Проснулся Мерк от того, что чья-то магия требовательно постучалась в окружавший его защитный кокон. Открыв глаза и приподняв голову, он увидел сидящую рядом Лиссандру и, подумав немного, решил, что, может, оно и к лучшему. Ну, забыл он вчера обезвредить колдунью, как уже два раза делал до этого, и что с того? Самое неприятное, что тёмная могла сделать – это по-тихому смыться вместе со своей чудесной сферой, что было бы не особо приятно, но не смертельно. Насильно мил не будешь, а он предпочёл бы видеть в своей нежданной находке союзницу, пусть и временную, а не пленницу, следующую за ним только из чувства страха. Наутро после их встречи поддавшемуся в голову закралась идея насовсем оставить на шее некромантки негатор, да ещё и наложить на неё контролирующие чары вроде тех, что когда-то давным-давно сплёл в его голове служивший Джереми маг. Под их контролем девушка не смогла бы ни убежать, ни навредить им с Трикс, а снять чужое плетение ей бы не дал амулет в виде черепа. И он бы мог делать с ней всё, что только захочет. Мыслишка была настолько поганой, что Мерк раздавил её без всякого сожаления и ещё какое-то время чувствовал себя грязным, будто искупался в болоте. Рабовладельцем он становиться точно не собирался, хватит с него и тех мерзостей, что он уже наворотил за свою короткую жизнь.

– Опять в облаках витаешь, – вынесла свой вердикт чародейка и пощёлкала пальцами под самым носом поддавшегося. – Очнись, Меркел! Что ты надумал?

– Отправимся в Эстолару, – колдун сел и огляделся вокруг. Расположившаяся по другую сторону от кострища Трикс радостно улыбнулась и показала ему большой палец. Что до их новых попутчиков, они ещё видели сладкие сны и в разговоре участвовать не могли. – Вот подумай, милая, доберёмся мы до столицы, а там его высочество возьми и скажи, что ты тёмная. Что будешь делать?

– Я начинаю жалеть, что вообще связалась с вами двумя, – раздражённо фыркнула чародейка. – Что же ты, об амнистии для несчастной девушки, по наивности ступившей на путь порока, договориться не сможешь?

– Как у тебя всё просто выходит, – хмыкнул Мерк. – Ладно, договорюсь, не ершись. Трикс, растолкай-ка наших новых друзей, время завтрака.

– Есть, командир! – звонко выкрикнула девчонка, даже не делая попытки подняться. Этого и не требовалось. От её крика принц и Тейнор вскинулись и дико заозирались, а Жан – тот и вовсе моментально оказался на ногах с кинжалом в руке.

– Вот же бестия! – гвардеец добавил еще пару ласковых и откинул в сторону плащ, стараясь не смотреть на Лиссандру. – Шли бы вы уже в свои вотчины и оставили нас в покое!

– Повежливей, однодневка, – Мерк не слишком любил это слово, но сейчас оно пришлось как нельзя кстати. Раз им предстояло вместе проделать немалый путь, нужно было сразу расставить всё и всех по своим местам.

Сержант наградил его гневным взглядом, пропавшим впустую, потому что поддавшийся уже повернулся к Жану.

– Как самочувствие?

– Как заново родился, – рыжий перенёс вес на пострадавшую ногу, потом с некоторой грустью потеребил пальцами разодранную штанину. – Девоньки, может кто зашьёт?

В пальчиках Трикс мгновенно очутилась пугающих размеров игла из тех, что остались от вампирского пыточного набора. Подойдя к Жану, она великодушно вручила тому одну из своих игрушек и тот с некоторым недоумением осмотрел подарок.

– Да в этом гвозде даже ушка нет, – озвучил он результаты своих наблюдений.

– С дарёного люра блох не выводят, – пожала плечиками красноволосая. – А не нужна, так давай сюда. – С этими словами она опять завладела железкой и вновь приколола её к внутренней стороне рукава.

– Ваше высочество, – обратился Мерк к принцу, решив не ходить долго вокруг да около. – Вы ведь хотите для империи победы в войне?

– Хочу, – Дарин устремил на мага свой тяжёлый взгляд.

– Тогда буду с вами предельно откровенен. Я архимаг и до недавнего времени не имел намерения вмешиваться в конфликт, который меня не касается, однако в Людской империи у меня есть кое-какие интересы. Нашу встречу иначе как знаком свыше назвать нельзя, и вчера я принял решение сопроводить вас в столицу и поступить на службу к императрице. Что я получу взамен, касается только меня, от вас же мне требуются две вещи. Позвольте нам отправиться вместе с вами и навсегда забудьте о том, что Лиссандра имела когда-то отношение к тёмной магии.

– Согласен, – обронил принц сразу, как Мерк закончил. Может, с манерами у его высочества и были некоторые проблемы, но соображал он, похоже, быстро.

– Как будто у нас был выбор, – буркнул сержант и уже громче добавил. – А сам-то ты не из тёмных, а, архимаг?

– Еще одна дерзость, – спокойно произнес поддавшийся, – и я накормлю тебя твоими собственными кишками.

Гвардеец набычился, да и принц, судя по его виду, был готов снова броситься на колдуна с кулаками.

– Кишки – это замечательно, – прервал наступившую тишину голос Жана. – Но лично я снова отведал бы жареной рыбки. Вы, мэтр, не против ещё разок порыбачить?

– Ну уж нет! – решительно встала Лиссандра. – Пойду лучше подобью какую-нибудь пичугу.

– Одним делом меньше, – прокомментировал её уход Мерк. – Жан, если сам шить умеешь, в моем мешке найдешь и иголку, и нитки. Трикс, подойди-ка сюда.

Красноволосая без лишних расспросов подошла ближе и села рядом, верно истолковав жест волшебника.

– Взгляни магическим взором, – он сформировал на ладони примитивнейший из возможных волшебных щитов. – Сможешь уговорить Трюка сделать такой же?

– Не, – без раздумий помотала она головой. – Я и сама-то не понимаю, что это, как же я ему объясню?

– Но ведь ножи-то воздушные делать вы научились?

– Я их не делала, – в который раз принялась объяснять она, – я их хотела. Тут главное захотеть…

– Но не наружу, как все обычно хотят, а внутрь, чтобы Трюк понял, – закончил за неё поддавшийся и, резко наклонившись вперёд, выудил из её кармана золотую змейку.

– Эй! – возмутилась девчонка и тут же заработала подзатыльник. – Ай! – не тратя больше времени на расспросы, она выудила из рукава всё ту же иглу и попыталась ткнуть Мерка в бок, но та выскочила у неё из пальцев, наткнувшись на щит.

– Хочешь ещё? – с этими словами он попытался отвесить своей ученице вторую затрещину от которой та ловко увернулась. – А ну сиди смирно! Говорю, хочешь ещё получить?

– Не хочу, – до красноволосой дошло, чего добивается тёмный, и третий подзатыльник она стоически вытерпела. – Давай еще раз!

Мерк не заставил себя упрашивать и едва не завалился на спину от удара воздушным тараном. Его защита, хоть и повторяла контуры тела, но имела довольно хорошую устойчивость к таким вот воздействиям, иначе великий архимаг на глазах его высочества распластался бы на земле. Кажется, Трюк тоже не хотел, чтобы его подруга получала по шее, и решил избавить её от неприятностей самым привычным для себя способом.

– Погляди снова, – сказав это, он опять сформировал в воздухе контуры заклинания, – хорошенько запомни. Давай, давай, не кривись, любишь магичить, люби и формулы учить.

– Да что я тут разберу? – возмутилась Трикс, злившаяся скорее на себя, чем на Мерка. – Нитки какие-то непонятные, кружки и квадратики… ты бы хоть объяснил, как это всё работает!

– Тебе этого знать не требуется. Создать такое ты все равно никогда не сможешь, а значит, и понимать смысла нет. Достаточно запомнить структуру и держать её в голове в этот самый твой момент «хотения», тогда, может быть, Трюк быстрее сообразит, чего от него хотят.

– А чего я хочу тебя не волнует? – на её глазах неожиданно выступили злые слёзы. – Мне интересно знать, как магия действует. Либо объясни толком, либо не лезь!

– В её словах есть резон, – впервые за это утро подал голос наставник. – Быть может, осознавая принцип действия чар, девочка сумеет выйти на качественно новый уровень взаимодействия с духом.

– К тому же ей действительно любопытно, – про себя откликнулся тёмный, ощущая лёгкий укол стыда. Сам-то он с восторгом усваивал уроки Брандефа, а Трикс пытается надрессировать, как собачку.

– Прости, пожалуйста, – вполголоса сказал он закусившей губу девчонке так, чтобы кроме неё его никто не услышал. Проблем с этим не было, поскольку принц с Тейнором куда-то убрели, а стянувший с себя штаны Жан сноровисто работал иглой шагах в девяти от них. – Сейчас всё тебе объясню. Гляди, это силовые нити, а прикреплённые к ним фигуры называют энергетическими блоками. Каждый из них для чего-то нужен, а вся конструкция целиком и составляет заклятье или, как говорят маги, плетение…

Ещё минут тридцать Мерк тихо рассказывал затаившей дыхание Трикс о назначении каждого блока, не обращая внимания на вернувшихся спутников. С пичугами у Лиссандры не задалось, магичка приволокла арканом упитанную кабанью тушку. Мерк этого даже не заметил. Он до того увлёкся, что, наверное, не закончил бы и к полудню, если бы Брандеф не напомнил ему о необходимости дозировать информацию. Вечером на привале он проверит, как его ученица усвоила материал, кое-что ещё пояснит, а там можно будет вновь перейти к подзатыльникам.

Завтрак прошёл в гробовом молчании. На лицах его высочества и Лиссандры отражалась холодная отстранённость, гвардеец, явно тяготившийся обществом навязавшихся им в попутчики колдунов, тоже не делал попыток завязать разговор, а Трикс, судя по её сосредоточенной мордашке, была всецело поглощена мыслями о свойствах магических блоков. Жан тоже пока не торопился открывать рот, но Мерк был уверен, что именно рыжий, рано или поздно, первым попробует завязать беседу.

– Вы поведёте, мэтр? – оправдал тот его ожидания, когда все члены отряда собрали свои скромные пожитки и были готовы выдвигаться.

– Я, – кивнул чародей, – пойдём на юго-восток и выберемся где-нибудь рядом с Сегалой, или у берега Бонны, чуть севернее города.

– Лучше прямо на юг, – не согласился Жан, – иначе в болото упрёмся. С нами вот так и вышло, пришлось несколько дней к западу забирать, пока не обошли топь.

– Учту, – Мерк оглядел своих спутников. – Так, за мной идёт Трикс, дальше Тейнор, его высочество, ну и ты, рыжий. Замыкающая Лиссандра, – сказав это, колдун решительным шагом направился прочь от озера, а остальные без разговоров последовали за ним.

Вот и ещё одна маленькая загадка разгадана. Поначалу Мерк не мог понять, каким образом принц со товарищи и Лиссандра едва не встретились в чаще, учитывая, что углубились они в неё на некотором удалении друг от друга. Большого значения этому вопросу он не придал, придя к выводу, что либо некромантка, либо его высочество в какой-то момент сбились с намеченного пути. Ошибся, выходит.

– За время наших странствий в долине ты привык чувствовать себя самым умным. Гораздо лучше было бы спросить, чем заполнять недостающие фрагменты картины своими домыслами.

– Спросил бы, – откликнулся тёмный, чувствуя правоту духа. – Но как-то желания не было. Изгои из нашей шайки – и те были более приятными собеседниками.

Нахлынувшие воспоминания резко испортили поддавшемуся настроение. Он старался как можно реже возвращаться мыслями к тем, кто, пусть и поневоле, доверил ему свои жизни, и кого он в итоге обрёк на смерть. Крайне удачно из-за деревьев впереди показалась массивная медвежья башка и колдун шарахнул по ней молнией, желая отвести душу. Только в самую последнюю секунду он немного сместил прицел, чтобы смертоносное заклятье врезалось в древесный ствол рядом с косолапым, не причинив тому какого-либо вреда. Напуганный хищник с завидной резвостью кинулся наутёк. Повезло ему, что молния была колдовская. Удар обычной, пришедшийся по дереву в такой близости от животного, легко мог бы его убить, но чародеи создавали свои плетения для конкретных задач, и в этой ситуации в планы Мерка бить по площадям не входило. Проходя мимо обуглившегося ствола, он обратил внимание на приличных размеров кучу, оставленную лесным хозяином, и усмехнулся. Когда-то, помнится, встреча с такой вот зверюгой едва не вынудила обделаться его самого, и, кто знает, может, сегодня он повстречал ту самую медведицу, которая в своё время перепугала его у малинника неподалёку от поляны с камнем.

Дальнейшее их путешествие до окраины Тирских лесов прошло на удивление гладко. Временами на глаза отряду показывались разнообразные хищники и тут же исчезали, опасаясь связываться с такой оравой бредущих куда-то двуногих. Однажды ночью на их стоянку попыталась напасть стая каких-то насекомоподобных тварей. Половина из них передохла в расставленных Мерком колдовских ловушках, а остальные почли за лучшее обратиться в бегство. Пожалуй, это был единственный раз, когда колдун увидел на лице принца живые эмоции, не считая, разумеется, разговора у озера, когда тот попытался накинуться на них с Трикс. Его высочество внимательно изучил туши неизвестных монстров и даже вскрыл подбрюшье одной тварюги в поисках железы с ядом, на наличие которой указывало немалых размеров жало. Его интерес можно было понять, прежде подобных существ никто из отряда не видел, включая Брандефа. Наверно, какая-то местная популяция, не слишком стремящаяся распространяться за пределы родных чащоб. Всё остальное время принц Дарин вёл себя отстранённо и, если и говорил с кем-то, то только со своими приятелями. Тейнор также делал вид, что никаких магов рядом с ним и в помине нет, и будучи в курсе его неудачного романа с некроманткой, Мерк прекрасно понимал гвардейца. Единственными, кто немного оживлял обстановку, были Жан с Трикс, весело болтавшие о всякой всячине. Тёмному даже построение отряда изменить пришлось, чтобы эти двое не перекрикивались через головы спутников. Жан вообще был, что называется, рубаха-парень, но тёмный его внешним дружелюбием не обманывался. Рыжий, несомненно, был самым опасным из этой троицы и, если бы не постоянно работавший магический кокон, Мерку было бы немного тревожно оставлять этого весельчака за спиной. Кто знает, что там на уме у его высочества? Вдруг передумает, да и натравит приятелей на самозванного архимага. А вот с Лиссандрой у него подобных проблем больше не возникало. Время от времени Мерк даже с некоторым смущением вспоминал их первую ночь, когда он не осмелился прикоснуться к колдунье прежде, чем нацепил не неё негатор. В тот момент это казалось ему необходимой мерой, иначе как уберечься от внезапного магического удара? Причин доверять тёмной у него тогда не было, да и теперь их не слишком прибавилось, но отношения их с тех пор несколько изменились. Днём, в присутствии остальных, чародейка обычно хранила молчание, а вот по ночам, когда все их спутники, включая Трикс, незаметно для самих себя погружались в крепкий колдовской сон, они подолгу беседовали, стараясь как можно больше узнать друг о друге, выдав при этом поменьше собственных тайн. Игра эта им обоим пока не надоедала, а заканчивалось всё неизменно страстным соитием, и чувство опасности, исходящей от некромантки, всякий раз делало его только острее и ярче. Мерка нисколько не беспокоило, что он буквально вынудил Лиссандру к этой близости. Отвращения или равнодушия в её глазах он не видел ни в их первую ночь, ни потом, зато ощущал её кошачье любопытство и страсть в те минуты, когда они отдавались друг другу. Мерк понимал, что вечно играть по его правилам тёмная не будет, и всё равно понемногу начинал к ней привязываться. Это вовсе не означало, что он забыл об их разговоре с Брандефом и о данном наставнику обещании. Хорошо, что пока что никаких оснований избавляться от Лиссандры у них нет и, надо надеяться, в ближайшем будущем не появится. Подтолкнув поддавшегося к путешествию в Эстолару, тёмная сделала на него определённую ставку, и пока он ей нужен, подлянки с её стороны ждать не стоит.

– Давно ты таскаешься с этой полоумной? – как-то спросила его чародейка, даже не глядя на мирно посапывающий предмет их разговора.

– Меньше года, – поделился с ней Мерк крохотной крупинкой информации.

– Да у тебя настоящий талант к дрессуре! – притворно восхитилась она. – Тебе надо в цирке работать!

– Ты не первая, кто отмечает мои многочисленные таланты, – Мерк протянул руку и осторожно убрал с её лица тонкую белую прядь.

– Я просто пытаюсь понять, зачем, – она строптиво дёрнула своей прелестной головкой, и прядка упала обратно. – Ладно бы ты псионикой занимался. Кстати, я знаю несколько интересных плетений магии разума. Было бы любопытно выяснить, как они сработают на этой блохе.

– Выкинь это из головы, – подбавил он в голос немного стали. – А насчёт заклятий, покажешь потом, может, когда пригодятся.

– Как скажешь, – покладисто согласилась тёмная. – Правда, жаль, что такой материал пропадает. Знаю я одного головастого малого из сегальских предместий, он бы десяток лет жизни отдал за возможность с ней поработать.

– Он, случаем, не в замке Борг обитает? – заинтересовался поддавшийся.

– Точно, – её голубые глаза чуть расширились. – Ты удивительно много знаешь о наших коллегах из Тигарино.

– Меньше, чем мне бы хотелось. Вот, скажем, имени этого колдуна я не помню.

– Дериш, вроде, – Лиссандра нахмурилась, припоминая. – Или Дениш…

– Принципиального значения это не имеет, – Мерку надоело наблюдать за её мучениями. – В любом случае, там мы его не найдём.

– Почему же?

– Твой головастый друг не знал меры. Ручаться я не могу, но думаю, что он давно уже кормит червей.

– Жаль, если так, – ни малейшего сожаления в её тоне не было. – Талантливый был колдун.

– Не более талантливый, чем Мориц, – Мерк скосил глаза на лежавшую у бедра некромантки сумку. – Скажи, а какие ещё артефакты он создал?

– Жезл, стреляющий упрощённой версией осколка Зихота, – вот теперь в её голосе слышалась лёгкая печаль. – Его он продал. Был ещё искажающий восприятие амулет. Нацепи такой на однодневку, и тот поверит любому бреду, что ты ему наплетёшь. Этот забрали засранцы из ковена для каких-то своих делишек. Только долго его не проносишь, слишком грубое псионическое воздействие. Мозги быстро откажут. Ну и, наконец, камень для поимки демона. Когда-то давно такие уже создавали и Морицу удалось воспроизвести эту технику. Подразумевается, что демон заселится не в обездушенное тело напрямую, а в камень, в него вживленный. Тогда его свобода будет ограничена настройками артефакта и получившейся кукле можно будет отдавать приказы, как упырю или зомби. Демон на поводке, можешь себе представить?

– Могу, – у поддавшегося неприятно зачесалась ямочка между ключицами. – И был только один прототип или Мориц успел создать несколько таких камушков?

– Два сделал он, ещё штуки три-четыре другие маги. Повторить чужое у придурков из ковена мозгов хватило.

– Некромантия, боевые чары, псионика и демонология, – медленно перечислил Мерк. – Да этот Мориц был настоящим гением.

– Художником, – мечтательно вздохнула она. – Знаешь, я до сих пор надеюсь, что он сумел выжить. Мало ли, как его сфера могла попасть в руки того мальчишки.

– И правда, – после недолгой паузы обронил Мерк. Было у него искушение заявить Лиссандре, что от её ненаглядного артефактора остался только угольно-чёрный след на стене, но разум подсказывал, что этого делать стоит. Лучше уж она будет вздыхать по нему, чем возненавидит своего нового любовника за непрошеное откровение. Вдобавок, у тёмной появится ещё больше вопросов о его осведомлённости относительно сегальского дела, а вслед за вопросами могут появиться и подозрения.

– Очень трезвая мысль, чем меньше деталей головоломки ты ей предоставишь, тем будет лучше.

– Чем-нибудь, со временем, всё равно придется делиться, – перешёл колдун на мыслеречь. – Я обещал ей знания.

– Хватит с этой красотки и императорской благосклонности для начала. Ты довольно умело водишь её за нос, вот и продолжай в том же духе.

С наставником трудно было поспорить. Больше всего Мерк гордился своей выдумкой, разом объяснявшей все странности Трикс, включая её нестандартные способности. В первое же утро, когда скованная чарами и негатором некромантка ещё спала, поддавшийся объяснил красноволосой свою задумку, и та с радостью приняла новую игру. От Трикс, собственно, ничего и не требовалось. Она могла вести себя, как обычно, а Лиссандре Мерк разъяснил, что его спутница обладает уникальным даром, как и многие другие зрячие, но, в силу безумия, воспринимает свои способности, как полноценную личность по имени Трюк. Такая легенда прекрасно скрывала поселившегося в теле девушки духа стихий от пытливого взгляда Лиссандры, а её поддержание не требовало ни от Мерка, ни от его новой ученицы никаких усилий.

– Тебе однозначно стоило бы заняться псионикой, – посоветовала ему тёмная с притворной заботой. – Как минимум, для того, чтобы собственные мозги подлатать. Меркел у меня постоянно складывается ощущение, что ты там, у себя в голове, болтаешь с кем-то невидимым. Мне даже не по себе становится, вдруг ты в буйство впадёшь, как наше дорогое высочество.

– Не беспокойся, на тебя у меня рука не поднимется, – широко улыбнулся поддавшийся. – Мне, как ни крути, не чуждо чувство прекрасного.

– Говоришь, чувство? – глаза её призывно блеснули, а через мгновенье их губы соприкоснулись в жарком поцелуе. – И что ты чувствуешь? – уточнила она ненадолго от него оторвавшись.

– Многое, – пальцы Мерка зарылись в её белоснежные волосы, – но мне нужно больше. – И они снова впились друг в друга, ничуть не смущаясь соседством беспробудно дрыхнущих спутников.

Так проходили их ночи, перемежаемые долгими дневными переходами, и Мерк, привычный к походной жизни, был по-настоящему счастлив. В сравнении с Дикой долиной, Тирские леса больше напоминали дворцовый парк, чем кишащую монстрами чащу, и у него было в достатке времени, чтобы на ходу совершенствоваться в создании плетений и потом на привалах помогать совершенствоваться уже Трикс. Его подопечная постепенно делала успехи, со всем возможным пылом отдаваясь занятиям магией, которой грезила всю свою жизнь. Ей удалось освоить простенькие щиты, невидимость и ещё несколько не менее полезных и при этом малозатратных заклятий. К их общему сожалению, резерв Трюка от этих упражнений почти не рос. Дух стихий окончательно завершил трансформацию энергоканалов своей подруги, что, по мнению Брандефа, и открыло ей доступ к магическому зрению, и теперь просто болтался в голове Трикс, более чем довольный жизнью. Вообще-то, поддавшимся казалось, что свою работу он завершил ещё в долине и они долгое время не вглядывались в ауру Трикс, а зря, иначе не проморгали бы тот момент, когда она обрела способность видеть плетения. С недавнего времени их занятия с красноволосой лишились почти всякого смысла, ведь на более серьёзную ворожбу, чем та, которой они её обучили, у Трюка всё равно сил бы не хватило. Но Трикс настаивала на продолжении обучения и Мерк не возражал. Он быстро распробовал, каково это – быть наставником, и стал ещё лучше понимать Брандефа и тот энтузиазм, с которым дух развивал талант своего ученика. Лиссандра на эти занятия смотрела с нескрываемым скепсисом. Она-то, наверняка, хотела, чтобы могучий архимаг переключил свой пыл на неё, даже не догадываясь о том, что Мерку, по сути, самому впору было к ней в ученики идти. С точки зрения любого мало-мальски сильного чародея, отучившийся всего год поддавшийся был едва-едва вылупившимся птенцом. И так бы оно и было, если бы не фантастические темпы, с которыми он впитывал знания и навыки Брандефа. Вот что даёт симбиоз двух душ в одном теле!

Лето, тем временем, плавно подошло к своему концу. Календаря у тёмного под рукой не было, поэтому с точностью до дня он сказать не мог, но, по его прикидкам, из чащи они должны были выбраться где-то в начале осени. Далеко забрались его попутчики, принц вон две недели отшагать успел, пока троица зрячих его не нагнала.

– Погляди вперед! Ты что-то совсем расслабился.

Отвлекшись от своих мыслей, Мерк присмотрелся и увидел среди деревьев две маленькие фигурки, одну в синем платьице и вторую в белом. Девчушки, на вид лет пяти-шести тоже заметили Мерка и его спутников и в нерешительности остановились. Та, что была чуть повыше, ухватила подружку за руку и потянула назад, что-то встревоженно прошептав ей на ухо. Колдун прибавил шагу. Усыплять, а тем более парализовывать детей ему не хотелось, как и гоняться за перепуганными малявками, если те надумают убегать.

– Привет! – как можно дружелюбнее улыбнулся он, когда до замешкавшихся девчонок осталось не больше десяти шагов. – Вы нам не поможете? Заплутали мы в дебрях этих, думали, и не выйдем вовсе. Вас как зовут?

– Меня Ариша, – неуверенно улыбнулась в ответ более смелая девочка, так и не поддавшаяся на уговоры подруги. – А её Клара.

Вторая любительница лесных прогулок бросила на Аришу недовольный взгляд и потупилась, нервно теребя подол платьица.

– И что вы тут делаете? – высунулась из-за плеча Мерка Трикс. – Кто вас сюда одних отпустил?

– Мы ненадолго! – заторопилась Ариша. – Нам только земляники набрать, и назад.

В подтверждении своих слов она ткнула пальчиком в висевшее у неё на сгибе локтя лукошко и подумав секунду добавила:

– Мы выведем, точно-точно, вы токмо маме не говорите. Идёмте, тут недалеко!

– Стой, – осадила её Клара, неприветливо глядя на собравшийся вокруг них отряд. – Ты разве не знаешь, что с незнакомыми говорить нельзя?

– Как видишь, не знает, – ответил за мелкую Мерк. – Именем Юра, и словом его, и светом его изыди, нечистая сила.

Клара противно взвизгнула и обрушилась на землю водопадом вонючей грязи, забрызгав башмачки и подол застывшей как столб Ариши.

– Тебя родители, похоже, и впрямь ничему не учили, – пожурил малышку тёмный и присел, чтобы не нависать над испуганно заморгавшей девчонкой. – Нашла себе охальницу в провожатые! Завела бы она тебя лиг на десять-двадцать поглубже, да там и бросила бы волкам на поживу.

– Она… – малявка шмыгнула носом и, наконец, разрыдалась, выплёскивая испуг.

– Не реви! – совершенно непедагогично прикрикнула на неё Лиссандра, отправляя в голову глупышки успокаивающее плетение. Одно из тех, псионических, которые она демонстрировала Мерку на привалах. Применять нечто подобное, а уж тем более по отношению к детям, было строжайше запрещено, но некромантку это, естественно, не заботило.

– Я больше не буду, – уже больше притворно, чем искренне прохныкала Ариша, – вы маме не говорите…

– А надо бы, – неожиданно для всех пробасил гвардеец. – Тебе бы всыпать, как следует, чтоб насовсем усвоила!

– Думаю, демонстрации ей хватило, – не пожелал соглашаться с сержантом Мерк. – Мы никому не скажем. Ты только выведи нас и укажи путь к деревне. Ты ведь в деревне живешь?

– В селе, – мгновенно успокоилась их непутевая находка. – У нас храм Роши имеется, здоровенный! И каменный.

– Главное, чтобы хлеб с сыром имелись, – встрял Жан. – А еще лучше щи наваристые, да погуще.

Вот с этим поддавшийся был согласен на все сто процентов. Даже обидно, что теперь придётся подстраиваться под шаг Ариши. Как раз подходило время обеда, а выбраться из лесу и дойти до жилья путники бы сумели и без её помощи.

– А спасение ребенка из лап злобной нечисти тебе душу не греет? – осведомился наставник.

– Ты же прекрасно чувствуешь, что я рад этой встрече, – колдун выпрямился и велел вслух:

– Давай веди нас в свое село.

– Как оно, кстати зовётся? – снова влез с дельным замечанием рыжий. – И далеко ли отстоит от Сегалы?

– Отрадное, – охотно ответила их провожатая, делая шаг в сторону от пованивающей лужи, совсем недавно бывшей идеальной копией её настоящей подружки. – Тут совсем рядом, пойдём! А до Сегалы неделю, если верхами, токмо верхами у нас мало ездят. А ежели пешим ходом, так я не ведаю, сама не ходила и от других не слыхала.

Жан продолжал о чём-то расспрашивать девочку, но Мерк уже утратил интерес к их беседе. Много ли полезного сумеет поведать мелкая? Если и задавать вопросы, то кому постарше и желательно на полный желудок. Так информация лучше усваивается. А неделя – это не так и плохо, правда, лошадок для всех шестерых в селе им никак не достать. Двумя-тремя клячами разжиться, и то хлеб. Остальных по дороге докупят, а там, в Сегале, можно будет сменять сельских меринов на добрых коней. Главное, чтобы среди них безподковник не затесался. Глупо было бы последовать примеру Ариши и дать нечисти себя обдурить. Деньги у принца есть, так что он возьмёт на себя их обеспечение, никуда не денется, а раз такое дело, то можно и заводных лошадей прикупить, чтобы поменьше времени в пути тратить. Но какая же, всё-таки Шил зараза! Вот что ему радости от того, что невинный пятилетний ребенок сгинет в лесу от голода или волчьих клыков? Бог пакостник и богиня поддавшихся да упырей. Неудивительно, что всеобщей народной любви они не снискали.

– Если принять на веру слова нашего древнего собрата, Шил не всегда был таким. Когда-то он вместе с Гаруной пытался даровать знания разумным Эквилиума, но их отказ, очевидно, немало уязвил его самолюбие.

– Да, если верить, – мысленно ответил Мерк. – И теперь наша бедная покровительница в одиночку старается облагодетельствовать одних ценой жизни других.

– Надо заметить, вполне успешно. В копилку её побед смело можно заносить и наше возвышение, и появление на просторах Эквилиума разумных вампиров.

– Вот без последних я бы с радостью обошёлся. Не по душе мне такое нововведение, гнильцой от него несёт.

Брандеф оставил свое мнение при себе, а его ученик с радостью отметил, что лес начинает редеть. А это значит, что один этап их пути остаётся позади и их ждут все блага цивилизации, а также, в этом он был уверен, множество неожиданностей, как приятных, так и не очень. После однообразных скитаний в глуши лучшего и не пожелаешь.