Как назло, по пути к Белинде на встречу с Фрейей Джулс поравнялась с «Книгами Портнита» ровно в тот момент, когда оттуда вышли увлеченные беседой Роман и Калли.

– Ага, – сказал он, заметив, как она пытается прошмыгнуть мимо, отвернув голову. – Вражеские лазутчики.

– Насколько я понимаю, тротуар – нейтральная полоса, – парировала она, однако Роман заступил ей дорогу.

– Как тебе наша новая витрина? – спросил он. – Вам бы тоже не мешало сделать нормальную подсветку.

Джулс взглянула мельком, хотя прекрасно знала, что выставлено в витрине – целыми днями подглядывала.

– Ну, что тут скажешь, – ядовито заметила она, указывая на ослепительно яркие прожекторы. – «Берегите планету».

– Между прочим, они энергосберегающие, – спокойно ответил Роман.

– Никаких оправданий, – отрезала Джулс. – Световое загрязнение – тоже вредно. Оно, э-э… сбивает с толку летучих мышей, и любой мало-мальски приличный человек это знает. Прошу прощения, у меня дела.

Она протиснулась мимо него на узком тротуаре.

Когда добежала до магазина, где ждали ее Фрейя с Белиндой, сердце все еще выскакивало из груди.

– Простите, – смутилась Джулс, пытаясь не показать своей злости и растерянности после неприятной встречи. – Я опоздала? Ты уже закрываешься, Белинда?

– Нет-нет, я обещала Фрейе задержаться, – сказала Белинда, приятная ухоженная дама лет пятидесяти пяти, которая успешно торговала подержанными дизайнерскими нарядами и сдавала их напрокат.

– Я нашла сокровище! – взволнованно объявила Фрейя. – Влюбилась в него с первого взгляда.

– Свадебное платье? – спросила Джулс. – Решила побывать традиционной невестой а-ля меренговый торт?

Фрейя рассмеялась.

– Нет. У меня есть чудесное платье, мамино. Хочу, чтобы она была со мной, пусть символически… – Ее голос дрогнул, лицо омрачилось, но уже через мгновение она совладала с собой. – А нашла я платье для тебя. Оно потрясающее. Только если не понравится – скажи честно, ладно?

– Показывай, – улыбнулась Джулс. – В твоем вкусе я не сомневаюсь.

Белинда с важным видом извлекла из чехла платье вызывающе-желтого цвета, атласное, с шифоновыми воланами того же тона, и подняла повыше, чтобы девушки могли им полюбоваться.

– Потрясающий оттенок, – выдохнула Фрейя. – Я ведь говорила, что у меня букет в желтых тонах? Поздние нарциссы с цветочной фермы в Корнуолле – вот чем хорошо выходить замуж весной! Когда я его увидела… Как тебе? Примеришь? – с тревогой в голосе спросила она.

– Конечно, – ответила Джулс, и Белинда повела ее в примерочную за занавеской.

Когда она надела платье и посмотрела в зеркало, у нее упало сердце. Наряд и на вешалке выглядел не очень, а на фигуре – еще хуже. Платье мешковато сидело на талии, некрасиво оттопыривалось на бедрах и заканчивалось в самом неудачном месте, чуть ниже колена. Джулс с ее рыжими волосами и зелеными глазами ни за какие коврижки не надела бы по доброй воле это истошно-желтое безобразие.

Но разве в ней дело? Она вышла из кабинки и покружилась.

– Чудесное, правда? – просияла Фрейя, прижав руки к щекам. – Маме… – Она сглотнула и осеклась, а потом сказала, выпрямившись и смахнув слезы: – Маме бы понравилось.

И тихонько пробормотала:

– Все время плачу.

– Отличное платье, – сказала Джулс и крепко обняла подругу. – Просто бесподобное.

Потом они шли обратно, и кошмарное желтое платье в полиэтиленовом чехле висело у Джулс на руке.

– Как вы решили провести медовый месяц? – спросила Джулс.

– С профессиональным уклоном, – счастливо призналась Фрейя. – Едем в гастротур по Ирландии в автодоме. Я, Финн и дорога. Он хочет устроить для меня настоящее кулинарное путешествие – я ведь никогда не была в Ирландии. Там потрясающие продукты: дары моря, сливочное масло, местные сыры, содовый хлеб… У моих кумиров рестораны в Дублине и окрестностях, и они готовят авторские версии многих традиционных блюд. Финн забронировал самые модные места. А еще записал меня на мастер-класс Деклана Келли! – Глаза Фрейи восторженно вспыхнули.

– Ух ты!

Даже Джулс, далекая от кулинарии, слышала о Деклане Келли.

– Он не смутится, что к нему приедет шеф-повар мишленовского уровня?

– Да ну, – рассмеялась Фрейя. – Какая из меня знаменитость? Я давно не в Париже, а у моего здешнего ресторана нет ни одной звезды, что неудивительно…

– Не скромничай, – сказала Джулс. – И пей там побольше ирландского виски.

– О да, обожаю айриш-кофе! А из пива Финн признает только «Мерфис», я даже боюсь ему сказать, что люблю «Гиннесс», – вдруг передумает жениться.

– Ни за что, – уверила ее Джулс.

Она искренне радовалась, что у Фрейи все так удачно сложилось. Финн – отличный парень. Между прочим, Фрейя тоже вернулась домой, в Портнит, потерпев неудачу в другом месте. Может быть, и ей стоит остаться? Вдруг и она найдет свое счастье, начнет новую жизнь?

Ага, размечталась!

Вернувшись в магазин, когда Фло закрывала кассу, Джулс коротко рассказала о походе. После ужина она почувствовала такую невыносимую усталость, что едва доползла до кровати, захватив с собой долгожданный триллер, доставленный утром. Продавать его пока нельзя – до официального релиза осталась неделя, – а почитать никто не запрещает. У работы в книжном магазине есть свои преимущества.

На следующее утро Джулс очень обрадовалась приходу библиотекарши Джесс, ответственной за детское чтение в начальных школах. Та иногда заходила посмотреть, не появилось ли что-то новое для детей.

– Выпей со мной чаю! – попросила ее Джулс. – Иначе я зароюсь в счета на целый день.

Они уселись в маленьком кабинете с горячими чашками и пачкой инжирного печенья. Джулс поделилась своими идеями по поводу празднования столетия магазина.

– Я бы хотела устроить парочку творческих резиденций, – сказала она. – Ты случайно не знаешь каких-нибудь местных авторов? Не обязательно романистов – подойдут поэты, мемуаристы… Даже любители.

– Дай подумать, – ответила Джесс. – Как насчет детской писательницы и иллюстратора, устроит?

– Конечно! Кто такая?

– Ну… ты, наверное, слышала имя Имоджен Кроули, она тут живет в двух шагах.

– Та самая Имоджен Кроули? Что получила премию Карнеги? «Танго и Рут»? Я ее обожаю! – воскликнула Джулс.

Имоджен Кроули появилась на литературной сцене совсем недавно и за короткое время добилась оглушительного успеха. Триумфальный дебют превратил молодую писательницу в настоящий феномен издательского мира. Уже ходили слухи, что по ее книгам будет снят полнометражный анимационный фильм.

– Ага, та самая, – подтвердила Джесс. – Она замужем за великолепным Габриэлем Хэйвенбери, владельцем Мидлмасс-холла. Правда, сейчас они живут не в главном доме, а в «Коттедже сказок» на территории поместья. Знаешь, где это?

– Конечно! – все еще не могла опомниться Джулс. – Я и не подозревала, что в моей родной деревне живет лауреат медали Карнеги, знаменитая писательница и художница!

– Она, как и я, приезжая, – усмехнулась Джесс. – Я здесь чуть дольше, но Имо быстрее освоилась. Можно сказать, пустила корни.

– Она, небось, важная персона, – сказала Джулс, припомнив, каким красавцем и зазнайкой был Габриэль в молодости.

Судя по всему, он ее даже не вспомнит. Он ведь из той самой компании – приятель Романа и Финна, и жена его наверняка не лучше.

– Ей кланяться надо, да? Как обращаются к жене лорда? «Миледи»? Понятия не имею.

– Глупости, – рассмеялась Джесс. – Просто Имо. Она самая обычная. Погоди… не может быть!

Джесс, во время этой беседы рассеянно глазевшая в окно, внезапно вскочила с места, выбежала на улицу и бросилась наперерез миниатюрной молодой женщине с кудрявыми волосами, которая катила по тротуару детскую коляску.

Возбужденно тараторя, Джесс втащила ничего не понимающую жертву в магазин вместе с транспортным средством.

– Если уж это не судьба, то я просто не знаю! – воскликнула библиотекарша. – Джулс, позволь представить тебе неповторимую Имоджен Кроули – будущую творческую резидентку «Книг Капельторнов»!

Джулс не совсем понимала, радоваться ли импровизации. Судьба – это здорово, но идея о художнике-резиденте созрела только в самых общих чертах. Ей хотелось сначала все обдумать, распланировать, а теперь Имоджен наверняка решит, что она дилетантка, придумывающая все на ходу.

– Очень приятно, – сказала она с улыбкой. – Разумеется, я знаю и люблю твои книги. Даже не подозревала, что ты можешь вот так просто зайти к нам в магазин.

– Я и сама не ожидала, – пошутила Имоджен, вытаскивая из коляски захныкавшего ребенка. – С тех пор как появилось это чудо, мне вечно некогда, я постоянно куда-то несусь.

Она поцеловала темные шелковистые волосики малышки, которая, добившись своего, уютно устроила голову на материнском плече и засунула в рот палец.

– Какая прелесть, – растрогалась Джулс, хотя всегда думала, что не любит детей.

Глазки девочки закрылись, и длинные темные ресницы упали на розовые щечки.

– Это Рут, – сказала Имоджен, взяв крошечную ладошку и помахав ею. – Наконец уснула: полночи не давала нам спать.

– Что? Твою дочку зовут Рут, как в книгах? – удивленно спросила Джулс. – Только не говори, что и кот Танго существует на самом деле!

– Увы, полное отсутствие воображения, – призналась Имоджен. – Хотя, если честно, книжная Рут появилась раньше, чем настоящая, а вот с котом вышло ровно наоборот.

– И он такой же эгоист, как в твоих историях? – спросила Джулс.

– Еще хуже, – усмехнулась Имоджен. – При этом следует отдать ему должное, ребенка обожает. Рут постоянно дергает его за хвост, а он ни разу не выпустил когти – святое терпение. Так что… ты и правда ищешь художника-резидента?

Имоджен обвела взглядом магазин, будто надеялась увидеть спрятавшегося в углу человека с мольбертом.

– Я думала об этом, – призналась Джулс. – Но дальше мыслей пока не ушла. Ты серьезно? Я была бы очень рада.

– Люблю ваш магазин, – сказала Имоджен. – И знаю, что у вас появился конкурент – тяжело, должно быть. Я часто сюда заходила, когда ждала Рут. Еще до выхода моей первой книги… а с тех пор вечно некогда.

Она покачала головой.

– Я бы с радостью помогла. Хочется сделать что-то хорошее для книжной индустрии. Мне ведь так повезло.

– Но ты, наверное, очень занята? – спросила Джулс (и тут же мысленно упрекнула себя: зачем она ее отговаривает?).

– Честно говоря, мне это даже на руку, – призналась Имоджен. – Габриэль работает прямо под моей студией, и мы постоянно друг друга отвлекаем. У него тоже производительность упала. Я сейчас делаю новую книгу, и гостевой режим помог бы мне сосредоточиться. Я легкая на подъем: кроме мольберта и красок мне ничего не нужно. Правда, могу приходить только два-три раза в неделю, когда Рут в садике. Так подойдет?

– Потрясающе! – не веря своим ушам, воскликнула Джулс. – Может, сделаем для начала две недели? Я закажу побольше твоих книг, ты будешь их подписывать для покупателей. Устроим рекламу, подключим радио – все как положено!

– Отлично, – сказала Имоджен. – Я уже бывала на «Голосе южного Девона», знаю там одного ведущего, договориться не проблема.

– И, может… – начала Джулс, но осеклась: неудобно было просить.

– Могу провести мастер-класс или встречу с читателями, – опередила ее Имоджен.

– Прекрасно! – радовалась Джулс, прокручивая в голове десятки идей. – Можно продавать билеты с включенным угощением и подписанной книгой!

– А я за мастер-классы! – подхватила Джесс. – Знаете, столько у нас талантливых детей! Им это будет невероятно полезно и вдохновляюще. У меня, кстати, есть одна ученица – ну ладно, моя падчерица, – она просто потрясающе рисует мангу. Если бы с ней поработал настоящий иллюстратор, это дало бы девочке колоссальный толчок.

– Договорились, – согласилась Имоджен.

– Чудесно, – радостно сказала Джулс.

Ну, Роман, держись! Мы еще посмотрим, кто кого.