К тому времени, как они уже в двенадцатом часу возвращались обратно в лагерь на Джейковой машине, Лидия так замерзла, что искренне обрадовалась парилке внутри. Она даже окна опускать не стала, просто откинулась на спинку неудобного пассажирского сиденья, наслаждаясь безжалостным потоком горячего воздуха прямо в лицо.

Джейк всю дорогу держался как-то непривычно тихо, и Лидия не удержалась от искушения попробовать из него еще что-нибудь выудить, пока он в настроении рассказывать.

– Можно у тебя кое-что спросить? – начала она, разглядывая в темноте его профиль.

Уголки его губ приподнялись в слабом намеке на улыбку.

– Валяй.

– Ты мне как-то говорил, что один раз чуть не женился.

Джейк коротко выдохнул.

– Ну да.

– Но что вы хотели от жизни разного.

Он покосился на нее, хотя и улыбаясь, но совсем не так широко, как обычно.

– Пока это были не вопросы.

Лидия театрально возвела глаза к потолку.

– Так вот что я хотела спросить-то: а чего именно ты хотел?

Джейк резко втянул в себя воздух, и Лидия на миг испугалась, что отвечать он не собирается, но он все-таки ответил.

– На самом деле, все очень просто. – Он снова смотрел на дорогу. – Я хотел любви, приключений и смеха.

Лидия улыбнулась.

– Ну и, само собой, потрясающего секса.

Тело Лидии пронзил раскаленный добела клинок. Джейк редко говорил о сексе, и оттого, как небрежно упомянул его сейчас, внутри у нее все так и запылало.

– И семью, – добавил он с мечтательной улыбкой. – Что бы в это понятие ни входило.

У Лидии сжалось сердце, дыхание в груди чуть не перехватило.

– Детей?

– Не обязательно. Хотя я люблю детей. – Он пожал плечами. – Я так много времени проводил в разъездах или за границей, что очень хотелось кого-то, рядом с кем чувствуешь, что ты дома.

«Я, я, это могла бы быть я!» – хотелось закричать ей, но она, конечно, не стала ничего кричать. Только спросила:

– И ты до сих пор всего этого хочешь?

Он выдохнул – тихонько, почти неслышно.

– Того, что я хотел тогда, я уже не хочу.

– А чего хочешь теперь?

Он снова вздохнул. Мускулы у него на подбородке чуть-чуть подрагивали, как будто он хотел что-то сказать, но ответил лишь:

– Не знаю.

* * *

Когда они вернулись в лагерь, там было темно, и, пока глаза их не привыкли к темноте, они различали лишь тусклый свет душевого отсека да чью-то тусклую гирлянду. А когда наконец привыкли, то увидели, что за время их отсутствия в лагере появилось еще несколько палаток, все больше по краям поля, хотя бóльшая часть мест все равно пустовала.

Лидия с Джейком практически ввалились в палатку со всем своим ворохом сумок и пледов, и, когда Джейк вытащил из кармана рюкзака красный фломастер, Лидия не смогла скрыть широченной улыбки. Выудив из зарытого под многими слоями флиса кошелька список, она провела жирную черту по пункту номер семь – «Поехать смотреть на звезды».

– Семь закрыто, – сказал Джейк, наконец снова улыбаясь той улыбкой, которую Лидия так любила.

Она улыбнулась в ответ.

– Почти восемь.

– Два осталось, – решительно перебил Джейк и выдернул фломастер у нее из руки, пока она не успела вычеркнуть и четвертый пункт – «Переночевать в палатке». Лидия расхохоталась.

Когда Джейк сказал, что пора ложиться, у нее болезненно сжалось сердце. В этом вечере было нечто такое особенное, такая тихая магия связи, которая родилась меж ними, когда они делились под звездами самым сокровенным. А стоит лечь спать – и чары развеются, Лидия почти не сомневалась в этом.

Но все-таки переоделась в одежду для сна, пока Джейк ходил в душевой блок, а когда он вернулся, отправилась туда сама. Справив нужду так быстро и нервно, как никогда в жизни, она почистила зубы над воплощением ужаса, которое представляла собой местная раковина, изо всех сил стараясь не думать о жутких созданиях, рыщущих во тьме над головой, куда не достает свет от лампочки. Она так и чувствовала, как они ползают у нее по волосам, хотя на самом деле из всех членистоногих видела лишь одинокого паука-сенокосца над зеркалом.

Когда она вернулась в палатку, Джейк уже лежал в своем спальнике, успев заботливо оставить для Лидии маленький ночничок в ее отсеке, рядом с подушкой. Лидия улыбнулась, тщательно проверила, что все молнии на палатке застегнуты и должным образом зафиксированы, и только потом забралась в спальный мешок в своей мини-спальне.

Там было довольно холодно. Сперва Лидии было приятно ощущать на лице прохладное дуновение, особенно учитывая, каких трудов ей стоило не представлять себе обнаженное тело Джейка по другую сторону от перегородки. Однако внимание ее скоро отвлеклось на какие-то странные звуки рядом с палаткой. Поплотнее укутавшись в спальник, она замерла, вслушиваясь.

Звуки были какие-то скребущие, а может, царапающие. И они приближались. Все ближе, ближе, пока не остановились, а потом вдруг снова возобновились – как ей казалось, буквально в нескольких дюймах от головы Лидии. Сердце у нее подскочило куда-то к горлу.

– Джейк! – страшным шепотом позвала она и услышала, как он фыркнул от смеха из-за перегородки.

– Это какой-то зверек, – негромко заверил он. – Скорее всего, кролик. Их тут тьма-тьмущая.

Лидия надула губы.

– А звучит как кто-то гораздо крупнее.

– Не бойся.

Но ей все равно было страшно, особенно когда растяжки палатки задрожали и защелкали под свежим ночным ветром. И еще потом, когда в деревьях совсем близко к палатке заухала сова. У Лидии чуть душа из тела не выскочила. Она невольно вскрикнула, даже скорее взвыла, глухо и сдавленно, точно испуганный зверь.

– Лили?

Знакомый кинжал в сердце.

– Да?

– С тобой все в порядке?

Она глубоко вдохнула, безуспешно пытаясь унять дрожь.

– Мне страшно.

Что-то зашелестело, палатка заходила ходуном, а потом послышался звук расстегиваемой молнии – сперва сбоку от Лидии, а потом полукругом над ней, к крыше палатки и дальше к ногам. А потом перегородка упала на пол, и при свете оставленного Джейком ночника Лидия увидела самого Джейка, в одной футболке и длинных трусах. Он сидел в расстегнутом до колен спальнике.

Он наклонил голову набок. Глаза их встретились.

– Лил, тебе совершенно нечего бояться. Я же здесь.

Схватив ее коврик, он одним плавным движением подтащил его к своему, а потом снова лег, застегнул спальник до пояса и повернулся на бок лицом к Лидии. Теплые карие глаза встретились с ее глазами, успокаивая и ободряя. Однако теперь в ней бушевало совсем иное чувство, от которого по всему телу разбегались волны невыносимого жара. Она немного расстегнула свой спальник, чтобы выпустить наружу избыток тепла.

Джейк взял ее за руку.

– Прости, – тихо сказала она. – Я знаю, какая я трусиха.

– Не переживай, – отозвался он с напускной суровостью, хотя в глазах у него плясали чертики. – Давно уже женщины не притворялись, что боятся зверей в ночи, только чтобы оказаться поближе ко мне.

– Балбес, – засмеялась она и выпустила его руку, чтобы легонько шлепнуть его по плечу. Но Джейк успел подставить свою ладонь и перехватить ее руку. Пальцы их переплелись. Не выпуская ее, Джейк аккуратно отвел руку, точнее обе их руки, вниз, на мягкую ткань между ними.

Лидия чуть не сгорела на месте.

Рука у Джейка была такой теплой, пальцы под пальцами Лидии – такими гладкими. Ни он, ни она не проронили ни слова, но неотрывно смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда. Самая неспешная, самая восхитительная прелюдия в жизни Лидии – ну или ей предстоит самая долгая в мире ночь.

– Наверняка ты заранее знал, что именно так все и будет. – Голос у нее стал каким-то низким, гортанным. – Ради всего святого, ты же видел, как я на овцу реагировала.

Губы Джейка изогнулись в улыбке.

– Черт возьми, Лил, тебя послушать, получается, я всю поездку построил только ради того, чтобы залучить тебя к себе в спальник.

– А что, нет? – У нее на губах тоже начала зарождаться улыбка, пока еще совсем крошечная.

Джейк наморщил лоб – видимо, от удивления. Но глаз от Лидии так и не отвел.

– Нет!

– Жаль, – промолвила она тихо-тихо, так что даже не знала, услышит ли он, но, судя по тому, как напряглось все его тело рядом с ней, он, несомненно, услышал.

Лицо его вдруг переменилось. Сперва он слегка нахмурился, но уже через долю секунды плотно сжатые губы чуть приоткрылись, дыхание на секунду прервалось, а потом до Лидии донесся протяжный выдох.

Ей редко доводилось видеть Джейка без фирменной, чуть кривоватой улыбки, но сейчас на лице его, во взгляде, которым он на нее смотрел, читалось что-то совершенно новое.

Новое, завораживающее – и очень, очень опасное.

Он убрал руку, и Лидия горько жалела об этом целую секунду, пока та же самая рука не коснулась ее подбородка, легонько сжала его, а потом скользнула вниз и ненадолго остановилось в ложбинке у основания ее шеи.

– Помнишь… – Голос у Джейка тоже звучал не так, как всегда, глубже, более хрипло. – …как я сказал сегодня, что не знаю, чего хочу теперь.

Лидия сглотнула.

– Да.

– Это не совсем правда.

Рука его скользнула чуть ниже, а потом снова вверх, вдоль ключицы Лидии – и вслед за ней по коже пробежала волна мелких мурашек. Лидия закрыла глаза, в груди у нее снова стало тесно и горячо.

– А чего ты хочешь? – спросила она почти шепотом.

Под пальцами Джейка, поглаживающими плечи Лидии, зажигались огненные дорожки, а когда он обхватил ладонью ее шею чуть ниже затылка, все тело у нее вспыхнуло огнем. Никто и никогда не касался ее тела вот так – такими медленными, благоговейными, но в то же время уверенными руками. Руками мужчины, твердо знающими, что он делает. При одной мысли об этом внутри у нее все сжалось.

– Ты знаешь, – многозначительно отозвался он. Глаза у него стали до невозможности темными.

Лидия шумно выдохнула.

– Понятия не имею.

– Ну тогда, – начал он, с мучительной медлительностью склоняясь над ней и проводя большим пальцем у нее под подбородком, – может, мне стоит тебе показать.

– Да-да, – хрипло прошептала она в ответ. – Пожалуйста, покажи…

Тут ей пришлось замолчать, потому что он поцеловал ее – сперва в ложбинку на горле, потом в самый уголок рта, чуть щекоча носом щеку. Под его прикосновениями кожа у нее загоралась огнем, и Лидия забыла обо всем на свете, поплыла в невесомости этого волшебного мгновения.

Когда он наконец накрыл ее губы своими, она уже вся пылала.

Сперва он целовал ее медленно и неторопливо, почти буднично – как будто делал это каждый день. Пальцы его легонько поглаживали ей шею, и вспыхивающие под этими касаниями искры все разгорались и разгорались, и вот уже все тело буквально взывало о большем, о нем, о том, чтобы прижаться к нему целиком.

Он чуть отстранился и прошептал слова, о которых уже успело прокричать ей его тело:

– Ты. Я хочу тебя.

От его хрипловатого придыхания ей показалось, что в легких у нее не осталось больше воздуха.

Она не заставила просить себя дважды. Торопливо выбралась из своего спальника и скользнула к Джейку, ладонями ощущая через его тонкую футболку, какой он теплый, твердый и мускулистый. А он тем временем принялся целовать ее снова, уже жарче и настойчивее.

Он провел руками по ее талии и вдруг расхохотался, обдавая ее лицо теплым дыханием, а потом снова легонько поцеловал и отодвинулся, с интересом разглядывая ее.

– Бог ты мой, что на тебе надето?

– Много всего, – пробормотала она. И это было преуменьшение века.

Когда она ложилась, поддеть под флисовую пижаму легинсы и футболку, а заодно две пары носок, казалось очень даже хорошей идеей, но теперь она во всем этом просто задыхалась. Она лихорадочно стянула пижаму с носками, оставшись только в футболке и легинсах, и вдруг замерла, глядя на Джейка, который наблюдал за этим представлением с чем-то средним между смехом и неприкрытым и жарким желанием.

Он сел, наполовину высовываясь из складок спальника. Лидия уселась на него верхом, запустив обе руки в непокорные кудри и всматриваясь в потемневшие, глубокие глаза, от взгляда которых внутри у нее все затрепетало. На этот раз она поцеловала его первой, и пока ее губы нежно скользили по его шраму, он запустил руки ей под футболку.

– Это от той же аварии? – тихо спросила она, но он покачал головой.

– Нет, это старое, – прошептал он в промежутке меж поцелуями. – Подрался в баре.

Лидия даже отстранилась от неожиданности.

– Подрался в баре?

Он чуть смущенно кивнул.

– В другой жизни.

– Джейк Джонс, – негромко произнесла она, трогая кончиками пальцев полоску голой кожи под задравшейся футболкой, – ты полон сюрпризов.

Однако он ответил ей такой дьявольской улыбкой, что все рациональные мысли мигом улетучились у нее из головы, и, не успев даже осознать, что делает, она стянула с него футболку, в очередной раз восхитилась рельефом мышц у него на груди и тут же жадно к ним потянулась. От середины груди вниз к животу у него тянулась полоска светлых волос. Лидия провела по ним рукой и почувствовала, как он вздрогнул. В следующий миг его руки легли ей на бедра, пальцы зарылись под эластичную ткань ее белья. Он прочертил дорожку поцелуев вверх по ее шее почти до самого уха.

– Сними это все, – прошептала Лидия, изнемогая от желания прижаться к нему голой кожей.

Помутившимся взором она отметила, что он чуть нахмурился.

– Уверена?

Она в жизни ни в чем так уверена не была!

– Джейк, да, да! – Она подвинулась и приподняла бедра, чтобы ему было удобнее. – А не то я умру на месте.

– Ну тогда, – заявил он с самым сексуальным смешком, какой она когда-либо слышала, – я совершенно точно не хочу, чтобы ты умирала. Во всяком случае, пока не выполнишь все пункты списка.

Он быстро стянул с нее оставшиеся слои одежды, а потом замер на миг, рассматривая ее жарким взглядом. Наверное, Лидии полагалось бы занервничать под этим взором, ну хотя бы смутиться, но ничего подобного. Как она могла нервничать или смущаться, когда он смотрел на нее вот так – как на самую прекрасную женщину в мире. Не слишком-то часто Лидии доводилось испытывать что-то подобное.

– Надо было включить в свой список тебя, – сказала она и тихонько охнула, когда его пальцы заскользили по ее обнаженной коже.

– Да. Надо было.

Она рассмеялась, хотя сама не понимала, откуда у нее берется дыхание хоть какие-то звуки издавать.

– Мы что, правда собираемся заняться сексом в палатке?

– О боже, очень надеюсь! – с полуулыбкой отозвался он, голос у него сделался гортанным, хрипловатым. – Я хотел увидеть тебя без одежды с того самого дня на пляже. – Он прикрыл глаза, из горла у него вырвалось почти рычание. – О боже, тот поцелуй!

Грудь у нее затопило теплом. Он тоже, тоже это почувствовал!

– Я думала… – Веки у нее затрепетали. Руки Джейка творили с ней свое волшебство. – Я думала, ты просто мне подыгрываешь, чтобы помочь. А сам равнодушен.

– Как я мог остаться равнодушным? Ты же… – Он осекся, оборвав фразу, потому что сидящая у него на коленях Лидия начала двигаться. Джейк с хриплым стоном уронил голову ей на плечо, бормоча что-то бессвязное. А потом снова поцеловал ее, притянул, вжимая в себя с голодной страстью, от которой внутри у нее все так и скрутило, а сердце загрохотало в ушах.

Дальнейшее слилось в череду ярких вспышек. Сердца их бились напротив друг друга, губы встречались, тело искало тело, снова и снова теряясь в волнах наслаждения столь глубокого, что Лидия боялась утонуть в этих волнах. А где-то глубоко внутри, очень тихо, почти неразличимо среди неистовства самых разных чувств и ощущений, сотрясавших все ее существо, какой-то крохотный тихий голосок твердил: «Вот оно. Вот чего ты искала все это время». Именно это вот. Уверенность, что она находится именно там, где должна находиться.

А потом из ниоткуда, из темноты донесся срывающийся, напряженный голос Джейка. Всего пять слов, но их хватило, чтобы вышибить у нее из груди весь воздух.

– Ты лучше всех, Лили Беннет.