ЛАНА

* * *

Вика смотрела на нас, переминаясь с ноги на ногу в прихожей. Её форма — чёрные лосины, белая футболка с логотипом фитнес-клуба, кроссовки — делала её похожей на меня образца той жизни, которая рассыпалась две недели назад.

— Вы точно тут справитесь? — спросила она, косясь на Тимура.

Он сидел на табурете, привалившись спиной к стене, и выглядел так, будто только что вышел из боя без правил. Разбитая бровь, рассечённая губа, левая скула распухла и потемнела. Футболка в пятнах крови — уже подсохшей, бурой.

— Справимся. Не переживай, Вик, — сказала я, не оборачиваясь. Доставала из аптечки перекись, вату, бинт. — Беги на работу, а то опоздаешь.

Она колебалась ещё немного, потом схватила сумку и ключи.

— Позвони, если что.

— Позвоню.

Дверь в прихожей хлопнула. Я осталась с ним наедине.

Тишина на кухне давила. Только холодильник гудел и где-то за стеной соседка включила телевизор на полную громкость — заунывный голос диктора, обсуждающего курс доллара.

Я смочила вату перекисью, повернулась к Тимуру.

— Наклони голову.

Он послушался. Я приложила вату к рассечённой брови, и он зашипел сквозь зубы.

— Терпи.

— Я терплю. Не видно?

Кровь уже запеклась, но перекись зашипела, смывая бурые потёки. Я водила ватным диском аккуратно, стараясь не нажимать на рваный край раны.

— Теперь рассказывай, — тихо потребовала я.

— Что рассказывать?

— Что случилось.

Тимур молчал, пока я меняла вату, смачивала новой порцией перекиси. Обрабатывала скулу — там кожа не была разорвана, но синяк уже расползался тёмно-фиолетовым пятном, захватывая скуловую кость и спускаясь к челюсти.

— Я шёл домой, — наконец начал он. Голос глухой, усталый. — После работы. Я был уставшим и злым.

— Злым?

— Ты не брала трубку. Я переживал, что ты обиделась.

Он остановил мою руку, заглядывая в глаза. Я вздохнула, продолжая обработку ран.

— …Продолжай.

— Там было темно. Я даже не понял, откуда он выскочил. Капюшон натянут, какая-то маска на лице. Белая, из фильма ужасов.

Я замерла с ватой в руке.

— Он ударил первым, — продолжал Тимур. — Сзади по голове. Я не удержался, упал на колени. Дальше — просто добивал меня чем-то тяжелым, пока я пытался встать. А потом скрылся.

— …Когда это было?

— Где-то три часа назад.

Три часа… Я представила как это было. Он очнулся. Поднялся с пола. Надел маску. И пошёл мстить.

— Это он, — прошептала я, сглатывая. — Клим.

— Догадался.

Я отложила вату, взяла пластырь, заклеила его бровь. Пальцы онемели, но я старалась не показывать этого.

— Я должна тебе кое-что рассказать.

— Я слушаю.

Я села напротив него, упёрлась локтями в стол. Смотрела в его разбитое лицо и не знала, с чего начать.

— …Я была у него вчера вечером.