Рядом с крестом в Иерусалиме фольклорные тексты часто ставили особое дерево – Мамврийский дуб. Оно тоже проникло в фольклор из Библии: в книге Бытия сказано, что ангелы Господни явились Аврааму «у дубравы Мамре» (Быт. 18:1).
В «Хождении игумена Даниила» – этот русский священнослужитель действительно совершил паломничество в Святую землю – говорится, что дуб Авраама стоял недалеко от Хеврона: «Вокруг корней его внизу Бог вымостил мрамором белым как пол церковный… посреди этого помоста вырос дуб святой из камня… На верху той горы около этого дуба получилось как бы дворище – ровно и чисто, без камней; тут и стоял шатер Авраамов».
Однако «Хождение» – документальная литература, а в фольклоре дуб переместился в Иерусалим. В главе, посвященной острову Буяну, мы обсуждали, что дуб – главное дерево русского фольклора, растущее, по преданиям, в центре мироздания. Неудивительно, что и в народном православии ему нашлось аналогичное место:
По стороны святого града Иерусалима,
У дуба Мамврийского,
У чудного креста Леванидова,
У святой главы Адамовой…
Правда, отдельные заговоры сохранили более архаическое представление об устройстве земной поверхности. По ним, этот дуб – иногда он звался именем собственным Маврий – стоял просто «на море» либо «в чистом поле», либо, если заговор насыщался религиозной символикой, «на море на океане, на святой реке Иордане», а то и на «горе Синайской».
Еще более причудливое сочетание архаики с символами нового вероучения открывается в тех заговорах, которые сберегли в качестве центра мира остров Буян, но придали ему, если можно так выразиться, религиозное измерение. По этим заговорам, на Буяне однажды «проросла» первая церковь, или, цитируя стих о «Голубиной книге», «выставала из моря церковь соборная с двенадцатью со престолами».
Вообще, место «прорастания» этой церкви меняется в русском фольклоре от стиха к стиху и от заговора к заговору. Так, она может стоять на камне Алатыре, который возлежит на Сионской горе, или явиться из древа кипарисова в Иерусалиме:
Во граде в Иерусалиме
На святом дереве кипарисе
Стояла матушка апостольская церква,
В той апостольской церкви спала
Матушка Мария на престоле,
Пречистая Дева непорочная.
Но в любом случае эта церковь, осененная покровом Богородицы, «прорастала» в центре мироздания, частично вытесняя прежние, дохристианские образы мировых деревьев и камней, а частично их как бы присваивая, – и наделяла русский фольклор религиозными смыслами, которые по прошествии некоторого времени стали воплощаться в поиски земного рая.