Вечером к хорошенько отдохнувшему и сытому Мерку явился слуга с известием, что с ним желает побеседовать герцогиня Аманда лен Кац. Это не слишком-то понравилось колдуну. Он расчитывал на приватную беседу с её императорским величеством. Однако он не счёл нужным артачиться, позволив слуге отвести себя в уютненькую гостиную, по обстановке больше подходившую для семейных посиделок, нежели для серьёзного разговора. Видно, герцогиня решила встретиться с ним на нейтральной, так сказать, территории. Не пожелала уронить своё достоинство, явившись в его покои, но и не унизила архимага вызовом в свой кабинет. Приблизившись к украшенному затейливыми витражами окну, чародей распахнул его, впуская в комнату свежий прохладный воздух, и устроился в приглянувшемся ему кресле. К любезно оставленным на столике бутылкам вина и сладостям он даже не прикоснулся. Не потому, что боялся яда, об этом стоило бы беспокоиться, когда он набивал желудок за ужином, просто сейчас в него уже ничего не лезло. Минуту спустя дверь открылась, и слуга с поклоном пропустил в гостиную высокую средних лет женщину с идеальной осанкой и не особо приятным скуластым лицом. Единственным украшением на её строгом тёмно-синем платье была крупная серебряная брошь с каким-то камушком. В минералах Мерк разбирался слабо, разве что алмаз от рубина мог отличить.

– Герцогиня, – колдун посчитал уместным встать. Кланяться он и не подумал. В обязанности мэтров не входит склонять голову перед благородными йорами, если те, конечно, не принадлежат к императорской фамилии.

– Архимаг Меркел, – она задержалась на миг, изучая его внимательным взглядом, и неспешно приблизилась к креслу, стоявшему рядом с тем, которое облюбовал колдун.

Сели они одновременно. А вот вошедший вслед за йорой волшебник в простой мантии без знаков различия в комфорте себе отказал, оставшись стоять по правую руку от закрывшейся двери.

– Вы опасаетесь за свою безопасность? – полюбопытствовал Мерк, изучая ауру коллеги. Так себе, слабенькая тройка и ничего более.

– Будь так, я бы захватила с собой всех гвардейских магов, какими располагает её императорское величество, – довольно тепло улыбнулась ему герцогиня. – Однако ваши возможности для меня загадка, а мой телохранитель легко распознает любое псионическое воздействие, буде вы пожелаете к таковому прибегнуть.

– Благодарю за откровенность, герцогиня, – ответил улыбкой колдун. – Но, должен заметить, вы весьма низкого обо мне мнения.

– Напротив, мэтр, – она изящно протянула руку за кусочком рахат-лукума. – Я крайне высоко ценю ту услугу, что вы оказали его высочеству, и ту помощь, которую вы способны оказать трону.

– Об этом я предпочёл бы поговорить с её императорским величеством, – непринужденно заметил Мерк.

– Боюсь, у императрицы слишком много неотложных дел, – с притворным сожалением вздохнула его собеседница. – Поэтому она предоставила мне, как своей ближайшей советнице, возможность отблагодарить вас и обсудить наше дальнейшее сотрудничество.

– Как же вы намерены отблагодарить меня за то, что я вернул его высочество на путь истинный? – Мерк сомневался, что Дарин поведал сестре об этой щекотливой детали и решил, как бы невзначай, о ней обмолвиться. Ход оказался верным, на лице советницы отразилось некоторое удивление.

– Его высочество не вдавался в подробности вашего путешествия, – на этот раз пальцы её потянулись к дольке засахаренного апельсина. – А я так люблю подобного рода истории! Не затруднит ли вас, мэтр, рассказать о том, как вы встретились с принцем и какие приключения вам довелось пережить на пути к столице? Только пусть мой телохранитель для начала прикроет окно. В комнате становится прохладно, вы не находите?

– Нахожу, – кивнул Мерк, даже не глядя в сторону отправившегося исполнять приказ коллеги. – Что же касается приключений, герцогиня, я вынужден вас разочаровать. Путешествие выдалось на удивление скучным. Ни одного дракона или даже завалящей шайки разбойников нам по пути так и не подвернулось.

– К счастью для разбойников и драконов, – тонко улыбнулась Аманда. – А что насчёт его высочества?

– Я повстречал принца в Тирских лесах, отбивающимся от стаи диких зверей. Встреча эта явилась большой неожиданностью для нас обоих. Его высочество по какой-то причине решил, что Баронские вотчины подойдут ему больше императорского дворца. Однако узнав от меня, что в империю вторглись полчища Эль, он резко изменил свои планы. Я же взял на себя труд доставить его высочество в Эстолару. Боюсь даже представить, как горевала бы его царственная сестра, случись с принцем что-нибудь по дороге.

Мерк ожидал, что собеседница вновь улыбнётся, однако лицо Аманды осталось бесстрастным.

– Истинно так, – коротко ответила она. – И её величество готова щедро вас наградить, мэтр. В разумных пределах. Так чего вы желаете?

– Ничего невозможного, герцогиня. Мне требуется информация о двух людях, а также небольшая услуга, которую оказать можете только вы.

– Признаться, вы меня заинтриговали, – она задумчиво прикоснулась к заблаговременно откупоренной слугами бутылке вина, но, передумав, положила руку на обитый бархатом подлокотник. – Что же это за услуга, которую могу оказать вам я, но не императрица?

– Со мной прибыла беловолосая чародейка, Лиссандра. Прежде она состояла в сегальском ковене тёмных магов и год назад, по несчастному стечению обстоятельств, или счастливому, это как посмотреть, поспособствовала его обнаружению властями. С тех самых пор бывшие собратья разыскивают бедняжку и принадлежащий ей артефакт. Я бы хотел, чтобы они навсегда забыли свои обиды и отказались от мести.

– И вы полагаете, что я могу отдавать приказы сегальским чернокнижникам? – на лице Аманды отразилось столь искреннее изумление, что Мерк мысленно поаплодировал её актерскому мастерству.

– Я полагаю, что вы могли бы вежливо их попросить, – колдун не стал театрально улыбаться, хотя ситуация к этому крайне располагала. – Уверен, они не откажут.

– Вы ставите меня в тупик, мэтр, – взгляд собеседницы сделался холодным и жёстким.

– Помнится, вы говорили что-то о сотрудничестве, герцогиня, – склонил голову на бок Мерк. – Какой же мне смысл сотрудничать с вами, если вы отказываете мне в такой малости? Или вы стесняетесь собственного телохранителя? Сомневаюсь. Могу даже предположить, что многим членам сегальского ковена до него ой как далеко, иначе с чего бы ему оказаться здесь?

– Я вижу, вы действительно цените откровенность, мэтр, – герцогиня снова прикоснулась к бутылке, взяла её и налила себе полбокала белого игристого вина. – А осознаёте ли вы, какими последствиями она может грозить?

– Поверьте, герцогиня, в мои планы вовсе не входит ставить вам палки в колеса, – как можно дружелюбнее сказал Мерк. – И бегать по улицам, вопя о том, что и так уже очевидно любому здравомыслящему человеку, я тоже не собираюсь. Всё, что мне требуется, это гарантия того, что мою спутницу оставят в покое.

– Можете считать, вы её получили, – советница императрицы сделала небольшой глоток. – Какого рода сведения вас интересуют?

– Я хочу знать, где сейчас находятся архимаг Говард лен Саль и его дочь Милани. Также неплохо было бы получить информацию обо всех их грешках, слабостях и недоброжелателях. Для начала.

– Вы удивитесь, узнав, сколь лёгкую задачку задали мне, мэтр, – на лицо Аманды вновь вернулась улыбка и в ней Мерку почудился лёгкий оттенок превосходства. – Дочь архимага Говарда была похищена из Сегалы прошлой зимой. Позже её мёртвое тело извлекли из-под развалин взорванного некими злоумышленниками дома в городе Оцейт, что в Меладрии. Следствие по этому делу далеко не продвинулось, единственное, что удалось установить ищейкам, так это то, что подвал, в котором содержали пленницу, представлял из себя некое подобие артефакта, блокирующего возможность отыскать заключённого в нём разумного при помощи его крови. Было там и несколько других пленников. Личности некоторых установили, другие остались неопознанными. Предполагается, что за этим чудовищным преступлением стояли некие тёмные маги, возможно, личные враги Говарда лен Саль. И должна заметить, нанесённый ими удар попал в цель. Архимаг так и не известил Особую канцелярию о пропаже дочери, очевидно, вознамерившись покарать преступников своими силами, и в результате лишился доверия императора и Гильдии магов и был смещён с ректорского поста. После этого он, надо думать, слегка тронулся умом. Тайно прибыв в Эстолару, Говард ворвался в особняк герцога Фьерри лен Лаццо, убил его и скрылся с места преступления. В конце лета он, вместе с бывшим особым советником императора йором Гесселом, нанес визит главе Гильдии магов, магистру Эйзену, и попытался склонить его на бунт против её императорского величества. Архимаг явно был одержим навязчивыми идеями, ему повсюду мерещился заговор тёмных магов. К сожалению, магистр не располагал достаточными силами, чтобы обезвредить более могущественного коллегу, а потому вынужден был отпустить его. Затем и Говард и йор Гессел исчезли, словно провалились сквозь землю. Ищейки разыскивают их, но одним богам ведомо, дадут ли плоды их усилия. Быть может, оба преступника уже покинули пределы империи в страхе перед гневом императрицы. Но раз уж вы так цените откровенность, мэтр, скажу вам по секрету, что сообщают мне мои источники. По их сведениям, Говард по-прежнему находится где-то в Эстоларе или поблизости от столицы и, в своей одержимости, охотится на чернокнижников. Вероятнее всего, он действует не один. Пока что жертвами архимага становятся только слуги влиятельных лиц, поддержавших имперский закон о легализации тёмных, и поэтому ему удаётся уходить от ответственности. Однако, рано или поздно, он захочет большего, и на этом история архимага Говарда, последнего представителя рода Саль, увы, закончится.

Мерк сидел в некотором ступоре. Беседуя с советницей императрицы, он неоднократно пытался уколоть её, но так и не сумел ошеломить герцогиню, или даже заставить её понервничать. А вот она разделалась с ним, как опытный поединщик с мальчишкой, впервые взявшим в руки тренировочный меч. Даже наставника Аманда застигла врасплох, иначе он уже помог бы ученику опомниться и вернуть на лицо маску скучающей невозмутимости. Последняя мысль отрезвила колдуна. Что же он, в самом деле, не способен сам взять себя в руки без подсказки Брандефа?

– Должен признать, герцогиня, вы меня удивили, – задумчиво сказал он, прикидывая, не стоит ли и ему приложиться к вину. – И порадовали, чего тут скрывать. Ведь общие враги надёжней всего объединяют людей, а враг у нас с вами, как оказалось, общий.

– Людей? – с интересом переспросила Аманда, – Занятно слышать такое от зрячего.

– Последствия длительного пребывания в Людской империи, – извиняющимся тоном ответил Мерк. – Порой с языка слетает такое, что мои сородичи, услыхав меня, принимаются возмущённо крутить носами.

Герцогиня тихо рассмеялась. Смех её, как и голос, был приятен и мелодичен.

– Уверен, вы не нуждаетесь в моих советах, – заговорил Мерк, когда она отсмеялась. – Но я бы хорошенько усилил охрану её императорского величества. Говард лен Саль опасный и грозный враг. Быть может, императрица пожелает воспользоваться моими услугами?

– Не сомневайтесь в этом, мэтр. Однако сейчас ваши силы куда нужнее имперской армии. Недавно эльдри нанесли нам ощутимое поражение, и теперь часть их войск движется в Оледаро, чтобы помочь эльфам добиться того же. Ваше участие в этой войне будет неоценимым, а насчёт безопасности императрицы можете не тревожиться. Я позабочусь, чтобы с головы её императорского величества не упало ни единого волоска. Так вы готовы присоединиться к Первой армии?

– Мне потребуется немного времени, чтобы принять решение, – после всего, что узнал Мерк, он уже не был уверен в том, что ему стоит ввязываться в войну. – Завтра я дам вам ответ.

– Прекрасно, мэтр, – судя по чуть сузившимся глазам, ничего прекрасного герцогиня в этой отсрочке не видела. – А сейчас не могли бы вы немного рассказать о себе?

Мерк постарался не выдать своего удивления. Она что, действительно думает, что он сейчас возьмёт и выложит всю свою подноготную?

– Не поймите меня неправильно, – верно оценила его заминку Аманда. – Я вовсе не претендую на ваши тайны.

Колдун ощутил, что последнее замечание изрядно позабавило Брандефа. Дух с трудом удержался от какого-нибудь ехидного замечания.

– И всё же, любопытство её императорского величества должно быть удовлетворено, – продолжала тем временем герцогиня. – Войдите в мое положение, мэтр, не могу же я явиться к императрице с пустыми руками?

– Действительно, – покивал Мерк. – Что ж, в детстве я был до крайности беспокойным ребенком. Помнится, как-то раз меня на весь день заперли в моей комнате за то, что я подмешал соли в начинку для черничного пирога, который готовила моя старшая сестрица. А ведь это был её первый серьёзный опыт в кулинарии. Можете себе представить, как расстроилась бедняжка?

– Это, бесспорно, весьма интересно, – из вежливости она улыбнулась, показывая, что оценила шутку. – Но меня больше интересуют ваши мотивы, взгляды и отношение к Людской империи. Прочие же… странности я не буду даже затрагивать. Как я уже сказала, ваши тайны исключительно ваше дело, мэтр.

– Я хочу смерти Говарда лен Саль и крайне желательно, чтобы погиб он от моей руки, – начал с очевидного Мерк. – Это, я полагаю, вы и так поняли. Людская империя для меня дом родной, хоть мне и несколько претит активно практикующееся в ней рабство. Умом понимаю, что по-другому никак, но ничегошеньки не могу с собой поделать. Можете считать это пережитком бурной юности. Против тёмных магов я ничего не имею, более того, с охотой приобщился бы к их последним открытиям. Насколько я могу судить, глядя со стороны, за последнее время чернокнижники сделали ряд прорывов в магической науке, в том числе и таких, какие могут существенно изменить Эквилиум.

– То есть вы готовы стать тёмным? – уточнила Аманда. – Или уже им являетесь?

– До некоторой степени, – поболтал пальцами в воздухе колдун. – Но её величеству сообщать об этом необязательно.

– Имеете ли вы политические амбиции?

– Откуда вам знать, не солгу ли я, давая ответ?

– Как вы солгали насчет сестры и черничного пирога? – хмыкнула герцогиня. – Не удивляйтесь, мэтр, тут вовсе нету никакой магии. Всего лишь богатый опыт, которого вам, как это ни странно, немного недостаёт.

Обидно такое слышать. Мерк из шкуры вон лез, стараясь выставить себя прожжёным, повидавшим жизнь архимагом, и всё впустую. Увы, как это ни прискорбно, герцогиня права. Есть вещи, которые не освоишь ни за год, ни за десять, даже имея рядом такого советчика, как Брандеф.

– И что же подсказывает вам ваш опыт? – постарался он не потерять лицо окончательно.

– Вы, безусловно, амбициозны, – собеседница сделала паузу, отпивая вино из бокала. – Как чародей. Других среди вашего брата почти и не водится. А вот роскошные троны и преклонение сотен тысяч разумных вас не слишком-то привлекают, не так ли?

– Предпочитаю расходовать время на более продуктивные вещи, – кивнул Мерк. – Но кто знает, что будет дальше? Годы меняют людей.

– И люменов, – добавила советница, заставив Мерка прикусить язык. На мелочах же прокалывается, как желторотый птенец!

Чувствуя, что начинает злиться на самого себя, колдун не спеша взял с золотого блюда шоколадную конфету, желая подсластить горечь своей ошибки.

– У её императорского величества найдётся, что предложить вам, мэтр, – промолвила Аманда пока он жевал. – Как золото, так и знания, о которых вы вскользь упоминали. Помните об этом, когда будете размышлять о предложении императрицы. Доброй вам ночи.

Она грациозно встала и направилась в сторону распахнутой телохранителем двери. Когда оба вышли, в гостиную заглянул слуга, но Мерк отмахнулся от него, велев ждать снаружи. Здесь было вполне комфортно для того, чтобы обмозговать состоявшийся разговор.

– Не огорчайся. Держался ты довольно-таки неплохо.

– Недостаточно хорошо, чтобы обвести её вокруг пальца, – ворчливо заметил Мерк.

– А разве ты ставил перед собой такую задачу? Нам нужна была информация, мы её получили. Герцогиня тоже. Уверен, ты её заинтриговал и, в то же время, продемонстрировал свою договороспособность.

– Да, но о чём мне с ней договариваться? Говарда в наши руки она передать не может. Если только остаться в столице и самим его поискать…

– Плохая идея. Тёмные не позволят тебе ошиваться в шаговой доступности от императрицы. На ней слишком много всего завязано. Вероятно, они изыщут какой-нибудь способ с тобой разделаться. Прибегнут к помощи яда или попросту соберут всех мэтров, что есть у них под рукой, и пошлют к тебе с внезапным ночным визитом. Как мне видится, на данный момент у нас есть всего два варианта. Либо отказаться от нашего прежнего плана и как можно скорее покинуть город, либо заключить сделку с герцогиней и отправиться воевать с остроухими.

– И, судя по твоим эмоциям, ты больше склоняешься ко второму варианту, – Мерк взял ещё одну конфетку. Вкусные они оказались.

– На то имеется несколько причин. Во-первых, у герцогини появится перед нами должок и со временем мы сможем рассчитывать на ответный жест. С конкретикой я бы пока не стал торопиться, тебе для начала следовало бы освоить те знания, которыми располагает твой дражайший наставник, а уж потом приниматься за тайны тёмных. Во-вторых, прямо сейчас у Эль есть довольно-таки неиллюзорный шанс уничтожить единственное государство на континенте, где власти начинают относиться к тёмным с некоторой толерантностью…

– Не ко всем тёмным, – не смог не перебить Брандефа Мерк. – Поддавшиеся в число амнистированных не входят.

– И не войдут, можешь не сомневаться. Страх перед пожирателями душ прочно укоренился в сердцах как обычных разумных, так и наших коллег. Даже чернокнижники, невзирая на широту своих взглядов, не захотят делить место под солнцем с такими, как мы с тобой.

– Тогда к чему нам корячиться?

– К тому, что прежде, чем уничтожить поддавшегося, его нужно разоблачить. Сомневаюсь, что у кого-нибудь хватит духу лезть к тебе с провокационными вопросами после того, как ты героически защитишь империю. На этом примерно и строился наш расчёт еще когда мы сидели у озерца в Тирских лесах, забыл?

– Тогда речь шла о том, чтобы отыскать Говарда. И риск был оправдан.

– А мы, в сущности, ничем не рискуем. При наших возможностях, нужно как следует постараться, чтобы погибнуть на поле боя. Опасность поджидает нас не в Оледаро, а в Эстоларе.

– Вот-вот, – Мерк даже кивнул. – Приедем с победой и герцогиня нас прикончит по-тихому, чтобы долгов не платить.

– Если мы будем маячить под самым её носом, такой исход исключить нельзя. Однако уплаты долга можно потребовать не сразу, а лет через тридцать, или, скажем, пятьдесят. В общем, тогда, когда нам действительно что-то потребуется от трона.

– Оказанная услуга уже ничего не стоит, – в горле у Мерка пересохло, и он налил себе вина в бокал. – Ты сам мне так говорил, и неоднократно. Через полвека тем более. Пока не могу понять, зачем бы нам в это дело впрягаться.

– Если продолжишь перебивать меня, то и не поймёшь, – ни в голосе, ни в эмоциях Брандефа не чувствовалось и намека на раздражение. – Итак, я возвращаюсь к причинам. В-третьих, отправившись на войну, мы порадуем Трикс.

Колдун фыркнул, расплёскивая вино на роскошную, вышитую серебряными нитями мантию, которой его снабдили слуги.

– Я прикажу немедля седлать коней! – сказал он вслух, хотя прежде весь разговор протекал в его голове. – Выезжаем с первой зарёй!

– И в-четвертых, – невозмутимо продолжил наставник. – Мы тут всё разглагольствуем о чужих долгах, а, между тем, у нас имеются и свои. Напомнить, как мы с тобой получили своё могущество?

– Гаруна желает, чтобы я защитил империю, – не столько спросил, сколько констатировал Мерк, вновь возвращаясь к мыслеречи. – Звучит достаточно правдоподобно. Впервые за многие сотни лет тёмные, которым она покровительствует, подняли головы, и на них тут же обрушился меч остроухих.

Для простого имперского обывателя ситуация, конечно, выглядела несколько по-другому. Это же Эль напали, и лишь затем императрица узаконила чернокнижников, но оба поддавшихся отлично понимали, насколько сильны были позиции тёмных в империи задолго до начала войны. Просто никто в упор этого не замечал. Даже сегальское дело император использовал исключительно как предлог для внешней агрессии вместо того, чтобы начать вычищать грязь из собственной страны.

– И нам не следует её разочаровывать, – продолжил свою мысль наставник. – Даже если ты полностью проигнорируешь её дар и будешь спокойно жить в свое удовольствие, став безопасным для Юра и Роши, светлые боги всё равно останутся твоими врагами. Настраивать против себя ещё и собственную покровительницу было бы неразумно.

– Если так подходить к вопросу, то у нас и выбора-то особого нет, – Мерк спрятал несколько полюбившихся ему конфет в карман мантии. – Значит, воюем?

Дух промолчал, но его ответ ученику и не требовался. Достаточно было эмоций. Покинув гостиную, Мерк в сопровождении поджидавшего его слуги вернулся в крыло, где разместили его и его спутниц. Отпустив провожатого, он подошёл к двери Лисси и постучал. Ответа не последовало. Колдуна это не смутило, толкнув незапертую створку он вошёл, задев по пути простенькую сигналку. Волшебная ниточка, тянувшаяся в сторону спальни, тревожно вздрогнула, извещая хозяйку о незваном госте. Миновав нечто наподобие будуара, чародей без стука толкнул следующую дверь.

Лисси он застал за довольно странным занятием. Некромантка валялась на кровати, закинув ногу на ногу, и с интересом изучала зависший над её лицом шарик магического щита. Судя по структуре плетения и тому, какой нагрузке оно подвергалось, внутри него был заперт до предела сжатый воздух.

– Экспериментируем? – осведомился маг, прислоняясь плечом к дверному косяку.

– Да вот, вдруг подумалось, – не отрывая взгляда от колдовской сферы отозвалась тёмная, – что из этого может выйти толк. Если внутрь, вдобавок к воздуху, напихать, скажем, мелких камушков, а потом развеять щит, они разлетятся во все стороны, как от взрыва. И никакого всплеска энергии, как при использовании стандартных атакующих чар. Так даже мага можно застать врасплох. Ну, если у него будут основания подозревать неладное, он, скорее всего, заранее окутается коконом, почуяв чужой щит, но, если, к примеру, он идёт вместе с пехотой? На то, чтобы защитить однодневок реакции может и не хватить.

– Оригинально, но не без изъянов, – немного подумав, ответил Мерк. – Слишком энергозатратно. Сама видишь, сколько сил у тебя уходит чтобы сдерживать такое давление. Да и в момент, когда твой щит лопнет, магический всплеск неизбежен, хоть и не характерный для боевых заклятий, что правда, то правда.

– Сама знаю, – она присобачила к сфере что-то вроде силового клапана и начала постепенно стравливать воздух. По комнате разнёсся противный свист.

Мерку наскучило подпирать плечом стену. Закрыв дверь за собой, он без спроса плюхнулся на подушки рядом с любовницей.

– Можешь петь и плясать, – вновь заговорил он, когда опустевший шарик над ними развеялся. – У членов сегальского ковена к тебе больше претензий нет. Вернее сказать, в скором времени их не станет.

– Ты говорил с императрицей? – обратила на него пристальный взгляд Лиссандра.

– С её советницей, герцогиней. Для её императорского величества я, похоже, рылом не вышел.

– Ну и дурак! – возмутилась тёмная. – Надо было настоять на своём! Кто её, герцогиню, знает? Сегодня она в фаворе, а завтра нет.

– От этой так легко не отделаться, можешь мне поверить, – хмыкнул Мерк. – И её гарантии, думается мне, надёжнее сиюминутной милости императрицы.

– Которую ты даже в глаза не видел, – не впечатлилась его словами Лиссандра. – Ладно, возможно, я требую слишком многого. Спасибо, что не забыл свою Лисси, Меркел. Я тоже этого не забуду.

Колдун имел все основания сомневаться в искренности её слов. Он постоянно напоминал себе с кем имеет дело, и, вроде как, расслабиться себе не позволял. В противном случае наставник быстро бы вправил ему мозги. Тем не менее, нежный поцелуй в щёку, которым Лисси подкрепила свои слова, согрел душу.

– Как думаешь, что просить в награду за мое скромное участие в войне? – поинтересовался он, закидывая руки за голову.

– Золота, – без раздумий ответила чародейка. – Немного, так, на карманные расходы. А в остальном я бы, на твоем месте, не слишком-то зарывалась. Сильные мира сего предпочитают избавляться от кредиторов, а не платить по счетам.

– Так может, к Шилу всю эту канитель? – мечтательно протянул колдун. – Сграбастаю в охапку тебя и Трикс, да и отправлюсь, скажем, на острова люров. Там, говорят, круглый год жара, белый песочек на пляжах и сладкие фрукты, что сами срываются с веток и падают в подставленные ладони.

– А еще там терпеть не могут чужаков и, в особенности, зрячих, – с воодушевлением подхватила Лиссандра. – До сих пор с теплотой вспоминаю, как мне пришлось рвать оттуда когти.

– Не сомневаюсь, что дело в злодеях люрах, а не в твоих невинных увлечениях вроде резьбы ножом по живому телу. А я вот так до сих пор и не видел ни разу моря.

Висок уколола требовательная боль. Брандеф напомнил ученику, что тому следовало бы попридержать язык. Мерк затруднялся сказать, прав ли сейчас наставник, или же дует на воду. Вроде бы никакой жуткой тайны он пока не выболтал.

– Ключевое слово «пока». Ты непоследователен. Сначала хвалишь себя за осторожность и тут же, не сходя с места, даёшь волю языку.

– К вопросу о Трикс, – Лисси, словно бы, не заметила его откровения. – Она тут ко мне заходила, просила показать плетения для контроля над упырём. Не думаю, что ей хватит мозгов вталдычить своему невидимому дружку, что именно нужно делать, но чары я ей продемонстрировала.

– Неужели? – обрадовался колдун, – Случилось чудо, и вы, наконец, начали находить общий язык?

– Чего не сделаешь ради любимого архимага, – притворно вздохнула она. – Только учти, брать на себя роль рыжего и развлекать её всю дорогу до Артино, Оледаро, или куда нас там императрица пошлёт, я не собираюсь.

– Если говорить не с кем, Трикс может и помолчать, – успокоил любовницу Мерк. – И вот ещё что. Я буду счастлив, когда вы перестанете вцепляться друг дружке в глотки, но, даже если тебе покажется, что ты её приручила, я бы на твоем месте не подпускал её на расстояние удара стилетом.

– Меня умиляет, как трепетно ты заботишься о нас обеих, – с лёгкой насмешкой откликнулась некромантка. – Но мог бы и не предупреждать. Свою ошибку твоя дурочка уже допустила, когда не разделалась со мной в Тирских лесах, где у неё была такая возможность.

– Надеюсь, ты не намекаешь, что для неё эта ошибка станет смертельной? – посуровел чародей.

– С моей стороны это было бы опрометчиво, не находишь? – видя, как он напрягся, Лисси хихикнула. – Не бери в голову, я просто тебя дразню. Можешь спокойно выдохнуть и обойтись без ещё одной показательной расправы или унылых нотаций.

– По-моему, ты нарываешься, – он в мгновение ока оказался на ней, прижал тонкие запястья к подушке и заглянул в прищуренные смеющиеся глаза.

– Твоя догадливость… – хотела было съязвить Лисси, но он накрыл её губы своими вместо того, чтобы тратить время на пустые слова.