– Здравствуй, твоё высочество! – воскликнул Жан, врываясь в комнату принца. – Есть разговор.

– Валяй, – отозвался Дарин, отрываясь от созерцания ползущего по стене паука.

– С кого бы начать… – рыжий прошёлся из угла в угол, а затем плюхнулся задом на стол прямо напротив принца. – С тебя, пожалуй.

– В каком смысле? – нахмурился Дарин.

– А вот в таком, – Жан наклонился вперёд и ловким движением вырвал из руки друга полупустую бутылку. – Ты что-то в последнее время совсем раскис, не находишь?

– Не нахожу.

– И напрасно, – рыжий на миг припал к горлышку. – Фу, ну и гадость! Неудивительно, что у тебя такая кислая мина.

Принц молча отобрал бутылку и тоже сделал глоток. На лице его читалось полное равнодушие к подначкам приятеля.

– Дарин, – наконец посерьёзнел рыжий, – нам до Сегалы меньше недели осталось. Не пора ли взять себя в руки и… что-нибудь предпринять?

– Что, например?

– А я знаю?! – возмутился Жан. – Это ведь ты у нас принц! Тебе и карты в руки.

– Ну, давай посмотрим на мои «карты», – неприятно улыбнулся Дарин после короткой паузы. – У меня две дюжины верных разумных, один магистр и несколько тысяч золотых ястребов, выбитых из тилнерских купчишек. А за моей сестрицей вся Людская империя. Разве что… – глаза принца неожиданно сузились, – твои покровители окажут мне очередную услугу.

– И думать забудь! – замахал руками Жан. – За такой подряд никто не возьмется, это ж самоубийство!

– И всё же, кто-то убил моего отца, – холодно напомнил принц. – У тебя на этот счёт нет никаких мыслей?

– Да какие у меня мысли? – отмахнулся рыжий. – Я же простой убийца, рабочая лошадка.

Дарин невесело рассмеялся. Потом посмотрел на остатки вина в бутылке, размахнулся и вышвырнул её в окно. С улицы донёсся болезненный вскрик и ругань, а принц с приятелем переглянулись и покатились со смеху.

– Ну вот, так уже гораздо лучше! – отсмеявшись, произнёс Жан. – Теперь давай разбираться с Тейном.

– А что с ним не так? – мгновенно насторожился Дарин.

– Да почитай, что всё. Ты, может, и не заметил, но Горшок наш сам на себя не похож. То хмурится, будто у него чирей на заду выскочил, то лыбится и смотрит так, знаешь, словно бы сквозь тебя. Рассеян до изумления, в прошедшие дней пять дважды по ошибке пытался влезть в комнату Вирдена. Хорошо ещё, тот против своих чары слабенькие накладывает. Горшку только пальцы обожгло малость, так маг наш ему их сразу и залечил.

– Странно, – задумчиво протянул Дарин. – Ладно, я к нему присмотрюсь.

– И последнее, – заторопился рыжий, прочитавший на лице принца желание прервать разговор, – Ты не думаешь послать пару-тройку людей из твоих двух дюжин в Сегалу с известием о нашем прибытии, или мы так инкогнито и поедем?

– Что, надоело делить постель с клопами? – улыбнулся его высочество. – Не бойся, будет нам в Сегале достойный приём.

– Погоди-ка! – Жан резко насторожился и вскочил на ноги. Лицо его было обращено к окну, откуда доносились конское ржание и отзвуки голосов. – Кажется, у нас гости.

– Вижу, – Дарин уже стоял у подоконника, и увиденное ему совсем не понравилось. В вечерних сумерках во двор приютившего их трактира въезжал отряд императорских гвардейцев. Света от заходящего солнца принцу с лихвой хватило, чтобы как следует разглядеть их форму и знаки различия.

– Где-то с полсотни, – на глаз определил рыжий. – Ну как, пошли знакомиться?

Дарин кивнул и быстрым шагом вышел в коридор, где их уже дожидался Вирден. Тейна они повстречали на лестнице. Судя по виду сержанта, он как раз поднимался, чтобы предупредить их о неожиданных визитёрах. Увидев друзей, Тейн отступил, освобождая дорогу принцу, и молча присоединился к их троице. Что же до прочих телохранителей Дарина, они уже повскакали из-за столов, но хвататься за оружие или занимать позиции у окон не спешили – ждали команды. Махнув им рукой, чтобы возвращались на свои места, его высочество, не сбавляя шага, вышел на крыльцо трактира и остановился, наблюдая за спешивающимися гостями.

Его появление не осталось незамеченным. Двое мужчин в одеяниях гвардейских волшебников быстро переглянулись с третьим, носившим нашивки сержанта, и подошли ближе, оставив рядовых вояк позади.

– Ваше высочество! – небрежно поклонился тот, что был чуть повыше ростом. – Мы посланы её императорским величеством Кейтаной Второй чтобы доставить вас в Эстолару.

– Прекрасно, – сквозь зубы процедил принц, от которого не укрылась некоторая развязность магов. В иной ситуации он бы сперва поставил одарённых на место и лишь потом продолжил беседу, однако сейчас нужно было прояснить главное, а именно, подлинное значение слова «доставить». – Присоединяйтесь к моей свите и пошлите кого-нибудь в Сегалу. Пусть мне подготовят достойный приём.

– Боюсь это будет излишним ваше высочество, – губы говорившего с ним чародея растянулись в дежурной улыбке. – Нам велено, не задерживаясь, отвезти вас к императрице. Более того, нам предписано оградить вас от опасных сношений с некромантом, именующим себя Вирденом. Указом её императорского величества тёмный приговорён к смерти, а посему, будьте так любезны посторониться и позволить нам…

Дальше Дарин не слушал. Кровавая пелена ярости застлала его взор, и принц дёрнулся было к ехидно лыбящемуся одарённому, одновременно хватаясь за меч, но тут чья-то рука схватила его за шиворот и буквально швырнула в недра постоялого двора. За долю секунды взгляд его выцепил рыжего, успевшего каким-то образом среагировать и скользнуть в сторону, а вот Тейнору до быстроты Жана было далеко. В результате Дарин сшиб сержанта с ног, и они оба покатились по полу, а над их головами уже во всю грохотала магическая дуэль. Если, конечно, дуэлью можно назвать схватку полноценной боевой связки и чародея-одиночки. Оттолкнувшись локтем от груди охнувшего Тейнора, принц взвился на ноги и, обернувшись, увидел застывшего в дверном проёме телохранителя. Левая рука Вирдена была простёрта вперёд, словно удерживая трещащий под ударами врагов магический щит, в то время, как правая сжимала багровую сферу, извергающую снопы искристых молний. Долго любоваться фейерверком принцу не пришлось. Верные телохранители подхватили своего патрона под руки и затолкали поглубже в зал подальше от смертельных заклятий.

– Драпаем?! – проорал прямо в ухо Дарину выскочивший из ниоткуда Жан, – Там есть выход!

– Нет смысла! – коротко отозвался принц. Действительно, скоро магическая свистопляска подойдёт к своему финалу, и отряд гвардейцев вместе с колдунами бросится следом за беглецами. Опять же, лошади остались на конюшне, а пешими им далеко не уйти…

Мысли его высочества были прерваны многоголосыми воплями, донёсшимися со двора. Неужели Вирдену удалось пробить защиту противников и зацепить однодневок? Судя по звукам, да, и досталось гвардейцам, как следует.

Внезапно к грохоту и крикам агонии добавился треск лопающихся брёвен, и принц почувствовал, как его, против воли, волокут назад, в сторону чёрного хода. Что ж, самое время. Похоже, сражения колдунов безымянный трактир не переживёт.

– Довольно! – оказавшись на свежем воздухе, Дарин не без труда вырвался из объятий своей охраны. – Всем отойти от трактира!

Его услышали, а может, солдатам просто хватило ума не оставаться под стенами содрогающегося от ударов здания. Так или иначе, весь их невеликий отряд отступил к деревьям, до которых от чёрного хода было рукой подать. Тем временем, крики стихли, а вслед за ними на нет сошёл и треск магических молний.

– Кажись закончили, – отметил Жан, с некоторой опаской поглядывавший на занимающийся ярким пламенем трактир. – Глянем, чья там взяла, или ну его?

Проигнорировав очередную шуточку рыжего, Дарин первым зашагал в обход гибнущего трактира. Чья бы там ни взяла, лошадей нужно было спасать, пока конюшня не занялась. Однако то, что принц увидел на дворе, на время отбило у него мысли о беснующихся взаперти животных. От приехавшего каких-то пару минут назад отряда гвардейцев не осталось и следа. Вернее, следы-то были, в виде множества разбросанных по двору дымящихся обугленных трупов разумных и их коней. Довершали картину побоища две застывшие друг напротив друга фигуры. Одна принадлежала Вирдену, вторая же…

– Аника! – трудно сказать, чего в голосе Тейнора было больше, радости или страха. Причём страха не за себя, а за тёмную, заигравшуюся в гляделки с телохранителем.

Девушка даже ухом не повела. Вместо этого сделала шаг вперёд и требовательно протянула руку. В ответ её противник неловко переступил с ноги на ногу, видимо решая, как поступить. Выглядел Вирден уже совсем не так грозно, как в первые мгновения боя. Одежда и волосы его были подпалены, плечи ссутулены, дыхание прерывалось. Видно было, что минувшая схватка недёшево ему обошлась, и беловолосая колдунья явно это понимала.

– Отдай, – каким-то даже воркующим голосом произнесла она, делая последний шаг и становясь к Вирдену почти вплотную.

На мгновение Дарин поймал взгляд своего телохранителя, метавшийся по двору, будто бы в поисках выхода, а затем маг медленно вложил сферу в протянутую ладонь. В ту же секунду фигура девушки смазалась, а Вирден начал заваливаться на бок, тщетно пытаясь зажать руками разорванное горло. Прежде, чем чародей упал, тёмная повторила удар, буквально оторвав ему голову, после чего, как ни в чём ни бывало, стряхнула кровь с руки и обернулась к Дарину и его спутникам.

– Он бы так просто не успокоился, – беззаботно промолвила она, обводя взглядом свиту его высочества. И многозначительно похлопала по сумке, в которую уже перекочевала сфера. – А вот что теперь делать с вами…

– Аника! – опомнившийся Тейн одним движением оказался между тёмной и принцем, – Ты обещала не вредить Жану с Дарином, помнишь?

– Тёмные боги! – в голос расхохоталась магичка. – Милый, ты сама простота!

– И всё же, – внезапно вклинился Жан, – замечу, что мёртвый принц может доставить куда больше вреда, чем живой.

– Судя по этому, – зрячая сделала небрежный жест в сторону почерневших от пламени костяков гвардейских магов, – мне за убийство принца в Эстоларе ещё и спасибо скажут.

– А потом будут гнать по всему континенту, как козу отпущения, – Дарину надоело оставаться немым статистом. – Лучшее, что ты можешь сделать сейчас, тёмная – это убраться подальше.

– Пожалуй, – неожиданно посерьёзнев кивнула беловолосая, – так я и поступлю, – потеряв всякий интерес к принцу и его спутникам, тёмная развернулась и невозмутимо направилась прочь по тракту.

– Аника! – как-то беспомощно окликнул её бедолага Тейн.

Но девушка только прибавила шагу.

– Слушай, возьми себя в руки! – не выдержал рыжий. – Задницей Роши клянусь, нельзя же быть таким обалдуем!

– В конюшню! – приказал Дарин оборачиваясь к телохранителям.

Солдаты немедленно бросились к зданию, которое в любую секунду могло загореться от срывающихся с крыши трактира стеблей горящей соломы, а принц вновь посмотрел на Тейнора. Тот так и стоял, наблюдая за тем, как его зазноба скрывается за деревьями. Не прошло и минуты, как тёмная вновь показалась на тракте, уже верхом, да к тому же ещё и с заводным конём в поводу. На Тейна было попросту жалко смотреть, но его высочеству сейчас было не до сочувствия. Гораздо больше Дарина занимал вопрос, как быть дальше. Продолжить, путь в Эстолару, будто ничего и не было? И отдаться на милость сестры, в надежде на то, что его не запрут в темнице, да еще и позволят работать на благо империи? Даже не смешно. По поведению посланцев Кейтаны легко можно было понять, что его ждёт в столице. Темница – это еще не худший вариант, ведь Кейтана легко может объявить его сумасшедшим и упечь в один из столичных домов скорби. Как же, ведь дорогого братца хлебом не корми, дай только проломить кому-нибудь голову. От перспективы оказаться в руках так называемых целителей, пользующих скорбных умом, Дарин похолодел. А с неё станется поступить именно так, а то и чего пострашнее выдумать. Нет, в Эстолару ехать никак нельзя, и пусть горит синим пламенем репутация рода, которую он, без сомнения, подмочит своим бегством. Пусть себе придворные шушукаются по углам дворца, это уже будет проблема Кейтаны. Ну, а ему остается только бежать. Бежать на север, в баронства, сквозь чащу Тирских лесов, в которых так легко затеряться не то, что одинокому путнику, но и целому войску. А там, можно и на корабль сесть и отплыть, например, в султанаты… Ладно, об этом пока думать рано.

– Деньги, – буркнул себе под нос принц, оборачиваясь к полыхающему трактиру.

– Я прихватил, – широко улыбнулся услыхавший его рыжий. – Как чуял, что нам с этими парнями не по пути. – И он смачно сплюнул на ближайший закопченный труп. – Так что будем делать, твоё высочество?

– Пойдём на север, – тихо ответил Дарин, наблюдая за тем, как солдаты выводят коней. Надёжные вояки, в преданности которых не было поводов сомневаться. Среди них было даже несколько императорских гвардейцев, ещё тех, из отряда Тейна, с которым принц покидал столицу.

Дождавшись, пока они закончат и соберутся вокруг, принц набрал в грудь побольше воздуха и громко произнёс:

– Как видите, в Эстоларе нас не ждёт ничего хорошего. Советую вам отправиться в Сегалу и доложить о том, что здесь произошло. Сомневаюсь, что, в таком случае, гнев императрицы обратится на вас. Жан, выдай каждому по полсотни ястребов, – прервавшись, принц нашел взглядом трактирщика с домочадцами, которые тоже успели выбраться из горящего дома и теперь стояли в растерянности не зная, что делать. – И им тоже полсотни отсыпь.

– Щедро, – скривился было рыжий, но, поймав взгляд друга, тут же исправился. – Сию минуту!

– Дарин, – Тейнор уже пришел в себя и теперь недоумённо смотрел на принца, – мы что, бежим?

– Именно, – скупо ответил его высочество, знаком приказывая одному из солдат подвести осёдланную лошадку.

Сержант удовольствовался этим лаконичным ответом и сам начал седлать одного из коней.

Прощание с рядовыми вышло… скомканным. Жан, Тейнор и Дарин покинули место магической бойни, не дожидаясь рассвета.

– Слышь, Горшок! – окликнул Тейна Жан, когда они уже удалились на несколько лиг от трактира. – И давно она за нами следила?

– От самой Тилнеры, – глухо ответил сержант, так что Дарин еле расслышал.

– Ясненько, – рыжий явно боролся с подступающим смехом. – Так ты поэтому по ночам к Вирдену лазил?

– Рыжий! – прорычал Тейнор, – ещё хоть слово…

– Понял, умолкаю. Хотя, как по мне, ты не горевать должен, а радоваться, что разошёлся с этой птичкой живым и здоровым. Видал, как она нашего магистра уделала?

– Хватит! – прикрикнул на товарищей Дарин и дальше они ехали в мрачном молчании.

***

– Волнуешься? – спросил Вилли, поравнявшись с кобылой Дилои.

– Немного, – призналась девушка, улыбаясь заботе, которую она увидела в глазах любимого. – Сильно заметно?

– Да нет, – тоже улыбнулся он. – Просто я тебя хорошо изучил.

– Ясно, – хмыкнула девушка, возвращаясь к своим раздумьям.

Да, она действительно волновалась с самого утра, когда проснулась с осознанием того, что сегодня, всего через несколько часов пути, она вновь увидит Флистрау. С одной стороны, сердце её трепетало от радостного предвкушения, с другой же… Может ли она теперь, зная о своем прошлом, называть замок йора Повера домом, а его самого отцом? Какой прием ждёт её, и не увидит ли она смущение и неловкость на лицах тех, кого всю жизнь считала своими родными? Знает ли Брайан, что они вовсе не брат и сестра, и если знает, то как поведёт себя при встрече? И как вести себя ей самой? Подобные мысли и не давали Дилое покоя до тех самых пор, пока они с Вилли не подъехали к самому замку Флистрау.

– День добрый, – поприветствовал всадников один из двух дежуривших у ворот дружинников. – Как прикажете о вас доложить?

– Ты что, не узнаёшь меня, Хан? – спросила Ди, отбрасывая с лица прядь волос.

Услышав знакомый голос, воин прищурился, внимательнее вглядываясь в лицо девушки в запылённом костюме для верховой езды, и глаза его удивлённо расширились.

– Йора Дилоя?!

– Как видишь, – в голосе баронессы появились властные нотки. – Так нам откроют ворота?

– Сию же минуту! – с этими словами Хан развернулся и, открыв вделанную в створку ворот калитку, обитую железными полосами скрылся за ней.

До Ди с Вилли и оставшегося с ними дружинника донёсся поднявшийся в замковом дворе шум, и вскоре несколько воинов распахнули ворота перед нежданными гостями. Сжав коленями бока своей кобылы, баронесса въехала под каменную арку и, миновав её, хотела было направить лошадь к конюшне, но заметила выходящего из донжона брата.

– Брайан! – девушка сама не заметила, как выскочила из седла. Все мучившие её тревоги и сомнения развеялись, словно утренний туман под лучами восходящего солнца, и она почти побежала навстречу удивлённо застывшему молодому барону.

– Ди! – опомнившись, тот сделал несколько шагов навстречу сестре и заключил её в крепкие объятия. – Это и вправду ты!

– А кто же ещё? – счастливо рассмеялась девушка и тут увидела за плечом брата йора Повера и йору Отильду, вышедших во двор вслед за сыном – Мама! Папа!

Следующие несколько минут слились для неё в череду объятий, радостных возгласов и поцелуев.

– Но где же Касим? – спросил Повер, когда первые страсти немного улеглись. – И кто это с тобой? – Он указал взглядом на Вилли, молча стоящего в паре шагов от них.

– Касим погиб, – улыбка сбежала с лица Дилои. – А это Вильгельм лен Штерх. Ты его знаешь.

– Действительно, – произнес барон, внимательно изучая Вилли, сделавшего элегантный полупоклон. – Думаю, нам многое предстоит обсудить. Йор Вильгельм, надеюсь вы составите нам компанию за обедом?

– С превеликой радостью, – ответил спутник Ди. – Только я бы хотел сперва привести себя в порядок.

– Разумеется, у вас будет такая возможность, – ответил хозяин замка и подозвал жестом одного из столпившихся в почтительном отдалении слуг. – Отведи йора Вильгельма в гостевые покои и проследи, чтобы он ни в чем не нуждался.

Слуга поклонился и увёл Вилли в донжон, а Повер вновь обернулся к Дилое.

– Ди, милая, тебе, наверное, не терпится принять ванну с дороги?

– Конечно, папа.

– Тогда поднимайся к себе.

– Хорошо, только сначала навещу Пятку.

Пятка встретила хозяйку радостным ржанием и нетерпеливо забила копытом, демонстрируя желание немедленно прогуляться, но у Ди, к сожалению, не было на это времени.

– Скоро, – прошептала она на ухо своей любимице, нежно поглаживая её по морде. – Соскучилась, да?

Кобыла фыркнула, соглашаясь, и мягко толкнула девушку носом в плечо. Она, наверняка, была бы не прочь получить что-нибудь вкусненькое, но Ди впопыхах ничего такого не захватила.

– Зайду к тебе после обеда, – пообещала она верной лошадке и пошла к выходу из конюшни.

Спустя примерно час, Ди, чистая и посвежевшая после ванны, с некоторым трудом влезла в одно из своих старых платьев – всё же за время странствий она несколько подросла, и спустилась в обеденный зал, где её уже дожидались домашние вместе с Вильгельмом. Первые несколько минут все ели в молчании, не зная, как начать разговор, но потом слово взял хозяин замка.

– Я бы хотел, Ди, – заговорил он, вытерев губы салфеткой, – узнать обо всём что с тобой случилось после той ночи, когда ты… вынуждена была нас покинуть, – произнося это, он переводил взгляд с дочери на Вильгельма, внимательно следя за их реакцией на его слова.

– Это будет долгая история, – заметила девушка. – И я бы хотела поведать её без посторонних ушей.

– Резонно, – согласился Повер и подал знак дворецкому, до того прислуживавшему за столом, чтобы тот вышел.

Когда они остались одни, Дилоя собралась с мыслями и повела свой рассказ с самого начала, ещё со встречи с весельчаком в тёмном ночном лесу. В дороге они с Вильгельмом часто беседовали о том, какую историю лучше всего будет поведать её родным, и, в конечном счёте, пришли к выводу, что лучше говорить всё как есть, не скрывая и не смягчая ни одной детали. Разумеется, в таком случае, история получалось мало правдоподобной, но она всё равно выходила гораздо лучше тех урезанных версий, которые они с возлюбленным сочиняли в дороге. Все они были шиты белыми нитками, а врать, да к тому же ещё неуклюже, Ди не желала. Когда она дошла до своего первого разговора с поддавшимися в подземельях псионика, Брайан ожидаемо приоткрыл рот от удивления, а отец нахмурился, не зная, верить дочери, или нет.

– Я и сама тогда была в шоке, – призналась девушка. – Думала, что сошла с ума. Но духи оказались вполне реальными, и именно с их помощью нам удалось вырваться на свободу. – И она продолжила свой рассказ.

Время от времени Вильгельм тоже подавал голос, напоминая о тех или иных деталях, вылетевших у Ди из головы, и так они постепенно добрались до её выступления на Турнире зрячих.

– Хочешь сказать, тебе удалось победить? – жадно спросил Брайан, не дожидаясь развязки.

– Иначе я бы здесь не сидела, – пожала плечами Ди. – Правда, без помощи духов у меня бы не было ни единого шанса.

– А я в её победе не сомневался, – сказал Вилли, старательно нарезая ножом куриную грудку. – Потому и поставил все наши скромные сбережения на Ди. А потом, ещё раз и снова. В противном случае, нам бы никак не хватило средств на обратный путь.

– Как раз хотел уточнить, откуда у вас взялись деньги на такое путешествие, – задумчиво произнес Повер. – Но даже и так, ваша история звучит чересчур фантастично.

– Ты нам не веришь? – напрямую спросила Дилоя.

– Скажем так, я пребываю в некоторых сомнениях.

– Что ж, из доказательств у меня только белая прядь да два клейма на плече, – печально улыбнулась рассказчица. – Показать?

– Если тебя не это не затруднит.

– Нисколько, – и она аккуратно, чтобы не порвать, спустила платье с плеча.

– Тоже сомнительное доказательство, – рассудил Брайан, насмотревшись на магические отметины. – Но я тебе верю. А вы матушка?

– Мне кажется, Ди говорит правду, – откликнулась йора Отильда, до того лишь молча слушавшая их беседу. – Да и зачем ей лгать?

– Чтобы скрыть иные свои похождения? – предположил хозяин замка. – Да ладно, Ди, не надо так на меня смотреть. Я тебе тоже верю, хоть это мне и даётся с некоторым трудом.

– Рада это слышать, – кивнула Дилоя. – Тогда я продолжу.