Опять они не услышат. Мне придется повторять, краснеть, заикаться, разглядывать свои шнурки… Ведь после этого довольно проблематично смотреть в глаза. Да и как, если я даже не в состоянии говорить нормальным голосом? Какая-то писклявая мерзость, а не голос…

Родители мне всегда говорили, что певец из меня был бы «не очень». Не могу сказать, что они меня унижали и оскорбляли, но постебаться над моим голосом за ужином – это святое. Поэтому я всегда старался есть молча. Время прошло, но эта привычка осталась: «Илья, лучше промолчать – будет меньше проблем. Тише едешь, дальше будешь».

Молчу я не только за едой, но и на любых встречах, тем более – публичных мероприятиях. Там полно незнакомых людей, и если они услышат, насколько у меня отвратительный голос, то моя жизнь лучше не станет. Молча я хотя бы могу сойти за человека, который не вызывает у окружающих смеха или отвращения. В тишине моя сила и мое спокойствие.

Благодаря принципу быть тише воды и ниже травы я, в общем-то, и выживал в не самых приятных и безопасных коллективах. В школьные годы буллеры издевались над теми одноклассниками, которые были заметными и отличались от остальных. Меня никто не трогал, потому что я не привлекал внимания. Можно ли назвать меня трусом? Я считаю, что да. И в этом я себе уже давно признался. Только вот «не трусов» били чуть ли не каждый день, а я спокойно ходил на уроки и получал необходимые мне знания. Теперь я хорошо зарабатываю, тружусь по своей специальности, которую выбрал еще в школьные годы лет двенадцать назад.

Ограничивается ли жизнь работой? Моя практически полностью состоит из трудовых будней, поэтому в моем случае ответ положительный. Максимум моих развлечений – это вечер за компьютером. Сериалы, фильмы, игры и какие-нибудь видеоролики – это я и называю развлечениями.

Поддерживаю ли я общение или отношения с кем-то? Переписываюсь с теми, кто мне хоть как-то интересен. Таких людей довольно мало, потому что получить реальное удовольствие мне удается лишь в живом общении. Там такой спектр эмоций и чувств, что ни одна переписочка в интернете не дает ничего похожего. Все эти друзья из онлайна – не более чем иллюзия для социофобов, одним из которых являюсь и я.

Изучал ли я свою проблему? Конечно. Правильно моя особенность называется логофобией. Делал ли я что-то для решения проблемы? Ради себя не делал, но вот ради отношений кое-что пытался.

Знакомясь на просторах интернета с разными людьми, я начал общение с девушкой, которая боролась с заиканием. Да, мы прям нашли друг друга. Она делилась со мной своими страхами. Ее социофобия зашла так далеко, что она даже в интернете мало с кем общалась. Я чувствовал в ней родственную душу и старался поддерживать ее во всех начинаниях. Вероника, так ее звали, каждый день совершала действия на пути к победе над своими страхами. Мне тоже хотелось начать борьбу со своими загонами, дать им наконец-то бой. Что я для этого сделал?

Я поддерживал Веронику, и на этом всё. У меня было ощущение, что, помогая этой девушке, я смогу получить реальные знания о своей проблеме. Увидев, что у Вероники появились успехи, я замотивируюсь и тоже начну что-то делать. Да, без конкретики, хотя бы просто что-то… Так я думал, пока не случилось нечто интересное.

Однажды, по-моему, это было около месяца назад, Вероника предложила вместе сходить на выступление эксперта по развитию речи и ораторскому мастерству: «Мы так с тобой убьем даже не двух, а трех зайцев: сходим в публичное место, получим нужную информацию по нашей больной теме и познакомимся уже по-настоящему!»

Вероника была полностью, безоговорочно права. По всем трем пунктам. Только вот… В очередной раз сработал мой главный рефлекс: я испугался и затаился. Сделал вид, что не увидел ее сообщение. И до сих пор «не вижу». Уже прошел месяц, а этот проклятый цирк продолжается. У меня есть твердая убежденность в том, что я никогда не буду принят другими людьми, даже если они столкнулись с точно такими же проблемами, как я. Ведь если Вероника смогла проработать свои трудности, то она уже не такая, как я… Она гораздо лучше.

Илья столкнулся с проблемой, которой страдают многие «интроверты». Почему я взял это слово в кавычки? Сейчас объясню. Уверен, многие из «интровертов», читающих мои слова, будут удивлены.

Приведу некоторые утверждения (вернее, признаки; чего – поясню далее), которые могут быть вам близки:

● «Я испытываю тревогу и страх, когда мне звонят с незнакомого номера».

● «Мне не нравится, когда на меня обращают внимание».

● «В маршрутке мне тяжело сказать: „Остановите на следующей, пожалуйста“».

● «Заговорить с незнакомым человеком – это для меня страшнейший стресс».

● «Любое публичное выступление – это ад».

● «В институте или в школе, зная правильный ответ на поставленный вопрос, я мог промолчать, поскольку мне было страшно привлекать к себе внимание».

● «В публичных местах я стараюсь быть незаметным».

● «Я одеваюсь так, чтобы не привлекать внимания».

● «Если рядом я слышу смех, то начинаю думать, что это моя персона стала объектом для шуток и насмешек».

● «Я страдаю логоневрозом (заиканием)».

Сколько признаков вы насчитали у себя, товарищи «интроверты»? Если больше трех, то обратите внимание на явление под названием социальная тревожность, она же социофобия. Вспомните, ее определение я давал в самом начале книги.

Вернемся к нашему герою. На первый взгляд он вам может показаться стеснительным, застенчивым. Вы скажете: «Ну с кем не бывает? Ему не хочется общаться с большим количеством людей, он не стремится быть в центре внимания – не всем же нравится постоянно ощущать на себе чьи-то взгляды, он просто скромный, а скромность украшает!»

Но давайте вспомним, что говорит Илья.

«Опять они не услышат. Мне придется повторять, краснеть, заикаться, разглядывать свои шнурки… Ведь после этого довольно проблематично смотреть в глаза. Да и как, если я даже не в состоянии говорить нормальным голосом? Какая-то писклявая мерзость, а не голос…»

Его «украшение» называется логофобией: человек боится говорить, потому что не принимает свой голос. Зачастую социофобы не принимают и свою внешность, это, можно сказать, классический пример данного типа тревожности. В нашу эпоху лукизма, когда люди сильно ориентируются на визуальный фактор и «любят глазами», внешность играет очень важную роль, однако и аудиальный фактор немаловажен. Илья боится говорить, потому что стесняется своего голоса.

А что такое речь? Это путь проявления себя вовне, чтобы тебя услышали и, соответственно, обратили на тебя внимание. А наш герой пытается быть тише воды ниже травы.

«Родители мне всегда говорили, что певец из меня был бы „не очень“. Не могу сказать, что они меня унижали и оскорбляли, но постебаться над моим голосом за ужином – это святое. Поэтому я всегда старался есть молча. Время прошло, но эта привычка осталась: „Илья, лучше промолчать – будет меньше проблем. Тише едешь, дальше будешь“.

Молчу я не только за едой, но и на любых встречах, тем более – публичных мероприятиях. Там полно незнакомых людей, и если они услышат, насколько у меня отвратительный голос, то моя жизнь лучше не станет. Молча я хотя бы могу сойти за человека, который не вызывает у окружающих смеха или отвращения. В тишине моя сила и мое спокойствие».

Как вы можете заметить, Илья занимается избеганием. Подобная модель поведения формируется в качестве ответа на вербальную и невербальную агрессию в детские годы. Ребенок не может дать полноценный отпор и очертить границы при контакте со взрослыми, поэтому он вынужден выбирать другую тактику. Илья стал избегать любой возможности контакта, рассуждая примерно так: «Лучше промолчать, будет меньше проблем. Не стоит высовываться, иначе прилетит».

Так ведет себя интроверт? Нет, это поведение человека, живущего в страхе и тревоге. Может ли такой человек наслаждаться жизнью, находясь в постоянном избегании источника боли? Конечно, может, но далеко не во всех сферах. Страх всегда ограничивает, создает рамки и подавляет потенциал, который при других условиях мог бы стать основой для развития и роста.

«В школьные годы буллеры издевались над теми одноклассниками, которые были заметными и отличались от остальных. Меня никто не трогал, потому что я не привлекал внимания. Можно ли назвать меня трусом? Я считаю, что да. И в этом я себе уже давно признался. Только вот „не трусов“ били чуть ли не каждый день, а я спокойно ходил на уроки и получал необходимые мне знания. Теперь я хорошо зарабатываю, тружусь по своей специальности, которую выбрал еще в школьные годы лет двенадцать назад».

Наш герой занимается рационализацией. Он находит разумные объяснения своей модели поведения. «Я социофоб? Конечно! Но это мой источник силы, без ограничений я бы не справился. Именно в этом мой секрет, позволяющий добиваться успеха. Если бы не социальная тревожность, я бы оказался на дне. Посмотрите на других: их буллили в школе, пока я развивался и становился сильнее» – примерно такими словами наш герой мог бы вам разъяснить свою модель поведения.

Может ли социальная тревожность реально помогать в достижении целей? Наш герой считает, что социофобия принесла свои плоды. Можно сказать, он даже благодарен своим психологическим особенностям.

Помогает ли социальная тревожность в жизни или это не более чем ошибка мышления? Она может сужать варианты ваших действий, что, в свою очередь, упростит выбор. Это палка о двух концах, и минусов здесь гораздо больше. Был бы Илья менее успешным без социофобии? Сказать сложно, но для него ответ очевиден, потому что он руководствуется в своих рассуждениях «ошибкой выжившего»: «Если я достиг успеха с социальной фобией, значит, все произошло благодаря ей. Без фобии я был бы неудачником».

Итак, мы видим, что в профессиональной сфере у Ильи все развивается успешно. Наш герой сумел сфокусироваться на той деятельности, которая приносит ему материальные блага и психологически для него комфортна. Здесь психика действительно адаптивна. Что насчет других сфер жизни?

«Ограничивается ли жизнь работой? Моя практически полностью состоит из трудовых будней, поэтому в моем случае ответ положительный. Максимум моих развлечений – это вечер за компьютером. Сериалы, фильмы, игры и какие-нибудь видеоролики – это я и называю развлечениями».

Теперь мы с вами видим кое-что интересное: сильнейший перекос. Наш герой успешно развивается в карьере, но… этим его жизнь и ограничивается. По сути, весь фокус его внимания уходит лишь туда, и вследствие этого он успешен в профессии, но по этой же причине в его жизни попросту больше нет ни-че-го. Это «расплата» за жизнь в рамках своих страхов. Готов ли Илья платить такую большую цену?

«Поддерживаю ли я общение или отношения с кем-то? Переписываюсь с теми, кто мне хоть как-то интересен. Таких людей довольно мало, потому что получить реальное удовольствие мне удается лишь в живом общении. Там такой спектр эмоций и чувств, что ни одна переписочка в интернете не дает ничего похожего. Все эти друзья из онлайна – не более чем иллюзия для социофобов, одним из которых являюсь и я.

Изучал ли я свою проблему? Конечно. Правильно моя особенность называется логофобией. Делал ли я что-то для решения проблемы? Ради себя не делал, но вот ради отношений кое-что пытался».

Илья осознает, что у него есть проблемы. Учитывая, что он использует очень точный термин – логофобия, в вопрос наш герой действительно погружался.

По его же словам, он пытался разобраться в своей проблеме ради отношений с другим человеком, а что это значит? Прорабатывать психологические трудности ради себя любимого ему не хочется. Почему? Потому что себя любимым он не считает.

У Ильи основные проблемы в отношениях – не в контакте с другими людьми, а в отсутствии контакта с самим собой (это на самом деле важная мысль, держите ее в голове или выпишите в заметки). Проблема социофобов – не в общении с другими людьми, а в их отношениях с собой. Нарушение полноценного контакта с самим собой – главная боль человека с социальной тревожностью.

Слова социофоба, пытающегося осмыслить свое психоэмоциональное состояние, могли бы звучать примерно так: «Со мной что-то не то, и поэтому другие люди могут причинить мне боль. Они не понимают и не принимают меня, потому что я сам себя не принимаю».

А как дела у нашего героя?

«Знакомясь на просторах интернета с разными людьми, я начал общение с девушкой, которая боролась с заиканием. Да, мы прям нашли друг друга. Она делилась со мной своими страхами. Ее социофобия зашла так далеко, что она даже в интернете мало с кем общалась. Я чувствовал в ней родственную душу и старался поддерживать ее во всех начинаниях. Вероника, так ее звали, каждый день совершала действия на пути к победе над своими страхами. Мне тоже хотелось начать борьбу со своими загонами, дать им наконец-то бой. Что я для этого сделал?

Поддерживал Веронику, и на этом всё. У меня было ощущение, что, помогая этой девушке, я смогу получить реальные знания о своей проблеме. Увидев, что у Вероники появились успехи, я замотивируюсь и тоже начну что-то делать. Да, без конкретики, хотя бы просто что-то… Так я думал, пока не случилось нечто интересное».

Тут много интересного.

Во-первых, Илья пытается выстраивать отношения, знакомясь в интернете. Это очень удобная лазейка для людей с социальными страхами. Далеко не все пользуются этим инструментом по назначению, но наш герой делает все достаточно успешно. Ему удалось наладить контакт с девушкой, причем это не самое обычное общение.

Во-вторых, он общается с девушкой, которая имеет аналогичные проблемы. Это очень важно! Выстраивание отношений с человеком, который борется с такой же психологической трудностью, как и вы, – это потрясающе. Вы прекрасно понимаете друг друга, стараетесь решить свои проблемы и параллельно помогаете близкому человеку. Он, в свою очередь, делает то же самое. А когда речь идет о социальных страхах, это особенно эффективно. Общаясь друг с другом, вы сразу же даете бой своим страхам, зажимам и психологическим блокам. Об этом сказала Илье и Вероника, так ведь?

«Я поддерживал Веронику, и на этом всё. У меня было ощущение, что, помогая этой девушке, я смогу получить реальные знания о своей проблеме. Увидев, что у Вероники появились успехи, я замотивируюсь и тоже начну что-то делать. Да, без конкретики, хотя бы просто что-то… Так я думал, пока не случилось нечто интересное.

Однажды, по-моему, это было около месяца назад, Вероника предложила вместе сходить на выступление эксперта по развитию речи и ораторскому мастерству: „Мы так с тобой убьем даже не двух, а трех зайцев: сходим в публичное место, получим нужную информацию по нашей больной теме и познакомимся уже по-настоящему!“

Вероника была полностью, безоговорочно права. По всем трем пунктам. Только вот… В очередной раз сработал мой главный рефлекс: я испугался и затаился. Сделал вид, что не увидел ее сообщение. И до сих пор „не вижу“. Уже прошел месяц, а этот проклятый цирк продолжается. У меня есть твердая убежденность в том, что я никогда не буду принят другими людьми, даже если они столкнулись с точно такими же проблемами, как я. Ведь если Вероника смогла проработать свои трудности, то она уже не такая, как я… Она гораздо лучше».

А как хорошо все начиналось… Хотя для Вероники, судя по всему, не только началось, но и продолжилось. Дисциплина и ежедневные действия, даже самые малые, творят чудеса. Как говорил Маленький принц, искусство маленьких шагов. Это именно оно. Наш герой тоже отметил это, сказав, что Вероника полностью права.

Если бы Илья сумел выбраться из уютного кокона комфорта, он победил бы свои страхи. Но в данном случае мы говорим «если», а что по факту?

Реальность оказалась не такой приятной, как хотелось бы нашему герою. Свое внимание он направил не на проработку собственных проблем, а на моральную поддержку человека, который делает реальные шаги. Он поступил как человек с синдромом спасателя (вспомните, чуть ранее мы уже говорили об этой модели поведения), но совсем не факт, что у Ильи действительно он присутствует, просто в данном случае все сложилось по канонам этого синдрома.

Что сделал наш герой? Ему нужно было проработать свои социальные страхи, а он начал поддерживать Веронику в ее борьбе с психологическими трудностями. Здесь стоит отметить, что девушка совершенно искренне позвала Илью на реальную встречу, сказав очень верные слова о том, что это пойдет на пользу им обоим. Но Илья закончил помогать Веронике и перестал выходить на связь. Да, ведь помогать другому человеку с его страхами – не то же самое, что встречаться с собственным страхом. Здесь нужно быть честным с собой, а это уже совсем другой уровень, который нашему герою оказался не по плечу.

Илья обречен навсегда остаться в своих проблемах? Конечно нет. Легко не будет, но проблемы решаемы. Пример Вероники это наглядно подтвердил. Ей удалось принять себя и выстроить отношения с собой на том уровне, который позволил ей начать преодоление своих страхов.

В практической части книги вы можете найти инструменты, которые помогут и вам. Желаю успехов!

* * *

Теперь перейдем к популярным вопросам.

Как социофобия связана с любовьюк себе и непринятием себя?

Меня пугают окружающие, а не я сам. Где связь?

Социальная фобия – это не просто страх чужого мнения, оценки и так далее. Вспомните определение, которое я приводил ранее: в нем говорилось, что это разновидность тревожного расстройства, связанная со страхом перед социальными контактами и нахождением среди людей. Но информация, содержащаяся в определении, – это лишь следствие, а не корень проблемы. Человек, страдающий социальной тревожностью, негативно оценивает себя.

Во-первых, он может считать, что окружающие «знают» о нем что-то такое, чего он пока еще не осознает, например, касающееся его внешности. Во-вторых, конечно, человек с социофобией может сам «отчетливо видеть», что с ним «все не так».

Когда человек считает свой голос ужасным, внешность отвратительной и себя совершенно ничтожным, мы можем увидеть отчетливую связь между негативным отношением к себе и социофобией.

И в первом, и во втором варианте социофобия базируется на негативной оценке себя: либо я этого не понимаю, но окружающие видят, что со мной что-то не так, либо я просто считаю себя ничтожеством, а окружающие это заметят: они же не слепые.

Кроме того, у человека могут быть страхи, связанные с его безопасностью. Рассуждения могут быть примерно такими: «Внешность и прочее – это не проблема. Но вот окружающие люди могут причинить мне реальную боль. Лучше я буду избегать их. Нет контактов – нет боли. Люди, особенно незнакомые, – это потенциальный источник боли». В этом случае проработка социальной тревожности будет строиться по другим принципам. Чаще всего у таких людей формируется избегающий тип привязанности, о котором я подробно рассказал в своей книге «Почему ты боишься любви? Страх отношений и безответные чувства».

Отношения с людьми начинаются с отношений с собой. Если вы относитесь к себе как к ничтожеству, плохому человеку, который недостоин любви, да и просто нормального человеческого отношения, то… почему вам кажется, что вы сможете выстроить гармоничные отношения с другими?

Но не стоит впадать в апатию и уныние. Планомерная работа над собой творит чудеса. Раз вы сейчас читаете эти слова, значит, вы уже начали путь борьбы со своими психологическими трудностями. Это достойно уважения.