Вернувшись из путешествия, Бес хотел сразу же поговорить с Сефу. Но передумал. Во-первых, шуиты продолжали без устали отстраивать пирамиду, готовясь к приезду фараона. А во-вторых, это не тот разговор, который стоило вести при всех.

Пока оставшиеся дни они достраивали вечный дом, Бес наблюдал за другом. Да и за остальными шуитами. Он был так поглощен собственной целью отыскать ответы на свои вопросы, что совершенно не думал о других.

Кем были шуиты при жизни? Как они стали клинками? Что привело их на этот путь? Бес предпочитал успокаивать себя мыслью о том, что лучше и не заговаривать об этом с остальными. Ему самому не хотелось бы делиться подробностями. Но в действительности он смотрел на все только своими глазами. Задумывался ли он когда-нибудь о других?

На девятнадцатый день даже шуиты устали. Все строители, что принимали участие в гонке, падали чуть ли не замертво, пытаясь закончить все к сроку. Главный жрец явился раньше, чтобы все проверить. Убедиться, что возведенное действительно достойно фараона.

Он обошел все, изучая каждый уголок с особой тщательностью. Дорожки, выложенные ровным камнем, колонны, украшенные ритуальными письменами, усыпальницу царицы и наконец – саму пирамиду. Шеди спустился вместе с остальными жрецами. Внутри было так душно, что некоторым даже стало плохо. Но Шеди не собирался просто поверить строителям на слово.

Изучив все письмена на стенах, саркофаге, просчитав каждый шаг, Шеди только после этого поспешил наружу, чтобы надышаться воздухом. Песчаная пыль мешала смотреть и дышать. Но Шеди остался доволен.

– Обещание выполнено, – объявил Шеди почти торжественно, словно он держал шуитов привязанными к строительству.

Ему положено, ведь он – Главный жрец Та-Кемет, возможно, он и о своем возвращении домой так объявляет своей жене. Бес ухмыльнулся своим мыслям, представив это. Так или иначе, но, несмотря на всю работу, убедившись, что все в порядке, Шеди стал гнать шуитов куда подальше.

– А теперь уходите, – прогонял он. – Пока вы еще что-нибудь случайно не разрушили.

– Когда состоится Хеб-сед, Шеди? – требовательно спросил Бес.

Главный жрец был недоволен, но не стал умалчивать или противиться. Разве что только немного.

– Все в Меннефере узнали о нечестивом жреце, чей Ах был жестоко похищен, – поведал Шеди. – В том числе это дошло и до ушей фараона. Дом для вечности должен был быть достроен как раз к тридцатому году правления, чтобы провести праздник омоложения по всем правилам. Повелитель знает, что здесь случились… некоторые события. – Шеди скривил губы и скользнул едким взглядом по всем шуитам. – Поэтому он изъявил желание проверить все заранее. Сама церемония состоится через десять дней.

– А теперь послушай, Шеди: есть предположение, что сам Сет стоит за этим, – объявил Бес, и Шеди тут же побледнел. – Ты же помнишь историю Осириса, так ведь? Сет умертвил его, расчленив тело. После этого Осирис возродился. Именно этот ритуал планируют повторить на Хеб-седе. А значит…

– Этим может воспользоваться бог хаоса и разрушения, – Шеди по привычке произнес несколько священных гимнов, обращенных к Ра и Осирису, как будто защищаясь от влияния Сета. Бес сомневался, что он непосредственно подслушивал их сейчас, но возражать не стал. В этот раз, взглянув на шуитов, Главный жрец уже не был настроен так сильно против клинков Анубиса. – Что вы собираетесь сделать?

– Во-первых, мы очистили вечный дом, – напомнил первым делом Бес, и Шеди почти виновато скользнул взглядом вокруг. – Во-вторых, мы собираемся помешать Сету. Есть предположение, что он направлял проклятую душу, ту самую, что сбежала с Суда Мертвых.

Шеди, конечно же, не удивился новости о побеге проклятой души, казалось, все в Та-Кемет уже знали об этом.

– Известно ли тебе что-нибудь на этот счет? – обратился к Главному жрецу Бес.

– Зачем проклятой душе могло понадобиться отправиться в Дуат и вернуться в мир живых?

Бес поведал обо всех злоключениях, через которые они прошли. Он думал так: если уж кто и может знать больше остальных, то это Главный жрец. Он рассказал и об убитом жреце, бассейне, папирусах с изображенными на них ритуалами, нечестивом царе. Обо всем, что они выяснили, упомянул и появление Сета. Шеди задумался, размышляя о чем-то достаточно долго.

– Предположим, ваша догадка верна, – наконец заговорил Шеди. – У нас есть душа, нечестивая… но начать, пожалуй, стоит не с этого. С давних времен бог хаоса и разрушений Сет был одним из главных врагов света. Если бы не Анубис и его помощь в чудесном воскрешении Осириса, Царя Мертвых могло бы и не существовать. Но ведь зло не дремлет, и, быть может, так Сет нашел возможность отомстить, продолжить свое дело.

– Предположим, он собирался действовать и дальше, – Шеди прошелся по двору с колоннами, разглядывая яркие рисунки, нанесенные совсем недавно. – Но ведь о нем знали и могли ему помешать. А значит, он мог задумать что-то еще более хитрое и опасное. Свои планы он решил спрятать в текстах, какие не видел свет Ра, в песках. Разве нечестивый храм не был построен где-то среди них?

Бес кивнул, подтверждая, но пока молчал, внимательно слушал, как и другие шуиты.

– Что, если Сет поместил свои секреты в мире живых? Нашел подходящих ему людей, тех, кто готов был служить его культу, приносить нечестивые жертвы, отравлять этот мир и накапливать всю силу и мощь его ненависти. Так он распространил свое слово. Так он отравил Ка тех, кто и так был отравлен. Так он нашел путь к их сердцам. Что же дальше? Сет был заперт в Дуате, но что, если ему захотелось оказаться здесь и самому? Сила живых привлекает, но он воспитал нечестивую душу. Ту, что отправилась на Суд Мертвых. По правилам и с соблюдением всех ритуалов. Сначала. Но потом на Суде все пошло не так. Именно на Суде, не где-то еще. Это похоже на вечное противостояние Сета и Осириса. И если это так, значит, проклятая душа должна была что-то получить в зале Маат. Что-то, чего не мог получить Сет.

– За этим мы собираемся отправиться в Дуат и расспросить об этом Царя Мертвых, – заявил Бес.

Брови Шеди поползли наверх. Он моргнул.

– Я… понимаю, что вы – клинки Анубиса, но не считаете ли вы это путешествие чересчур опасным? Невыполнимым?

– Посланница Бастет уже отправлялась в Царство Мертвых, и ее перехватил Сет, – сообщил Бес. Несмотря на свое высокое положение, Шеди все равно побледнел и забыл, как дышать, услышав эти слова. – Я буду охранять ее, чтобы этого не повторилось вновь.

– Подожди, – Шеди моргнул. – Ты сказал, ей встретился Сет? И он ничего не сделал? – Бес вопросительно сдвинул брови, будто спрашивая: почему тебя интересует именно эта часть? Главный жрец все понял. – Это ведь странно, не так ли? Посланница Бастет явно не ему служит, унесла с собой важные вести, однако Сет позволил ей уйти.

– Что это значит? – нетерпеливо требовал объяснений Бес, заметно волнуясь.

– Возможно, эта смерть была неслучайной, – заключил Шеди. – Она ведь была в том нечестивом храме, стала жертвой ритуала. Но вернулась в мир живых. Почему? Если Сет смог отправить на Суд Мертвых проклятую душу и вернуть ее, возможно, эти события связаны.

– Значит, Миут может являться частью незавершенного ритуала, – озвучил предположение Бес и пожалел, что отпустил ее одну.

– Не подпускай ее близко, шуит, – приказал Шеди. – Ни к Хеб-седу, ни к Дуату.

Бес скривился и вздохнул бы, если бы это было необходимо.

– Она должна вести меня в Дуат, – неожиданно четко пришло ему это понимание, словно откровение. – Потому что из нас двоих она единственная, кто мертва и может спокойно пересекать границу.

Шеди ненадолго задумался.

– Что сказали тебе жрецы храма Анубиса? – как будто догадался о чем-то Главный жрец.

Бес взялся за рукоять хопеша.

– Принести двух злых духов, – объявил шуит, а Шеди посветлел и понимающе закивал.

– Я дам тебе кое-какие талисманы, – быстро сообщил он. – Писец!

Из свиты Главного жреца явился тот, кого он позвал. Шеди обещал создать талисманы и обереги, но на это требовалось время. Шуиты разошлись в разные стороны, трое из них нашли укромную тень, не так уж необходимую, и решили отдохнуть. Бес и сам устал и вымотался страшно. Неудивительно. За девятнадцать дней разгрести завалы и возвести вечный дом заново – пусть они шуиты, но это не отменяло того, что они не всесильны.

Хотя дом для вечности выглядел потрясающе. Бес собой гордился.

Сефу потянулся, хрустнув всеми костями разом, закряхтел, будто все еще живой. Бес внимательно наблюдал за другом.

– Пожалуй, я тоже вздремну, – заявил Сефу.

Но Бес ждал момента, когда они останутся наедине, поэтому поспешил произнести:

– Зачем ты это сделал? – Сефу вопросительно взглянул на Беса, даже не подозревая, о чем тот узнал. – Зачем ты отдал мне свой Ах?

Сефу и правда не ожидал, сильно удивился, некоторое время вопросительно смотрел на Беса, будто вспоминал. Перед глазами Беса так и стояла та картина: его маленькое тельце лежит на земле, собаки окружают его, Сефу жертвует свой Ах ради спасения чужого ребенка.

– Как ты узнал? – наконец заговорил Сефу, его голос скрипнул, сорвался, пропал, Бес и без этого догадался, что эта тема не самая приятная для обсуждения.

– Посланники богов, похоже, проводили ритуал очищения перед тем, как отправить меня в Дуат, – размышлял об этом Бес уже некоторое время. – Неф показал мне прошлое, которое я забыл или не запомнил.

– Неф?

– Не отвлекайся. Лучше расскажи: что произошло тогда? Почему ты это сделал? Ты ведь не знал, кто я такой.

Сефу обиделся и отвернулся.

– Как будто ты должен был стать моим лучшим другом для того, чтобы я тебя спас, – сердито заявил шуит, сложив руки перед собой.

– Ты отдал мне свой Ах.

– Да кому он был нужен, этот Ах, после моей смерти? – огрызнулся Сефу. Бес видел его таким впервые. – Я умер, ясно? Ты и остальные… вы находились на грани, когда вас нашел Анубис. Меня он встретил лично уже после моей смерти. Меня пеленали и собирались упокоить.

– Что произошло? – потребовал ответа Бес так, как он обычно требовал его на допросах.

Сефу отвернулся еще больше.

– Зачем тебе это знать? – спросил он глухо и все еще обиженно. – Разве это что-нибудь изменит?

– Да, – решительно заявил Бес и обошел друга, чтобы снова заглянуть ему в лицо. – Я был уверен, что все случившееся со мной – проклятие. Но я не знал, что ты был частью всего этого.

– Что ты имеешь в виду? – теперь и Сефу заинтересовался прошлым Беса.

Впервые открыто.

– Если расскажешь ты, расскажу и я, – уверенность сверкнула в глазах Беса, и Сефу снова отвел взгляд.

Никто не мог выдерживать взгляд Беса долго. Таким уж он был. Расположившись в тени колонны, Сефу уселся на песок и долго всматривался вдаль. Каждый занимался своим делом, шуиты отдыхали рядом.

– Я был плохим человеком, – неожиданно признался Сефу. – Очень плохим, Бес. Ты таких убиваешь.

– Я охочусь за злыми духами, – справедливо напомнил Бес, но Сефу лишь грустно ухмыльнулся.

– Когда я шел дорогой к Суду Мертвых, я уже знал, что меня ожидает. Но слепая надежда вела меня, я с чего-то рассчитывал, что все мои злодеяния можно перевесить. Иногда я забывал о всех тех разбоях и грабежах, что совершал, и делал неожиданно хорошие дела. Помогал обездоленным, спасал заблудившихся в песках. Глупо, как же глупо было надеяться.

Сефу грустно улыбнулся, но Бес разглядел за этой улыбкой стыд. Шуит зачерпнул горсть песка и начал медленно ссыпать его обратно.

– Анубис встретил меня в преддверии, – продолжил Сефу, – он не собирался меня провожать, он предложил мне стать клинком сразу же. Но он поставил условие: я должен был служить ему иначе, не так, как другие шуиты.

– Чем отличается твое служение? – спросил Бес.

Сефу грустно улыбнулся.

– Оно продлится вечность, а может, больше, – признался он. – Но у меня была в этом мире какая-то цель. О которой наш бог умолчал. Я сам должен был найти эту цель. Понять что-то.

– Как давно ты уже шуит? – Сефу не ответил, но по его грустной улыбке и так стало ясно, что достаточно давно. – Значит, так ты искал искупление?

– Нет, – покачал головой Сефу. – Когда-то давно, когда я только стал клинком, я шел дорогой служения ему напролом. Как только появлялись злые духи, проблемы среди живых, я спешил разобраться со всем, собираясь как-нибудь потом передохнуть и разыскать ответы на свои вопросы. Что я должен сделать, чтобы заслужить Суд Мертвых? Возможно, даже отправиться в поля Иалу? Прошло немало времени, прежде чем я понял, что это бессмысленно. Я словно гнался за ветрами в пустыне, отказывался признаваться самому себе в том, что нет в моем путешествии конечной цели. Только само путешествие.

– Не думаю, что это действительно так, – не согласился Бес. – Анубис не оставил бы тебя во тьме. Он не выбрал бы тебя, не будь ты тем, кем являешься.

– Я бы не назвал это его выбором, – хмыкнул Сефу. – Тем не менее. К тому моменту, как встретил тебя, я уже понял, что человеческая жизнь хрупка и оттого ценнее нее нет ничего. Я наблюдал за живыми иначе, как будто сам не жил. Но я и не жил. Уничтожил все, что было мне даровано. И предпочитал думать, будто в своем существовании после смерти я нечто большее. Я понял одно: жизнь нужно ценить и защищать. К сожалению, не все шуиты так думали.

– Поэтому ты убил его, – подытожил Бес, Сефу кивнул.

– Он уже давно меня беспокоил, – признался Сефу. – Неистовый, беспощадный, совершенно не задумывался о живых. Считал себя выше них. Но дело как раз в том, что мы не выше, понимаешь? Мы их защитники, помощники, те, кого послал Анубис, потому что мы способны на это. Он этого не понимал.

Беглый взгляд на Беса передал остальную часть мысли. Бес откинулся на колонну и недолго размышлял.

– Ты боишься, что я стану таким же, – озвучил догадку он. – И когда-нибудь тебе придется убить и меня.

– Не придется, – тут же опроверг Сефу. – Я не выше тебя, но… я узнаю в тебе его черты. Возможно, он передал тебе что-то от себя, когда пытался похитить Ка… я это упустил. Но в тот момент, когда твоя жизнь угасала, я не мог тебя оставить, не мог позволить тебе умереть. Ты был совсем мал, я надеялся, что жизнь до того, как ты станешь шуитом, станет для тебя подарком. Я ошибся?

Теперь Сефу вопросительно смотрел на Беса. Тот понимал, что уже не вправе скрывать собственное прошлое, раз выпытал все у Сефу.

– Ты прав в одном, – теперь песок перебирал Бес. – Тот шуит оставил во мне что-то. Это что-то зацепило проклятую. Которая забрала меня из семьи…

Сефу слушал внимательно, ловил каждое слово, но в каждый следующий миг его взгляд становился все более виноватым. В конце он совсем отвел глаза. Но Бес протянул ладонь и положил ее на плечо друга.

– Я не виню тебя ни в чем, и ты не должен себя винить, – заверил Бес. – Ты делал, как считал лучше. Наверное, если Анубис выбрал меня, так и было для меня лучше. Разве нет?

– Ты прожил свою жизнь в рабстве, – обреченно произнес Сефу. – Разве это лучше?

Да уж, не повезло. Но Бес сказал другое:

– Иначе я бы стал клинком в своем раннем детстве, – заметил он, – как бы я сейчас построил вечный дом с таким маленьким тельцем?

Сефу выдал грустную ухмылку.

– Прости, что сделал только хуже, – извинился он.

– Это не твоя вина, друг мой, – Сефу вздрогнул от этих слов и бегло глянул на Беса, будто хотел убедиться, что расслышал его правильно. – Все происходит по какой-то причине. И, наверное, мне показали все это не для того, чтобы я на тебя обиделся. А для того, чтобы понял: как ты позаботился обо мне в детстве, так ты продолжаешь заботиться обо мне и сейчас.

Сефу криво хмыкнул, но ничего не сказал. Бес обдумывал его слова, признание о том, кем Сефу был в прошлой жизни. О смерти, которая ни одного клинка пока не коснулась. Кроме Сефу. Находил ли он такую судьбу печальной? Может быть, и нет. Сефу обладал не только силой, но и мудростью, и Бес собирался этим воспользоваться. Чтобы стать лучше.

Вернулся Шеди, принес необходимые талисманы, заговоренные фигурки и амулеты, протянул их шуитам. Они поднялись на ноги и выслушали все наставления.

– А этот амулет ты отдашь посланнице Бастет, – заявил Шеди, протягивая нечто, завернутое в льняную ткань. – Она должна нести это с собой, когда отправится в Дуат. Чтобы Сет не похитил ее. Это защита.

Бес кивнул и взглянул в сторону пустыни. Прошло уже девятнадцать дней, но Миут все не возвращалась. Бес переживал за нее.

– Не волнуйся, шуит, – словно Бес это вслух сказал, посоветовал Шеди. – Отправляйся в храм своего бога, там тебя будет ждать кошка.

– Ты уверен, что она в порядке? – как будто Главный жрец отправился в путешествие вместе с Миут.

Но Шеди знал больше, чем простые смертные и даже шуиты.

– Бастет не стала бы одаривать свою жрицу благословением, чтобы та просто исчезла среди песков, – заметил он нравоучительно. – Когда придет время, явитесь на Хеб-сед, чтобы помешать планам Сета. Но прежде выясните все, что случилось на Суде. Помогу чем смогу.

Бес коротко кивнул, разбудил остальных шуитов и торопливо отправился в путь. Если впереди его ждет Миут, он сгорал от нетерпения с ней увидеться. Все равно переживал за нее, но – ничего не поделаешь, похоже, беспокойство за нее теперь не пройдет никогда.