Стояло сонное утро четверга. Фло сидела за кассой, Джулс якобы разбирала бумаги, а на самом деле бездумно скролила в соцсети страничку «Книг Портнита». Да, эта крыса Калли всерьез взялась за продвижение в интернете. И вдруг…

– Он издевается?! – воскликнула Джулс, швырнув телефон на стол.

– Что случилось? – выскочила из-за кассы Фло.

– Раймонд Перри, – сказала Джулс. – На следующей неделе он будет проводить встречу с читателями в «Книгах Портнита», сразу после нас.

Очень мило! Роман об этом ни разу не упомянул.

– Ты ничего не перепутала?

– У них на страничке написано, – ответила Джулс, ткнув пальцем в пост.

– Хорошо, что после, а не до, – философски заметила Фло, вглядываясь в мелкие буквы.

Джулс вздохнула.

Раймонд Перри – автор невероятно популярной серии детективных романов, звезда криминального жанра, славился капризным и вздорным характером. Джулс просто извелась перед его приездом, волнуясь, что не сможет достойно принять знаменитость. А теперь им предстоит еще и делить очередь фанатов, а главное – продаж – с «Книгами Портнита». Они не могут позволить себе потерять эти деньги.

Джулс сердито прищурилась. Они с Романом отлично ладили, однако соперничество между магазинами продолжалось. Да, надо сделать все, чтобы продать больше подписанных экземпляров, чем «Книги Портнита». Тем более что они первые.

Раймонд ворвался в магазин через добрых полчаса после назначенного времени – извинения он оставил на усмотрение испуганной представительницы издательства, семенившей за ним. Джулс посочувствовала бедной девушке: слишком часто сама оказывалась в сходной ситуации и прекрасно помнила, как трудно бывает угодить звездному писателю. Она усадила Раймонда на самом видном месте в центре зала, разложила на столе стопки книг, не забыла и коробку с запасом. Умиротворив капризного гения обещанием потрясающего обеда у Фрейи, предложила пока горячие напитки на выбор и печенье.

– Принесите мне подогретой воды с долькой лимона, – распорядился Раймонд. – Ни в коем случае не кипятите, я не выношу накипь. А лучше, если вы сможете подогреть минеральную воду – предпочтительно «Эвиан», – я был бы вам чрезвычайно признателен.

– Извините, что мы опоздали, – пролепетала ассистентка, двадцатидвухлетняя Миранда, которую била нервная дрожь. – Никогда не получается заставить его выйти вовремя, а недавно он отказался от автограф-сессии в «Уотерстоуне» в Эксетере – потому что «устал», и если он выкинет такой номер еще раз, меня убьют. Он уже намекал, что не хочет после обеда идти в магазин через дорогу.

Джулс на секунду обрадовалась приятной перспективе, что Раймонд может отказаться от визита к Роману, и, лишь увидев отчаянье ассистентки, поспешила успокоить бедняжку.

– Не переживай, – сказала она. – Мы хорошенько его накормим и будем следить за временем. После ресторана отличное настроение гарантировано. Будет как шелковый.

«Только бы не продал у Романа больше, чем у нас», – подумала она про себя.

К ее удивлению, Раймонд оказался просто душкой, он вел себя безупречно – пока не иссякал поток восхищенных читателей. В паузах он принимался подписывать все попавшиеся под руку экземпляры, и это выводило Джулс из себя: книги с автографами издателю не вернешь. Разумеется, он делал это без злого умысла…

Сессия прошла гладко, и Джулс повела Раймонда с Мирандой и Фло на дружеский, как она надеялась, обед к Фрейе. На закуску подали местного краба, на горячее – бараньи отбивные с молодым зеленым горошком, а на десерт – трехслойный шоколадный мусс от Фрейи. Настроение знаменитого писателя улучшалось на глазах. Он запил деликатесы почти целой бутылкой местного игристого вина, после чего уговорил два бокала портвейна с щедрой порцией нежного овечьего сыра с голубой плесенью. Женщины с восхищением наблюдали за удивительным гастрономическим сеансом, и Джулс невольно провела параллель с главным героем книг Раймонда – мощным едоком и любителем выпить.

После обеда она лично сопроводила гостя в «Книги Портнита». Роман увел ее в комнату для сотрудников, поцеловал и спросил, как все прошло.

– Деспотичный ребенок, как большинство «гениев», – поделилась впечатлениями Джулс. – Удачи.

– Продажи? – настороженно спросил Роман.

– Шестьдесят восемь экземпляров, – самодовольно ответила Джулс. – И прилично старого.

– Десять фунтов, что я тебя переплюну, – хохотнул он. – Когда заеду за тобой в семь, сравним результаты. Планы на вечер не изменились?

У нее упало сердце. Они ехали на ужин к друзьям в Мидлмасс. У Джулс не хватило духу отказаться, хотя она, до сих пор вспоминая свой подростковый страх перед крутой тусовкой, в которую так естественно вписывался Роман, предпочла бы побыть наедине.

– Нет, – сказала она. – Что принести?

– Ничего не надо. Просто будь готова.

Роман чмокнул ее в лоб и мягко подтолкнул к выходу. Калли уже очаровывала Раймонда, звонко смеясь над его историями о собственной гениальности.

Когда Джулс пыталась выяснить дресс-код на ужин, Роман не смог сказать ничего вразумительного.

– Не знаю, просто надень что-нибудь, – неопределенно ответил он. – Ты в чем угодно прекрасно выглядишь.

«Лучше бы не спрашивала!» – разозлилась на себя Джулс. Если честно, то и выбирать было не из чего. Она разложила на кровати две блузки, обе подходили к старым джинсам, от которых уже тошнило. С новой зарплаты от тети Фло она позволила себе симпатичную зеленую блузу из магазина женской одежды по соседству. Открытые плечи, сборки, зрительно подчеркивающие небольшую грудь, а зеленый всегда шел к ее рыжим волосам и изумрудным глазам.

После душа она надела блузку, джинсы и белые кроссовки, уже порядком поношенные, но недавно постиранные, и, глянув в пыльное зеркало, решила, что выглядит пристойно, хотя наверняка не так блестяще, как другие женщины, которые будут на ужине.

Подкрасив ресницы и чуть тронув помадой губы, Джулс отказалась от румян. В последнее время они с Романом много гуляли, и лицо посвежело. Правда, появились и ненавистные веснушки, которые Роман называл совершенно очаровательными.

Хотя он сказал ничего не приносить, Джулс все-таки заглянула к флористу и купила пышный букет едва распустившихся пионов. Правда, она опасалась, что ее старания пропадут зря: ужинали они в доме Имоджен и Габриэля, известном своим потрясающим садом, увековеченным в иллюстрациях художницы.

Джулс с трудом сдерживала волнение. «Коттедж сказок», спрятанный за высоким забором Мидлмасс-холла, представлял собой восхитительный двухэтажный особнячок с симметричным фасадом и двустворчатой дверью, выкрашенной в нежно-голубой цвет. Крыльцо утопало в цветущих розах и жимолости. Вездесущий плющ обвивал огромные изогнутые ветви глицинии, развесившей увядающие бледно-лиловые кисти вдоль фасада. Для скромного звания коттеджа дом позаимствовал у главного особняка слишком много элементов стиля Палладио.

Дверь открыла Имоджен с дочкой на руках. Малышка была в очаровательной розовой пижамке в горошек. Расцеловав Джулс и Романа в щеки и восхищенно похвалив цветы, Имоджен повела их в просторную кухню в глубине дома. Вымощенный каменными плитами пол устилали потертые персидские ковры; вокруг массивного соснового стола, служившего рабочим, письменным и обеденным одновременно, стояли разнокалиберные стулья.

– Мы почти не пользуемся парадной столовой, – призналась Имоджен, осторожно разжимая кулачок Рут, чтобы та не тянула ее за кудрявый локон.

Джулс с облегчением увидела, что хозяйка дома одета в обычные джинсы и вышитый бирюзовый кардиган. Босая, с аккуратным педикюром, почти без косметики, она, как всегда, выглядела потрясающе, не прилагая к этому никаких видимых усилий.

В комнате кипела жизнь, и Роман стал знакомить Джулс со всеми, чтобы та скорее освоилась.

– Саймон и Дженни, – сказал он, указывая на пару, стоявшую у французских дверей в сад.

Джулс знала от мамы, что Саймон, красивый высокий блондин с аристократическими чертами лица, – врач, а Дженни преподает в деревенской начальной школе, куда ходила в детстве сама Джулс. Промелькнула мысль, что у такой пары будут потрясающе красивые дети. Заметив новое лицо, они поспешили к Джулс.

– Я тебя помню! – с обезоруживающим дружелюбием воскликнула Дженни. – Портнитская школа! Кажется, ты училась на класс младше?

– Рад видеть тебя снова, – сказал Эйден, который вышел из кладовой с бутылкой вина.

– И я, – отозвалась Джулс. – Э-э… А где Джесс?

– Машину паркует.

Как раз в этот момент вошла Джесс. Увидев ее, девушка просияла. Джулс пробормотала что-то и подняла руку в формальном приветствии, однако Джесс этим не удовлетворилась: подошла и крепко ее обняла.

Через пару минут вновь пришлось признать, что ей легко и приятно в этой компании – теперь, когда она с Романом.

– Держи. – Джесс протянула ей стакан со льдом, ярко-красной жидкостью и ломтиком апельсина. – Габриэль делает умопомрачительные «Негрони». Опасная штука, но одна порция мгновенно приведет тебя в праздничное настроение.

Джулс не была уверена, что хочет прийти в «праздничное настроение». Пробегая со стаканами мимо Имоджен с дочкой на руках, Габриэль чмокнул обеих в макушку. Как трогательно, подумала Джулс.

– Ну вот, все в сборе, – заметила Имоджен, укачивая хнычущую Рут. – Фрейя не смогла взять выходной, а Финн немного простыл и решил не разносить микробы. Но мне кажется, что скорее вы можете заразиться от Рут.

– Бедняжка, – сказала Джулс, улыбнувшись малышке.

Она сомневалась, что любит детей – редко доводилось видеть их так близко, – но Рут с ее розовыми щечками и огромными голубыми глазами была невероятно мила, даже несмотря на сопливый курносый носик.

– У нее твои глаза, – заметила Джулс, чтобы поддержать разговор.

– Габриэль тоже так считает, – улыбнулась Имо.

Джулс взглянула на Габриэля, пытаясь придумать следующую тему для непринужденной беседы. Как хорошо, что девочка не унаследовала его густые брови и темные глаза.

Имоджен, мгновенно поняв ход ее мыслей, рассмеялась:

– Ищешь сходство с Гейбом? Она не от него.

– Правда? – удивилась Джулс.

О боже, чуть не сморозила глупость.

– Это мой второй брак. К сожалению, мой первый муж умер, а Габриэль ее удочерил, – объяснила Имоджен. – Он отличный отец.

– Отнести ее наверх? – спросил Габриэль, наглядно подтверждая слова жены.

Веки ребенка уже опускались, взгляд затуманился.

– Не знаю, – обеспокоенно сказала Имоджен. – Видеоняня же здесь?

– Да, на комоде, – подтвердил Габриэль. – И Саймон осмотрел Рут. Говорит, легкий вирус из садика. Скоро пройдет.

– Ну, давай попробуем, – согласилась Имоджен, передавая мужу обмякшую девочку. – Ей трудно уснуть, носик заложен, – объяснила она Джулс, с благодарностью принимая «Негрони», протянутый Саймоном.

– Хорошо, что мы собрались ужинать здесь, Имо ни за что бы не оставила приболевшую Рут с няней, – понимающе улыбнувшись, сказала Дженни.

– А у вас с Саймоном есть дети? – спросила Джулс.

– Мы… э-э… пока нет, но надеюсь, будут, – грустно ответила Дженни.

«Господи, опять ляпнула невпопад», – испугалась Джулс.

Дженни взяла себя в руки и улыбнулась.

– Но мы часто берем к себе Рут, правда, дорогой? – посмотрела она на Саймона.

Габриэль, держа дочь, как раз проходил мимо них, и она помахала крошечной ручкой девочки.

– Да, – сказал Саймон с интимной улыбкой, адресованной лишь жене, и обнял ее за талию.

«Язык мой – враг мой», – подумала Джулс и огляделась, размышляя, откуда еще может угрожать опасность.

Она все еще не чувствовала себя своей в этой тусовке уверенных в себе выпускников частных школ в крутой одежде, с лохматыми челками и понятными только им шутками, – теперь уже взрослых. Она помнила, что особенно выделялись на фоне прыщавых портнитских юнцов Габриэль и Роман, уже тогда инстинктивно чувствовавшие свое превосходство – в жестоком подростковом мире выживает сильнейший.

И вот они здесь, повзрослевшие, остепенившиеся, со своими подругами, в уютной домашней обстановке. Забавно, что и Джесс, и Имоджен – «пришлые». Наверное, эти ребята считают подходящей партией только девушек из других городов. Скромным местным простушкам вроде Джулс ничего не светит. Вот и сегодня выставила себя на посмешище. Этого следовало ожидать. К счастью, все уже уселись за стол, и она хоть в обморок не грохнется, как в прошлый раз.

Народ вовсю уплетал вкуснейшую домашнюю пиццу с козьим сыром, щедро посыпанную оливками и красным луком. Добавочные углеводы можно было получить из чесночного хлеба на закваске, а в центре стола стояла огромная миска салата с бархатцами, ростками гороха и рукколой из теплицы Имо. За едой разговор катился легко и непринужденно. По неписаному правилу женщины как бы объединились против мужчин: Имоджен и Джесс поддразнивали Романа, приглашая Джулс в свой лагерь – что она и сделала, рассмешив всех историей о соперничестве двух магазинов и, на ее взгляд, очевидном превосходстве «Книг Капельторнов», несмотря на все старания «Книг Портнита».

– Пусть победит лучший! – провозгласила Джесс, подняв бокал.

Вся компания последовала ее примеру.

– Спасибо, – вставила Джулс, с озорным видом посмотрев на Романа, однако тот отвернулся, и у нее на секунду замерло сердце от его пустого, безжизненного взгляда.

Судя по всему, остальные тоже заметили, потому что разговор резко оборвался. Она с грохочущим сердцем уставилась в свой бокал.

– Джулс предложила мне стать творческим резидентом у нее в магазине, – сказала Имоджен, пытаясь заполнить неловкую паузу.

– Здорово, – с наигранным энтузиазмом отозвался Эйден. – А у тебя, Роман, есть художник-резидент? – поддернул он.

Услышав свое имя, тот вздрогнул и вышел из оцепенения.

– Нет, – сказал он и повернулся к Джулс. – Ты меня сделала. Отличный ход, жаль, что я до этого не додумался.

– Вперед, «Капельторн»! – воскликнула Дженни, и все облегченно вздохнули.

После этого Имоджен заговорила о том, как трудно найти хороший садик, а Джесс посетовала на невозможность выбить у местных властей финансирование на нужды детей с особыми потребностями.

– Так вы больше не живете в Мидлмасс-холле? – спросила Джулс у Габриэля и тут же сообразила, что это не меньшая бестактность, чем спрашивать у Дженни и Саймона о детях. – «Коттедж сказок» такой красивый, – выпалила она, не дождавшись ответа, – что я вас понимаю.

– Да, – сказал он. – Холл не приспособлен для семейной жизни. Здесь нам куда удобнее.

– Такое необычное название… – продолжала она.

– Это я придумал, – признался Габриэль. – В детстве жил с родителями в Холле, а здесь обитала бабушка. Я обожал к ней приходить: она всегда читала мне сказки на ночь, и я начал называть его «коттеджем сказок». Я все время просился к бабушке – и название в итоге прижилось.

– Как мило, – отозвалась Джулс, совершенно очарованная. – Держу пари, ты был чудесным мальчиком.

– Ну, я бы не сказал, – покраснел Габриэль.

– Внимание! – объявила Джесс, постучав вилкой по бокалу. – У меня отличная новость. Гейб с Имоджен устраивают в этом году осенний бал, чтобы собрать средства для моего фонда по продвижению грамотности.

– Чудесно! Обожаю балы, – воскликнула Дженни. – А ты, Джулс? Любишь вечеринки в смокингах и длинных платьях?

Джулс попыталась изобразить энтузиазм, но вовремя остановилась. Зачем врать? Пафосные мероприятия с гостями в вечерних нарядах всегда были для нее сущей пыткой. Она покачала головой:

– Я всей душой за продвижение грамотности, только, честно говоря, не понимаю, зачем устраивают эти балы, – призналась она.

– А кому-то они нравятся, – мрачно произнес Роман. – Я без них просто жить не могу.

– Ха-ха три раза, – сказала Джесс. – Так вот, мне нужно, чтобы пришли все. Нас вместе с Финном и Фрейей десять человек – уже один стол готов. Осталось продать еще четырнадцать по две тысячи фунтов каждый.

– Ого! – воскликнула Джулс, однако Джесс смотрела в будущее с оптимизмом.

– Да, звучит не совсем реалистично, – призналась она. – Но у Гейба полно богатых клиентов, и неужели не найдется десятка местных компаний, которые выкупят столы? Они смогут пригласить своих партнеров, клиентов – кого угодно, и использовать это как корпоративное мероприятие. Если с умом подойти, все окупится.

Глаза Джесс сияли восторгом.

– И еще можно продавать спонсорские пакеты, – добавил Габриэль. – Отдельный спонсор на каждый элемент расходов: шампанское, ужин – по блюдам, если нужно. Логотип, упоминание в программе – полный комплект.

– «Книги Портнита» берут на себя вино, – вмешался Роман.

Сто пятьдесят гостей по полбутылки на каждого? Джулс, едва сдержав смешок, почувствовала досаду… если не зависть. «Капельторн» точно не может себе такого позволить.

– И канапе? – спросила Джесс. – Мы надеялись, что ими займется команда Фрейи. У них недешево.

– Ну, давайте уж, – сказал Роман. – У нас есть фонд на такие случаи.

«Еще бы!» – сердито подумала Джулс, стараясь не хмуриться.

– Если найдем спонсоров на все накладные расходы, то сборы на самом мероприятии составят чистую прибыль, – продолжала Джесс.

– В каком формате вы планируете собирать средства? – спросила Дженни.

– Не знаю… лотерея, аукцион – можно устроить аукцион обещаний, – предложила Джесс.

– А если книжную лотерею? – вмешалась Джулс.

Вот это бы ей подошло.

– Например, брать за участие по десять или двадцать фунтов, – пояснила она, – только чтобы каждый билет был выигрышным?

«Капельторн» вполне сможет предоставить сто пятьдесят книг. Вспомнив о мертвых залежах невозвратного товара, Джулс пришла в восторг от своей находчивости. Не пропадать же добру. Например, подписанным экземплярам Раймонда Перри.

– Как тебе идея? – спросила она у Джесс.

– Беспроигрышная лотерея? Гениально! – обрадовалась Джесс. – С гарантированным призом мы вытрясем с них и по двадцать пять фунтов за билет. Это… – Она уставилась в потолок, подсчитывая. – Три тысячи семьсот пятьдесят фунтов – из воздуха. Почти никаких затрат. Спасибо, Джулс!

Она кивнула, довольная, что «Капельторн» сможет внести свой вклад, и бросила взгляд на Романа, который вроде бы повеселел. Джулс не купилась на его примирительную улыбку – слишком хорошо его изучила. Она понимала: его что-то гнетет, и это очень серьезно.