От Хлои невозможно отвести взгляд. Видение во плоти.

Я едва вырвался из цепких лап престарелой богатой леди, утверждавшей, что она знала меня еще ребенком, – и, о, ужас, решившей, что я достаточно стар, чтобы со мной флиртовать, – и пошел по направлению к Хлои.

– Выглядишь великолепно, – признался я.

Она покраснела и улыбнулась, а я чуть не растаял перед ней в большую лужу.

– Что происходит? Что они задумали? – с паникой в голосе спросила она.

– Это просто вечеринка. Расслабься, – посоветовал я, жалея, что сам не последовал своему совету.

Она сдавленно усмехнулась.

– Мне есть о чем беспокоиться? – спросил я.

– Я только что получила сообщение от Белль, – начала Хлои. – Поговорим об этом позже.

– Как скажешь. – Я пытался немного ее успокоить.

– Ты знаешь, кто все эти люди? – спросила она.

– Насколько я понял, это именитые парижане, которые приехали на уик-энд, – предположил я.

– Они приветливые? – спросила она.

– Конечно, – заявил я, но отчасти это была ложь. Они были приветливы с теми, кто входит в их круг. Но я не знал, что именно рассказала им о нас Карла. Во что она заставила их поверить?

Плечи Хлои расслабились. Я не мог оторвать взгляд от стремительно ниспадающей линии ее декольте. Интересно, Карла специально выбрала платье, чтобы испытать мою выдержку? Я заставил себя отвернуться, сделал большой глоток шампанского, ощутив, как на языке лопаются колючие пузыри. Я тут же успокоился и вернул самообладание.

Я вспомнил, как рос в родительском доме, и почувствовал себя увереннее – с подросткового возраста они водили меня на все светские мероприятия. Если я и умел делать что-то хорошо в своей жизни, так это тусоваться. Подобных мероприятий было на моем веку предостаточно. Светский треп был для меня таким же естественным, как дыхание. Но, к сожалению, я все это ненавидел.

Толпа по большей части состояла из поваров, художников, владельцев галерей и филантропов. Представители стиля «олд мани» заполонили палубу. Потони это судно посреди открытого моря, страховые брокеры, банкиры и адвокаты по наследственным делам впали бы в натуральную панику.

Мы с Хлои фланировали меж гостей, знакомясь с друзьями Карлы. Нам не дали указаний, что именно говорить, и нам пришлось импровизировать, представляясь писателями, помогающими Карле работать над проектом.

Хлои быстро подхватила идею, и мы твердили легенду в один голос. Я удивлялся, как хорошо мы с ней сработались. Хотя мы практически не знали друг друга, нам было легко вместе.

Время летело, мы наедались канапе и морскими ежами, бокалы шампанского наполнялись из иеровоамов[49] словно по волшебству. Карла знала толк в вечеринках – веселье, царящее на яхте, было заразительно.

Но где же, собственно, сама хозяйка? Макс, в свойственной ему угрожающей манере, предупредил меня, что у нее неотложное дело и она к нам вскоре присоединится. «Ну и ладно», – плюнул я. Наверняка они с Максом следили за каждым нашим шагом, решая, от кого избавиться в следующую очередь. Я держал ухо востро, но недостаток информации начал меня раздражать.

Мы с Хлои продолжили свой тур вежливости, изо всех сил поддерживая разговор и очаровывая всех подряд. В один прекрасный момент я стиснул ее руку, будто говоря: «Ты отлично справляешься». Она ответила на мой жест, и, господи боже, если бы я мог, то сбросил бы всех остальных в воду, лишь бы остаться с ней наедине. Было в ней нечто такое, от чего я чувствовал себя рыбой, пойманной на крючок.

В конце концов накопившиеся переживания и стресс взяли надо мной верх, и я почувствовал себя бесконечно усталым. Мне хотелось скорее покончить с речью и насладиться вечером. При мысли о том, что Карла скоро примет окончательное решение, мне становилось легче. «Последний рывок, и все», – увещевал себя я.

Вскоре Макс возник перед нами и попросил следовать за ним на капитанский мостик. Я обрадовался, что мы наконец будем делать хоть что-то, а не болтать непонятно с кем, притворяясь, что все в порядке.

Я представил, как Карла стоит на носу яхты, ждет, чтобы с нами поговорить. Что она задумала? Я вообразил, как она управляет яхтой или делает еще что-нибудь неожиданное, чтобы застать нас врасплох, но, когда мы подошли к мостику, я понял, что ее там нет.

Вместо нее нас в дверях встретил капитан. Это был не Грегорио, а другой человек, гораздо старше. Он был низкорослый, с маленькими темными глазками и покрытым морщинами высоким лбом. Он поприветствовал нас на английском, но по его акценту я так и не понял, откуда он родом. В отличие от Грегорио, в нем не было ни капли шарма. Он был серьезен, немного застенчив и быстро перемещался по палубе. Так, словно ему приходилось общаться с нами против его воли, под неусыпным взглядом босса.

Хлои улыбнулась капитану.

– Здравствуйте, – приветливо произнесла она. Казалось, что Хлои комфортнее в этой части яхты, чем на вечеринке. Она с любопытством оглядела оборудование рубки.

– Я хотел показать вам береговую линию, – произнес капитан.

Я понял, что мы отошли далеко от берега. Капитан указал на маяк и объяснил, что это мыс Антиб, а значит, мы плыли в направлении Канн. В темноте сиял огнями знаменитый отель «Дю Кап-Эден-Рок», окруженный маленькими бухточками.

– Как мило, – произнесла Хлои.

– Зачем вы нам все это рассказываете? – теряя терпение, спросил я.

– Карла просила показать вам достопримечательности, – вымучив улыбку, ответил он.

«Она точно за нами наблюдает», – подумал я.

– А там что? – спросила Хлои, указывая в сторону островка недалеко от берега.

– Остров Сент-Маргерит, в паре километров от Канн, – ответил он, и Хлои кивнула.

Она задала еще несколько вопросов, и я пнул ее локтем в бок, словно спрашивая, какого черта тут происходит. Но она сделала вид, будто не заметила.

Хлои не смотрела на капитана; ее взгляд был сосредоточен на контрольных приборах. Словно она хотела детально запомнить, где именно мы находимся. И выражение ее лица заставило меня заволноваться.