пора начинать действовать. Сейчас Хограссы как никогда уязвимы.

— И что ты предлагаешь? — уточнил Могенс Барст, с интересом разглядывая главного. В его расслабленной позе так и сквозило пренебрежение, и Форреду до жути хотелось смыть его как можно скорее.

— В первую очередь мы должны завладеть преимуществом, — произнес он уверенно, и предвкушающая улыбка едва не растянулась на губах. — Калиса Хограсс скрылась на севере, и Рюнал пока не поймал ее. Значит, мы все еще можем использовать ее уродство.

Биргитт закатила глаза и скрестила руки на груди.

— Опять он о своей принцесске! Хватит, один раз обожглись уже. Вождя Орвина потеряли из-за этой твари! — на последних словах тон ее стал жестким, а взгляд загорелся ненавистью. Форред не знал, какие отношения связывали Орвина с его подчиненной, и не собирался выяснять. Однако... Это можно было использовать.

— Фарге, твоя ненависть прекрасна, — улыбнулся Форред, глядя девушке прямо в глаза. Она ответила таким же прямым взглядом, ни капли не стесняясь. — Используй ее по делу. У тебя еще будет возможность поквитаться с Калисой, но сначала нужно ее найти.

Повстанцы согласно закивали, а Биргитт зловеще улыбнулась, все еще глядя в глаза Форреду.

— Я займусь ее поисками, — по-змеиному прошипела она, и в глазах ее полыхнуло опасное черное пламя.

Форред удовлетворенно кивнул и откинулся в кресле. Внутри всё пело от удовольствия. Все снова идет по его плану.

* * *

Выследить дракона — дело простое, а вот выследить принцессу оказалось куда сложнее. Форред знал Калису от створки до створки, да только, оказалось, этого недостаточно. Засланники повстанцев прочесали все места, куда могла пойти юная отцеубийца, но нигде ее не было. Она словно растворилась. И это жутко бесило.

— Pokkras! Да куда она могла деться?! — Форред метался по дядиному — нет, уже своему — кабинету, разметая все на своем пути. Бумаги и папки валялись на полу, осколки когда-то любимой кружки Орвина разлетелись по всему кабинету, но Форред даже не замечал хруста стекла под ногами.

Сжав кулаки до боли в костяшках, Форред закрыл глаза и вдохнул поглубже. Это помогло немного успокоиться.

«Хватит эмоций, Фор, — уговаривал он себя. — Они не помогут делу. Не превращайся в эту неженку Калису».

Рюнал, по сводкам из замка, тоже пока не преуспел в поиске сестры. А значит, еще не все потеряно. Форред уперся ладонями в подоконник и уставился в серое небо, с которого хлопьями сыпался снег — такой редкий в южных поселениях.

«Если я не могу найти ее, значит... Нужно найти ее корни», — вдруг подумал вождь повстанцев. От этой мысли по спине побежали мурашки предвкушения. Ну как он раньше не догадался? Ведь ее мать тоже была уродкой, как и Калиса. Значит, нужно узнать побольше и о ней.

— Я найду тебя, льдинка, — прошептал он, пристально глядя на кружащиеся ледяные пластинки. Хищная улыбка растянулась на его губах. — Я найду тебя во что бы то ни стало.

Примечания:

*Пора Метелей — самый снежный сезон, охватывающий период с января по февраль.

**Pokkras (хограсский) — чёрт.