– Ваше величество, к вам герцогиня лен Кац, – прервал раздумья Кейтаны голос секретаря.

– Пусть войдёт, – разрешила императрица, подписывая попавшее ей на стол прошение о помиловании. Судя по прилагавшемуся к нему докладу, барон лен Фрег и вправду стал жертвой судебной ошибки, а значит, нечего ему просиживать штаны в ссылке.

– Ваше величество, – Аманда выглядела, как всегда, безупречно, однако неплохо знавшая герцогиню Кейтана с первого взгляда на неё поняла, что за внешним спокойствием герцогиня скрывает нешуточное волнение. – Боюсь, у меня для вас дурные вести.

– Присаживайтесь, моя дорогая, – привычно предложила императрица, морально готовясь к самому худшему, – и рассказывайте.

– Прибыли вести из Артино, – начала Аманда, воспользовавшись её приглашением. – Ардраг Эрскин решился на генеральное сражение и был наголову разбит у городка Креанг. Наши воины бились отчаянно, но враг оказался слишком силён. Только четыре тысячника сумели отвести свои части, сохранив боевой порядок, остальные войска были рассеяны и бежали. Кто-то пытался укрыться за стенами Креанга, но противник ворвался в город на их плечах и учинил резню. Мне прискорбно сообщать вам это, ваше величество, но Третья армия погибла практически в полном составе.

– Что значит погибла? – Кейтана ожидала чего угодно, но это было уже чересчур. – Как вы себе представляете гибель двухсоттысячной армии? Они должны были отступить, перегруппироваться! Мы не могли потерять всех! Шил, да мы и половины потерять не могли! – она почти кричала, не в силах мириться с новой, ужасной реальностью.

– Простите, ваше величество, – опустила глаза Аманда. – Проклятые эльдри не оставили нашим воинам ни шанса. Их единороги гораздо быстрей и выносливей любой лошади. Пользуясь этим, кочевники преследовали отступающих двое суток и перебили почти всех, включая большую часть армейских магов. Спастись было попросту невозможно.

Кейтана прикрыла глаза. Она хотела хотя бы на минутку успокоиться, собраться с мыслями… а вместо этого, как наяву, увидела ужасающую картину. Измотанные, покрытые грязью беглецы, отчаянно спасающиеся от настигающих их зловеще огромных всадников. В спины бегущих вонзаются стрелы, прошивающие даже закованные в доспехи тела насквозь, а те, кто избежал этой участи, падают под ударами ятаганов, словно колосья под серпом жнеца. Вспыхивают несколько молний, кто-то ещё пытается отбиваться, но маги эльдри сильнее, их больше, и они легко давят любое сопротивление в зародыше.

– Вы хотите сказать, – севшим голосом заговорила императрица, вырываясь из этого жуткого видения, – что теперь враг хозяйничает в Артино как у себя дома?

– Не совсем так, ваше величество. У нас там ещё остались города и крепости с сильными гарнизонами. Весь вопрос в том, как эльдри станут действовать дальше. Как ни жестоко это звучит, лучшим вариантом для нас будет, если они продолжат постепенно продвигаться вглубь провинции, уничтожая всех, до кого дотянутся. Тогда у нас будет время подтянуть резервы и заткнуть образовавшуюся брешь. Хуже, если кочевники решат двинуться на север, на помощь эльфам, или же вовсе двинутся прямиком на Эстолару, минуя все наши крепости. С их мобильностью они легко могут позволить себе и такой манёвр.

– И что же вы предлагаете делать? – растерянно спросила императрица.

– Сейчас у меня нет ответа на этот вопрос, ваше величество, – разрушила все потаённые надежды Кейтаны Аманда, – но завтра он будет. В любом случае, нам нужно в кратчайшие сроки доукомплектовать Четвёртую армию и отправить её в Артино. Вы позволите мне удалиться, ваше величество?

– Идите, – разрешила Кейтана, стараясь не пропускать в голос нотки охватившей её беспомощности.

После того, как дверь за герцогиней закрылась, она ещё долго сидела, пытаясь привести мысли в порядок. Потом порывисто встала и подошла к висевшей на стене карте. Вот он Креанг. Вроде бы так далеко от Эстии, и тем более от столицы, но это только так кажется на первый взгляд. Надо что-то решать, и быстро. Отвести часть войск от западных границ? Тогда притаившиеся до поры до времени гиены в коронах уж точно своего не упустят и нападут. Такое никак нельзя допустить, ещё одной войны империя может не выдержать. Обратиться за помощью? К кому, спрашивается? Уже многие сотни лет империя не имела надёжных союзников. И не теряла армий в полном составе. Кейтана ощутила давящую ломоту в висках. Этого еще не хватало! Нет, на сегодня с неё точно хватит переживаний и государственных дел. А к завтрашнему дню Аманда что-нибудь да придумает, иначе и быть не может. С отвращением взглянув на заваленный бумагами стол, императрица решительно направилась к двери.

– Приём просителей отменяется, – объявила она удивлённо уставившемуся на неё секретарю.

– Как будет угодно вашему величеству, – ответил он уже в спину покидавшей приёмную Кейтане.

Теперь у неё освободился почти целый день, но это не особенно грело душу. При мысли о привычных ей развлечениях настроение отчего-то испортилось еще сильнее, хотя, казалось бы, куда больше? Вернувшись в свои покои, императрица велела, чтобы подали вина, взяла со столика недочитанный роман, в надежде скрыться от поганой действительности за шелестящими страницами, и упала в кресло. Именно там её и нашёл Гарен.

– Привет, золотко, – особый советник, как всегда, приложился к ручке и заботливо заглянул ей в глаза. – Уже слышала новости, да?

– Думаю, первой после Аманды, – она вложила в книгу изящную золотую закладку и отложила роман в сторону. – Как думаешь, что мне со всем этим делать?

– Я не военачальник, – осторожно присел он к ней на подлокотник. – Но думаю, если одну армию разгромили, нужно просто собрать вторую и поручить её кому-нибудь посмекалистее.

– Ты что-то имеешь против ардрага Линтона? – удивилась она.

– Да нет, пускай будет Линтон, он ничем не хуже других. Из тех, что имеются у тебя под рукой, одни, в лучшем случае, командовали тысячами при завоевании Кунтана, а другие и вовсе настоящей крови не видели. Жаль, Нолана отравили.

– До сих пор не пойму, как меладрийцам это вообще удалось, – поделилась императрица с любовником. – Вроде как диверсанта поймали, но так ничего из него и не вытрясли.

– Главное, что поймали, иначе позору было бы на весь континент. Представь, мало того, что ардрага убили, так ещё и виновник ушёл безнаказанным!

– Чего теперь прошлое ворошить, – поморщилась Кейтана. – Нолан мёртв, Хофф, спасибо моему братцу, тоже. А ведь он был неплохим полководцем, это все признавали.

– Раз уж ты затронула эту тему, – тон Гарена стал немного извиняющимся, – то у меня есть для тебя еще одна неприятная новость.

– Может, не надо? Это никак не подождёт, скажем, до послезавтра?

– Прости, милая, дело неотложное. Сегодня приехала охрана Дарина…

– Охрана Дарина? – вскинулась Кейтана. – Боги, я, кажется, скоро с ума сойду! Надеюсь, он отравился сивухой в каком-нибудь кабаке, а не сбежал и не поднял восстание в Тигарино?

– Всё не так страшно, но в целом ты почти угадала, – признался особый советник, успокаивающе поглаживая её по волосам. – Он, и правда, сбежал. Твой отряд перехватил его в предместьях Сегалы, начался бой между гвардейскими магами и цепной шавкой принца, и тут вмешалась ещё какая-то чародейка. В итоге погибли и гвардейцы, и Вирден, а твой братец на это всё поглядел и решил податься в бега. Отдал своей охране немного денег, отпустил её на все четыре стороны, а сам ускакал вместе с Тейнором и Жаном, это второй его приятель, с которым…

– Я знаю, – перебила его Кейтана. – Я про своего родственничка придурочного всё знаю, можешь не утруждаться. Эта его охрана никому по дороге не проболталась о том, что произошло?

– Ту дюжину человек, что явилась в сегальское отделение Особой канцелярии, сразу же взяли под стражу, допросили и отправили сюда. Но были и те, кто сбежал ещё по дороге к городу, видать, поняли, чем дело пахнет.

Императрица выругалась. Конечно, эти излишне сообразительные вояки не будут трепать языками на каждом углу, привлекая внимание ищеек, но, раньше или позже слухи всё равно поползут. А предъявить всем живого и здорового принца, чтобы унять народную молву, она не сможет, потому что этого козла уже и след простыл. Вот, значит, братец, какова твоя хвалёная преданность делу и государству! В самый разгар войны сбежал, поджав хвост, наплевав и на свою честь, и на репутацию императорского рода!

– Что ты сделал с теми телохранителями, что сдались? – спросила она, усмирив бушевавшую в груди ярость.

– Под замок посадил. Обращаются с ними неплохо, в сущности, ведь эти парни ничего плохого не сделали, но общаться с ними охране строго запрещено.

– Так их пока и держи. Я… я подумаю, что тут можно сделать. Поговорю с Амандой. Но не сейчас. Будь другом, оставь меня на какое-то время.

– Конечно, милая, – Гарен поцеловал её в макушку и тихо покинул комнату. Наверняка у него были и свои соображения насчет бегства Дарина, но их она выслушает уже вечером. А может и вовсе завтра.

Взяв стоявший на столике бокал, Кейтана осушила его несколькими жадными глотками. Тут же наполнила снова и повторила процедуру. Честное слово, если однажды Дарин ей попадётся, она из него своими руками душу вытрясет. От этого чокнутого никогда нельзя было ждать ничего, кроме неприятностей. Она это знала, и отец это понимал, но, всё равно, отказался от её предложения законопатить принца в дом скорби, когда тот в первый раз забил человека до смерти. Мол, это бы бросило тень на весь род Эст. И вот вам, пожалуйста, результат. Это уже не тень, это навозная куча у дверей фамильного склепа, грязное пятно на всей родословной! Кейтана наполнила бокал в третий раз и, сделав маленький глоток, отставила его в сторону. От всех этих терзаний проку не будет, разве что опять голова разболится. Надо поскорей пережить этот мерзкий денёк и взвесить всё завтра, на свежую голову. Придя к такому решению, императрица вновь потянулась за книгой.

За ужином Аманда не появилась, прислав свои извинения со слугой, а на следующий день, войдя в свою приёмную, Кейтана увидела, что герцогиня уже ожидает её вместе с малоприятным на вид мужчиной. Волшебником, если судить по скромного покроя мантии.

– Ваше величество, – поднявшаяся со стула Аманда присела в дежурном реверансе, а вскочивший следом за ней колдун отвесил императрице не слишком-то изящный поклон. – У меня есть, что вам сообщить. Позвольте также представить вам мэтра Демиша, моего телохранителя и консультанта в вопросах магии. Если вы не против, ваше величество, я пригласила бы его поучаствовать в нашей беседе.

– Раз это необходимо, – немного удивилась Кейтана, – пойдёмте, герцогиня.

Войдя в кабинет, она заняла своё место, жестом пригласив советницу сесть напротив. Телохранитель пока что остался у двери с какой-то папкой в руках.

– Ваше величество, – Аманда устремила на императрицу свой проницательный взгляд, – думаю, я нашла способ разрешить наш кризис в Артино.

– И вы намерены говорить об этом в присутствии постороннего? – нахмурилась Кейтана.

– Поверьте, ваше величество, мэтр Демиш заслуживает всяческого доверия. В случае надобности он сумеет прояснить некоторые вопросы, в которых сама я недостаточно компетентна. Вы позволите мне начать, ваше величество?

Ещё раз взглянув на застывшего немым изваянием мага, императрица кивнула.

– Ваше величество, я обсудила сложившееся положение с первым ардрагом, магистром Эйзеном и моим консультантом, – небрежный кивок в сторону Демиша, – и все мы сошлись во мнении, что ситуация сложилась критическая. В этой войне мы не можем полагаться на силы простых солдат. Эль превосходят нас физически. В схватке любой из них без труда справится с рядовым воином из числа людей, люменов или люров. Единороги дают эльдри огромное преимущество на марше и в битве, а эльтэ и вовсе способны насылать на врага полчища ядовитых насекомых. Единственный способ переломить ход событий в свою пользу – добиться магического превосходства на поле боя. Ваше величество, я предлагаю обратиться за помощью к тёмным магам.

Кейтана не успела не то, что ответить, но даже и осмыслить услышанное, а герцогиня напористо продолжала:

– По самым скромным оценкам мэтра Демиша, долгое время изучавшего этот вопрос, в пределах империи скрывается около трёх-четырёх тысяч некромантов, демонологов и псиоников. Предложив им амнистию в обмен на участие в войне, мы получим в своё распоряжение огромную силу. Более того, некромантия даст преимущество и нашим армейским магам. Достаточно одарённому принести одну жертву Гаруне, и его резерв вырастет более, чем на четверть. С таким запасом энергии им не составит труда уничтожить захватчиков.

– Это безумие, – слабо возразила Кейтана. По мере того, как герцогиня говорила, её всё больше охватывали апатия и непонятная слабость, но мириться с услышанным больше было не в её силах. – Узнав о таком, народ взбунтуется, солдаты начнут дезертировать, а наши соседи получат законный предлог для нападения.

– Ваши подданные верны вам, ваше величество, – уверенно улыбнулась Аманда, – и прекрасно знают, что творят Эль на захваченных территориях. Дезертиры, надо думать, появятся, в том числе среди магов, но приток тёмных перекроет эти потери с лихвой. Что же касается соседей, они осмелятся на агрессию только уверившись в нашей слабости, и тогда никакие предлоги им не потребуются. Ваше величество, я вовсе не предлагаю легализовать тёмные искусства по всей империи. Только в затронутых войной провинциях, и лишь для тех, кто встанет под ваши знамёна. Там будет развернута сеть алтарей Гаруны, а созданные в ходе ритуалов вампиры станут отличным подспорьем на поле брани. И, главное, ваше величество, это не навсегда, а только до тех пор, пока последний захватчик не покинет земли империи.

– Где же вы предлагаете взять жертв для этой... – Императрица хотела было употребить слово «мерзости», но передумала. В душе она дивилась самой себе. Предложение герцогини было совершенно неправильным, неприемлемым, где-то даже преступным. И тем не менее, с каждым следующим её словом, Кейтана всё больше укреплялась в мысли, что иного выхода нет.

– Империя богата рабами, – советница не стала дожидаться окончания фразы. – Достаточно выделить из казны средства на их закупку. Не стоит забывать и о сотнях тысяч беженцев, наводнивших внутренние провинции. Мы делаем для несчастных всё, что в наших силах, но их слишком много. И будет ещё больше. Они ненавидят Эль, многие дорого дали бы за возможность им отомстить. И все поголовно мечтают хоть как-то помочь своим семьям. Скоро наступит зима, беженцы начнут гибнуть от холода, голода и болезней. Предложите им достойную плату, ваше величество, и они сами лягут на алтари.

По спине Кейтаны пробежала волна мурашек.

– Разве в казне найдётся достаточно денег? – неуверенно спросила она, чувствуя неприятный зуд в голове. Словно что-то живое забралось в черепную коробку и теперь копошилось там, устраиваясь поудобнее.

– Я побеседовала с несколькими членами Имперского совета, ваше величество. Они готовы поступиться частью собственных средств ради блага империи. Соответствующее ходатайство, касающееся также и представителей Монетного собрания, уже завтра будет принято большинством голосов и окажется на вашем столе.

– Вы говорили с первым ардрагом, – императрица отчаянно боролась с несвоевременной слабостью, стараясь вникнуть во все детали. – Он также поддерживает эту идею?

– Йора Густаво подкосило известие о поражении при Креанге, – в голосе герцогини послышалось пренебрежение. – Он категорически против легализации тёмных, ведь для него это всё равно, что расписаться в своей неспособности решить проблему наличными силами. Никакой разумной альтернативы он предложить не смог, только грозил отставкой, если я явлюсь к вам со своим предложением. Невелика потеря, ваше величество. Так вы подпишете все необходимые бумаги?

– Думаю... – Кейтана попыталась собраться с мыслями, – думаю, да.

Аманда подала знак, и безмолвствовавший всё это время телохранитель приблизился, чтобы передать ей папку. Бегло просмотрев оказавшиеся в её руках документы, императрица поставила несколько подписей и, вернув папку герцогине, тихо пробормотала:

– Я хочу остаться одна.

– Служу вашему величеству, – покинув кресло, герцогиня сделала изящный реверанс. – Если желаете, мы с мэтром Демишем ещё навестим вас сегодня вечером и проясним все детали, требующие вашего внимания.

– Возможно, – устало кивнула Кейтана.

К её огромному облегчению, советница больше не стала ничего говорить и скрылась за дверью вместе со своим колдуном. Только сейчас императрица сообразила, что за всё время их разговора он не проронил ни слова. К чему, спрашивается, было его приглашать? С другой стороны, будь она в лучшей форме и пожелай разобраться во всём поподробнее, это консультант, наверно, пришёлся бы к месту. Так и надо будет поступить потом, когда она начнёт чуть лучше соображать.

В течение некоторого времени Кейтана приходила в себя, не решаясь приниматься за работу. В голове постепенно прояснялось, и с каждой минутой она всё отчётливее понимала, какую невероятную глупость только что натворила. Аманда, конечно, умница и ещё ни разу не подводила её, но это... Это выглядело, как шаг в бездну. Может, ещё не поздно всё отменить, ворваться в кабинет герцогини, забрать бумаги? Но тогда как ей спасти империю? Если её правая рука явилась с таким предложением, значит, ситуация и вправду безвыходная, иначе Аманда так бы не поступила. Опять же, она говорила с Эйзеном... Шил, надо было спросить, что об этом думает Эйзен! Чувствуя себя полной дурой, Кейтана закрыла лицо руками. Нет, она не плакала, просто пыталась собраться с мыслями. Вскоре ей это удалось. Избавившись от сомнений, императрица выпрямилась в кресле и взяла с верхушки стопки первый документ. Сделанного уже не воротишь. Если иного выхода нет, нужно идти до конца и работать, потому что сейчас именно от неё зависит судьба империи.

Приняв такое решение, Кейтана и после обеда продолжила заниматься делами, с радостью отмечая, что к ней вернулись прежние ясность и острота мысли. Как-то совсем незаметно подошло время ужина. За трапезой она поподробнее разузнала у Аманды, как будет на практике реализовываться подписанный ей сегодня закон, и, в который раз, убедилась в том, что не ошиблась с выбором советницы. Разве кто-то другой на месте герцогини сумел бы так быстро найти решение, взвесить все за и против и обойти большую часть подводных камней, связанных с амнистией тёмных? Её аргументы были настолько логичны и убедительны, что к концу ужина от поселившегося в сердце императрицы червячка сомнения не осталось и следа. Поэтому от предложения вновь пригласить мэтра Демиша она решительно отказалась. Колдун отчего-то с первого взгляда вызвал у неё сильную неприязнь, так к чему лишний раз мозолить о него глаза, если вопрос и так прояснился? Кейтана даже с некоторым сожалением поглядывала в сторону вновь пустующего места Гарена за столом. Ей хотелось поскорее узнать его мнение насчет всего, что говорила Аманда. Придется, как видно, пересказать ему суть их разговора самой. Однако этим вечером такая возможность ей не представилась. Устав ждать своего особого советника, императрица послала за ним слугу, но тот вернулся с известием, что йора Гарена даже нет во дворце. Увиделись они только на следующий вечер.

– Прости, милая, – сходу повинился глава ищеек, войдя в её покои. – Я слышал, ты меня разыскивала. К сожалению, нужно было отъехать по семейным делам, вот только вернулся и сразу к тебе.

– Значит, ты ещё не в курсе новостей?

– Надеюсь, хороших? – он быстро подошёл к зеркалу, пригладил волосы и занял место напротив неё.

– Так сразу и не скажешь, – вздохнула Кейтана и начала пересказывать ему события вчерашнего дня. С первых же её слов особый советник начал мрачнеть, а вскоре его пальцы стали отстукивать по подлокотнику кресла нервную дробь. Видя это, императрица невольно заторопилась, припоминая и пуская в ход все аргументы, приведённые герцогиней. Гарен её не перебивал.

– Аманда сошла с ума, – хмуро подытожил он, когда Кейтана исчерпала своё красноречие. – Тебя я не виню, Кейт, ты просто запуталась, и это неудивительно. На тебя слишком много всего свалилось.

– Нигде я не путалась! – огрызнулась императрица, раздосадованная тем, что все её усилия пропали впустую. – Другого выхода не было, так считает не только она, но и глава Гильдии, и члены совета, и…

– Вот это меня и смущает, – не дал ей закончить Гарен. – Как-то уж слишком просто у Аманды это всё получилось. Говоришь, она меньше, чем за день, подготовила законопроект?

– Ну да! Она, наверное, всю ночь не сомкнула глаз, зато теперь мы действуем вместо того, чтобы топтаться на месте.

– Кейт, послушай, – он заговорил мягче, видимо, чувствуя приближающуюся грозу. – Такие вещи не делаются ни за час, ни за десять часов, ни за двадцать. Не удивлюсь, если папка с законом лежала у неё в столе, а скорее, в тайнике, не одну и не две недели. Она дожидалась лишь удобного случая чтобы подсунуть её тебе и, спасибо ардрагу Эрскину, ей этот случай представился.

– Ерунда, – отмахнулась Кейтана, – а даже если и так, что с того? В том-то и прелесть Аманды, она всегда продумывает всё на два шага вперед и готовит решения на любой случай. Положение на войне с самого начала было тяжёлым, она и подстраховалась. И не зря, как видишь. Или у тебя припасён вариант получше?

– Любой вариант будет лучше легализации тёмных. Кейт, этот закон нужно отменить, пока не поздно, иначе я даже боюсь представить себе последствия.

– Да что ты заладил, Кейт, да Кейт! Как по мне, лучше уж примириться на время с тёмными, чем быть вздёрнутой остроухими на воротах собственной столицы.

– А с чего ты решила, что чернокнижники придут к нам на помощь? Им и на нелегальном положении вполне комфортно, к чему рисковать головой ради амнистии и даже без права заниматься любимым делом? А их любимое дело – это кровавые ритуалы, призыв демонов и поглощение душ. К слову, надеюсь, ты хоть поддавшихся не легализовала?

– Я что, похожа на дуру? – зло прищурилась Кейтана. – Тёмные пойдут воевать хотя бы потому, что иначе Эль перебьют всех без разбора и их в том числе. Да даже если и не пойдут, всё равно некромантия так усилит армейских магов, что они превратят остроухих в пыль!

– Если эти самые маги захотят марать руки, вместо того чтобы дезертировать и бежать за границу.

– Закрыли тему! Пролитое вино обратно не соберёшь. Закон принят и об этом знает слишком много народу, чтобы без огласки откатить всё назад. Такой гениальный манёвр и репутацию короны испортит, и никакой пользы не принесёт, – она отмеривала фразы, словно с плеча рубила.

– Пожалуй, – как-то даже поник Гарен. – Шил, ну почему меня не было тут вчера? Слушай, Кейт, ты же знаешь, что я всегда буду на твоей стороне?

– Знаю, – императрице стало немного неловко за тот пыл, с которым она набросилась на любовника.

– Тогда, пожалуйста, впредь прежде, чем принимать подобные решения, посоветуйся и со мной. Даже Аманда может порой ошибаться, а вдвоем мы с тобой уж точно найдем лучший выход.

– Договорились, – примирительно улыбнулась императрица. – Как говорится, одна голова хорошо, а две лучше.

В душе её вновь зашевелились сомнения в верности принятого накануне решения, но Кейтана отчётливо понимала, что отступать поздно.