14:33

К счастью, упрашивать Лорана остаться не пришлось. Шерин понимала, что защита требуется не ей одной. Хотя бо́льшая часть помещения была повреждена, археологическое и религиозное значение этого места необходимо было сохранить.

Оно не должно было достаться врагу.

Братство уже слишком близко подобралось к цели.

И все еще могло ее достигнуть.

Лоран вышел в помещение, взял винтовку и вернулся. К этому времени все раненые скончались, и зал превратился в золотой морг. Присоединившись к Шерин, он попытался подвести итог дня, сосредоточиться на безвозвратно утраченном и том, что еще можно спасти.

– Почему? – наконец пробормотал он, задав вопрос, который не давал ему покоя.

– Это нужно было сделать, – сказала Шерин, пытаясь найти оправдание своим действиям и придать им смысл.

Попытка не удалась, она ничего не придумала и теперь просто смотрела на то, что осталось.

Огонь прожег страницы, обуглил кожаный переплет. Все, что осталось, – это две медные пластины, бывшие сердцевиной переплета, и сплавленная масса меди, лежавшая между ними.

Шерин наклонилась, взяла последний артефакт, напоминавший о былой славе книги – хрустальный шар, – и поднесла его к меноре.

Древняя реликвия выдержала взрыв. Пламя по-прежнему танцевало на ее ветвях, словно повторяя чудо, сделавшее менору символом завета Бога с еврейским народом.

– Посмотрите сюда, – Шерин показала шар Лорану. – Он тоже преобразился. Как и менора.

До этого кристалл был идеальной сферой. Теперь его поверхность была покрыта сотней крошечных граней. Кроме того, его форма каким-то образом изменилась, и теперь он напоминал заостренную книзу грушу.

– Похоже на бриллиант, – пробормотал Лоран.

И в самом деле, кристалл отражал свет именно так, как отражает его бриллиант, сияя огненным блеском. Последний дар Сен-Жермена миру.

– Сомневаюсь, что это настоящий бриллиант, – заметила Шерин. – Еще один трюк алхимического огня. Как с менорой. Если присмотреться, то видно, что даже маленькие астрологические символы исчезли.

– Изъяны, – пробормотал Лоран, кивая. – Многие утверждали, что Сен-Жермен обладает способностью плавить алмазы и устранять их недостатки. Сам король Людовик Шестнадцатый в это верил.

Шерин опустила кристалл.

– Возможно, даже самые невероятные истории о Сен-Жермене содержали крупицу правды.

– Сейчас я не стал бы в этом сомневаться. – Лоран обернулся к золотому залу.

Шерин посмотрела в другую сторону, туда, где разлилось озеро ртути, и вспомнила, что воздух все еще ядовит. Хотя в данный момент головная боль была слабее. Возможно, это было из-за прилива адреналина, или, может быть, пламя меноры создало защитное облако, сжигая ближайшие токсины.

Лоран тяжело вздохнул, принимая реальность, но не поражение:

– Нам остается лишь надеяться, что среди всего этого золота найдется какая-нибудь подсказка. Несмотря на то что книга для нас потеряна, возможно, мы все же найдем какой-то ключ, на который сможем опереться.

– Возможно, – без особой уверенности согласилась с ним Шерин.

Кому она только не доверяла – и вот результат… Шерин сжала кристалл в руке, словно пытаясь превратить его в настоящий алмаз.

Но, прежде чем они смогли предаться размышлениям об этих тайнах, до них донесся свирепый вопль, приглушенный расстоянием и скалами, словно напоминая о простой истине.

«Мы еще не в безопасности…»