Я нервно усмехнулся, а Барсик открыл один глаз, будто проверяя, не сошёл ли хозяин окончательно с ума.

— Не переживай, со мной всё в порядке.

Котёнок снова закрыл глаза. Поддержка, конечно, была исключительно моральной, но хоть какая-то.

Я ещё раз посмотрел на вход в подземелье. Очень хотелось плюнуть на всё и сказать, что идея оказалась неудачной. Однако в этот момент о себе напомнило упрямство. Нет, столько времени уже потрачено, столько сил вложено. Бросать всё сейчас означало признать поражение, даже не попытавшись найти решение, а я слишком не любил сдаваться. К тому же время постепенно заканчивалось. Через несколько дней сюда должен был вернуться отряд Кристины вместе со специалистом по ловушкам. И тогда руины окончательно перестанут быть только моей проблемой. Если внутри действительно находится источник эфира… После их появления добраться до него станет значительно сложнее, а может, и вовсе невозможно.

— Значит, думай… — тихо сказал я самому себе.

Я ещё раз провёл рукой по пробитому щиту. Нет… Ответ явно существовал, просто пока я его не видел. Именно этим инженер и отличался от обычного человека. Если конструкция не работала, нужно было менять не цель, а конструкцию.

Я ещё несколько минут стоял возле телеги, разглядывая пробитый щит. Чем дольше смотрел, тем меньше мне нравилась идея просто нарастить толщину брони.

— Нет… — покачал я головой. — Это путь в никуда.

Даже если сделать щиты в два раза толще, копьё всё равно никуда не исчезнет. Просто в следующий раз оно не пробьёт защиту, зато вес конструкции станет таким, что её проще будет оставить возле руин в качестве памятника моей инженерной мысли. Я ещё раз представил, как волоку пару тонн железа в подземелье, потом обратно…

— Спасибо, не надо.

В голове неожиданно всплыла совсем другая мысль.

— А что, если… не сопротивляться удару?

Я даже замер. Любой удар становится слабее, если его не встречать жёстко. Машины ведь не просто так делают с зонами деформации, да и молотком гвоздь легче забивать, если доска не пружинит…

Я резко развернулся и быстрым шагом направился обратно в кузницу.

До вечера горн снова пылал, и на этот раз я ковал вовсе не броню. Вместо этого изготавливал десятки небольших металлических втулок, скоб и пластин с отверстиями. По отдельности каждая деталь выглядела совершенно бесполезной, но вместе они должны были превратиться в нечто вроде дверных навесов. Грег долго терпел, потом всё-таки не выдержал.

— Серж…

— М?

— Что ты опять делаешь?

— Железки.

— Это я уже заметил.

Он подошёл ближе, повертел в руках одну из деталей и недоумённо посмотрел на меня.

— И зачем тебе столько?

— Пригодятся.

Кузнец тяжело вздохнул.

— Знаешь… меня начинает немного пугать эта фраза.

Я только улыбнулся и продолжил работать. Грег ещё некоторое время наблюдал за процессом, потом нахмурился.

— Ты вообще понимаешь, что скоро весь металл переведёшь? Нам потом деревенские заказы выполнять будет не из чего.

Я отложил молоток.

— Вообще-то я в основном расходую свой металл, но если возникнут проблемы с материалами, помогу их решить.

Кузнец подозрительно посмотрел на меня.

— Зачем тебе вообще столько железа?

— Строю кое-что железное. — хмыкнул я.

Ответ его явно не устроил, но спорить кузнец не стал, только покачал головой и вернулся к своему горну, а я продолжил ковать. К вечеру на верстаке лежало больше двух десятков одинаковых металлических навесов.

— Вот теперь посмотрим…

До утра телегу так никто и не утащил, что безмерно радовало. Я снял повреждённый щит и вместо жёсткого крепления установил изготовленные накануне навесы. Одну часть закрепил на борту телеги, вторую — на самом щите. Теперь он не был намертво зафиксирован, а свободно отклонялся наружу, затем возвращался обратно под собственным весом. Я несколько раз толкнул его рукой. Тяжеловатый, конечно, но двигается. Если в него снова прилетит копьё, снаряд не врежется в неподвижную стенку, щит просто откинется в сторону, забрав часть энергии на движение. Я даже довольно кивнул.

— Наконец-то…

Правда, радость снова длилась недолго: стоило представить человека внутри телеги, как настроение мгновенно испортилось.

Я медленно посмотрел на качающийся щит.

— Если он улетит внутрь…

Картина получалась крайне печальной. Копьё, конечно, не пробьёт пассажира насквозь. Вместо этого его с размаху придавит многокилограммовым деревянно-железным щитом.

— Великолепно… — хмыкнул я. — Не убьёт копьём — убьёт моей инженерной мыслью.

Возможно, человек отделается парой переломов. Или… Я решил дальше не фантазировать. Нужно было придумать что-то ещё.

Я машинально посмотрел на сидевшего неподалёку Барсика. Тот лениво наблюдал за мной, явно ожидая очередной порции странностей.

— Слушай… — задумчиво произнёс я. — Чтобы смягчить удар щита… нужно что-нибудь мягкое… и упругое.

Барсик насторожился, перевёл взгляд с телеги на меня. В его глазах отчётливо читалось подозрение.

Я не выдержал и рассмеялся.

— Да не-не… Тебя я туда запихивать не собираюсь.

Котёнок продолжал смотреть с явным недоверием.

— Хотя… — задумчиво протянул я.

Барсик мгновенно вскочил.

— Шучу! — поднял я руки. — Вариант, конечно, неплохой… но слишком дорогой.

Питомец возмущённо фыркнул и демонстративно отвернулся.

— Уже и пошутить нельзя. — усмехнулся я.

Однако идея уже появилась, и требовалось только найти альтернативный амортизатор. В идеале вообще бы пружины поставить туда, но где их взять?

Самым лучшим решением в сложившейся ситуации было использование обычных мешков, наполненных чем-нибудь мягким. Благо всё нужное у меня было под рукой, в мешках я притащил кое-какие инструменты для исследования подземелья.

Достав мешки, я принялся набивать их свежескошенной мягкой травой, стараясь утрамбовывать как можно плотнее. Работа оказалась неожиданно долгой. Один мешок, второй, третий… Когда их набралось достаточно, я начал раскладывать их по бортам телеги так, чтобы посередине как раз оставалось место для человека. Я несколько раз нажал рукой на ближайший щит. Тот послушно отклонился внутрь, сжал мешок и почти сразу плавно вернулся обратно.

Я повторил эксперимент в разных местах и пришёл к выводу, что всё работает. Трава не только смягчала удар, но и сама выталкивала щит обратно в исходное положение.

— Ну вот… — довольно улыбнулся я. — Уже похоже на настоящий инженерный подход.

Барсик осторожно подошёл ближе, понюхал один из мешков и недовольно чихнул.

— Не переживай. — усмехнулся я. — Если всё получится, внутри поеду всё-таки я, а не ты… пока что.

Я уже собирался снова отправить своё творение на свидание с древними ловушками, когда вдруг остановился. В голове всплыла ещё одна проблема: спуститься вниз — это полдела, а вот подняться обратно… Я посмотрел на уходящий в темноту проход.

— Если телега застрянет… или её развернёт… я потом эту дуру оттуда до зимы вытаскивать буду, да и сотру руки об обычную верёвку.

Несколько секунд я размышлял, потом хлопнул себя ладонью по лбу.

— Да что ж сразу не додумался…

Вернувшись к своим вещам, я взял ещё одну длинную верёвку и через каждые тридцать сантиметров начал вязать крупные узлы. Получилось что-то вроде огромной лестницы, только лежащей на земле.

— Вот теперь другое дело.

Один конец я намертво закрепил за здоровенный валун возле входа, а вторую, обычную верёвку, оставил рядом — на всякий случай. Лишняя страховка ещё никому не вредила. Барсик внимательно наблюдал за моими приготовлениями.

— Не смотри так. — усмехнулся я. — Я тоже учусь на своих ошибках.

Котёнок лишь моргнул, решив не оспаривать мои аргументы.

Подготовка закончилась довольно быстро. Солнце ещё пыталось прожечь одежду и не собиралось спать, значит, мне тоже стоит поработать.

— Времени достаточно… — я медленно подвёл телегу к спуску. — Ну что… Дубль два, сцена первая: Серёга взламывает сокровищницу царя Соломона.

Конструкция плавно покатилась вниз. Я осторожно стравливал сразу обе верёвки, внимательно следя, чтобы ничего не перекосилось. Первые несколько метров прошли спокойно, но потом подземелье снова ожило.

БАМ!

Из стены с оглушительным лязгом вылетело уже знакомое копьё. Я невольно задержал дыхание, ожидая очередного провала. Удар пришёлся точно в щит, но на этот раз итог был совершенно другим. Щит резко сместился внутрь, поглощая часть энергии удара. Копьё со звоном скользнуло по металлической пластине, изменило направление и с визгом ударилось о противоположную стену.

— Есть! — невольно выдохнул я.

Через мгновение щит плавно вернулся обратно, будто ничего и не произошло. Мешки с травой заметно сжались, но потом снова расправились.

Я даже позволил себе довольно улыбнуться. Телега продолжила медленно спускаться, и через несколько секунд где-то впереди снова раздался удар.

Саму конструкцию я уже не видел. Она скрылась в темноте, поэтому оставалось ориентироваться только на звук: лязг, глухой удар, скрежет металла. Иногда что-то звенело так громко, будто внутри столкнулись два кузнечных молота.

— Держись… — пробормотал я, сам не понимая, кому именно это говорю: телеге или собственной нервной системе.

Постепенно верёвка перестала уходить вниз, и конструкция остановилась.

— Похоже… финиш.

Я немного выждал, потом ухватился за страховочный трос и потянул его обратно. Поднималась телега значительно тяжелее. Приходилось буквально вырывать каждый метр. Хорошо хоть узлы на второй верёвке позволяли нормально перехватывать руками, не опасаясь, что она выскользнет.

Я тянул медленно, без рывков, и почти сразу снова послышался знакомый свист.

БАМ!

Похоже, ловушки прекрасно работали в обе стороны.

— Очень предусмотрительно… — проворчал я, продолжая тянуть.

Пока конструкция медленно поднималась, древний механизм ещё несколько раз пытался превратить её в решето. Судя по звукам, без особого успеха. Наконец над краем провала показалась крыша моего самодельного танка. Я быстро подтянул его полностью наружу и сразу принялся осматривать повреждения.

Первым делом проверил щиты: вмятины появились почти на каждом, металлические накладки местами погнулись. Один щит вообще настолько сильно отклонился во время удара, что почти сорвался с навесов.

Ещё немного — и крепление не выдержало бы.

— Тебе явно досталось… — пробормотал я, поправляя перекошенную петлю.

Зато дальше начинались хорошие новости: ни одного сквозного пробития. Я осторожно поднял щит и заглянул внутрь. Мешки лежали на своих местах, трава немного примялась, но ни один из них не оказался разорван. Я даже несколько раз ткнул в них пальцем, после чего улыбка сама появилась на моём лице. Похоже, мои расчёты оказались достаточно близки к реальности. Конечно, конструкцию ещё предстояло усилить. Петли явно просили стать толще, а некоторые крепления — надёжнее, но самое главное уже произошло. Телега выдержала путь туда и вернулась обратно практически целой. Я медленно провёл рукой по погнутому щиту.

— А знаешь… — усмехнулся я. — Кажется, из тебя всё-таки получится настоящий танк.

Барсик, всё это время наблюдавший за испытаниями со своего любимого валуна, лениво потянулся, широко зевнул и посмотрел на меня с таким выражением, будто хотел сказать: «Наконец-то дошло».

— Вот только не надо делать вид, что ты сразу всё это знал, — фыркнул я.

Котёнок демонстративно отвернулся. Спорить он, разумеется, не собирался, но почему-то мне показалось, что мысленно победу он уже записал на свой счёт.

Я ещё раз медленно обошёл телегу кругом, внимательно проверяя каждое крепление и элементы конструкции. Всё держалось именно так, как и должно было. Конечно, всегда можно было что-нибудь улучшить: усилить петли, добавить ещё одну металлическую пластину, заменить пару жердей… Вот только времени на бесконечные доработки уже не оставалось.

— Всё… — тихо сказал я самому себе. — Дальше либо получится, либо нет.

Я ещё раз посмотрел в сторону разрушенной башни. Через пару дней сюда наверняка вернётся отряд Кристины. Если тянуть дальше, все мои приготовления окажутся бессмысленными.

— Перед смертью не надышишься… — тяжело вздохнул я.

Барсик, сидевший неподалёку, внимательно посмотрел на меня. В его взгляде отчётливо читалось всё, что он думает о хозяине, добровольно собирающемся лечь внутрь железного ящика и отправиться в подземелье, напичканное ловушками.

— Сам знаю, что идея так себе. — проворчал я.

Котёнок только фыркнул. Похоже, мысленно он уже составлял речь для моих будущих похорон.

— Не переживай. Если всё получится — вечером вернусь.

Барсик всё равно не выглядел убеждённым. Я же забрался внутрь своей самодельной бронемашины и отвязал якорь, позволяя верёвке натянуться. Лежать оказалось неожиданно удобно. Мешки с травой приятно пружинили с боков, а спина опиралась на тонкий слой соломы.

— Хоть где-то комфорт…

Я устроился поудобнее, проверил, чтобы ничего не мешало двигаться, положил рядом заранее приготовленные факелы и кресало. Через несколько секунд, тяжело вздохнув, аккуратно начал стравливать верёвку. Телега плавно тронулась с места и медленно поехала вниз. Первые несколько метров ещё было светло, потому что вход в подземелье оставался совсем рядом. Я машинально посмотрел на факелы.

— Рано… — одёрнул сам себя.

Пока света вполне хватало, а телега продолжала неспешно катиться вперёд. Да и не оштрафуют меня тут за выключенные фары, наверное.

С каждым метром становилось всё темнее: сначала солнце перестало добивать напрямую, потом стены начали растворяться в сумраке, а ещё через несколько минут единственным светлым пятном остался далёкий прямоугольник входа высоко позади, да и он постепенно уменьшался, словно кто-то медленно закрывал дверь в привычный мир.

Вот теперь факелы действительно могли понадобиться, но я всё ещё не спешил. Пока видел хотя бы силуэт выхода, лишний огонь только мешал бы. В следующую секунду подземелье напомнило, что я не на туристическом маршруте.

БАХ!

Что-то с такой силой ударило в левый щит, что вся телега подпрыгнула. Меня ощутимо бросило в сторону, но мешки с травой сработали именно так, как я рассчитывал. Удар получился неприятным, однако далеко не смертельным. Щит с грохотом отклонился внутрь, сжал травяную подушку и почти сразу вернулся обратно. Следом раздался металлический звон. Похоже, копьё снова ушло рикошетом в сторону.

— Работает… — выдохнул я, даже не заметив, что всё это время задерживал дыхание.

Телега продолжала медленно спускаться, периодически получая новую порцию оружия. Иногда казалось, будто кто-то изо всех сил молотил огромным ломом по железной крыше, но ни одного пробития не последовало. Я же продолжал понемногу отпускать верёвку.

Минуты тянулись непривычно долго. В полной темноте чувство времени вообще работало странно. Мне казалось, что прошло не меньше часа, а на самом деле, наверное, минут пятнадцать.

И вдруг…

Телега остановилась. Верёвка неожиданно ослабла, заставив меня насторожиться.

— Приехали?..

Несколько секунд я прислушивался, но ничего подозрительного не обнаружил, даже ловушки перестали работать. Осторожно приподнялся и выглянул наружу. Темнота уже не была сплошной. Где-то впереди угадывалось большое свободное пространство. Я быстро чиркнул кресалом. Факел вспыхнул не сразу, но через несколько мгновений ровное пламя разогнало мрак вокруг.

Я поднял его выше и увидел, что коридор закончился. Впереди начинался просторный зал.

Однако на задворках сознания билась какая-то мысль, которую не удалось сразу поймать, но, когда я понял, о чём кричит моя паранойя, то даже не поверил своим выводам. А ведь последние несколько метров пути меня больше не атаковала ни одна ловушка, хотя, когда танк ехал без пассажиров, его атаковали до самого финиша.

— Не понял… — тихо выдохнул я.