– Ну что, довольна? Не стыдно? Она же пожилой человек! – Денисов вошел в класс, кинул рюкзак на свой стул и посмотрел на меня.

Сиреновна ушла на больничный с приступом гипертонии, и мнения в классе разделились. К счастью, после кринжового собрания большинству стало понятно, что на самом деле происходило много лет. Мама сразу дала расклад, что уход на больничный с вызовом скорой помощи и сообщением об этом в родительском чате в воскресенье – это манипуляция. Чувства ложной вины и стыда у меня за это быть не должно. Мы не злорадствуем, насколько Сиреновна преувеличивает: не наше дело. Пусть выздоравливает и делает выводы. Она у нашей семьи крови немало выпила за эти годы, просто мы своими больничными не трясли перед всеми. Так что чисто почеловечески желаем здоровья, но за свои слова и поступки надо отвечать. Зло должно быть остановлено, и точка. Пока я вспоминала мамин монолог, в классе разгорелось пламя ожесточенного спора.

– Уймись уже! Ты бы лучше в пятницу на собрании язык достал из одного места и подтвердил, как было на самом деле. – Радмир подошел к Денисову. – То, что нашей Сиреновне за полтинник, не дает ей права унижать Сию и нас всех. Мы же уже просто перестали это замечать. У Сии есть характер, стержень и поддержка родаков. А у кого-то нет – и тогда здравствуй, комплексы, депрессия и дурка.

– Вот-вот. – Даша недобро посмотрела на Илью. – Выдержать столько дерьма и наглого вранья с пятого класса не каждый сможет. И какая разница, сколько ей лет, если она лютую дичь творит, прикрываясь своим любимым «Учитель всегда прав»? Ни фига это не так! И я очень благодарна тете Ире и дяде Олегу, что они встали на защиту не только своей дочери, но и всех нас. А вы сидели и молчали, как и ваши родители. Ссыкло. Вот и сейчас молчи!

– А ты-то сама тоже ведь молчала, подруженька, – Сало полоснул по больному.

– Да, я тоже молчала. Вначале потому, что растерялась, потом, когда Сия и тетя Ира все четко разложили, мне тупо нечего было добавить. Я только и смогла, что руку поднять в знак согласия и нежелания больше молчать.

– Факт.

– Плюсую.

– Мой батя в шоке был с этого цирка. Он же не в курсах, что тут у нас творится. Дома уточнил, так ли это, а когда я подтвердил, сказал передать респект Сие и ее родителям. Что не молчат. Что не побоялись одни против системы пойти. Что справедливость и честь своей дочери в приоритет поставили. Это сильно.

– Да, моя мама тоже в шоке и тоже передала тебе, Сия, сочувствие, что пришлось через такое пройти, а твоим маме и папе – благодарность, что показали пример, как надо поддерживать своего ребенка, – Анечка Ташкент всхлипнула, – мы с мамой полночи проговорили об этом и многом другом.

– То же самое, – Хабибка с теплом посмотрела на меня, – не думала, что когда-либо такое скажу. Но спасибо тебе, Сия. У вас офигенская семья, столько любви и заботы, такая мощь чувствовалась в пятницу, при этом без хамства – достойно, четко, грамотно. Моя мама весь вечер папе рассказывала и жалела, что у нас нет такого коннекта между собой. Я, честно говоря, тоже вам завидую. Знаешь, если за такие отношения в семье надо перетерпеть травлю учителя, я бы, пожалуй, согласилась. Ты крутая, Сия.

– Крутая и счастливая, несмотря на дичь классухи. – Вика подошла и обняла меня. – А теть Иру мы с детского сада обожаем. Она и там была всегда на стороне детей. Никому из взрослых не позволяла нас гнобить. Но и нам замечания строго делала, если где-то перегибали.

– Ага. Помнишь, как она перед нами прямо в группе однажды извинилась за жестокость взрослых. У нее глаза на мокром месте, а мы к ней прижались со всех сторон и стояли, как воробушки.

– Мы этой стайкой так и пролетали десять лет. – Вика вытерла слезы. – И факт, что без поддержки твоих родителей во многих ситуациях нам было бы гораздо сложнее.

– А я все равно считаю, что учитель всегда прав.

– Ну так и считай, как хочешь, кто с тобой спорит, убогим? Другой вопрос, что классуха наша – не учитель, – Женя посмотрел на Денисова, как на отсталого.

– Факт. Правильно теть Ира сказала, – вступила в диалог Милана, – не каждый педагог может дорасти до учителя. И ни один путный учитель не спрячется за ученика и не переложит на других ответственность за свои косяки. Это же полный кринж. А дальше выводы каждый сам пусть делает, согласно убеждениям и умственным способностям.

Человек привыкает ко всему. Даже к физической и психической боли. Но сложнее всего дается крушение мира. За старые шаблоны люди цепляются до последнего. В этих словах мамы я убеждалась не раз и в средних классах, и теперь.

Минут пятнадцать прошло с тех пор, как прозвенел звонок, но класс не стихал. Все это время я молчала. Внимательно слушала одноклассников и друзей. И тех, кто был за классуху, и тех, кто был за меня с мамой. Я прислушалась к себе. Мне было важно, что многие наконец проснулись, разобрались в ситуации и обозначили свою позицию. Но. Честно. Я понимала, что на данный момент это уже больше нужно им самим, чем мне. Время, когда я остро нуждалась в их поддержке, в прошлом. И действительно важно смотреть на события без эмоций, уметь находить плюсы и делать выводы. Отсутствие помощи от одноклассников, слабая поддержка от друзей проявили черты моего характера, показали мне самой потенциал, очень сильно сплотили нашу семью. И вообще, вся эта ситуация длиной в пять лет обозначила, кто есть кто. Своих среди чужих и чужих среди своих. Отзеркалила по полной.

Степа. Он вообще находился снаружи, не был вовлечен в эмоциональный шторм, не знал подробностей, не мариновался в этом рассоле с пятого по девятый классы. Но он четко и по сути разложил всю проблему и озвучил позицию, дав мне железобетонную поддержку и огнеупорную защиту на случай, если моя броня не выдержит или я вовсе окажусь без нее. Не то чтобы я планировала этим пользоваться, но радовал сам факт, что я не одна, что, помимо семьи, есть адекватные и смелые люди среди моих ровесников, которые не боятся оказаться в неудобном положении и им важно отстоять справедливость и честность. Это для меня стало бесценным опытом и приобретением.

«Крутая и счастливая». Да. Вика подметила верные акценты. Крутая не в плане финансового положения семьи: родители с раннего детства объясняли нам с сестрами, что материальные блага – это совсем не главное в жизни. Это побочка от правильной базы. Иметь деньги можно, и ничего плохого в достатке нет. Но если кичиться и выставлять напоказ только брендовые шмотки, новые гаджеты, мерседесы и фото с лакшери отдыха, то на самом деле ты продемонстрируешь внутреннюю пустоту и духовную бедность. Крутой я стала благодаря скилам, которые приобрела в пятилетней схватке с классухой, решая проблемы типа ложных обвинений учеников, унижений сильными слабых, преследований группами одиночек. Иметь силу сказать: «Нет, так нельзя» – это реально круто. Так что да, мне не стыдно признать и сказать: я крутая и счастливая, что отстояла правду и не сдалась ни на на словах, ни на деле.

Урок о важном нам провела Марь Андревна, завуч. Она зашла в класс через двадцать минут после звонка, извинилась за опоздание и без подробностей поделилась тем, что в этот понедельник стены от возмущений и дебатов сотрясались не только в нашем классе, но и в ее кабинете. Там с утра был папа с заявлением и сторонним юристом. Марь Андревна выразила свою позицию, что категорически не согласна с мнением и методами Маргариты Петровны в части классного руководства, но при этом считает ее сильным педагогом по русскому языку: результаты проверочных работ и экзаменов говорят сами за себя. Также она призналась, что на собрание ее, к сожалению, не пригласили, хотя она хотела бы все увидеть и услышать лично. По классу пробежала волна удивления, ведь Сиреновна при всех родителях на собрании сказала, что администрация в курсе просьбы и была приглашена, но, видимо, не смогла прийти. И уж совсем удивило нас всех, когда Мария Андреевна подошла ко мне и, глядя в глаза, принесла извинения от лица администрации школы, которая не приняла серьезных мер раньше, хотя жалобы были. И неважно по каким причинам. Ученики в стенах школы, по обоюдному мнению завуча и моих родителей, должны чувствовать себя в безопасности: физической, психологической и эмоциональной. И я с этим полностью согласна. Но пока в нашей реальности это невозможно. Надеюсь, к моменту, когда в старших классах будет учиться наша Маргоша, это станет основой, а не просто громкими восклицаниями после еще более громкого скандала.

Мы пожали друг другу руки. Также завуч нам объявила, что для постановки вальса на последнем звонке пригласила хореографа и выпускницу нашей школы Хрусталеву Катерину. Потому что банальщина из года в год всем наскучила, своими силами с оригинальной версией танца школа не справится, а Катерина – профессионал и быстро найдет с нами общий язык.

Я вспомнила историю столкновения принципов Кати и Марь Андревны. Два года назад Кати произвела революцию в мире школьного дресс-кода, а теперь стала легендой школы благодаря истории любви богини Лакшми в теле старшеклассницы и рэпера Никиты Чацкого. Я знала эту историю в более подробной версии от самих Кати и Никиты. Ди, одноклассница Кати и дочь Марии Андреевны, иногда заходила в школу к матери, и мы всякий раз, если случайно сталкивались, обменивались улыбками. Правдорубы всех параллелей должны знать друг друга в лицо.

Я поверила в искренность Марии Андреевны: она имела репутацию человека с принципами, при этом слышала других и была гибкой в спорных ситуациях. В очередной раз я мысленно поаплодировала стратегическому мышлению мамы. Она заранее сказала, что на собрание никто не придет из администрации, но важно, что скажут после. И хватит ли у них мужества признать ошибки своих подчиненных, а значит, и свои недоработки? Выходит, хватило. Что ж. Лед тронулся. Система приняла факт внутреннего сбоя, признала это перед учениками и дала публичное обещание принять серьезные меры, чтобы впредь пресекать подобные ситуации в самом начале и не игнорировать их, а в идеале – вообще их не допускать. Следующим уроком шла физкультура, но я была освобождена из-за небольшого растяжения связки на голеностопе. Воспользовавшись паузой, я оформила мысли в новый пост:

В слове «замолчи» спрятан важный вопрос. ЗАмолчи – это выбор и вызов каждому из тех, кто сталкивается с насилием и несправедливостью. Пройти мимо или действовать, быть молчаливым соучастником, а значит, «ЗА», или все-таки осмелиться проявить соПРОТИВление? В детстве мы с мамой часто играли в слова и искали спрятанные смыслы. Я выросла и продолжаю искать смыслы – в словах и поступках.

Мой выбор – ПРОТИВ насилия.

Но пусть вас это не вводит в иллюзию – я не страдаю инфантильностью.

Я против насилия, но изучила его и могу говорить на его языке. Когда ты исчерпал все слова и доводы, но так и остался неуслышанным, остается достать кулаки из карманов и не дрогнуть в ответственный момент, став щитом и мечом себе и тем, кто слабее. Без вариантов.

♥

Комментарии