Хлои все время ерзала. Сначала она не отрывала взгляд от капитана, а теперь казалась совершенно не в себе. Я не мог понять, что ее так взволновало. Она улыбалась так, словно ей к затылку приставили пистолет, и неумело притворялась, что все в порядке. Она знала что-то, чего не знал я?

Купальная платформа качалась на воде, и меня начинало тошнить. Учитывая размер яхты и количество свободного места, где мы могли бы сесть и посмотреть фейерверки, я был удивлен, что Карла привела нас на зады судна. Но, с другой стороны, от нее можно было ожидать чего угодно.

Минуту-другую мы сидели в полной тишине, и тут Карла крикнула:

– Шампанского!

До этого момента я думал, что нас на платформе трое. Но из темноты материализовался официант, подал три бокала шампанского и исчез так же внезапно, как и появился.

Карла неторопливо отпила из бокала и посмотрела на воду.

Я пытался расслабиться.

– Итак, вы здесь… двое финалистов, – начала она.

Мы с Хлои ждали продолжения. Я уже начинал терять терпение.

– Вы зашли так далеко. Поздравляю, – продолжила она. – Знаете, я долго ждала случая написать мемуары, но никак не могла найти человека, который смог бы мне помочь. Подобная работа требует креативности и изящества. Она требует от писателя преданности. Это должен быть человек, который понимает суть моей жизни и моих принципов.

Одна и та же шарманка. Мы уже знали, как Карла обращается с персоналом, и понимали, каких примерно людей она нанимает на работу. Так к чему это все?

Я мечтал, наконец, произнести речь и узнать, кто из нас получит работу.

«Прекрати ломать комедию!» – чуть не заорал я.