Торчавший на вершине обрывистой чёрной скалы замок смотрелся не слишком-то дружелюбно. Вполне себе подходящее местечко для злобных чернокнижников. Не хватает, разве что, десятка-другого кольев с насаженными на них черепами да парочки зомби-привратников. Впрочем, сейчас Лиссандра была бы рада и живым мертвецам, если бы те проводили её в натопленную спальню с мягкой постелью. В последнее время она была лишена банальной возможности ночевать под крышей. Меркелу, видите ли, не хотелось лишний раз попадаться на глаза другим одарённым, поэтому они по возможности избегали постоялых дворов и передвигались в основном по ночам. По правде сказать, Лиссандру бесила не столько необходимость раз за разом засыпать и просыпаться в сугробе, сколько то, что она вынуждена отбивать зад в седле вместо того, чтобы заниматься любимым делом. Только ей удалось наладить контакт с коллегами и хорошенько взяться за остроухих подопытных, как выяснилось, что пора снова срываться с места и куда-то бежать. Она бы не возмущалась и даже охотно помогала бы Меркелу во всём, что бы там ни взбрело ему в голову, если бы получала от него хоть что-то взамен. Но нет. Вместо того, чтобы поделиться знаниями с ней, архимаг бесконечно цацкается со своей ненаглядной Трикс! Словно из этой ошибки природы может выйти какой-нибудь толк. Лиссандра долго терпела, надеясь, что ей постепенно удастся приручить Меркела, но, кажется, все её усилия пропали втуне. Он так и не доверил ей свои тайны и не похоже, чтобы в его планы входило сделать это в ближайшем будущем. Зачем же тогда она продолжает таскаться за ним, рискуя собственной шеей? Ради эфемерной благодарности чернокнижников? Даже не смешно. Лиссандра и сама не могла толком ответить, почему она до сих пор остаётся с Меркелом. Из чистого упрямства, наверное. Она не привыкла отказываться от своего, а он за прошедшие месяцы стал её… трудно даже подобрать верное слово. Пожалуй, развлечением. Постоянно ощущать под боком столь сильного колдуна, способного при желании сломать тебя, как тростинку, дразнить его и иногда позволять ему взять над собой верх… это будоражило её кровь. Словно игра с полудиким зверем, которого ты рано или поздно всё равно заставишь есть у себя из рук. Ну или, по крайней мере, не дашь ему себя сожрать. А уж мысль о том, что она может вскрыть Меркелу глотку прямо в постели и всё его хвалёное могущество ему никак не поможет, порой доводила Лиссандру чуть ли не до экстаза. Иногда, в момент высшего наслаждения, ощущая его в себе, она с трудом удерживалась от того, чтобы воплотить в жизнь эту маленькую мечту. Нет, своего архимага она не бросит. Она ещё расколет его, как орешек, и, кто знает, может статься, это случится уже сегодня. Меркел прекрасно видел её недовольство и в последнее время несколько раз ластился к ней, будто кот, но Лиссандра неизменно давала ему холодный отпор. Она кожей чувствовала, что ещё немного, и он завалит её прямо в снег. А тут такая удача! Их тягомотное путешествие подошло к концу. А уютные постели в замковых покоях подходят для любовных утех куда лучше придорожных кустов. Изголодавшийся архимаг никак не сможет упустить такой шанс и в эту ночь он будет сговорчивее, чем когда-либо.

– Кто идёт?! – раздался окрик с надвратной башни, когда они подъехали к самым воротам.

– Спустись вниз и узнаешь! – отозвался Джарет. – Орать на всю округу я не намерен!

Ему не ответили. Спешившись, вампир требовательно постучал во вделанную в воротную створку калитку. Смотровое окошко почти сразу же приоткрылось. Лиссандра напрягла слух и услышала, что упырь передал привратнику привет от некоего господина Мальвуса. Это подействовало. Минуту спустя несколько дружинников распахнули ворота, впуская гостей внутрь.

– Разбуди коменданта, – велел Джарет подошедшему к ним мужичку, кутавшемуся в меховую шубу.

– Он еще не ложился, господин. Если изволите, я проведу вас прямо к нему.

– Подожди минуту, – сказал упырь и обернулся к Меркелу. – Мэтр, я на какое-то время оставлю вас на попечении йора Колси. Того, с кем вы желаете встретиться, здесь нет, но я вернусь вместе с ним в течение нескольких дней. Надеюсь, вас это устраивает?

– Как будто у меня есть выбор, – проворчал архимаг. – Идём уже, нечего торчать на морозе.

На самом деле кому-кому, а ему холод был нипочём. Одарённые легко могут регулировать температуру своего тела, насыщая его потребным количеством энергии из источника. Единственной в их отряде, кто страдал от заморозков, была теплолюбивая Трикс, которая, насколько поняла Лиссандра, была родом из Литтэрии и не привыкла к суровым северным зимам. И то только поначалу. Силёнок, чтобы согреться самой, у неё не хватало, поэтому Меркел постоянно поддерживал вокруг своей любимицы магический кокон, сберегавший тепло.

Йор Колси оказался старым, морщинистым и неприветливым человеком. Джарета он узнал в лицо и не высказал никаких возражений, когда тот потребовал выделить для них комнаты. Сам же упырь, не теряя времени попусту, оседлал свежую лошадь и ускакал в ночь в сопровождении двоих замковых дружинников. По мнению Лиссандры, вот так вот доверяться кровососу было, по меньшей мере, наивно. Одному Шилу известно, кого он притащит с собой обратно. Может быть, целую ораву имперских колдунов, горящих желанием разделаться с мерзким поддавшимся. Вероятность подобного исхода, конечно, ничтожна, но ей всё равно не нравилось во всём полагаться на Джарета. Должно быть, архимаг Говард в своё время хорошенько насолил Меркелу, раз тот готов отдаться в руки чернокнижников ради одной только возможности ему отомстить. Такое поведение вообще не очень-то вписывалось в характер поддавшегося. Лиссандра успела неплохо его изучить и знала, что излишней злопамятностью он не страдал.

Когда они, отужинав, поднялись в свои покои, где уже была подготовлена ванна, некромантка наотрез отказалась купаться вместе с Меркелом, заявив, что она желает помыться, а не заниматься всякой ерундой. Тот нахмурился, но проглотил это и уставился куда-то в окно, дожидаясь своей очереди. Когда же слуги сменили воду, он молча выкупался, накинул на себя свежую рубашку и, сев рядом с ней на постель, приобнял её за плечи.

– Лисси, что-то не так?

– Всё отлично, – она не глядела на него, изучая свой маникюр. – А что?

– Я же вижу, ты на меня дуешься. Но не могу понять, в чём причина. Подскажешь?

– У меня просто не лучшее настроение. Поднадоело немножко прыгать туда-сюда, словно блоха на собачьей заднице.

– Ну да, ты рассчитывала на иное, – он не спешил давать себе волю, его рука спокойно лежала на её плече, и Лиссандре такая тактичность была по душе. – Но это всё ненадолго. Я обещаю.

– Ты только и делаешь, что обещаешь, – она дернула плечиком, избавляясь от его ладони. – А на деле я для тебя пустое место. Джарету ты и то больше воли даёшь. Скажи вот, почему мне нельзя ещё немного с ним поработать? Это заденет хрупкие струны его души?

– От него сейчас многое зависит… – начал было архимаг, но она прервала его пренебрежительным смешком.

– Ещё скажи, что многое зависит от Трикс! С девчонкой ты цацкаешься, как наседка с птенчиком, тратишь на нее уйму времени, а для меня находится место только в твоей постели. Или ты думаешь, мне не хочется расти над собой? Думаешь, если я молчу, значит меня всё устраивает? Это я одарённая, я, а не она!

– Если ты надеялась смутить меня, то просчиталась, – благожелательно протянул Меркел. – Ты ревнуешь, Лисси, и это льстит моему самолюбию.

Лиссандра хотела было расхохотаться в голос, но её пронзила внезапная мысль. А так ли он заблуждается? Может быть, дело не только в том, что он оставил её с носом, ничему так и не научив, а… нет, это сущий бред!

– Оно и видно, что твоё самолюбие для тебя на первом месте, – чуть резче, чем ей самой этого хотелось, бросила она. – Знаешь, мне кажется, я достаточно побыла твоей игрушкой. Позволишь мне уйти с миром, или убьёшь и приберёшь к рукам мою сферу?

– Лисси! – вот на этот раз его проняло. – Я… – он хотел ещё что-то сказать, но замолк на полуслове, как это с ним частенько случалось.

Вот всегда так! Стоит ей только накинуть на него узду, как он убегает в себя и возвращается рассудительным и спокойным, будто его окатили холодной водой, а затем дали время, чтобы как следует всё обдумать. Эта черта его личности невероятно интриговала Лиссандру. Опыта в общении с мужчинами у неё было предостаточно, но ничего подобного она никогда прежде не встречала.

– Ещё месяца два назад я бы колебался между этими двумя вариантами, – голос Меркела вновь был спокоен, как она и ожидала. – Но сейчас тебе ничего не грозит. Я же сказал тебе, Лисси, ещё в Гижеве, что, если ты захочешь уйти, держать тебя я не буду.

– А как же Трикс? Представь себе, как она расстроится. Ведь всё могло бы выйти так здорово, тебе бы досталась сфера, а ей новая игрушка.

– О чем это ты? – удивился архимаг.

– Как же? Об алмазе с моей душой, который ты обещал нашей дурочке.

– Только не делай вид, что ты до сих пор злишься на меня за ту невинную шутку. Я не из той породы мужчин, что убивают своих женщин при расставании. А Трикс обойдётся, она и без того разбаловалась сверх всякой меры. Так что, ты уходишь?

– Прямо сейчас, – она резко встала и направилась к сложенной на комоде дорожной одежде.

Он молча сидел, наблюдая за её сборами. Лиссандре уже стало казаться, что она просчиталась и Меркел отпустит её, а потом выкинет из головы, словно ничего и не было. От этой мысли она ощутила лёгкую горечь. Похоже, ей не удалось узнать его по-настоящему. Хороший урок на будущее, и на том спасибо.

– Лисси, – окликнул он её, когда она уже взялась за дверную ручку. – Я не хочу, чтобы ты уходила.

– Тогда останови меня, – кинула она на него вызывающий взгляд. – Надень на меня негатор, на колени поставь. И то и другое у тебя отлично получается.

– Можешь считать, что ты одержала надо мной безоговорочную победу, – тяжко вздохнул он. – Чего ты хочешь?

– Что бы ты не смотрел на меня, как на пустое место.

– Ты прекрасно знаешь, что я и так этого не делаю.

– А ты докажи это, – она медленно подошла к нему, достала из кармана флакончик со сладкой росой и поболтала им в воздухе. – О чём бы я ни просила, ты всегда отказываешь. Даже, когда речь заходит о такой малости.

– Боюсь, это будет только начало, – улыбнулся он. – Так просто мне от тебя не откупиться.

– Возможно, – она протянула руку, взяла Меркела пальцами за подбородок и, приподняв его голову, заглянула ему в глаза. – Но это мы выясним только на практике, верно?

– Я весь твой.

Лиссандра и так это видела. Завязки его штанов вот-вот должны были лопнуть без всякого наркотика. Но он ещё не знает, что его ждёт.

Подойдя к столику, она наполнила вином два бокала и капнула в каждый по три капельки росы. Приняв из её рук получившееся зелье, Меркел без колебаний выпил его, откинулся на подушки и стал смотреть, как она избавляется от одежды. Время от времени Лиссандра поглядывала на архимага и видела, что в его глазах с каждой секундой всё сильнее и сильнее разгорается огонь страсти. На следующие часа полтора оба они выпали из реальности. Когда же тяжело дышащий Меркел положил голову на её грудь, она принялась играть его шелковистыми волосами. Минута-другая прошли в молчании, а затем Лиссандра тихо спросила:

– Скажи, что с тобой происходит, когда ты проваливаешься в себя? Иногда это выглядит по-настоящему жутко.

– Как бы тебе объяснить? Считай, что у меня в голове есть свой Трюк. Как у Трикс. И временами он даёт мне советы.

Любовный угар и наркотик сделали свое дело, однако намного яснее его ответы от этого не стали.

– Проще говоря, я делю постель с сумасшедшим? Впрочем, об этом я и так давно догадалась. И что же это, побочный эффект твоей силы?

Меркел открыл было рот, но опять умолк. В этот момент лицо его дёрнулось, словно кто-то вонзил ему в руку раскалённую иглу.

– Ну нет, с меня хватит! – некромантка требовательно сжала его ладонь. – Я хочу знать, понимаешь? Скажи своему воображаемому Трюку, чтобы заткнулся и не лез в наш разговор. Или ты не в состоянии отвечать без чужой указки?

– Я и так выболтал тебе больше, чем следовало бы, – поморщился он. – Лисси, тебе это ничего не даст. Приобрести могущество, сравнимое с моим, ты все равно никогда не сможешь. Для тебя этот путь закрыт. Так почему мне не сохранить свои тайны, а тебе свои?

– Потому что ты давал слово поделиться со мной знаниями. При нашей первой встрече, забыл?

– Было дело, – нехотя признал он. – Правда, тогда я не рассчитывал, что обещание придется сдержать.

Он снова замолчал и Лиссандра поняла, что в их беседу опять вмешалась некая третья сила. Её это не пугало, видывала она вещи и пострашнее. Проблема была в другом. Меркел был слишком близко, его дыхание приятно щекотало её кожу, и Лиссандра ощутила, как между ног вновь начинает разгораться требовательный жар. Кажется, рановато она начала этот разговор. Выпитый ими наркотик с каждой минутой всё явственнее давал о себе знать. Архимаг тоже это чувствовал. Губы его встретились с губами Лиссандры, а затем начали опускаться всё ниже и ниже, и вскоре ей стало не до вопросов. Он то замедлялся, сводя её с ума редкими прикосновениями, то начинал терзать её, заставляя все тело содрогаться в сладких судорогах. Лиссандра забыла про всё на свете, ей было мало, бурлившая в её венах сладкая роса требовала ещё и ещё. Когда Меркел наконец вошел в неё, она заскулила, обвила его руками и ногами и впилась зубами в его шею. Архимаг зарычал, но даже и не подумал остановиться. Лиссандра ощущала во рту вкус его крови и жадно пила её, чувствуя, что растворяется, тает. Она уже не могла отличить себя от него. Они слились в единое целое и были неразделимы до тех пор, пока их обоих не захлестнула волна неземного блаженства. Лиссандра вскрикнула и обмякла. От его запаха, его тепла и стального привкуса его крови, у неё кружилась голова.

– Я люблю тебя, Лисси, – прошептал Меркел, прижимаясь щекой к её щеке.

– А я тебя, – прерывисто выдохнула она.

Это не было ложью. В этот миг для неё не было никого дороже сжимавшего её в своих объятиях мужчины. К утру действие сладкой росы закончится, а вместе с ним кончится и эта сказка, но пока что она любила, была любима, и большего ей было не нужно. Пальцы её осторожно скользнули по ране на его шее. Пожалуй, такому укусу и Джарет бы позавидовал. Лиссандра ощутила непонятное удовлетворение и в то же время раскаяние и принялась поглаживать Меркела, посылая целительные импульсы, чтобы затворить оставленную ею отметину. Он не возражал. Когда процедура закончилась, Меркел откатился на бок и снова положил голову ей на грудь.

– Любовь означает доверие, – задумчиво протянула она, глядя в потолок, – или ты не готов подтвердить свои слова делом?

– Тебе одни мои тайны и нужны, – он рывком отстранился от неё и сел в постели. – Скажи, Лисси, только честно, я что-нибудь для тебя значу?

Лиссандра хотела уверить его, что так и есть. Нужные слова она знала и ей не раз уже доводилось пускать их в ход, но… она с пугающей ясностью поняла, что и сама не знает правдивого ответа. Все дело в Шиловой сладкой росе! Она туманит сознание не только архимагу, но и ей самой.

– Ты хочешь услышать правду? С тобой мне лучше, чем без тебя. И если ты свернёшь себе шею, помогая чернокнижникам, я огорчусь.

– Но горевать будешь не очень долго, – фыркнул он. – Спасибо за откровенность, это, пожалуй, лучше, чем я смел надеяться.

– Дурак! – она тоже села и отвесила ему подзатыльник. – Думаешь, я вся из себя такая прожжёная стерва?

Он повернул голову и поглядел на неё с нескрываемой иронией.

– Ну, может быть, так и есть, – надула губки Лиссандра, – но с твоей стороны было бы куда уместнее об этом помалкивать.

– А я разве что-то сказал?

Лиссандра невольно рассмеялась, и он вместе с ней. Теперь уже настал её черед обнимать его за плечи. Какое-то время они молча сидели рядом. Было в этом что-то спокойное, умиротворяющее. От Меркела веяло силой. Ей даже не нужно было переходить на магический взор, чтобы это почувствовать. Да, при желании он может сломать её, как тростинку, но то же самое он способен сделать с её врагами. Лиссандра не помнила, случалось ли ей прежде испытывать нечто подобное. Она не привыкла прятаться за мужские спины, ведь большинство перебывавших с ней мужиков были так же беспомощны перед ней, как она перед своим архимагом. Лиссандре любопытно было узнать, о чём сейчас думает Меркел, и она даже хотела спросить напрямую, но тот заговорил раньше.

– Знаешь что? – в голосе его слышалось некоторое облегчение, будто он только что выдержал какую-то битву. – Думаю, я могу быть с тобой откровенным. Все равно мои тайны надолго тайнами не останутся. Знаю я одного фанатика-зрячего, который об этом позаботится. Ну, слушай. Однажды я повстречал крайне незаурядного мага, тоже поддавшегося, и он стал моим наставником. Он долго работал над душами разумных существ и добился в этом невиданных успехов. Поэтому, когда нас с ним убили, мы нашли способ обрести новую жизнь в новом теле. А к нашему умерщвлению приложил руку уже известный тебе архимаг Говард. Сама понимаешь, после такого нам очень хочется повстречаться с ним в неформальной обстановке и обсудить наши прежние разногласия.

– Значит, в твоём теле живут две души? – чуть не уронила челюсть Лисандра. – И в теле Трикс?

Боги, какой же она была дурой! Ответ всё это время лежал прямо у неё перед носом, но она даже не удосужилась открыть глаза, чтобы его увидеть! Действительно, что возьмешь с чокнутой девчонки, без конца болтающей о своем невидимом друге, и не менее чокнутого колдуна, потакающего её фантазиям? Идиотка, по-другому не скажешь…

Меркел молчал, а Лиссандра припоминала все странности этой парочки, торчавшие, словно нитки из старого одеяла. Теперь они только дополняли открывшуюся перед ней картину.

– Выходит, всё это время я спала сразу с двумя поддавшимися? – уточнила она, пробуя на вкус эту новую истину.

– Надеюсь тебя это не… – он немного виновато поглядел на неё.

– Меня это не, – хихикнула Лиссандра. – Как же зовут моего второго любовника?

– Брандеф.

– И Трикс, разумеется, о нем знает. А он умеет перехватывать у тебя контроль над телом?

– Нет.

– Это отпечаток его души чернеет в твоей груди?

– Ага.

– Он видит и чувствует… – она пробежалась пальчиками по его бедру, – всё то же что и ты?

– Именно.

– И иногда даёт тебе бесценные советы.

– А ещё помогает мне совершенствоваться в магическом мастерстве. Помимо этого, он имеет полный доступ к моему источнику, может формировать плетения и участвовать в битве.

– Отсюда и та сумасшедшая скорость, с которой ты колдуешь, – кивнула тёмная. – Но это не объясняет, откуда у вас взялась такая силища.

– Считай её даром Гаруны. Тебе ведь не понаслышке известна её щедрость. Полагаю, у тёмной богини есть на меня некоторые виды, отсюда и такая благосклонность.

– Скажи ещё, что ты лично с ней пообщался! – Лиссандра затаила дыхание, будто маленькая девочка перед фокусником, готовым вытащить из своей шляпы кролика.

– Ну нет, такой чести даже меня не удостоили.

Меркел улыбнулся и вдруг накинулся на неё, повалив на постель. Лиссандра испуганно вздрогнула, ощутив его крепкую хватку на своих запястьях, но он не собирался причинять ей вреда. В его поцелуе она ощутила нежность, вперемежку с жадностью. Он что, действительно думает, что справится с ней так легко? Напитав тело энергией, тёмная резко оттолкнулась спиной от постели, опрокинула Меркела на спину и, вывернувшись из захвата, сомкнула пальцы на его горле.

– Проси пощады, – она надавила сильнее, ощущая своей ладонью его учащённый пульс. – Но это тебе не поможет. Я всё узнала и больше ты мне не интересен.

– Ещё один поцелуй, – почти беззвучно прошептал он, – и я умру счастливым.

Лиссандра могла подарить ему куда больше одного поцелуя. Все время, пока она, оседлав его, неслась к новой вспышке блаженства, её рука оставалась на горле поддавшегося, то стискивая его чуть сильнее, то отпуская. Меркел был в её власти, и ей больше не хотелось прикончить его, чтобы окончательно себе это доказать.

– Проклятье! – выдохнул он когда эта безумная скачка закончилась. – И почему я раньше тебя не послушал?

– Ты о сладкой росе? – промурлыкала она, устраиваясь у него под мышкой.

– О ней. Когда ты сказала, что ночь с ней выйдет незабываемой, я как-то не придал этому значения, а напрасно.

– Главное, не перебарщивать. Иначе без неё всё станет казаться пресным и ненастоящим.

– Хорошего понемножку, как и всегда.

– А кто сидит в теле Трикс? Бедняга, наверное, ненавидит тебя до дрожи за такую участь.

– Да нет, думаю, он отлично с ней себя чувствует. Это не разумный, а дух стихий. Элементаль из Дикой долины.

– Серьёзно? Я, честно сказать, мало что о них знаю. Выходит, ты можешь вселить любую душу в любое тело?

– Не совсем. Животные и разумные, к примеру, несовместимы. Понимаешь, мы с Брандефом стоим в самом начале этого пути. Многое ещё неясно, а времени на исследования у нас пока нет, сама видишь.

– И именно это ты имел в виду, когда сказал мне при встрече, что можешь возродить меня к жизни, если я погибну?

– Ну да. Только я сомневаюсь, что, даже обыскав весь Акронис, нашёл бы второе столь же прекрасное тело, – его рука нежно прошлась по её бедру.

– Если бы альтернативой была смерть, я бы и на дурнушку согласилась, – хмыкнула Лиссандра. – Главное, чтобы она была одарённой. Или магический дар переходит в любое тело вместе с душой?

– Нет. Энергетика слишком разная, да и источник сам собой из воздуха не появится. Внутри однодневки одарённый будет почти что беспомощен.

– По Трюку этого не скажешь.

– Духи стихий достаточно легко перестраивают энергоканалы носителя, и силы у них при переселении остаётся больше, чем у души колдуна.

– А каково Брандефу существовать вот так, в роли наблюдателя?

– Простым наблюдателем его никак не назовёшь. Его советы и магия не раз спасали нам обоим жизнь, а если потребуется, он не постесняется настучать мне по голове и наставить, так сказать, на путь истинный.

– И, тем не менее, он согласился раскрыть вашу тайну мне, хотя явно был от этого не в восторге.

– Мы не хозяева друг другу, а полноправные партнёры. Изначально Брандеф ратовал за то, чтобы убить тебя еще там, в Тирских лесах, но с тех пор многое изменилось.

– Скажи это Трикс, – фыркнула Лиссандра, – а то она иногда на меня так поглядывает, когда думает, что я не вижу.

– А ты попробуй первой сделать шаг ей навстречу. Не знаю, подари что-нибудь. Вкусы её тебе отлично известны.

– Как только отыщу драконий клык, так сразу же последую твоему совету. За меньшую плату мне благосклонность нашей чокнутой не купить.

– Можешь на время дать ей свою сферу, – начал было Меркел и рассмеялся, почувствовав, как она напряглась. – Да не переживай ты, никто у тебя её не отбирает. Просто научи Трикс с ней работать, она любому уроку магии будет рада, тем более такому.

– Я подумаю, – Лиссандра зевнула и положила голову Меркелу на плечо. После долгой дороги и бурных ласк её разморило, и даже остатки сладкой росы в крови уже не разгоняли сонливости. Они ещё разбудят друг друга через часик, может быть, через два и продолжат, но пока пора немного передохнуть.

Весь следующий день Лиссандра не отставала от Меркела, вытягивая из него всё новые детали о переселении душ и изучая незнакомые ей плетения. У неё прямо-таки руки чесались пойти и прибить кого-нибудь из замковой челяди, чтобы проверить действие показанных поддавшимся чар на практике. Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Заодно она выяснила кое-какие детали о зрячем, которого вскользь упомянул её архимаг. Как оказалось, у них с Брандефом какое-то время был ассистент, но в один не самый прекрасный момент он решил отправиться в вольное плавание. Со слов Меркела, беглец был идейным адептом науки и, рано или поздно, просто обязан был растрепать кому-нибудь об открывшемся ему знании. Даже не честолюбия ради, а чисто из просветительских соображений. Ну да, а как же ещё могло обернуться дело, если речь заходит о самом мягкосердечном поддавшемся из всех, какие бродят по Эквилиуму? Естественно, Меркел не разделался со своим помощником, когда надобность в том отпала, а позволил ему благополучно удрать. Окажись она в тот момент рядом, он бы такой ошибки не допустил. В крайнем случае, она собственными руками придушила бы проходимца ещё до того, как тому в голову пришла бы первая мысль о предательстве. Но какой смысл плакать над разбитой вазой? Обратно её все равно не склеишь. Знание, которое, по-хорошему, стоило бы как можно дольше хранить в тайне, вскоре утечёт в массы и только богам известно, к каким это приведёт последствиям. Одно несомненно, новость о появлении способа вечно продлевать жизнь встряхнет весь Акронис. Сильные мира сего не откажутся от такой возможности и плевать им будет на души, которые потребуется вышвырнуть из молодых и здоровых тел, чтобы занять их самим. На этом фоне имперские чернокнижники с их хвалёными кровососами смотрелись уже довольно блекло. Возможно, именно в этом и состоял замысел Гаруны, оказавшей Меркелу столь явное покровительство? Если расправа над чужими душами ради себя любимого станет нормой, поддавшиеся сами по себе перестанут быть таким уж вопиющим явлением. Какая, в сущности, между ними и каким-нибудь королем, меняющим сотое кряду тело, будет разница? Конечно, это лишь её догадки. Чтобы понять план богини, неплохо было бы знать, чего она, в сущности, добивается, а это давным-давно стало тайной для простых смертных. А может быть, даже так было всегда. В любом случае, теперь Лиссандра глядела в будущее с гораздо большим оптимизмом. А как иначе, когда впереди тебя ждет вечная жизнь? Не зря она тратила на Меркела своё время и силы, совсем не зря. Награда превзошла её самые смелые ожидания. Даже если, со временем, знание о переселении душ станет общедоступным, у неё есть уникальная возможность получить его из первых рук. В целом, после того, как Меркел всё ей покажет, можно будет последовать примеру его прежнего ученика и сбежать, но Лиссандра пока не была уверена, что поступит именно так. Привыкла она к своему архимагу, да и куда ей, собственно, отправляться? Никто и нигде её не ждёт и в любом месте, где бы она ни осела, ей придется начинать всё с нуля. Искать местный ковен, чтобы вернуться к опытам, делать грязную работу для своих новых хозяев, медленно и нудно подниматься в иерархии… Как-то её на это не тянуло. А тут есть хоть какой-то шанс на быстрый взлёт в случае, если Меркелу улыбнётся удача и он выторгует для неё место у чернокнижников. Да и в самом Меркеле есть свои плюсы. Давненько ей ни с кем не было так хорошо, как с ним, и дело тут, чего уж греха таить, не только в сладкой росе.

Вечером Лиссандра решила навестить Трикс. Не потому, что хотела подлизаться к этой дурочке, как ей советовал её архимаг, просто в свете того, что она узнала, эксперимент с девчонкой и духом стихий выглядел весьма интересным. Удастся ли Трюку как-то почувствовать сферу? Наладить контакт с артефактом? Не попробуешь – не узнаешь.

– Тебе чего? – подозрительно уставилась Трикс на Лиссандру, когда та без стука вошла в её комнату.

– Подумала, может, тебе захочется побаловаться вот с этим, – тёмная достала из наплечной сумки свое маленькое чудо. Ей жутко не хотелось отдавать артефакт в чужие руки, пусть даже на короткое время, но внешне она этого, естественно, не показывала.

– А тебе-то это зачем? – девчонка соскочила с подоконника, на котором сидела, и, подойдя ближе, уставилась на неё своими шальными глазами.

– Не хочешь, не надо, – пожала плечами Лиссандра и, развернувшись, направилась к двери.

– Хочу! – догнал её требовательный писк Трикс. – Только я не уверена, что у меня что-то выйдет.

– У Трюка, ты хотела сказать? – вновь обернувшись к ней, улыбнулась тёмная.

– И у него, – не стала спорить девчонка. Шагнув вперёд, она выхватила сферу у Лиссандры и, словно забыв про свою гостью, уселась на кровать.

Нисколько не смутившись такой наглостью, некромантка пошла следом за ней и без спроса устроилась рядом. Теперь она знала, куда именно нужно смотреть, чтобы увидеть Трюка, и с любопытством наблюдала за колебаниями в ауре подопытной. Дух стихий сразу почувствовал сферу в ладонях хозяйки. Малозаметный серый сгусток в голове Трикс выпустил несколько весьма нестандартных поисковых плетений, аккуратно ощупывая артефакт.

– Что ты делаешь? – нетерпеливо спросила Лиссандра. Ей нужно было знать, исходит ли инициатива от элементаля, или он подчиняется приказу носительницы.

– Пока ничего, – отозвалась девчонка, буравя сферу взглядом. – Я и не знаю, что могу с ней сделать.

– Ты можешь направить в нее часть своей силы, сопроводив её мысленным приказом, и она создаст заклинание по твоему запросу. Оно выйдет не таким совершенным, как у настоящего мага, конечно, а иногда результат и вовсе непредсказуем.

– Ну и за каким Шилом мне это надо? – огорчилась Трикс. – Если я захочу, Трюк и так сделает, что нужно.

– А ты попробуй потратить часть его энергии, а потом вытянуть немного магии из сферы. Она может работать и как резерв.

Трикс попыталась. Выпущенная ей сила прошла через артефакт и выплеснулась наружу, создав до жути уродливую иллюзию какой-то твари, смахивающей одновременно и на медведя, и на кабана.

– Получилось! – радостно подскочила девчонка. – А вот у Трюка с иллюзиями плоховато. Он не понимает, чего я от него хочу.

– Убери эту гадость и сделай как я сказала, – велела Лиссандра, в последний момент чуть приглушив командные нотки в голосе. Если начать чего-то требовать от этой занозы, она наверняка заартачится.

Но подопытной, похоже, было не до обид. Она целиком и полностью была захвачена экспериментом. После недолгих усилий ей удалось втянуть в себя немного энергии, часть которой впустую расплескалась по телу, а часть таки достигла сидевшего в её голове духа.

– Отлично, – похвалила тёмная. – А теперь отдай сфере приказ, но не посылай силу. Между вами установилась связь, это должно сработать.

Вообще-то, она не была уверена в своих словах. Для того, чтобы эффективно оперировать артефактом, даже магу нужно было как следует в нём разобраться, чего уж ждать от этой неумехи… Её опасения оправдались. Как Трикс ни тужилась, выдавить из артефакта хоть что-нибудь она не могла. Разве что немного кроваво-красной энергии, добытой во время ритуала, исчезло в никуда, подчиняясь неловким потугам прикусившей губу от усердия девчонки. Какую-то отдачу от артефакта она получила. Но на большее, пожалуй, рассчитывать не имеет смысла. Тем не менее, Лиссандра ещё некоторое время пыталась наладить процесс, а когда ничего не вышло, пустилась в долгие разъяснения относительно структуры сферы. Трикс поглощала новые знания с жадностью голодного птенца, так почему этим не воспользоваться? Глядишь, она перестанет поглаживать рукоять стилета всякий раз, как Лиссандра попадает в её поле зрения. Превратить заносчивую любимицу Меркела в послушную собачонку будет даже забавно. Не факт, правда, что ей это удастся. Девчонка не дура, и на протяжении всего их занятия некромантка улавливала в её взгляде откровенную подозрительность. Не может понять, с чего это стервозная тёмная принялась с ней возиться. Лиссандра бы на её месте тоже искала подвох. Смешнее всего, что Меркел пока ещё не рассказал подопечной о том, что ночью выболтал все свои тайны, и Трикс даже не подозревала, что её гостья знает о ней и Трюке намного больше, чем прежде. Глядя на напряжённую, будто дикая кошка, подопытную, Лиссандра с большим трудом удержалась от того, чтобы опробовать на ней несколько псионических плетений из своего арсенала. Её с самого начала занимал вопрос, как мозг Трикс на них отреагирует, а сейчас и подавно. Но за такие выкрутасы Меркел её по головке не погладит. А может быть, девчонка смолчит, так же, как смолчала после их весёлой беседы в той таверне? Но тогда Лиссандра готова была поручиться за результат своих действий. Пыточные заклятья на всех действуют одинаково, чего не скажешь о магии разума. Если она окончательно поломает содержимое черепушки Трикс, утаить это не удастся. Ладно, нельзя же, в самом деле, получить всё и сразу. Придя к этой мысли, Лиссандра забрала у своей подопытной артефакт и оставила её переваривать впечатления. Меркел, небось, заждался уже, время-то позднее.