Староверской по своему происхождению была и почти забытая сегодня, но когда-то чрезвычайно популярная легенда о городе Игната, чудесном городе за «Пещаным морем». Эта легенда связана с именем казачьего атамана Игната Некрасова, принимавшего деятельное участие в крестьянском восстании Кондратия Булавина (1707–1708). После разгрома восставших Некрасов увел своих уцелевших соратников на Кубань, в ту пору принадлежавшую Крымскому ханству.

Как поется в одной песне, посвященной Игнату:

В ходивших на Руси подметных письмах утверждалось, что казаки-некрасовцы живут на Кубани вольной жизнью и даже построили особый город, в котором атаман укрылся – а не умер – и однажды вернется оттуда сам Игнат.

Фигура Некрасова подверглась значительной фольклорной обработке, он превратился в своего рода мифического первопредка – преступников наказывали «волей Игната», беднякам помогали, поднося «дары» или «милость Игната», а правила поведения в обществе именовались среди некрасовцев «заветами Игната». Говорили, что за Игната хотела выйти замуж Екатерина Вторая, что этот казак «от рождения большую тайную силу имел, волшебником был, знал язык всех птиц, зверей и деревьев» (сразу вспоминаются русские былины, в которых такие же качества и умения приписывались Волху Всеславьичу). Когда строил город, он разбросал вокруг разноцветные зерна, и из них выросли леса и цветы.

Об устройстве города Игната известно, что это поселение стоит на берегу моря и обнесено каменной стеной, в нем пять церквей, и люди «живут богато»: «у каждого каменный дом с садом, на улицах и в садах цветы цветут». Чужих в этот город не пускают, но местные жители всегда готовы помочь путникам – «кто едет, того накормят, напоят», «кому надо колесо исправить – все сделают».

Песчаное море, за которым якобы находится город Игната, – это, скорее всего, Аравийская пустыня. В XIX веке отдельные энтузиасты пытались это море отыскать, причем некоторые тратили на поиски едва ли не всю свою сознательную жизнь. Русский путешественник Яков Смирнов в начале 1880-х годов писал, что «на основании слухов о каких-то древлеправославных христианах… живущих где-то за Багдадом, отправлены были туда двое ходоков: они отправились в Александретту, откуда с караваном добрались до Диарбекира, а оттуда на плотах на надутых мехах спустились вниз по „Вавилон-реке“ (конечно, по Тигру, а не по Евфрату, на котором действительно стоял Вавилон) до Багдада. Целых два месяца жили они там, тщетно расспрашивая тамошних христиан, где живут древлеправославные христиане».

По одной из версий легенды о городе Игната, этот город возвел не сам Игнат Некрасов, а его боевые товарищи: после гибели Игната среди казаков начались раздоры, они разделились на три ветви, и та ветвь, которая ушла за Песчаное море, и построила город.

Примечательно, что, как и в истории беловодской легенды, среди некрасовцев предания о поисках чудесного места постепенно сменялись рассказами о том, почему город Игната до сих пор не удалось найти: «Где только казаки ни бывали! От разных людей слух до нас шел, что есть такая земля и люди в ней живут на нас похожие, а найти их не довелось». Будто бы этот город окутан со всех сторон туманом или будто бы туда не впускают сквернословящих, а кто-то из искателей непременно нарушает запрет на брань.

Более того, со временем сами некрасовцы разуверились в существовании этого города; как признавались казаки, опрошенные этнографами в конце 1940-х годов, «все там поумирали» либо «всех там вырезали разбойники».

На этой печальной ноте жизнь города Игната оборвалась; в наши дни об этом городе помнят только историки и фольклористы, но на воображаемой карте русского фольклора ему, безусловно, должно найтись свое место.