Церемония началась ровно в полдень. Тронный зал был превращён в часовню: чёрный мрамор, серебряные драконы на колоннах, тысячи свечей в высоких подсвечниках. Вместо цветов — только камень и металл. Вместо музыки — низкое гудение, которое издавали странные инструменты в руках слепых музыкантов. Гудение проникало в грудь, заставляло сердце биться в чужом ритме. Я шла к алтарю одна. Платье было тяжелее, чем я ожидала. Расшитое серебряной нитью, с корсажем, в который вплели настоящую драконью чешую — говорят, она защищает от злых чар. Фата длиной в три моего роста волочилась по каменному полу, и шесть пажей несли её края. Гости стояли по обе стороны прохода. Я видела их лица — любопытные, хищные, испуганные. Они смотрели на меня, как на приговорённую к казни, которая ещё не знает об этом. Лорд Харгрейв сидел в первом ряду. Потный. Улыбающийся. Его жена кусала губы. Сын откровенно пялился на моё декольте — пошёл бы он к дьяволу. Но я смотрела только вперёд. Кайран ждал у алтаря. Сегодня он был в королевском облачении — чёрный бархат, золотые драконы на плечах, высокая корона из тёмного металла, похожая на сплетённые когти. Шея открыта, и я снова увидела чешую — золотистую, мерцающую, поднимающуюся к подбородку. Он не улыбался. Не смотрел на меня с нежностью. Он смотрел как командир, который принимает новобранца в своё войско. — Ты красивая, — сказал он, когда я встала рядом. Тихо, так чтобы слышала только я. — Я знаю, — ответила я. Он чуть приподнял бровь. — Это была не лесть. Констатация. Мои жёны всегда были красивыми. Это не спасло ни одну из них. Я промолчала. Священник начал обряд. Слова лились рекой — древние, на языке, которого я не знала, но почему-то понимала. Что-то о крови. О пламени. О том, что двое становятся одним, даже если один из них — зверь. — Принимаешь ли ты проклятие короля на себя? — спросил священник, глядя мне в глаза. Кайран замер. Гости замерли. Я вспомнила его слова: «Это твой единственный выбор». — Принимаю, — сказала я. Священник кивнул. Протянул ритуальный нож — чёрный, с волнистым лезвием. — Кровь к крови. Я не поняла, что нужно делать. Но Кайран взял нож, полоснул по своей ладони — быстро, не дрогнув. Кровь потекла чёрная, густая. Затем он взял мою руку, перевернул ладонью вверх и провёл лезвием по коже. Я вскрикнула — от неожиданности, не от боли. Кровь была алой. Кайран сжал наши руки вместе. Моя алая смешалась с его чёрной. И в этот миг я почувствовала, как что-то врывается в моё тело — горячее, живое, злое. Оно шло по венам, пульсировало в висках, сжимало сердце. Проклятие. Я покачнулась. Кайран поддержал меня за талию. — Всё, — прошептал он. — Теперь ты моя. — Объявляю вас мужем и женой, — провозгласил священник. — Король драконов и его королева. Да будет их союз вечным. Гости захлопали. Сдержанно, будто боялись, что громкие звуки разбудят что-то. Кайран всё ещё держал меня за талию. Его пальцы были горячими — слишком горячими для человека. — Поздравляю, — сказал он без улыбки. — Теперь ты в ещё большей опасности, чем была час назад. — Спасибо за оптимизм, — ответила я. Он разжал руки. Я сделала шаг назад. Фата запуталась в моих ногах, и я чуть не упала — но кто-то из гостей подхватил меня. Мужчина. Молодой, с тёмными волосами и зелёными глазами. Красивый. Очень красивый. И незнакомый. — Осторожнее, ваше величество, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Тронный зал коварен к новобрачным. — Благодарю, — ответила я, освобождаясь от его рук. Он поклонился — изящно, с лёгкой насмешкой. — Дамиан Эшкрофт, к вашим услугам. Советник короля по особым делам. — Я запомню ваше имя, лорд Дамиан. — Надеюсь, — сказал он. — Я хочу быть полезным новому величеству. Кайран бросил на него быстрый взгляд — колючий, предупреждающий. Дамиан улыбнулся шире и отошёл. Церемония закончилась. Гости потянулись к выходу — начинался свадебный пир. Я сделала несколько шагов следом за Кайраном. Вдруг краем глаза уловила движение. Там, на хорах, где должны были стоять музыканты, — мелькнула тень. Человеческая фигура. С натянутым луком. Я хотела крикнуть. Но стрела уже летела. Свист. Тот же самый, что звучал потом в кошмарах. Тонкий, режущий воздух. Кайран обернулся на звук позже меня — он смотрел в другую сторону. Я не успела бы оттолкнуть его. Не успела бы увернуться. Но стрела летела не в него. Она летела в меня. В левую сторону груди. Туда, где сердце. Время замедлилось. Я видела чёрное оперение, стальной наконечник, блеснувший в свете свечей. Видела лица гостей, которые ещё не поняли, что происходит. Видела крик, застывший на губах служанки. А потом кто-то схватил меня за фату и дёрнул вниз. Я упала на пол. Стрела пролетела в волосах, вонзилась в колонну за моей спиной и зазвенела. Кайран навис надо мной, прикрывая своим телом. — Ложись! — рявкнул он. — Не двигайся! Стража уже бежала к хорам. Крики, топот, звон мечей. Я лежала на холодном камне, прижатая к полу тяжёлой рукой короля, и смотрела на стрелу, торчащую из мраморной колонны. Зелёный налёт на наконечнике. Яд. Как и в моём сне? Или не во сне? Я перевела взгляд на Кайрана. Он смотрел вверх, туда, где скрылся убийца. Его лицо ничего не выражало — только глаза горели золотым огнём. — Это была не случайность, — сказала я. Голос прозвучал чужой, далёкий. Он опустил взгляд на меня. — Никогда и не было случайностей. Наверху загремела борьба. Короткий вскрик. Потом тишина. Командир стражи спустился с хор, держа в руке лук убийцы. — Ваше величество, — сказал он, — стрелявший мёртв. Успел проглотить яд до того, как мы его схватили. — Чей человек? — спросил Кайран. — Без опознавательных знаков. Лицо незнакомое. Но… — командир помедлил. — На его плече выжжена метка. Старая. Круг с разорванной цепью. Кайран побледнел. Я видела, как чешуя на его шее побелела, стала почти прозрачной. — Орден, — выдохнул он. — Они всё-таки добрались до дворца. — Кто? — спросила я. Кайран посмотрел на меня. В его глазах была такая тоска, что мне стало страшно. — Те, кто убил твою мать, — сказал он. — И те, кто придёт за тобой. Поздравляю, Ариана. Теперь ты не просто королева. Ты — их главная цель. Он подал мне руку. Я поднялась с пола. Платье было разорвано, фата валялась в пыли, на левой щеке — ссадина от падения. — А вы? — спросила я. — Вы моя цель или защита? Он не ответил. Только сжал мои пальцы — сильно, почти до боли — и повёл прочь из зала, оставляя за спиной дым свечей, труп убийцы и шепот гостей: «Шестая… Доживёт ли она до утра?»