Джарет вернулся на пятый день. Мерк не видел, кого тот с собой притащил, он в это время находился в своих покоях. Новость ему передала Трикс, а вскоре явился и сам упырь.

– Добрый день, мэтр, – как всегда бесстрастно произнёс он, войдя в комнату. – Тот, с кем вы хотели встретиться, ожидает вас в библиотеке.

– Что, вот так сразу, даже не отдохнув с дороги? – удивился колдун.

– Он предпочитает не тратить время попусту.

– Похвальное качество, – Мерк переглянулся с сидевшей у окна Лисси. – Подожди за дверью, я скоро.

Вампир испарился и некромантка сразу же потребовала:

– Возьми меня с собой. В конце концов, вы же и моё будущее будете обсуждать.

– Я уже знаю, что ты хочешь снова заняться тёмными практиками. И получить доступ к алтарю Гаруны. Думаешь, мне не хватит красноречия передать твои пожелания самостоятельно?

– Ты можешь упустить какие-нибудь детали и дать ему себя облапошить, – не отставала тёмная. – Две головы лучше одной.

– Ты забываешь, что голова у меня, может быть, и одна, но в ней и так сидят двое. Лисси, тебе нет никакого резона по самую маковку погружаться в тайны чернокнижников. Обо всём, что будет касаться твоей судьбы, я тебе и так потом расскажу, а многие знания – многие печали.

– Как знаешь, – она коснулась своего язычка кончиком пальца и перелистнула страницу лежавшей на её коленях книги. – Я всё равно из тебя всё вытрясу.

– Даже не сомневаюсь, – оставил за собой последнее слово Мерк.

Поднявшись с постели, он заглянул в висевшее на стене зеркало. Нельзя же являться на столь важную встречу в растрёпанном виде. Значимость первого впечатления ещё никто не отменял. В глаза сразу бросилось, что его волосы отросли несколько длиннее, чем ему бы хотелось. Нужно будет узнать, нет ли в замке цирюльника и, если нет, послать за ним в город. Взяв со столика гребешок, который вообще-то принадлежал Лисси, колдун привёл себя в относительный порядок и покинул комнату. Джарет терпеливо дожидался его в коридоре.

– Есть какие-нибудь новости? – осведомился у него Мерк, пока они спускались по истёртой за долгие века каменной лестнице.

– Ничего существенного, мэтр.

– Ты, наверное, голоден? Загляни к Трикс, она будет счастлива тебя видеть.

– Благодарю за заботу, – судя по голосу губы вампира под маской растянулись в улыбке.

Больше им говорить было не о чем. У двери в библиотеку Джарет остановился, а Мерк вошёл внутрь, сразу отметив, что в помещении царит почти полный мрак. Его будущий собеседник тоже зрячий и не нуждается в дополнительном освещении? Ответ не заставил себя долго ждать. Достаточно было поглядеть на ауру сидевшего в уютном кресле невысокого человека. Или на его клыки.

– Должно быть, вы несколько удивлены, – позволил себе лёгкую улыбку посланец чернокнижников. – И разочарованы, если судить по вашему взгляду. Это ничего, я привык. Присаживайтесь, Меркел, у нас с вами найдётся, что обсудить.

Колдун выполнил его пожелание и хотел было сформировать полог тишины, но упырь успел раньше, активировав изящный артефакт в виде тонкого золотого стерженька, увенчанного головой дракона.

– Я намеревался встретиться с лидером вашего сообщества, – сразу же перешёл к претензиям Мерк, – но никак не с посредником.

– И ваше желание исполнилось, – ответил вампир, небрежно царапая подлокотник кресла кончиком когтя. – Я являюсь одним из ключевых лиц в нашем сообществе. Зовите меня Гаспар.

– И вы хотите сказать, что чернокнижники доверили свою судьбу и жизни нежити, которую любой мало-мальски знающий чародей может полностью подчинить одним заклинанием?

– А почему бы и нет? Умелый псионик может подчинить и вовсе кого угодно, и следы его работы обнаружить будет гораздо труднее, чем те плетения, о которых вы говорите. Позвольте мне внести некоторую ясность. Когда-то я был практикующим тёмным магом и многое сделал для того, чтобы мои коллеги прочно встали на ноги в Людской империи. Они ведь как дети. Их не интересуют серьёзные дела, работа с бумагами или организационные заморочки. Им магию подавай. Я в этом отношении от них несколько отличался. И когда моё время почти истекло, я решил, что лучше будет отказаться от своего дара и обратиться в нежить, сохранив возможность заниматься тем, что у меня получается лучше всего. О результатах моей работы вы можете судить сами, хотя я, разумеется, не присваиваю заслуг своих не менее талантливых коллег. Вы всё ещё разочарованы нашей встречей?

– Нет, если вы не водите меня за нос. Детектор лжи на вампиров, к сожалению, не действует, однако я мог бы применить и другое плетение, чтобы проверить истинность ваших слов.

– Не советую Меркел, – вполне спокойно отреагировал на угрозу Гаспар. – Все эти игры в правду и ложь на практике мало что дают. Сегодня ваш собеседник искренне убежден в одном, а завтра его намерения и планы в корне изменятся. Уверен, вы в прошлом оказывались в подобной ситуации. Значение имеют не сиюминутные искренние порывы, а общие интересы. И у нас с вами они имеются.

– Так и есть. Но я хочу понимать, во что ввязываюсь. Вы готовы правдиво ответить на мои вопросы, Гаспар?

– На некоторые, безусловно, да.

– К чему вы стремитесь? Какова ваша конечная цель?

– Изменить отношение к тёмным практикам в Людской империи, а затем и на всём Акронисе. Ввести некромантию, демонологию и псионику в учебные планы магических академий. Дать чернокнижникам возможность приносить пользу там, где сейчас они приносят лишь вред.

– О степени полезности тёмных искусств можно спорить часами. И я сильно сомневаюсь, что вы действуете во имя высшего блага. Что нужно лично вам? Власть?

– И она, в том числе, – невозмутимо поглядел на Мерка упырь. – Но в целом, члены нашего сообщества руководствуются самыми разными мотивами. Кому-то, и впрямь, хочется приносить добро, как бы банально это ни звучало, кто-то готов на всё ради научных открытий… Большинство же, само собой, жаждет запретной силы.

– Настолько, что ради неё они позволяют вам распоряжаться своей судьбой. Судя по тому, как тёмные ломанулись воевать с Эль после принятия императрицей так нашумевшего закона, вы держите своих коллег в ежовых рукавицах. Как вам удалось затолкать свободолюбивых чернокнижников в столь жёсткую иерархическую структуру?

– Так же, как это сделала имперская Гильдия магов, или любая другая гильдия в королевствах или султанатах. Мы не оставили им выбора. Подчиняйся или умри. Ну, или попробуй вести научную работу самостоятельно, но кто тогда обеспечит тебя подопытными? Разработает пути отхода на крайний случай, снабдит деньгами? Все тёмные ковены действовали примерно по одному шаблону, их нужно было только объединить.

– Ну хорошо, допустим, вы захватили власть в империи. А что дальше? Кто заставит ваших чернокнижников подчиняться, если, получив амнистию, каждый из них начнёт тянуть в свою сторону? Любому ведь захочется заиметь свой личный алтарь Гаруны.

– После нашей легализации принцип соподчинения никуда не денется. У нас уже разработана система сдержек и противовесов, поощрений и наказаний. На вершине, как всегда, окажутся самые сильные колдуны, и они удержат своих более слабых коллег в узде.

– А где вы возьмете достаточно жертв, чтобы обеспечить их потребности? Куда денете полчища упырей?

– Рабства пока ещё никто не отменял. И войны тоже. Начнётся экспансия, и она на долгие годы обеспечит нас притоком невольников. Когда Акронис будет захвачен весь целиком, ситуация усложнится. Придётся ограничить использование алтарей, избавиться от недовольных такими мерами… Но это вопрос далёкого будущего, и ещё неизвестно, каких высот магическая наука достигнет к тому времени. Наука вообще способна решить массу проблем, особенно, если не ограничивать её рамками морали. Как поддавшийся, вы, полагаю, со мной[U1] согласитесь.

– Планы у вас грандиозные. Но какое место в них отводится богам?

– Богам? – явно удивился Гаспар. – Не думал, что вы религиозны.

– Мой вопрос не имеет никакого отношения к фанатичной вере. Боги существуют, уверен, с этим вы спорить не станете, и порой они охотно вмешиваются в наши дела.

– Далеко не так охотно, как в прежние времена, – взгляд вампира прямо-таки обшаривал лицо Мерка в поисках какой-нибудь зацепки. Ему было неясно, с чего это собеседник вдруг заговорил о высших силах, и его это напрягало. – В своих действиях мы руководствуемся теми данными, что у нас есть, а боги, неважно, светлые или тёмные, не так чтобы торопятся намекнуть нам на свои желания.

– Возможно, вы их намёков просто не замечаете, – подбавил Мерк ещё немного интриги. – Итак, перейдём к делу. Чего вы хотите от меня и что намерены дать мне взамен?

– Для начала, вы получите жизнь Говарда лен Саль. Пока он находится рядом с императором, мы не можем снова взять власть в свои руки. К сожалению, мы отправили слишком много наших коллег на войну с Эль и ещё кое-кого потеряли в ходе недавнего переворота. Часть моих подчинённых уже покинула армию и постепенно стягивается к Эстоларе, однако время работает против нас. Говард тоже не сидит смирно, а собирает вокруг себя всё больше сторонников.

– Вы предлагаете мне возглавить штурм императорского дворца? После такого долго вы у трона не продержитесь, даже если вам удастся захватить Дарина живым. Обычных магов в империи намного больше, чем тёмных, и они не останутся в стороне.

– Штурма не будет, – покачал головой Гаспар. – По крайней мере, в том виде, в каком вы его себе представляете. Мы просто возьмём императора под опеку и обо всём с ним договоримся. Говард, по сути, держит Дарина в заложниках, так что тот не будет сильно расстроен, сменив одну клетку на другую. К тому же архимаг ничего не может ему предложить кроме раскола и смуты, которые неизбежно начнутся, когда он развернёт гонения на моих коллег. А мы можем. Стабильность, помощь в войне… Впрочем, об этом мне стоит говорить не с вами, а с его величеством. От вас требуется лишь ликвидировать Говарда и оставаться при Дарине до тех пор, пока в Эстолару не прибудет достаточно моих подчинённых. О нашем дальнейшем сотрудничестве можно будет побеседовать позже.

– Каким же образом я ликвидирую Говарда, не штурмуя дворец?

– Мы его выманим. Видите ли, чародей, сыгравший решающую роль в похищении его дочери, уцелел в ходе переворота, хотя и находился в столице. Архимаг знает об этом и мечтает с ним расквитаться. Такую наживку он не сможет не проглотить. Мы справились бы и без вашей помощи, но это обернулось бы большими потерями. Опять же, гвардейские маги, стерегущие дворец, так просто не сдались бы, а при виде вашей ауры их воинственность существенно поубавится. Таким образом вы обеспечите мне почти что бескровный доступ к его величеству.

– Звучит достаточно гладко. Правда, насколько я успел узнать Дарина, он не позволит вам долго диктовать ему свои условия.

– У него не останется выбора, – тонко улыбнулся Гаспар. – Его будет некому защитить. А в нашем мире всё подчиняется праву силы.

– Пожалуй, – Мерку надоело сидеть неподвижно, и он сложил пальцы домиком. – Ваш план меня, в целом, устраивает. Когда вы намерены его реализовать?

– В ближайшее время. Всё, что мне требуется, чтобы начать действовать – это ваше согласие, Меркел.

– Вы предоставите мне подробную документацию по созданию разумных вампиров, – начал излагать свои условия тёмный, – а также материалы исследований ваших псиоников. Ещё мне нужен счёт в имперском банке, на который вы положите десять тысяч золотых империалов. Также вы дадите моей спутнице, Лиссандре, возможность работать в любой из ваших лабораторий на её выбор и доступ к алтарю Гаруны. Скорее всего, она захочет на время осесть в Эстоларе, но, если у неё возникнут другие пожелания, вы их исполните. Она опытный некромант и умеет держать язык за зубами. Единственный её недостаток – это некоторая порывистость и эмоциональность. Но, думаю, раз вы сумели наладить работу с сотнями тёмных магов, это для вас проблемой не станет.

– Она весьма талантливая девочка, – кивнул Гаспар. – Об этом свидетельствуют её научные успехи в сегальском ковене. Что ж, ваши условия кажутся мне более, чем приемлемыми. По правде сказать, я даже ожидал большей…

– Наглости? – ухмыльнулся Мерк. – Обычно она мне не свойственна. Однако это плата за мою помощь с Говардом. Спасение Гижевы тоже чего-то да стоит, и этот должок я пока что придержу за собой.

– Разумеется, – покивал вампир. – И, раз мы обо всём договорились, я, пожалуй, отправлюсь в путь. Мне ещё нужно кое-что подготовить. Джарета я возьму с собой, а затем он прибудет к вам и сопроводит до места, где мы обговорим все детали нашего плана. Должен заметить, Меркел, мне было приятно с вами побеседовать.

– Взаимно, Гаспар, – немного покривил душой Мерк.

Упырь встал и со свойственной его породе стремительностью пересёк комнату. У двери он неожиданно остановился и, обернувшись к Мерку, сказал:

– Мне стало известно, что Говард заставил императора подписать запрет на привязку душ поддавшихся к камням. Не знаете, откуда взялась такая гуманность?

– Понятия не имею, – пожал плечами поддавшийся. – До встречи, Гаспар.

Вампир коротко кивнул и в следующий миг Мерк остался один.

– Пожалуй эти переговоры удались тебе даже лучше, чем беседа с герцогиней Амандой. Делаешь успехи.

– Ему просто нечем было меня удивить, – отозвался колдун. – Чего-то такого мы с тобой и ожидали. Как думаешь, он исполнит свою часть сделки?

– В той мере, в какой это будет необходимо. Я бы не рассчитывал, что к нам в руки попадут все секреты его псиоников, но кое-чем он с нами точно поделится.

– Будет что почитать в дороге. Потому что задерживаться в Эстоларе надолго я не намерен. Дворец для нас не самое подходящее место. Там слишком часто подсыпают в вино всякую дрянь, а нас и без того за последние полтора месяца трижды отравить пытались.

– У Лени с Алисой до попытки дело не дошло, – хмыкнул дух. – Да и ардраг своё намерение реализовать не успел. Но я полностью одобряю твою осторожность. Мы совершенно не заинтересованы в дальнейшем сотрудничестве, о котором упоминал наш клыкастый лидер чернокнижников. Он однозначно отправит нас воевать, попутно пытаясь вызнать наши секреты, а взамен ничего стоящего предложить не сможет.

– Вот именно. К тому же, у нас и своих дел хватает. Единственное, чего мне жаль – это комфортабельных дворцовых покоев. Было бы неплохо хотя бы годик пожить в неге, тепле и уюте.

– Что нам мешает на время осесть в каком-нибудь замке?

– Да ничего, – вздохнул Мерк. – Хуже другое, нам придется расстаться с Лисси. Она, конечно, любит меня всем сердцем, но точно откажется променять уютное местечко в столичном ковене на бесконечную тряску в седле. И я её понимаю.

– Возможно, разлука пойдёт вам даже на пользу. Ты, главное, не рассчитывай, что она будет хранить тебе верность.

Мерк рассмеялся, но в его смехе не было особого веселья. Думать о том, что Лисси запрыгнет в койку к кому-то другому, было противно. А вдруг она и вовсе о нём забудет?

– Это ты выяснишь, когда снова с ней повстречаешься. А если всё так и случится, то оно будет и к лучшему. Ты и так чересчур привязался к ней. Без всякого, отдельно замечу это, основания, и её измена стала бы для тебя слишком сильным ударом. Разумнее будет взять паузу и продолжить ваши отношения на свежую голову.

– А ты? Разве тебе она безразлична?

– Я мертвец, Мерк, – в эмоциях наставника появилась лёгкая печаль. – А мертвецам влюбляться не положено. А что касается Лисси, она красавица, спору нет, но её характер мне совершенно не по нутру.

– В общем, горевать о разлуке с ней ты не будешь, – заключил Мерк. – А Трикс тем более. Выходит, я опять в меньшинстве. Как и в ту ночь, когда мы впервые её повстречали.

– Тогда ты всё равно всё сделал по-своему, – не без ехидства заметил Брандеф.

– И ни капельки об этом не пожалел.

Мерк встал и направился в сторону двери. Лисси, как пить дать, не терпится поскорее узнать, о чём же он, в итоге, договорился с Гаспаром.

[U1]