Утро выдалось таким же паршивым, как и ночь. Скрип колёс, холод железа, бутерброд с недосоленной сёмгой, кофе с перебором сахара, трусы, жмущие в ягодицах.

Она же не потолстела?!

«Ненавижу эту коляску! В какое отделение Ада можно продать душу за возможно ходить? Я согласна подписать сделку. И почему моя душа никому не нужна?» — шипела про себя Валериана.

И злость — забытая, паршивая привычка — снова обдала кипятком с головы до бёдер. Злость на мать, на отца, на брата, почти на весь мир. Если бы её не травили в детстве, если бы глава клана Гильермо Де Лот её защитил, если бы, если бы, если бы…

Но Валериана попыталась пошевелить большими пальцами на ногах. Как когда-то давно в детстве. Как обычно, безуспешно.

И зачем, спрашивается?

По той же паршивой, старой привычке.

Нет ничего прекрасного в бессилии. Валериана не могла ходить с десяти лет. Её пытались вылечить лучшие врачи мира, но нет таких операций и микстур, а она не ящерица и отрастить себе здоровые конечности не способна. И порой эта мысль подгоняла женщину к окну и тянула через подоконник. В мире жестокости и борьбы Валерианы были минуты слабости и отчаяния, когда она расплывалась от бессилия и страха.

Но она справится. Как справлялась все последние годы. Она давила жалость к себе, перетягивала горло печали, напоминала себе, что главное в человеке мозги, а не два продолговатых отростка, коим одно назначение — раздвигаться в стороны.

Валериана возглавила самый влиятельный преступный клан в Мортене. Она управляла семьёй прирождённых убийц, не просто мафиози, а людей, подчиняющих себе бестий. По желанию любой из её бандитов мог выпустить на волю невероятного монстра, который разорвёт любого, вставшего на пути клана Де Лот.

А Валериану считали самой опасной из всех людей Мортена.

Она наследница клана Де Лот. Последняя из Донов. Она обязана быть сильнейшей. Другие в Мортене не выживают.

Валериана взглянула на себя в зеркало.

Чёрное платье повторяло изгибы фигуры словно вторая кожа, нить жемчуга лежала на шее, выгодно отмечая ключицы. Служанка порхала вокруг, создавая лёгкую, невесомую причёску из свободных кудрей и живых цветов.

— Я готова, отец, — прошептала Валериана. И тут же отдёрнула себя. Разговаривать с мёртвыми — плохая привычка для Дона мафиозного клана. Можно сболтнуть лишнего.

В своём воображении Валериана входила в Зал Собраний с гордо поднятой головой, а её мафиози с почтением склонялись к кольцу Дона — знаку её власти, — целовали ей руку и боголепно пресмыкались. Их скорбные макушки мелькали перед глазами, радуя покорностью.

В реальности — инвалидная коляска вкатилась в помещение медленно и неуклюже. Со всех сторон послышались смешки и шёпот, и каждый, кто демонстрировал Валериане почтение, улыбался чуть снисходительно.

И, казалось, эта роль слишком тяжела для неё.

Ногти вонзились в ладони.

«Не дождётесь, я сильнее вас всех вместе взятых!» — кричали её сомкнутые губы.

Олеандр Ди Ланмар — единственный, кто встал на колени и искренне, с обожанием поцеловал перстень Дона.

Зеленоглазый блондин благодарил Валериану за амнистию и прощение. Четыре года назад Олеандр, действуя по её приказу, подставил предыдущего Дона — и бросил его одного против своры убийц враждебного клана Ви Сентов. Гильермо Де Лот должен был умереть, но оказался слишком живуч. И Валериана добила его собственноручно, отключив едва живое тело отца от медицинских аппаратов. Отец был слаб, а слабый не мог быть главой клана.

Об этом знала лишь Алессандра Ви Сент, жена брата. Но она поклялась молчать о предательстве Валерианы в обмен на спокойную жизнь без вмешательства мафии и жизнь своих родственников. Умная девочка, она прекрасно понимала, что Фабрицио не справится со званием Дона. Брат Валерианы хорош в драке и, может быть, в постели. Но точно не в заговорах, управлении и стратегиях. В этом Валериана была выше на голову.

Но даже ей требовались верные люди, принимающие новую власть. Именно поэтому Валериана позволила Ди Ланмару вернуться в Мортен после предательства. И более того, отдала ему место своего личного телохранителя.

В вопросе самообороны и выполнении тайных заданий Олеандр был незаменим. Что бы ни приказала Валериана, какую бы нелепую идею ни озвучивала, Ди Ланмар исполнял всё мгновенно, молча, словно волшебник из сказки. И эта исполнительность пугала больше, чем насмешки окружающих Валериану мафиози. Пугала и одновременно поддерживала. Фамильяр Олеандра, павлин с железным клювом, не представлял особой опасности для окружающих, но благодаря скорости и умению летать чудесно исполнял обязанности как посыльного, так и защитника.

Ди Ланмар стал правой рукой Валерианы, самым преданным защитником и псом.

Его мать тоже находилась в Зале Собраний, стояла недалеко от кресла Дона и морщила нос, словно задыхалась от вони. Но она была бессильна против власти Валерианы.

Филипп Дес Фл'эр, приземистый брюнет шестидесяти лет, передал Валериане стопку бумаг. Его пальцы чуть дрогнули, соприкоснувшись с кольцом Дона. Мужчина годился ей в отцы, да Валериана и провела детство, играя с его дочерью. Казалось, так будет всегда: они — лучшие подруги, их отцы — лучшие друзья. Но с тех пор как Фабрицио бросил Лилиану Дес Фл'эр и женился на Алессандре Ви Сент, статус Дес Фл'эров немного пошатнулся. А со смертью отца Валерианы и вовсе полетел в глубокую выгребную яму.

— В южной провинции неспокойно. Нашли ещё одно тело, лишённое крови. Совсем. Будто кто-то выпил его до дна, — доложил Дес Фл'эр.

Филипп всегда держал себя в руках. Даже зная, что он метил на место консильери, но так и не получил желаемого, Валериана не могла поймать его на раздражении, предательстве или неудовольствии. Дес Фл'эр оставался одним из самых преданных людей семьи Де Лот, и Валериана закрывала глаза на его маленькие шалости взамен на верность.

Она недовольно поинтересовалась:

— Почему мы должны искать преступника вместо полиции?

— Комиссар волнуется, что пришлют людей из Федерального управления Европы, — Филипп поправил галстук. Как и всё мафиози, он был одет в безупречный твидовый костюм с аккуратным платком в нагрудном кармане. — Он ещё с тремя предыдущими жертвами не разобрался.

— Это проблема. Заплати ему и уверь, что наши люди ни при чём. Ни при чём ведь? — Валериана дождалась кивка.

Мертвецы без крови начали появляться неделю назад. Первое тело нашли недалеко от Мортена, два других — прямо на улице посреди оживлённой трассы. Напада́л убийца ночью, выслеживая одиноких путников. Убивал быстро и качественно. Единственная свидетельница утверждала, что убийца успел совершить своё чёрное дело за шесть минут. Именно столько понадобилось ей, чтобы завернуть за угол вслед за впереди идущим мужчиной и увидеть его выжатый труп. Ни нападавшего, ни улик не обнаружили.

Мафия держала под контролем фамильяров, которых можно было бы обвинить в преступлении. Хотя Валериана запретила использовать бестий для убийства мирных граждан, инциденты случались. В основном — не летальные, и людей удавалось заткнуть деньгами.

Но не это было основной головной болью клана.

— На окраине образовалась новая банда. Называют себя ШиМанио. Говорят, французы. Ещё агрессивнее русских, — перенял инициативу Рейган Ви Риал на правах ближайшего советника и консильери Дона. Он знал ещё дедушку Валерианы и был самым пожилым из присутствующих на собрании мафиозного клана.

— Они мешают сделкам? — уточнила Валериана, царапая острым ногтем бумагу. Она рисовала герб Де Лотов — летящего орла. Чёрточка, три влево, три вправо, и получились крылья.

— Они перехватили продажу спирта у Дес Фл'эров.

— Как? — взгляд женщины переместился на Филиппа. Теперь стало ясно, почему тот нервничал и теребил костюм.

Дес Фл'эр чуть улыбнулся, встопорщив усы:

— Мы были несколько самонадеянны, а банда безумна. Почти как красноволосые.

— Они связаны с Ви Сентами? — Руки у Валерианы вспотели. Передел территории должен был начаться позднее, хотя Ви Сенты и так ждали четыре года. Но могли бы и ещё немного посидеть тихо! Им жалко, что ли?!

Олеандр Ди Ланмар стоял за спиной Валерианы и ползал взглядом по строкам еженедельного отчёта клана, как муха по стеклу. Даже оборачиватсья не надо, чтобы понять, насколько он растерян от количества данных и итоговых таблиц. Валериана же запоминала каждую цифру без особых усилий, несмотря на бессонную ночь и ядовитые таблетки Ви Сентов, принятые для успокоения.

— Нет. Они грызут их так же, как и нас.

— Ну так перекупите их и завербуйте, в чём проблема?

— Они молодые и неуправляемые.

— А у нас тут собрание пенсионеров за покером?!

— ШиМанио отказались вступить в клан.

— Дожили, — послышалась реплика из толпы мафиози.

— Да как они посмели отказаться? — Валериана тоже удивилась. Клан Де Лот сильнейший в Мортене. Да от предложения вступить в ряды её семьи безмозглые мелкие банды обязаны от счастья на месте окочуриться. А не хотят — так Дон им поможет.

— Они считают, что мы мало им предложили. И вообще, клан Де Лот уже не тот, — сказал Филипп Дес Фл'эр. И даже не побоялся, что Валериана скормит его своему фамильяру. Вместе с отглаженным синим пиджаком скормит.

Валериана шумно выдохнула, чувствуя, как краснеют щёки:

— Надеюсь, ты их всех перестрелял?

— Нет, конечно. Только одного, который посмел рот открыть. И теперь они обещали убить вас, Валериана, — Филипп довольно оскалился. Не мужчина — ходячий труп.

— Вторые Ви Сенты, чтоб их. Не хватало ещё воевать на три фронта. Скоро скатимся к обычным дворовым бандам, — Валериана нетерпеливо зашелестела бумагами. Где-то тут валялся бухгалтерский отчёт с данными за последний месяц. Из него станет понятно, сколько можно будет выделить на усмирение молодёжи.

Или лучше найти способ натравить их на красноволосых? Да нет, бред же, чужими руками бить своего врага… Это низко, не эстетично и не в стиле Валерианы.

— Мы и так хуже зверей диких. Вот если бы Фабрицио приструнил Ви Сентов… — пробормотал Теккерей Фанг — хмурый небритый мужик, ранее больше бегавший по улицам, а теперь дослужившийся до советника Дона.

Изумрудная змея лианы выползла из-под стола, обхватила горло выскочки и слегка надавила. Даже не слегка, а прямо задушила почти.

— Валериана, вызывать фамильяра на собрании… — пробормотал тихо Олеандр и смутился под хмурым взглядом хозяйки.

Валериана лишь сильнее надавила на колотую рану в пальце, выдавливая больше крови:

— Ещё один намёк, что я в чём-то хуже моего брата, и ты умрёшь.

Теккерей захрипел.

Он был не одинок в своём возмущении. Никогда ещё женщина не возглавляла мафиозный клан. Дела семьи вообще не для женских рук! А тут женщина, да ещё и на инвалидной коляске! С её приходом к власти на собраниях стали появляться жёны и сёстры приближённых семей. Всё меняется. Но не всем нравятся такие изменения.

Несмотря на то что Фабрицио сам отдал ей власть. Несмотря на то что Валериана боролась за это место. Она буквально вырвала его из рук своего отца! Всё равно, её до сих пор считали недостойной звания Дона.

— В чём дело, Валериана? С каких пор ты выпускаешь бестий на собраниях? — Рейган Ви Риал не имел права высказывать своё недоумение и сомневаться в решениях Дона.

Задай он данный вопрос при свидетелях, лишился бы должности или руки, но он попросил личного разговора после собрания, и Валериана не смогла удержать свои страхи в себе:

— Однажды нам придётся отказаться от фамильяров, и тогда мы станем просто людьми, Рейган. Отличающимся друг от друга только количеством пуль в барабане.

— Безнадёжность в твоём голосе пугает. Ты же знаешь, что я готов оказать тебе любую помощь? Тебе надо всего лишь попросить…

Она сжала ручки коляски, чувствуя, что крик рвётся из груди.

Дыши, Валериана.

Какая бы гроза ни разразилась за окном или прямо в твоём доме, ты справишься.

* * *

Просто посмотри на небо. Чувствуешь, как ветер гонит облака? Это свобода. Твоя свобода. Не дай ему запятнать её.

Бертиан Ви Сент насмехался, его холеная надменная рожа затмевала солнце. Старшему сыну Ви Сентов стукнуло тридцать девять лет, и до сих пор его ещё никто не укокошил.

Какая досада.

«Богиня, молю тебя, пошли на голову этого урода огромный метеорит. Пусть он размажет этого спесивого гада по камням ровным слоем. Можно и неровным, только поскорее, пожалуйста», — тихий шепоток Валерианы долетел только до Олеандра, и тот улыбнулся неуместной горячности хозяйки. Телохранитель встал чуть впереди, заслоняя её от внезапного вторжения Ви Сента.

— Мне сказали, что тебя можно тут найти, — ухмыльнулся Бертиан. Его алые волосы торчали во все стороны иглами напуганного дикобраза, рубашка расстегнулась до середины груди так, что виднелись кучерявые рыжие волосы. Мужчина забыл почистить ботинки, костюм был слегка помят.

Хоть бы причесался перед разговором с дамой! С некоторых пор Валериана ненавидела, когда к ней пристают в парках.

Но кто ему сказал? О том, куда направляется глава клана, знают немногие. Это попахивало предательством.

Валериана медленно допила коктейль из мартини и содовой, заела клубникой и передала Олеандру пустой треугольный бокал. Телохранитель теперь не отходил от неё ни на шаг. Сегодня он заменил ей спутника и друга. Что завтра? Он всегда рядом и смотрит на хозяйку с немым обожанием и покорностью.

В отличие от Ви Сента, поливающего Валериану грязью как на словах, так и во взгляде.

И хотя его отец до сих пор сидел во главе клана, и весь Мортен об этом прекрасно знал. Но это не мешало наглецу надменно щуриться на низкое солнце и презрительно недоумевать:

— И что ты нашла в этом парке? Зачем таскаешься сюда? Территория вашего дома не меньше. Смысл ехать так далеко? Тебе же, наверное, машину вести неудобно.

У Валерианы от такой пошлости даже в глазах потемнело. Знает же, гад, что она не может водить. Вызвать фамильяра и задушить этого недалёкого ублюдка!

Олеандр сделал шаг вперёд. Валериана заметила, как мелькнуло лезвие ножа.

Но она остановила охранника:

— У меня достаточно людей, чтобы не садиться за руль само́й. А тебя, видимо, совсем от дел семьи отстранили, раз ко мне пришёл? Кто теперь у вас заправляет? Винченцо?

Бертиан зло сплюнул на траву. От красной гривы разве что пар не поднимался, такая нервозность читалась во всём виде собеседника.

Откуда ты такой взвинченный притащился, Ви Сент? Но Валериана не станет спрашивать.

Она боялась его силы, его фамильяра и будущего.

Насколько бы сильной она ни пыталась стать, она всё равно чувствовала, как тонет в мафиозном болоте, в доминирующем мужском обществе.

— Никто, кроме моего отца, не справится с кланом. Пока. Но скоро всё изменится, детка. — Бертиан замялся и указал на самшит в форме змеи: — Ну ладно, деревья тут ничего. Даже нравится, как они изобразили Стефанию.

Традиционно в Центральном парке вырезали сильнейших фамильяров из крон на главной аллее. Ви Сент любовался огромной змеёй из листвы, изображающей его фамильяра. Рядом высился Интериус Фабрицио — легендарный помощник брата Валерианы. Даже ледяной цветок всё ещё украшал первое дерево несмотря на то, что Гильермо Де Лот был мёртв уже четыре года.

Раньше Валериана любила сидеть на одной из скамеек на этой аллее и смотреть, как ветер колышет листву на спине двухголового тигра, что был когда-то фамильяром Хита Де Энцо. Охранника и возлюбленного Валерианы. После того как Бертиан убил его тигра перестригли в горящую птицу. Совершенно безвкусную и некрасивую, больше похожую на ощипанного петуха.

И Валериана приходила сюда скорее, по привычке, нежели ради вида.

— Мы можем поговорить наедине? — донёсся вопрос Ви Сента.

— Конечно же нет! — И как он вообще посмел просить о таком? Валериана возмущённо посмотрела на Бертиана. Его самодовольная улыбка раздражала даже сильнее, чем наличие у него ног и члена.

Но Ви Сента не могла остановить даже железная непробиваемость взгляда Валерианы.

— Как насчёт ужина на двоих вечером? — поинтересовался он, не переставая лыбиться.

— Бертиан, ты селитры с утра хлебнул или пауков объелся, что за предложения?

— Хотел обсудить новую банду. И незачем делать такой надменный вид. Тебе помощь нужна.

— Не от тебя и не нужна.

— От моей семьи!

— От твоей семьи я только пулю в глаз могу получить! Какая помощь, Бертиан?!

— Нарываешься. Ты всего лишь женщина на инвалидной коляске.

— А у тебя даже коляски нет, неудачник, — потеряв терпение, прошипела Валериана. Попрекать её колёсами — верх бестактности. Значит, Берт окончательно отчаялся пробить её броню. Не на ту напал, красноволосый. — Завидуешь, что я стала Доном раньше тебя?

— Зато умрёшь быстрее.

— Рискни.

Бертиан наклонился почти вплотную к Валериане. Его дикие синие глаза, тёмные, как бушующий океан, страшные и безумные, как у одержимого маньяка, захлестнуло волной гнева.

Валериана вывела его из себя с лёгкостью, которой раньше за собой не замечала. Это льстило её самолюбию, но немного тревожило.

Слава Богине, Олеандр тут же оттянул подонка на другую сторону садовой дороги и даже успел ткнуть его кулаком в живот. Бертиан, слегка охнув, ответил размашистым хуком, поправил ворот рубашки и крикнул, не рискуя подходить ближе:

— Сегодня в девятнадцать ноль-ноль в «Ле М'орис»!

— Я лучше на кладбище схожу, с мёртвыми пообщаюсь.

— Тебе нужна информация, Валериана.

— Прощай, Ви Сент.

Бертиан зло сплюнул и ушёл.

Сам Ди Ланмар поднялся с земли и принялся отряхиваться. Валериана смотрела на удаляющуюся фигуру Ви Сента, от которой веяло силой и опасностью. Хорошо накачанные икры, широкие плечи, огненный пожар на голове. И даже туфли от Стразино Арсазино себе прикупил. Позёр.

Все Ви Сенты красивы. Даже Алессандра, жена Фабрицио, похожа на маленький дикий огонёк.

Но хороши они только издалека, вблизи — обжигают, кусают, грызут и убивают.

Они — бешеные псы своего отца.

Валериана сжала на груди кулон в форме цветка с голубыми лепестками.

На её плечи легли нежные ладони Олеандра, он аккуратно перевёз коляску в тень, зная, как Валериана не любит прямые солнечные лучи.

— Мы не можем его убить прилюдно, Вал, но я обещаю сделать это через третьи руки.

— Нет, придётся с ним встретиться. Мне действительно нужно узнать о новой банде больше, — она поцеловала пальцы личного телохранителя. А ещё она знала, что волк и орёл должны воевать вместе, но очень не хотела платить за это своей жизнью. — Они уже четыре года пользуются своим равноправием, распространяя товар через территорию Де Лотов. Пора приструнить наглецов.

Её голос звучал почти спокойно, но Олеандр видел, как побелели её губы и заблестели глаза.