До руин я добрался значительно быстрее, чем ожидал. Видимо, адреналин всё ещё гулял по крови, заставляя забыть про усталость.

Первым делом мне на глаза попался лагерь. Он расположился немного в стороне от разрушенной башни, на относительно ровной площадке. Несколько добротных палаток, сложенные штабелями ящики, привязанные лошади, аккуратно затушенное кострище. Всё выглядело так, словно хозяева собирались провести здесь не один день.

— Основательно устроились… — пробормотал я.

Но сейчас лагерь был совершенно пуст. Было ясно, что группа полезла куда не следует. Я сразу сорвался к знакомому входу в подземелье, но буквально в нескольких шагах едва не растянулся во весь рост. Под ногами лежала туша того самого быка. Запах уже успел измениться. Если вчера от животного пахло только кровью, то теперь в воздухе отчётливо чувствовались первые признаки разложения.

— Уф… — поморщился я. — Пора бы тебя уже закопать.

Обойдя тушу, я остановился у провала, ведущего вниз. Очень хотелось сразу броситься внутрь, но воспоминания о летающих штырях быстро охладили этот порыв.

— Эй! Есть кто живой⁈ — крикнул я, стараясь, чтобы голос разнёсся как можно дальше.

Несколько секунд ничего не происходило, но вскоре снизу донёсся знакомый женский голос.

— Осторожно! Там ловушки!

Я невольно облегчённо выдохнул.

— Кристина! Это Серж!

Наступила короткая пауза.

— Серж?.. — в её голосе отчётливо послышалось удивление. — Ты чего здесь забыл⁈

— Собственной персоной. Вы там в безопасности?

Снизу донёсся тяжёлый вздох.

— Если так вообще можно сказать… Мы добрались до участка, где ловушки не работают, но выбраться обратно уже не можем.

Я быстро прикинул расстояние.

— Далеко вы от входа?

— Метров пятнадцать… может, чуть больше.

Негусто.

— Раненые есть?

На этот раз Кристина ответила не сразу.

— Трое.

Я тихо выругался про себя. Одного человека ещё можно было бы как-нибудь провести через ловушки, но не троих раненых… Это уже совсем другая история.

— Хорошо. — Я заставил себя говорить спокойно. — Главное — никуда не уходите. Я сейчас что-нибудь придумаю.

— Очень смешно. — раздался язвительный комментарий, после чего голоса стихли.

Я ещё несколько секунд постоял возле входа, прислушиваясь. Похоже, они действительно сидели там, не рискуя сделать лишний шаг, что логично.

Я медленно отошёл от провала, анализируя произошедшее. Ситуация складывалась откровенно паршивая. Здоровых людей ещё можно вывести по одному, внимательно отслеживая ловушки. А вот с ранеными такой номер уже не пройдёт. Тащить человека на руках, одновременно следя за каждым сантиметром пола, практически невозможно. Да и если ошибусь… Потеряю не одного, а сразу двоих. Ну и самому помирать почему-то не хотелось.

— Замечательно… — пробормотал я.

Только сейчас понял, что даже не спросил, сколько их вообще осталось внизу и какого чёрта они полезли всей толпой в древние руины, не проверив даже первые ловушки. Хотя сейчас это уже не имело особого значения. Разбираться будем потом, если будет с кем.

Я медленно повернулся в сторону лагеря, оценив запасы: несколько палаток, ящики, лошади, инструменты…

— А ведь… — задумчиво протянул я.

Вполне возможно, именно там лежит всё необходимое, что поможет безопасно пройти этот проклятый коридор. Конечно, каждая потерянная минута уменьшала шансы раненых, но и лезть туда с пустыми руками означало почти наверняка увеличить количество пострадавших, а этого я собирался избежать любой ценой.

Не теряя времени, я направился к лагерю. Если этим людям хватило ума притащить сюда несколько палаток, значит, и всё остальное необходимое для длительной стоянки они тоже взяли с собой.

Первая же палатка оправдала ожидания. Там нашлось достаточно много верёвок, жаль без мыла и табуретки, но что-нибудь придумаем. Я быстро отвязал растяжки, смотал их в бухты и бросил рядом.

— Отлично… — принялся я копаться среди остальных вещей. Надеюсь, меня не посадят за ограбление.

В ход пошли запасные мотки, лежавшие в одном из ящиков. Потом удалось найти несколько небольших топориков, пару пил, связку деревянных кольев и целую стопку длинных жердей, приготовленных, видимо, для ремонта лагеря.

— Мне здесь начинает нравиться. — Улыбка появилась на моём лице.

Я перебирал вещи настолько быстро, насколько вообще мог. Сейчас меня совершенно не интересовало, кому принадлежит тот или иной предмет. Главное — спасти людей. В какой-то момент взгляд остановился на одной из палаток. Я несколько секунд колебался, но потом достал нож.

— Надеюсь, вы мне это простите… — невольно усмехнулся я.

Ткань жалобно затрещала, и через минуту от вполне приличной палатки осталась лишь груда плотного полотна, которое вполне можно было использовать совсем по другому назначению. Теперь в голове наконец сложилась нужная конструкция.

Я выбрал две самые длинные жерди и уложил их параллельно. Между ними начал привязывать поперечные палки, постепенно собирая прочную основу. Получилось что-то среднее между лестницей и санями. Сверху настелил более тонкие жерди, стараясь, чтобы между ними оставалось как можно меньше щелей. После этого накрыл всё несколькими слоями палаточной ткани.

— Уже почти кровать… — усмехнулся я.

Конечно, до настоящего комфорта было далеко, но по крайней мере раненых не придётся волочить по камням.

Теперь оставалось самое важное. Я быстро осмотрел лагерь и возле одной из палаток обнаружил несколько тяжёлых деревянных щитов. Скорее всего, их использовали во время тренировок или просто перевозили как запасные.

— Именно то, что нужно.

Щиты я закрепил по бокам волокуши, под небольшим углом, после чего стянул их верхние края верёвками. Получилось нечто вроде двускатной крыши.

Если сверху действительно вылетают те самые металлические штыри, они должны будут соскальзывать по наклонной поверхности, а не пробивать лежащего внутри человека. По крайней мере именно на это я очень рассчитывал. Осмотрев конструкцию, я удовлетворённо кивнул.

— Выглядит жутко… — я сделал небольшую паузу. — … значит, должно работать.

Оставалось решить вопрос с транспортировкой. К передней и задней части волокуши я привязал длинные верёвки. Передние предназначались для того, чтобы тянуть её вперёд. Задние — чтобы удерживать на спусках или, если понадобится, вытаскивать обратно. Закончив, я ухватился за передние концы и осторожно потянул. Конструкция скрипнула, после чего плавно поехала вслед за мной. Щиты не развалились, верёвки выдержали, даже дно почти не прогибалось, ну и тянуть было не очень тяжело.

— А ведь получилось… — невольно улыбнулся я.

Конечно, испытаний с человеком внутри она ещё не проходила, но времени на дополнительные проверки уже не оставалось. Я развернул волокушу и быстрым шагом потащил её к провалу, ведущему в подземелье. Очень хотелось надеяться, что инженерная смекалка окажется сильнее древних ловушек.

Волокуша неприятно скрипела по камням, но всё же исправно ползла следом за мной. Несколько раз щиты цеплялись за выступы, однако серьёзных проблем это не доставило. Добравшись до входа в подземелье, я осторожно поставил конструкцию рядом с провалом и заглянул вниз.

— Вы всё ещё там? — решил я всё же уточнить. Мало ли, вдруг они нашли другой путь.

Снизу почти сразу донёсся знакомый голос.

— Да ты юморист!

Я невольно усмехнулся. Чего-то она какая-то недовольная. День неудачный, что ли?

— Это хорошо. Значит, чувство юмора ещё не потеряли.

Ответом мне стала тишина. Похоже, мою шутку не оценили, хорошо, что я не стал озвучивать её полностью.

— Ладно, к делу. Сейчас я кину в вашу сторону верёвку. Есть чем подсветить?

— Да. — почти сразу ответила Кристина.

Через несколько секунд в глубине коридора вспыхнул мягкий бело-голубой огонёк.

Я даже присвистнул.

— Неплохо…

Источник света оказался небольшим цилиндром размером с ладонь. Что-то вроде электрического фонаря… только явно работавшего совсем не на батарейках. Света он давал вполне достаточно, чтобы различить людей и часть коридора.

— Слушайте внимательно. — Я начал быстро объяснять. — Ловушки оставляют относительно безопасный карман. Штыри вылетают примерно на уровне локтя. Поэтому передвигаться нужно ползком. Тогда шанс попасть под удар значительно меньше.

Несколько секунд никто не отвечал. Потом снизу донёсся незнакомый мужской голос.

— У нас трое раненых. Они сами выбраться не смогут.

Я тяжело вздохнул.

— А я разве предложил вам выбираться самостоятельно? — ответить им было нечего, потому я продолжил. — Сейчас сброшу верёвку. Подберите её и тяните к себе волокушу.

Я похлопал ладонью по деревянной конструкции.

— Она закрыта щитами с обеих сторон. Первым пусть залезет кто-нибудь из здоровых. Мне нужен человек, который поможет тянуть волокушу с этой стороны и доставать раненых.

На этот раз первой ответила Кристина.

— Хорошо. Мы поняли. — После короткой паузы она добавила: — Кидай верёвку.

Я быстро проверил надёжность крепления первого конца, второй несколько раз намотал на руку, чтобы случайно не выпустить, после чего осторожно сбросил бухту вниз. Верёвка с тихим шелестом исчезла в темноте.

— Лови! — крикнул я.

Через несколько секунд она натянулась.

— Есть! — донеслось снизу.

Я удовлетворённо кивнул.

— Отлично… А теперь посмотрим, насколько хорошей идеей было изображать из себя инженера-спасателя.

Верёвка снова натянулась. Несколько секунд снизу доносились приглушённые голоса, потом деревянная конструкция едва заметно дрогнула.

— Пошла! — крикнул кто-то из подземелья.

Волокуша медленно скрылась в провале. Мне же оставалось только ждать. Главное сейчас — не торопить людей. Если они начнут суетиться, то ловушки очень быстро объяснят им цену спешки.

Прошла примерно минута, прежде чем из глубины донёсся голос Кристины:

— Всё! Можно тянуть!

Я крепче перехватил верёвку.

— Держитесь внутри!

Упёрся ногами в землю и потянул, и волокуша нехотя сдвинулась с места. Щиты неприятно заскрежетали по камню. Послышался свист летящих снарядов. Однако спасательную капсулу они пока не задевали. Верёвка натянулась так сильно, что впилась в ладони.

За несколько минут конструкция продвинулась примерно на метр, потом ещё немного, и я остановился, пытаясь отдышаться.

— Вы чего… всей толпой туда залезли?.. — устало выдохнул я.

Снизу почти сразу ответили:

— Нет. Там один человек.

Я несколько секунд молча смотрел в темноту, после чего тяжело вздохнул.

— Судя по всему… в его роду были как минимум тролли…

Кто-то негромко хмыкнул, даже Кристина, кажется, тихо рассмеялась. Настроение сразу медленно поползло вверх, и я снова ухватился за верёвку.

— Ладно… Поехали дальше.

Рывок за рывком едва не стирали ладони в кровь, но рукавиц у меня не было, а искать их уже некогда. Волокуша двигалась, но медленно. Камни постоянно цеплялись за полозья, щиты скребли по стенам, а каждый следующий метр приходилось буквально вырывать у древнего подземелья. Несколько раз я слышал глухие удары, видимо, штыри умудрялись попасть в броню нашего танка.

Я уже собирался сделать очередной рывок, когда позади послышался шорох. Инстинктивно развернувшись, я потянулся к трофейному клинку, но атаковать оказалось некого. Рядом со мной мягко приземлился крупный серый комок шерсти.

— Барсик! — вырвалось у меня. — Какого чёрта⁈

Вот же непослушное дитё… Я же ясно приказал сидеть дома.

Котёнок даже не посмотрел в мою сторону, словно меня здесь вообще не существовало. Он деловито подошёл к натянутой верёвке, несколько секунд принюхивался, потом спокойно ухватился за неё зубами и потянул.

Я невольно замер.

— Ты… серьёзно?..

Барсик недовольно рыкнул, словно спрашивая, собираюсь ли я помогать или только разговаривать.

Я не выдержал и усмехнулся.

— Ладно… Уговорил.

Мы одновременно навалились на верёвку, и конструкция снова поползла вперёд. На удивление, помощь оказалась вполне ощутимой. Конечно, один подросший котёнок не мог заменить пару крепких мужиков, но тянуть стало заметно легче.

— Молодец… — выдохнул я между рывками.

Барсик лишь сильнее упёрся лапами в землю. Тем не менее машина без колёс ездит довольно неохотно, потому процесс ускорился не сильно, но через несколько минут волокуша наконец показалась у самого выхода.

Сначала из темноты появилась чья-то рука, потом широкие плечи, а следом наружу выбрался человек. Я невольно присвистнул. Мужик был просто огромным. Метра два ростом, не меньше, а весил, наверное, все сто пятьдесят килограммов. Причём это сплошные мышцы, без капли жира. Казалось, если ему в руки дать бревно, он сможет использовать его вместо зубочистки. Я несколько секунд смотрел на спасённого, потом всё-таки не выдержал.

— Вы не могли кого-нибудь полегче первым послать?

Здоровяк посмотрел сначала на меня, потом на волокушу и неожиданно усмехнулся.

— Наверное, могли.

Затем его взгляд сместился чуть в сторону, туда, где сидел Барсик, и улыбка сразу исчезла.

— Это… твоя зверюга? — напряжённо спросил он.

Барсик как раз закончил вылизывать лапу и теперь с ленивым любопытством рассматривал незнакомца.

— Моя. — спокойно кивнул я. — Не тронет, если не спровоцируешь.

Мужик ещё несколько секунд внимательно изучал котёнка, потом медленно выдохнул.

— Ладно, чёрт с тобой. — Он подошёл ближе и неожиданно протянул мне руку. — Парень… спасибо.

Рукопожатие оказалось таким, что я на мгновение испугался за сохранность собственных пальцев.

— Дальше я сам. — пробасил здоровяк. — А ты пока передохни. И за кошкой своей присматривай. Не все спокойно относятся к магическим питомцам.

Я покосился на Барсика.

— Хорошо.

Мы отошли немного в сторону и устроились на большом валуне. Здоровяк тем временем наклонился к входу в подземелье.

— Эй! — крикнул он вниз. — У парня питомец, так что не удивляйтесь!

Из глубины сразу донеслось несколько голосов. Один удивлённо присвистнул, другой недоверчиво переспросил, а кто-то, кажется, даже выругался, но спорить никто не стал. Не в том они положении.

Через минуту волокуша снова поползла вниз. Здоровяк спокойно дождался, пока её подготовят, потом перехватил верёвку обеими руками. Я машинально приготовился помогать, но помощь ему, похоже, была не нужна. Он лишь слегка подался назад… И волокуша уверенно поползла вверх. Словно внутри лежал не взрослый человек, а мешок с сеном. Я только головой покачал.

— Вот так и живём, Барсик… — вздохнул я, машинально погладив питомца по голове. — Сто процентов нам самый тяжёлый груз достался.

Барсик лениво зевнул, будто полностью со мной соглашался, после чего без всякого стеснения уложил голову мне на колени.

— Конечно… — усмехнулся я. — Больше всех работал я, а устал ты.

Мелкий лишь довольно зажмурился. Кажется, подобная несправедливость его совершенно устраивала.

Время потянулось странно. С одной стороны, всё происходило довольно быстро. С другой — каждый подъём волокуши казался отдельным подвигом.

Сначала наружу вытащили первого раненого. Мужчина был бледен, но дышал равномерно. Здоровяк аккуратно подхватил его на руки и отнёс чуть в сторону.

Потом волокуша снова ушла вниз, и следующим выбрался ещё один из здоровых. Тот едва оказался на поверхности, сразу подскочил, огляделся и, не задавая лишних вопросов, рванул в сторону лагеря.

Следом вытащили второго раненого. Этот выглядел хуже первого. На лице выступил холодный пот, дыхание было рваным. Здоровяк ругнулся сквозь зубы, но действовал уверенно и быстро.

Я сидел на камне, гладил Барсика по голове и старался не мешать. Котёнок, кстати, тоже не рвался обратно к верёвке. Видимо, решил, что свою часть работы уже выполнил.

Снизу снова донеслись голоса. Волокушу готовили к очередному рейсу. Здоровяк ухватился за верёвку, широко расставил ноги и приготовился тянуть.

— Тащу! — крикнул он вниз.

Верёвка натянулась, волокуша начала подниматься. И тут из глубины подземелья раздался особенно громкий удар: не глухой стук штыря о щит, а резкий металлический щелчок, будто сработало что-то новое.

В следующую секунду здоровяк внезапно рухнул назад. Я вскочил так резко, что Барсик недовольно слетел с моих колен.

Неужто ловушка добила до поверхности⁈

Однако крови не было, а здоровяк сидел на земле и ошарашенно смотрел на собственные руки, сжимая пальцами оборванный конец верёвки.

Я подбежал ближе и осмотрел обрывок. Слишком ровный срез, словно по верёвке прошёлся очень острый нож.