По мере приближения лета Портнит все больше оживал. Началась долгая полоса необычайно теплой и солнечной погоды, и на выходных в городок хлынули толпы отдыхающих. Они разгуливали по набережной в шортах, облизывая тающее мороженое, будто на дворе стоял август, а не май, и торговля во всех заведениях на главной улице шла на ура.

В субботу местные отели и гостевые апартаменты принимали новых постояльцев, и Джулс радовалась, что книга Крессиды Корнуорти выходит в четверг. Это давало ей целых пять дней, чтобы внушить всем гостям: если хотите порадовать своих любимых отпрысков новым детским хитом, спешите в «Книги Капельторнов». Как раз будет чем занять ребенка в долгой дороге домой.

Она заранее предупредила редакцию местной газеты, что у магазина выстроится фотогеничная очередь, и те обещали прислать фотографа. Радио планировало интервью и блиц-опросы, а Джулс тем временем буквально завалила соцсети постами о предстоящем событии.

Ей удалось уговорить тетю Фло в этот день открыть магазин пораньше – в девять утра. Джулс не собиралась уступать «Книгам Портнита» даже в такой мелочи.

Пустив в ход личное обаяние, она выбила у издательства два экземпляра с автографом автора. Один решила спрятать среди обычных книг – как своего рода лотерейный билет, а второй сделать призом на конкурсе рисунков, который Джесс объявила в школах.

Лучшие работы обещали выставить в витрине, а выбрать победителя и вручить награду согласился сам мэр. Джулс сделала все возможное, и очень сомневалась, что конкуренты подготовились лучше.

В общем, она твердо решила заполучить большую часть продаж – если не все.

Чтобы заранее привлечь внимание, она вышла на улицу с утра пораньше и принялась фотографировать новую витрину магазина с книгами Крессиды Корнуорти для соцсетей. Из-за солнечных бликов на стекле поймать нужный ракурс оказалось непросто, пришлось побегать. Она совсем запыхалась, делая один снимок за другим и уходя в тень проверить, что получилось.

Вдруг прямо между ее лицом и экраном телефона возник гигантский вафельный рожок с мороженым.

– Это тебе, – сказал Роман и облизал свое.

«Ничего себе, – подумала Джулс, – фирменное мороженое Жирарделли: с кусочками меренги и полосками лимонного крема».

Она взяла рожок и нехотя слизнула подтаявшие капли, чтобы не испачкать телефон. К ее досаде, сладость оказалась восхитительной.

– Ты зачем мне мороженым в лицо тычешь? – возмутилась она.

– Ты выглядишь разгоряченной.

– В каком смысле? Не много ли ты на себя берешь?

Роман только рассмеялся.

– Во всех. Вообще-то я имел в виду, что тебе жарко, но твои шорты и вправду чрезвычайно сексуальны.

Джулс опустила взгляд на хлопковые шорты в красно-белую полоску. Вообще-то, они пижамные – просто других под рукой не оказалось. Конечно, признаваться в этом злейшему врагу она не собиралась.

А мороженое вкусное! Лимонное с безе – ее любимое. Как он узнал?

– На самом деле, – продолжал Роман, – я хотел похвалить твои ноги, но подумал, что ты такая непредсказуемая, и решил ограничиться шортами…

Он смутился, умолк и занялся мороженым, которое стремительно таяло под жарким солнцем.

Джулс расхохоталась. Наглец, конечно, но забавный.

Несколько минут они ели молча. Мороженое сотворило чудо: Джулс почувствовала себя не такой разгоряченной и вспотевшей.

– С чего ты вдруг добрым прикидываешься? – сказала наконец она, дойдя до вафельного рожка.

– Я не прикидываюсь, я и есть добрый, – спокойно ответил Роман.

– Сомневаюсь, – заявила Джулс, хрустя вафлей. – А хвастаться некрасиво. К тому же ты злой, потому что хочешь закрыть магазин моей тети.

– Не нужен мне ее магазин, просто… его существование расходится с моими деловыми интересами, – с обезоруживающей честностью ответил Роман, мгновенно разрушив атмосферу.

– Вот, опять все испортил, – сердито бросила Джулс.

Хорошее настроение моментально улетучилось, на душе заскребли кошки. В другой ситуации они могли бы стать друзьями. Или не только друзьями…

Но у реальности свои законы.

Подготовка к свадьбе набирала обороты. Джулс уже не принимала всерьез уверения Фрейи, что это будет скромная вечеринка для своих: уведомления из группы в мессенджере, которую организовали ее подруги – а Джулс формально числилась там администратором, – сыпались как из рога изобилия. Там обсуждались планы на посиделки с просекко, сувениры для гостей, бумажные гирлянды для приема в мэрии; а самые длинные и подробные обсуждения касались нарядов: платья, туфли, аксессуары, украшения, каждая мелочь, и все считали своим долгом высказаться. Ветка о пробном макияже стала для Джулс последней каплей. Отключив уведомления, она наслаждалась тишиной. Все равно придется надевать ненавистное желтое платье, и нечего потворствовать своему самолюбию. Злополучный наряд висел на дверце шкафа и постоянно напоминал о скором позоре.

Выход книги был запланирован на четверг, а свадьба – на субботу. Она радовалась, что между этими событиями будет день передышки.

Несмотря на то, что работа в магазине отнимала много времени, она приносила удовлетворение. Джулс дала волю своим творческим способностям и воображению. Только сейчас она осознала, насколько безынициативной стала в издательстве, где никто не ценил ее стараний, а жесткая конкуренция не оставляла шансов на профессиональный рост. Фло, напротив, постоянно волновалась, что тормозит инициативы помощницы, расточала безудержные похвалы и поддерживала все начинания. Джулс чуть не плакала, сравнивая нынешнюю ситуацию с жизнью в Лондоне, и понемногу обретала веру в себя.

Время поджимало, книги Крессиды Корнуорти прибыли со склада всего за день до выхода. Джулс с благоговейным трепетом унесла коробки в подсобку. Она и под страхом смертной казни не продала бы новинку раньше официальной даты – издатели вносили торговцев в черный список и не за такие значительные прегрешения. Она даже в витрину не поставила книгу заранее, ограничившись конкурсными рисунками по одну сторону от двери и стопками предыдущих книг писательницы по другую и разбавив все это рекламными материалами. На чердаке у запасливой Фло нашлись украшения для Хэллоуина: большую часть Джулс выбросила, а некоторые эффектные ведьминские аксессуары, вроде допотопной метлы из прутьев и искусственной паутины, включила в композицию. Вышло просто загляденье. Джулс подумывала еще усадить в витрину Мерлина, чтобы тот выступал в качестве фамильяра ведьмы, однако кот посмотрел на нее таким пустым, немигающим взглядом, что она решила не настаивать.

Проснувшись чуть свет, Джулс понежилась минутку в теплой постели, наблюдая, как кобальт на небесной палитре за окном переходит в лазурь. Пора вставать. Судя по обратной связи, некоторые покупатели намерены проснуться до рассвета и занять очередь. Все хотят получить книгу первыми, а уж кому достанутся заветные подписанные копии – вот где настоящая интрига.

Она решила спуститься пораньше и предложить покупателям горячие напитки, чтобы поддержать настроение и скрасить ожидание. По утрам еще бывает прохладно. Она быстро оделась, торопливо привела себя в порядок и, дрожа от нетерпения, на цыпочках спустилась в магазин.

Ее немного раздосадовало полное отсутствие очереди, хотя ничего странного в этом не было: еще и солнце не встало. В конце концов, это маленький городок в Девоне, а не Оксфорд-стрит, и кому охота вставать в такую рань на каникулах? Джулс не сомневалась, что местная пресса, с которой она провела работу, обеспечит запоминающиеся интервью и отличные фотографии на фоне «Книг Капельторнов». Такую рекламу ни за какие деньги не купишь.

Она глубоко вздохнула и приложила ладонь к бьющемуся сердцу.

О, наконец-то! Женщина ведет за руку ребенка лет восьми, наряженного по такому случаю в фиолетовую ведьминскую шляпу и плащ, которые обожают носить фанаты серии. Джулс отрепетировала улыбку и предложение вскипятить чайник, однако ее благие намерения пропали зря: долгожданные читатели в последний момент свернули через дорогу к открытой двери «Книг Портнита» и… вошли внутрь! Еще и шести утра нет, а они уже открылись? Непозволительно! Это нарушение издательского эмбарго. Джулс не собиралась спускать им это с рук.

Она с растущим возмущением наблюдала, как в «Книгах Портнита» скрылось еще несколько ранних пташек. Другие остановились перед «Капельторном», однако заметив движение в «Портните», тоже переметнулись на вражескую сторону.

В горле встал ком. Если бы она не боялась потерять самообладание и разрыдаться, то перешла бы дорогу и устроила скандал, и лишь гордость удержала ее от публичного позора.

«Книги Портнита» не предлагали подписанных экземпляров. Роман не потратил всю неделю, выкладывая в инстаграм заманчивый обратный отсчет с картинками… Пришел на все готовое, украл у нее честно заработанные продажи.

В конце концов Джулс не выдержала.

Неловко повозившись с замками, она распахнула дверь как раз вовремя, чтобы привлечь внимание полусонного молодого отца с двумя маленькими девочками.

– Мало того что я встал ни свет ни заря в свой единственный выходной, так мне это еще и денег будет стоить, – с добродушной иронией сказал он. – Мои девчонки обожают эти книги. Благодаря им начали читать сами, – с гордостью добавил он.

Девочки, прижимая к себе новые книги, потащили его к кассе.

После этого в магазин потянулся непрерывный ручеек книголюбов: одни приходили за новинкой Корнуорти, другие покупали поздравительные открытки, карты, взрослые книги вроде последнего романа Дика Фрэнсиса, который Джулс выставила под рубрикой «Новые поступления».

В целом, навскидку, они получили около половины ранних утренних продаж. Слишком много покупателей уходили к заклятому врагу, и каждая потеря отзывалась в сердце Джулс чуть ли не физической болью.

Фло спустилась, как обычно, почти в половину десятого и похвалила Джулс за отличный оборот с самого утра. У нее отлегло от сердца, и она отправилась за утренним флэт уайтом, все еще злясь на Романа за нечестную игру.

Взяв кофе, она не вернулась к себе, а перешла через дорогу. Заметив ее приближение, Роман вышел навстречу.

– Доброе утро, – сказал он, слегка поклонившись.

Выглядел он чрезвычайно эффектно: белоснежная футболка, гладко зачесанные назад волосы – будто только что из спортзала и душа.

Джулс невольно отметила мускулистые, но не чрезмерно накачанные руки парня. А загореть где он успел? Сама она после долгих часов в полутемном магазине могла похвастаться разве что аристократической бледностью, а Роман как будто месяц катался на серфе.

– Не брезгуешь запрещенными приемами? – сказала она, отведя взгляд и стараясь не заводиться.

– Ты о чем? Раннее открытие? – поднял брови Роман. – В эмбарго ясно написано: с одной минуты после полуночи. Мне это показалось немного чересчур, по ночам я обычно все же сплю – странно, да? Хотя, конечно, не возражаю и против других способов получить удовольствие в постели, – с улыбкой добавил он.

– Что ты выдумываешь? – вспыхнула Джулс, не веря своим ушам. При чем тут сон? – День выхода – сегодня утром!

– Совершенно верно, – спокойно ответил он. – А утро, да будет тебе известно, началось, – он взглянул на часы, – девять с половиной часов назад.

Джулс сердито прищурилась. Неужели правда? Роман счел разговор оконченным и повернулся к стайке волшебников в шляпах, которые тащили за собой невыспавшихся родителей.

Вернувшись в кабинет, она подняла документы и выяснила, что Роман ничего не придумал. Вот пресс-релиз: сегодняшняя дата и время – 00:01, одна минута после полуночи. Как она не заметила, что речь идет не о привычных часах открытия магазинов?

– Что ж, первый сет он выиграл, – сказала себе Джулс, чувствуя, как бешено колотится сердце.

– Это просто нечто, – заметил Чарли о гримуаре, когда они собрались на следующий день за утренним кофе. – Хотя есть и некоторые странности.

Фло вопросительно подняла брови, однако Чарли воздержался от объяснений.

– Не хочу влиять на ваши впечатления до того, как сами прочтете. Мне интересно ваше непредвзятое мнение.

– Огромное спасибо, что перепечатал все полностью. – Фло взяла у него стопку листов. – Я бы никогда не разобрала выцветший оригинал с его витиеватыми закорючками. Глаза уже не те.

– Постепенно втягиваешься, – сказал Чарли, рассеянно дергая колечко в губе.

Такое поведение означало, что он чем-то озабочен.

– Я обязательно прочту, – пообещала Джулс, – но подкинь хоть что-нибудь, я умираю от любопытства. В рукописи есть имя автора?

– Да! – объявил Чарли. – Вы будете в восторге. Автор – женщина, она называет себя Бидди. Я сперва подумал, это значит «старушка», но нет, это краткая форма имени Бриджет, и – та-дам! – она из рода Капельторнов!

– Бриджет «Бидди» Капельторн, как замечательно! – захлопала в ладоши Фло. – Наша предшественница! Хотя ничего удивительного, ведь книга найдена в этом доме, а он испокон веков принадлежал нашим предкам.

Чарли кивнул.

– Да, место имеет огромное значение, – продолжал он. – Это история владения и в конечном счете доказательство подлинности. Я хочу ознакомиться с местными архивами, поискать имя Бриджет Капельторн в записях о рождениях, смертях и браках. Возможно, мы даже найдем ее надгробие на старом церковном кладбище на вершине холма, – добавил он, имея в виду церковь Святого Фомы, старинный англиканский храм рядом с руинами замка.

– А разве ее могли похоронить на христианском кладбище, если она слыла ведьмой? – спросила Фло. – Насколько я понимаю, церковь тогда считала бы ее персоной нон грата?

– Верно, – сказала Джулс. – Ведьмы же исповедовали язычество, разве нет? Она, наверное, танцевала обнаженная вокруг костров в полночь, и все такое.

– В нашем климате – сомневаюсь, – поежилась Фло. – В любом случае мы же решили, что ведьмой могли называть обычную знахарку, которая разбиралась в травах.

– Работы еще непочатый край, – признал Чарли. – Я даже не начал анализировать и датировать материалы – переплет, бумагу и так далее, – но в тексте есть даты, с которых можно начать. Самая ранняя запись датирована 1635-м годом, самая поздняя – 1685-м, хотя это еще не конец книги… – Он на мгновение задумался. – В общем, почитайте сами, скажу лишь одно: у этой истории очень горькое послевкусие.

Фло настояла, чтобы Джулс читала первой, и та благоговейно взяла стопку распечатанных страниц, пообещав прочесть их вечером и отдать тете на следующий день.

– И держи телефон при себе, – попросила Джулс, провожая Фло на обед с Грэмом. – Позвони, когда доберешься, а если заметишь что-то странное – немедленно уезжай, поняла? У тебя в телефоне есть номер Терри, он будет на связи…

– Дорогая, я иду обедать к другу, а не отправляюсь с рюкзаком вокруг света, – с легким раздражением успокоила ее Фло, мазнула губы помадой, закрыла тюбик и положила в сумку. – Тебе не кажется, что твоя паранойя по поводу маньяков слегка неуместна? Мы знакомы больше года.

– Ты права, я просто немного волнуюсь. – вздохнула Джулс и чмокнула Фло в щеку. – Терри ждет, иди.

В послеполуденный час в магазине царила тишина, покупатели почти не заходили. Фло уехала на свидание, Чарли заступил на смену в лавке здорового питания чуть выше по улице, где ему полагалось жалованье; Джулс радовалась, что у их добровольного помощника есть оплачиваемая работа. Скучая в одиночестве, она протерла пыль, расставила книги на полках и, устроившись за кассой с чашкой чая, приступила к чтению гримуара, расшифрованного Чарли.

После выцветшего оригинала с неразборчивыми каракулями распечатка была настоящим чудом ясности. Чарли заменил F на S, что значительно облегчало чтение, а оригинальное написание в основном сохранил. Большинство записей не имели ничего общего с колдовскими заклинаниями из шекспировских историй: Джулс не встретилось ни одного глаза тритона или лягушачьего пальца.

С помощью гугла Джулс выяснила, что многие травяные рецепты не имеют ничего общего с магией и суевериями, а представляют собой вполне действенные или, по крайней мере, безвредные народные средства. Лаванда и розмарин использовались для самых разных целей, вероятно, из-за повсеместного распространения и доступности. Страдающим от головной боли предлагалось пожевать кору ивы, либо, как писала Бидди, можно настоять ее на спирту и дать больному ложку полученной настойки. Снадобье наверняка горькое и отвратительное на вкус, однако изыскания в гугле показали, что Бидди права, поскольку ивовая кора содержит салициловую кислоту – главный компонент аспирина.

В другом рецепте, который скорее мог вылечить, чем убить, предлагалось дать больному с лихорадкой сыр с голубой плесенью, прямо с личинками. Опять же, невкусно, и личинки – это уже перебор, а плесень – по сути, природный антибиотик, так что Бидди фактически давала пациенту с бактериальной инфекцией примитивный антибиотик. Удивительно.

Среди вполне логичных рецептов попадались и сомнительные советы, вызывавшие улыбку, включая очаровательный, хотя абсолютно не научный: если хочешь влюбить в себя мужчину, положи ему под подушку прядь своих волос, чтобы он увидел тебя во сне. Джулс никого не хотела околдовывать в этом смысле, а вот если бы нашелся способ заставить Романа внезапно покрыться ужасными бородавками или облысеть за одну ночь, то могла и не удержаться от искушения. Она фыркнула и покосилась на магазин через дорогу, куда как раз в этот момент вошли несколько хихикающих девчонок.

Вот гад! Всего каких-то два месяца назад они потратили бы свои денежки у Капельторнов.

В этот момент подъехало такси, и оттуда вышла Фло, счастливая и довольная.

– Ну как? – спросила Джулс, едва та ступила на порог.

– Что тебя интересует? – с озорной улыбкой ответила она, потом смягчилась и стала рассказывать. – Очень приятно посидели. Нас было четверо, так что это абсолютно не романтическое свидание. Пришли еще Мунго с Дианой, и мы отлично повеселились. Диана – настоящая душа компании. Она способна даже утреннее чаепитие в церкви превратить в веселую вечеринку.

– А что вы ели? Он действительно научился готовить?

– Несомненно! – с гордостью воскликнула Фло. – Мы ели запеченную спаржу с пармской ветчиной и домашним голландским соусом – просто изумительно. А в качестве главного блюда – великолепная марокканская баранина с кускусом и специями. Из книги Йотама Оттоленги, которую я посоветовала Грэму пару месяцев назад. Я тебе скажу, как есть: из беспомощного новичка, который не умел сварить яйцо, он превратился в шефа, способного соперничать даже с Фрейей.

– Да ну, не может быть? – усомнилась Джулс, вспомнив по инерции, что нужно погладить ненавистное желтое платье для завтрашней свадьбы.

– Ну, я немного преувеличиваю, до Фрейи ему далеко, она ведь высококлассный профессионал, – признала Фло.

– А на десерт что было? – спросила Джулс.

– О, тут отличилась Диана: принесла огромный трайфл, пропитанный алкоголем, – сказала Фло. – Ты замечала когда-нибудь, что солидные мужчины обожают десерты своего детства? Мальчики просто смели его, а я терпеть не могу трайфл. Зато душевно поболтала с Дианой, – продолжала она. – Бедняжке ужасно стыдно, что ее книжный клуб якшается с нашим врагом.

– И правильно, – заявила Джулс. – Пусть передаст своей компашке, что в следующий раз мы устроим фуршет с шампанским и тортом. Мы все равно лучше… Ты устала, наверное, – добавила она, заметив на щеках Фло лихорадочный румянец.

– Да, меня чуток развезло, – призналась тетушка. – Не привыкла пить днем.

– Пойди вздремни, я сама тут справлюсь, – предложила Джулс, которой не терпелось вернуться к Бидди Капельторн с ее заклинаниями и узнать, о каких странностях предупреждал Чарли. Не тут-то было: начали заглядывать покупатели, что, конечно, радовало, но продолжить чтение она смогла только вечером, после закрытия.