– Дикость какая-то, правда? – сказал Чарли.

Троица сидела в офисе, перекусывая горячими сырными тостами и чаем без отрыва от производства. Джулс давно отдала расшифровку гримуара Фло, но та все никак не могла до нее добраться: слишком много работы навалилось. Только накануне вечером тетя дочитала до конца, и теперь они делились впечатлениями.

– Самое подходящее слово, – кивнула Фло. – Рецепты, конечно, удивительные, а вот конец… Эта женщина будто разваливается на куски – странные отрывки, где она проклинает всех подряд, уверенная, что ее околдовали, что окружена злыми духами… что ее хотят отравить… Нет, она точно сошла с ума.

Фло склонила голову набок.

– Думаешь? – спросил Чарли.

– Ну, не могли же ее действительно околдовать, если ты об этом, – раздраженно ответила Фло.

– Невыносимо смотреть на этот распад личности, – сказала Джулс. В глазах защипало. Она моргнула, сама себе удивляясь. Глупо плакать из-за незнакомки, которая лежит в могиле уже больше трехсот лет. – И так внезапно обрывается… Мне показалось, что она умерла прямо, когда писала, и… знаете, это странное состояние могло быть последней стадией болезни.

– Логично, – заметил Чарли.

– Или… – задумчиво произнесла Джулс. – Может, ее правда убили? Вдруг за ней действительно охотились?

Повисла тишина. Все сосредоточенно жевали.

– А давайте попробуем узнать, что с ней произошло? – предложила Джулс.

– Как? – спросила Фло.

– Не знаю, должны же быть какие-то источники. Приходские книги, например. Я могу спросить у священника. Все равно собиралась к нему зайти – узнать, не похоронена ли она на церковном кладбище.

– Сдается мне, что наша Бидди не слишком жаловала церковь, – заметила Фло.

– Это и не обязательно, – возразила Джулс. – Церковь вела учет всех жителей. Это входило в ее обязанности – собирать данные для короны. Никто больше этим не занимался, я помню из курса истории. Давайте подумаем… что нам известно? Речь идет о XVI веке, и, если судить по средней продолжительности жизни в то время, на момент смерти ей могло быть около шестидесяти.

– Не факт, – поправил Чарли.

Джулс кивнула.

– Да, это всего лишь предположение, но надо же от чего-то отталкиваться. Последняя датированная запись в книге – 1685-й год, значит, если она умерла примерно тогда, то родилась в двадцатых. А жила в Портните, скорее всего в этом доме. То есть надо искать запись о рождении… Или о браке? О смерти уж точно.

– Насчет брака сомневаюсь, – заметил Чарли. – Она не из тех, кто довольствуется замужеством.

– Мудрая женщина, – одновременно пробормотали Фло и Джулс.

– Какие вы романтичные. – Чарли покосился на них с шутливым укором, запихнул в рот последний кусок тоста и вытер пальцы кухонным полотенцем.

– Предлагаю начать с записей о смерти, – сказала Джулс, протянув ему пустую тарелку. – С 1685-го и дальше. Их не должно значиться много, если только… В те годы, случайно, не было эпидемии чумы? Может, она умерла от поветрия? Эта болезнь случайно не вызывала ощущения, что тебя околдовали соседи?

– Чума убивала быстро, так что едва ли, – заметил Чарли. – А знаете, что на самом деле происходило в те годы?

Женщины недоуменно посмотрели на него.

– Охота на ведьм, слышали?

– Точно! Процессы над ведьмами! – оживилась Фло. – Примерно в то время жил этот… знаменитый охотник на ведьм, или как его там?

– Ага, главный ведьмолов – Мэтью Хопкинс, – сказал Чарли. – Хотя он занимался этим всего пару лет. Умер совсем молодым, в сороковых годах XVII века.

– Всего два года? – удивилась Фло. – Как же он так быстро продвинулся, что стал главным?

– Сам себя провозгласил, – усмехнулся Чарли. – Самомнения ему было не занимать. Написал знаменитую книгу – «Обнаружение ведьм». Для букинистов это своего рода Ковчег Завета[3] – экземпляр может стоить целое состояние.

У Чарли загорелись глаза.

– Ну, свой след в истории он оставил, – пробормотала Джулс. – Я никогда не интересовалась ведьмами, а имя его слышала.

– Правда, он больше по Восточной Англии, – уточнил Чарли. – Разъезжал много, но до Девона вроде бы не добирался.

– А время ведь совпадает? – спросила Джулс. – Или он действовал чуть раньше?

Чарли кивнул.

– Дело в том, что Мэтью Хопкинс запустил моду на борьбу с ведьмами, она продолжалась и после его смерти. В Девоне процессы могли проходить позднее.

– Откуда ты все это знаешь? – с уважением спросила Фло.

– Я в детстве одно время увлекался всеми этими ведьмами, оборотнями, вампирами, – смущенно признался Чарли. – Они тогда как раз вошли в моду. Ну и «Сумерек» Стефани Майер насмотрелся, просто бредил ими.

– Ого, – сказала Джулс. – Ну и занудой ты был! Я в детстве дальше книжек про лошадок и бедных сироток не продвинулась.

Она задумалась.

– Ладно, я поговорю с приходским священником – узнаю, где искать старые записи. С этого и начнем.

Самый простой способ заговорить с викарием о приходских документах – пойти с Фло на воскресную службу. Ради этого пришлось, к огромному сожалению Джулс, отменить утренний кофе с Романом. Она так давно не ходила в церковь, что не знала, радоваться или смущаться, когда преподобный Мартин Ривз назвал ее по имени. Это был приятный мужчина лет сорока пяти. Его супруга выглядела милой, очень домашней женщиной, а трое сыновей-подростков представляли собой его точные копии – только без бороды.

В честь Троицы на стенах церквушки висели работы школьников – коллажи с голубками. Июньское солнце косо падало на витражи, бросая на каменный пол абстрактные многоцветные пятна, но холод стоял хуже, чем на гробнице Монтбо в ветреный день. Джулс облегченно вздохнула, выйдя вслед за остальными прихожанами на солнышко: почти все несли в руках чашки со слабым чаем из гудящего бачка в глубине церкви.

Порывистый ветер гнал по небу рваные облака, ежеминутно меняя освещенность пейзажа.

Жонглируя чашкой на блюдце и одиноким шоколадным печеньем, Джулс подошла к священнослужителю, который с серьезным видом обсуждал с учениками воскресной школы игру в охоту за сокровищами, предстоящую на следующей неделе.

– Итак, Джулия, – наконец сказал он, обернувшись к ней с широкой улыбкой, – чем обязан твоему визиту?

– Так заметно? – покраснела она.

– Молодежь обычно пропадает, а потом появляется, когда что-то нужно… например, произнести брачные обеты? – закончил он, вопросительно приподняв брови.

– Боже упаси! – воскликнула Джулс. – В смысле я не за этим, – быстро добавила она и стала объяснять, что ей нужно.

– Как интересно! – воскликнул преподобный Мартин. – Наши приходские книги ведутся с 1538-го года, то есть гораздо раньше упомянутых дат, однако боюсь, что вынужден тебя разочаровать. Они уже много лет хранятся в архиве совета графства в Эксетере. Думаю, у них все на микрофишах, к оригиналам сейчас допускают очень немногих.

– Удивительно, что записи о рождении и смерти велись так давно, – вежливо удивилась Джулс.

– Не совсем так, – поправил ее викарий. – Речь идет о крещениях, браках и погребениях – почти то же самое, но не совсем. Мало кто мог избежать хотя бы одной из этих трех записей. Думаю, официальная регистрация рождений и смертей появилась позже интересующего тебя периода, сотрудники архива объяснят точнее.

– Замечательно, большое спасибо, – сказала Джулс, немного раздосадованная тем, что сегодня ничего не узнает – зря просидела целый час на службе.

– Если интересующая тебя дама действительно жила в Портните, то она, скорее всего, похоронена на нашем церковном кладбище, – продолжал пастор.

У Джулс загорелись глаза.

– У нас есть могилы, датируемые четырнадцатым веком, – пояснил он. – Самая старая часть – вон там.

Он указал рукой, хотя в этом не было необходимости. На западной стороне церкви, в тени двух вековых тисов, стояли неровными рядами покосившиеся старые надгробия. В дальнем углу нежно колыхались заросли коровьей петрушки. Некоторые маленькие, совсем уж древние памятники явно перенесли, когда стало не хватать места под новые погребения. Они стояли, прислоненные к северной стене кладбища.

– Надписи по большей части сильно стерлись, – сказал преподобный Мартин, проследив за взглядом Джулс. – Конечно, имеется еще гробница Капельторнов с южной стороны, однако, насколько мне известно, самая ранняя надпись там относится к началу XVIII века – позже, чем жила ваша Бидди Капельторн?

– Да, – согласилась Джулс. – По нашим сведениям, она умерла примерно в 1685-м году. Значит, ее точно похоронили бы здесь?

– Если жила в Портните – несомненно, – подтвердил Мартин и добавил со смешком: – При условии, что она никого не убила. Злодеев и негодяев вешали и хоронили на перекрестке.

Он широко улыбнулся, словно эта мысль доставила ему удовольствие.

– Но тогда она бы и в приходских книгах не числилась.

Увидев выражение лица Джулс, священник поспешно добавил:

– Уверен, твоя родственница не была убийцей. Наверное, я просто увлечен плохими людьми, – смущенно признался он. – Зло бывает притягательным, правда?

– На каком перекрестке? На любом? – вздрогнула Джулс. По спине пробежал холодок. Наверное, из-за ветра.

– В каждом поселении был свой, – объяснил Мартин. – Я не знаю точно, где наш, но примечательно, что на развилке дороги из Портнита в Мидлмасс есть улица под названием переулок Висельника, – рассеянно добавил он, уже кивая кому-то у нее за спиной.

Джулс отправила Фло домой греться, а сама еще немного побродила среди надгробий. Удача ей не улыбнулась, хотя нашлись две старые могилы Капельторнов, не считая роскошного склепа из отполированного мрамора с вырезанными по углам ангелами.

– И вообще, – сказала она за поздним обедом Фло, – мы даже не уверены, что она Бидди, то есть Бриджет. Может, ее просто так называли, потому что она была старой девой.

– Как интересно узнавать что-то новое о своих предках, – задумчиво произнесла Фло. – Представь только, она когда-то сидела в этой комнате!

– А магазин правда все это время принадлежал Капельторнам? – спросила Джулс.

– Скорее всего, – ответила Фло. – Моя мама говорила, что раньше у Капельторнов в Портните было полно недвижимости, а сейчас остался только магазин с квартирой. Хотя эти гады Монтбо и на него наложили свои грязные лапы, если судить по странному платежу, который я отправляю им каждый год.

– Большая сумма?

– Нет, ерунда. Сто фунтов в год – даже арендой не назовешь, – подумала вслух Фло. – Кстати, надо сходить к нашему милейшему адвокату и разобраться с этим скучным вопросом. Он прислал мне еще одно электронное письмо. Вечно забываю, уже стыдно.

– Ты слишком занята мыслями о своем воздыхателе, – поддразнила ее Джулс.

Фло бессознательно поправила волосы.

– Не говори ерунды. Мы с Грэмом просто друзья. Нас объединяет любовь к книгам и кулинарии.

– И к книгам по кулинарии. Кстати, забыла тебе сказать: «Календарь рецептов», который ты заказывала для него, пришел вчера утром.

– Отлично! – обрадовалась Фло. – Отнесу ему завтра, когда пойду на обед. Не страшно ведь, если я отлучусь на пару часиков?

– Конечно, иди! – быстро сказала Джулс. – Ты не должна у меня отпрашиваться. У тебя выходной, и у нас только административные дела. Чарли тоже придет, так что не волнуйся – мы отлично справимся.

Она лукаво улыбнулась.

– Спасибо, солнышко. Мне обещана кюфта из телятины с запеченными овощами и крыжовниковый крем на десерт.

– Ого, это любовь! – хихикнула Джулс.

– Гм… Стара я для всей этой чепухи, – неубедительно возразила Фло. – Он просто очень милый. И приятный собеседник.