Понедельник начался для Нины с кошмара. Она проснулась в своей комнате в гостинице в пять утра и поняла, что сегодня её первый рабочий день в новом качестве. Администратор зала. Слово звучало чужеродно, как будто она примеряла платье, которое ей не по размеру. Она встала, подошла к зеркалу. Синяк на щеке почти сошёл, остался только жёлтый след, который можно было замаскировать тональным кремом. Она купила его вчера в аптеке — самый дешёвый, но хотя бы не просвечивал.

Она надела форму администратора: белую блузку из плотного хлопка, чёрную юбку-карандаш до колена и короткий пиджак. Всё это ей выдали в отделе кадров. Когда она застегнула пуговицы и посмотрела на себя в зеркало, у неё перехватило дыхание. Она не узнавала себя. В этой одежде она выглядела как другая женщина — не та, которая мыла посуду в резиновых перчатках. Но она чувствовала себя самозванкой, словно украла чужую жизнь.

В ресторан она пришла за час до открытия, чтобы освоиться. Её встретила Ирина Викторовна, строгая администратор, которая должна была вводить её в курс дела.

— Нина, ты уж извини, но я буду тебя гонять, — сказала Ирина без улыбки. — Сергей Викторович на тебя поставил, я его не подведу. Покажи, на что способна.

Нина кивнула. Она чувствовала, как внутри всё дрожит. Ирина повела её по залу, показывая расстановку столов, правила сервировки, последовательность подачи блюд. Нина старалась запоминать каждое слово, но в голове была каша. Она боялась, что не справится, что опозорится перед гостями, перед Сергеем.

— Запомни главное, — сказала Ирина, когда они остановились у стойки бара. — Гость всегда прав. Даже если он неправ. Твоя задача — улыбаться и решать проблемы. Никакого нытья.

Нина сглотнула. Улыбаться она умела — но только той механической улыбкой, которая ничего не выражала. А нужно было улыбаться искренне. Она попробовала перед зеркалом в подсобке. Получилась кривая гримаса.

В одиннадцать открылся первый зал. Пришли первые гости — пара пожилых людей. Нина стояла у входа с меню в руках, и у неё вспотели ладони. Она подошла к ним и сказала:

— Добрый день, проходите, пожалуйста, вот ваш столик.

Её голос дрожал, и она говорила слишком тихо. Пожилая дама посмотрела на неё с подозрением.

— Девушка, вы новенькая? — спросила она.

— Да, — выдохнула Нина. — Но я постараюсь, чтобы вам понравилось.

Она провела их к столику, подала меню, зажгла свечу. Её руки тряслись. Она отошла к стойке и выдохнула. Первый раз — первый шаг. Ирина наблюдала за ней со стороны и одобрительно кивнула.

К обеду стало легче. Нина уже запомнила, где какие приборы лежат, какой соус подаётся к какому блюду. Она даже смогла порекомендовать гостям вино — сухое красное к мясу, как её учили. Когда она принесла бутылку, мужчина за столиком улыбнулся и сказал:

— Вы хорошо разбираетесь, девушка. Молодец.

Нина почувствовала, как внутри разливается тепло. Она сделала это. Она справилась.

Но вечером, когда она переодевалась, к ней подошли две официантки — Марина и Катя. Они стояли в углу и перешёптывались, потом Катя громко сказала:

— Нина, тебя что, босс лично назначил? Говорят, он тебя на складе зажимал.

Нина вспыхнула. Она не знала, что ответить.

— Мы просто работали, — сказала она.

— Ну-ну, — хмыкнула Марина. — Только ты ему не нужна, ты же старая. Он коллекционирует моделей, а не посудомоек.

Нина промолчала, сжала зубы и вышла. На улице она прислонилась к стене и закрыла глаза. Она чувствовала себя униженной. Сплетни ползли быстрее, чем она ожидала. Внутри зазвучал голос: «Ты не на своём месте. Ты никто. Ты всегда будешь никем».

Но тут в кармане завибрировал телефон. СМС от Сергея: «Вы сегодня отлично работали. Я горжусь вами. Не слушайте никого. Вы умница».

Она прочитала и снова заплакала — но теперь это были слёзы облегчения.