Жизнь, будь она неладна, проходит мимо неё. Осознание этой малоприятной истины не давало Виоле покоя уже которую неделю кряду. Она столько лет убила на службу ковену, терпела железную дисциплину, готова была браться за любую работу, таскалась по поручениям, смысла которых часто не понимала… В конце концов, много ли кроме неё нашлось смельчаков, вызвавшихся остаться в Сегале после облавы? По пальцам пересчитать можно! И за все риски, за все старания, её мало того, что не подпустили к тайным знаниям ковена, ей даже доступа к алтарю не дали! Всучили в зубы очередную кость, разъяснили, куда с ней бежать и где закапывать, да выдали сопроводительного пинка. И вот время идёт, а она сиднем сидит в этом задрипанном городишке, ожидая следующего приказа хозяев. Сам собой напрашивался очевидный выход – послать неблагодарное начальство к гразгу и уйти на вольные хлеба, однако, Виола понимала, что это чревато. Знает она парочку историй, случившихся с такими вот беглецами. В одной даже поучаствовать довелось. Девушка с мучительным вздохом отвернулась от окна, за которым вовсю щебетали весенние пташки, и покинула свою комнату. Прошлась по дому, проверяя состояние охранных плетений, перекинулась двумя-тремя фразами с Мальтом, который, за последнее время, изрядно её достал, как и всё вокруг, и вышла на улицу. Не хоронить же себя, в самом деле, заживо в четырёх стенах? Правда, и снаружи весельем особо не пахнет. Оцейт, в этом отношении, напоминал Виоле застывшее болото, в котором не то, что рыбку – головастиков не половишь. Слишком тут мелко и тесно, все у всех на виду… В таких условиях, при всём желании, не разгуляешься. А уж о том, чтобы найти стоящего собеседника среди местных болванов или имперских служак, можно и не мечтать. Остаются только вино, мурава и случайные половые связи. Роскошный выбор для тёмной-то чародейки! Пройтись, что ли, по гостиницам, подцепить какого-нибудь пожилого купчишку из тех же работорговцев, затащить в номер и устроить ему внезапный инфаркт? Это может быть и забавно, и прибыльно. В далёкой юности она, помнится, добилась немалых успехов в таких вот шалостях. Ни один колдун ни разу так и не вывел её на чистую воду, что и не мудрено. В стражу-то последних бездарей набирают, едва-едва дотянувшихся до пятой ступени. Виола таких называла «мэтрами по ошибке богов». Вон, кстати, живой пример. Девушка замедлила шаг, наблюдая за одарённым, стоящим спиной к ней у стены довольно паршивенького кабака. Тот слегка покачивался из стороны в сторону и, судя по дёрганым движениям, силился справиться с завязками на штанах. Нет, этот не слабачок. Скорей, дурачок, раз не нашёл места лучше Оцейта и занятия интереснее, чем заливаться дешёвой сивухой. И такая лёгкая жертва… Жаль, что охотиться здесь нельзя. Происходи дело в Сегале, можно было бы лишний раз засветиться, притащив ценный трофей. Ну, по крайней мере, до облавы, когда было ещё, где их прятать. Шил! Что-то она замечталась. Так и каблук недолго сломать на здешней-то мостовой. Пьянчужка-маг тем временем закончил свои дела и побрёл к дверям заведения. Колдунья мельком отметила, что он не так уж дурён собой, и вновь ускорила шаг, в надежде набрести на что-нибудь более занимательное.

Так, гонимая скукой, она прошвырнулась, считай, по всему городку, отобедала и отужинала в двух более-менее приличных корчмах (назвать их ресторанами у неё не поворачивался язык), нашла, где достать муравы, на случай, если совсем припрёт, но, в целом, потратила время зря. А уже в сумерках, на обратном пути, приметила знакомую мордашку, выползающую всё из того же самого кабака. Остановившись неподалёку, она снисходительно проследила за новым раундом борьбы с завязками, дождалась, пока одарённый опять скроется внутри, и пошла следом. Нет, она не надеялась, что история этого парня сможет её удивить. Тут и гадать не надо – молодой шалопай отправился на войну из патриотических побуждений, за славой и подвигами, да вот, споткнулся о тяготы гарнизонной службы. Увольнение отмечает. Но возвращаться к себе, не солоно хлебавши, Виоле не хотелось категорически. Вдобавок, у них с этим симпатягой было много общего. Оба застряли в богами забытой дыре и не знают, куда себя деть. Поэтому девушка смело шагнула в зал, навстречу запахам перегара, чадящих светильников и разлитого огуречного рассола.

Её появление было встречено несколькими косыми взглядами. Две размалёванные бабищи у стойки и вовсе скривились, заподозрив в нежданной посетительнице конкурентку. Их реакция вызвала у Виолы презрительную улыбку. Она не была красоткой и прекрасно об этом знала, но, на фоне этих коров, могла с полным правом ощущать себя королевой. Где же наш завоеватель? А, вон он – сидит в уголке, переводя мутный взгляд с бутылки на блюдо с куриными крылышками, будто пытаясь понять, что вызывает у него большее отвращение.

– Здесь свободно? – осведомилась девушка, подойдя ближе.

– Прошу прощения? – он удивлённо уставился на неё и начал гонять по телу энергию, сглаживая последствия опьянения.

– Не стоит так волноваться, коллега, – насмешливо улыбнулась магичка, подтаскивая арканом табурет от соседнего стола. – Я вовсе не собиралась портить вам удовольствие.

– Такое удовольствие не грех и испортить, – парень бросил попытки привести себя в чувство. Во взгляде его зажёгся огонёк интереса. – Хотя мне грех жаловаться, в особенности теперь.

– А вы неприхотливы, – не дожидаясь разрешения, Виола уселась напротив мага. – Или жалования имперского чародея на большее не хватает?

– На старость откладываю, – ухмыльнулся он, ничуть не задетый её замечанием. – И вы, верно, тоже, раз заглянули сюда... Эй, Чучело!

– Чего изволите? – рядом в мгновение ока возник волосатый кабатчик, которому, надо думать, не впервой было откликаться на это прозвище.

– Приличного вина моей даме, – колдун щедрым жестом припечатал к столешнице трёх серебряных ястребов. – При-ли-чно-го! Знаю, у тебя есть такое, хоть ты это и тщательно скрываешь.

– Сию минуту! – мужика будто ветром сдуло.

– Сервис тут не так уж и плох, – улыбнулся ему вслед парень. – Так как вы сказали ваше имя, прекрасная госпожа?

– Я не говорила, – прищурилась Виола.

– И верно. Но ведь для того, чтобы перейти на «ты» вовсе не обязательно знать друг друга по именам, не находишь?

– Пожалуй, – слегка кивнула тёмная, всё ещё надеясь смутить красавчика. Забавный ей экземпляр попался. Скучных собеседников Виола терпеть не могла, что же касается интересных, с ними магичка охотно заходила и дальше бесед.

Так в итоге и получилось. После обмена шуточками и аккуратного взаимного прощупывания, они легко и непринуждённо переместились в заведение попристойней, где и отужинали, а затем сняли номер. Конечно же, она и на расстояние вытянутой руки не подпустила к себе этого грязнулю, пока он не отмылся в тяжеленной бронзовой ванне, после потребовала у слуг поменять воду, и теперь они уже искупались вдвоем…

Дождавшись, пока его новая подруга перестанет ворочаться и засопит в обе дырочки, Лени медленно отодвинулся к краю постели… Точно, уснула. Чудненько. Выскальзывать из-под одеяла он не спешил. Для начала стоило немного проветрить голову. Иначе есть риск опрокинуть что-нибудь из мебели, а будить незнакомку ему совсем не хотелось. Прикрыв глаза, парень ушёл в слияние и потратил какое-то время на борьбу с алкогольной интоксикацией. Потом вернулся в бренное тело, полежал немного, вслушиваясь в дыхание девушки и осторожно покинул ложе. Не то, чтобы имперскому чародею благородных кровей пристало копаться в чужих вещах, но ведь Лени не подразумевал ничего дурного. Невинное любопытство. Весь вечер ему не давали покоя едва уловимые волшебные эманации, исходившие от поясной сумочки загадочной колдуньи, подцепившей его в лучших традициях отвязных девчонок со старших курсов Сегальской академии магии. То, что она таскала при себе некий артефакт, само по себе не было чем-то из ряда вон выходящим, и парень не обратил бы на это внимания, если бы не уловил в слабых энергетических отголосках что-то знакомое. Он бы спросил напрямую, но его собеседница явно не горела желанием делиться своими секретами. Что там секретами! Они не узнали даже имён друг друга. Не затем эта штучка к нему подсела. А Лени ничего против и не имел. Из природного такта он не стал буравить дамскую сумочку пристальным взглядом. Зачем, если всё можно сделать гораздо проще? С этими мыслями маг аккуратно расстегнул несколько тиснёных пуговичек, и порылся немного во вполне стандартном наборе дамских принадлежностей, пока не нашел среди них завёрнутый в платок артефакт. Ощущение узнавания стало почти что болезненным. Не веря самому себе, Лени трясущимися пальцами развернул шёлковую тряпицу и уставился на простенькое серебряное колечко. Ошибки быть не могло, на его ладони лежало кольцо Милани. То самое, изготовленное Калебом незадолго до…

Сзади донеслось сонное бормотание. На миг он остолбенел, а затем кинулся к постели, будто атакующая кобра, приложил ладонь к голове магички и высвободил сонные чары. Она даже не шелохнулась, только ещё больше обмякла под действием убойного по своей силе заклятия. На такую атаку ни один маг среагировать не успел бы, слишком мало времени требуется плетению, чтобы достичь своей цели.

Чувствуя нервную дрожь в коленях, колдун опустился на кровать рядом со своей жертвой. Нужно… нужно, наверное, раздобыть негатор. Точно, негатор, и сделать это надо как можно скорее. Потом нацепить его на эту девицу, повесить полог тишины и как следует ее расспросить. Лени заставил себя успокоиться, нашарил на прикроватном столике бутылку вина и отхлебнул немного. Голова сразу потяжелела, по конечностям разлилась волна мягкого оцепенения. Шил! Сейчас это для него точно лишнее. В желудке еще остатки ужина бултыхаются и будь он проклят, если ел больше чем пил. Значит, сперва надо привести себя в форму. И без лишней спешки, время у него ещё есть. На пост заступать только в полдень – вся ночь впереди, да и утро тоже. Ну, а в крайнем случае, можно будет снять комнату ещё на пару дней и запретить прислуге сюда соваться. Сделав глубокий вдох волшебник снова погрузился в слияние.

О том, чтобы обратиться за помощью к начальству он даже не помышлял. Учитывая, какую Лени себе сколотил репутацию, это выглядело бы не иначе как бред допившегося до лысых люров идиота. Тут даже детектор лжи не поможет, решат просто, что он спутал два похожих кольца, и всё. А, может быть, так и есть? Не покидая слияния он вновь сосредоточился на яркой искорке, которую сжимал в кулаке. Конечно, нет! Он бы узнал этот артефакт из тысячи.

Купировав опьянение, насколько это было в его силах, Лени вернулся в тело и еще с минуту просидел неподвижно, изучая кольцо, словно надеясь, что оно каким-то чудом испарится с его ладони. Как, Шил его побери, артефакт мог сменить владельца? Мила бы ни за что не рассталась с ним просто так, в этом маг был уверен. Кража? Или, быть может, подруга решила передать ему на словах нечто, что нельзя было доверить бумаге, и … нет, ерунда выходит. Если бы у мирно спящей колдуньи было что ему передать, она бы сделала это сразу и предъявила колечко в качестве доказательства, а не потащила бы его в постель. Или он настолько неотразим? Хмыкнув, парень создал светляк и, наклонившись, убрал с лица незнакомки несколько темных прядей. Определённо, до сегодняшней ночи он её ни разу не видел. Сомнительная кандидатура на роль посланца, хотя ему всё ещё трудно было поверить, что их встреча лишь совпадение.

Вскочив с постели, Лени быстро оделся и покинул номер, не забыв запереть за собою дверь. На первом этаже его встретил раскатистый храп. Похоже, здешний портье не слишком-то боится потерять место. Растолкав пожилого мужичонку, уснувшего прямо за стойкой, чародей в двух словах объяснил ему, что не желает видеть в своём номере никого из прислуги, заплатил за два дня вперёд и вышел навстречу ночной прохладе как раз в тот момент, когда из-за соседнего дома появился ночной патруль.

Надолго они его не задержали, среди солдат нашлись двое, что знали боевого мага в лицо. И пусть в Оцейте до сих пор действовал комендантский час, на самих имперцев он не распространялся. Прошло то время, когда подвыпившего захватчика могли прирезать где-нибудь в подворотне. Комендатура работала исправно, и к середине зимы переловила всех меладрийских подпольщиков, а простые обыватели, получив несколько наглядных уроков, притихли, втайне надеясь, что город не отдадут на милость работорговцев. Лени же был уверен, что это вопрос нескольких недель, может месяца. Да, в начале кампании имперцы собрали знатный урожай, но он был ничтожно мал на фоне потребностей величайшей державы Акрониса. Зимой и в распутицу перевозить рабов не слишком удобно, да и местных следовало успокоить на время, пока захватчики не разделаются с самыми дерзкими и не выловят прячущихся по лесам партизан. Теперь же Меладрия, от самой границы до замков-близнецов, полностью беззащитна, дороги вот-вот подсохнут и имперцы вновь приступят к вывозу рабов. Тут уж, надо думать, достанется и городам, откуда до этого забирали лишь военнопленных, да самых верных сторонников короля. Возможно, начнётся бунт, и Лени по долгу службы придётся жечь колдовским огнём тех несчастных, кто не захочет навсегда потерять своих близких… ну вот его мысли и вошли в привычную колею. Осталось только вспомнить шилову башню и уронить скупую слезу жалости к самому себе! А между тем, сейчас вся эта история ему на руку. В преддверии дележа крупного пирога, в Оцейт начали один за другим приезжать работорговцы из империи, а вместе с ними, должно быть, приехали и негаторы. Всего-то и нужно, что заглянуть в комнату, которую отвела ему комендатура в одном из домов в центре города, забрать скудные сбережения и найти одного из этих торговцев чужим горем…

Донёсшаяся из переулка возня заставила Лени затормозить и окутаться волшебным щитом. Что там за шиловщина? Прищурившись, он перешёл на ночное зрение и увидел всего в нескольких шагах от себя занятную картину. Неопрятного вида мужчина прижал лицом к стене девушку в лёгком платье и одной рукой шарил по её телу, тогда как вторая боролась с завязками на штанах. Знакомая проблема. До мага одновременно донеслись запах перегара и нетерпеливый стон продажной девки. Похоже, в его заступничестве она не нуждается. Любовнички были до того увлечены друг другом, что не замечали постороннего, и он уже собирался направиться дальше, плюнув на нарушителей комендантского часа, но тут мужик, наконец, справился со штанами, задрал подол шлюхи и резко вошёл в неё. Второго движения бедолаге сделать было не суждено. Его пассия за долю мгновения расплющилась по стене, будто под ударом гигантского молота, а потом бросилась на неловко застывшего человека и охватила его бесформенным коконом. Лени поначалу опешил, а когда сообразил, что происходит, кокон уже раскрывался, выпуская наружу чистенькую девчулю лет двадцати с идеально правильными чертами лица и в платье с вызывающе глубоким вырезом. Сладница заметила колдуна только в тот момент, когда с его руки сорвалось воздушное лезвие, но и оставшегося времени ей хватило, чтобы уклониться и огромным прыжком скакнуть на другой конец переулка. Улицу озарил разряд молнии, грохнуло, и обугленное тело нечисти рухнуло на мостовую. Тут же залаяла собака, её голос подхватили ещё несколько, и вскоре уже весь город знал о славной победе имперского боевого мага.

Сплюнув с досады, Лени прислонился плечом к стене в ожидании ближайшего патруля. Скрываться с места событий сейчас было бы неразумно. Проще уж сразу всё объяснить и отправиться дальше по своим делам. На краю сознания всплыла запоздалая мысль, что ещё проще было бы отпустить сладницу, но парень сразу её отверг. У него совесть и без того нечиста, да и счётец кое какой к Шилу и его тварям имеется. Однако, сегодняшняя ночь просто-таки полна сюрпризов. Даже немного страшновато дальше идти, вдруг где-нибудь впереди его поджидает чёрный дракон? Тогда никакая магия не поможет. Притопнув от нетерпения, колдун отлип от стены и направился к трупу, у которого уже столпились пятеро имперцев. Его эти болваны в темноте так и не разглядели.

– Кто идет?! – запоздало среагировал один из вояк, наставив на мага меч.

– Мэтр Лени, чародей доблестной Пятой армии, – насмешливо представился парень. – Вот, сладницу поймал.

– Сладницу, говорите? – недоверчиво переспросил командир отряда, принюхиваясь к вони палёной нечисти. – Они ж, вроде как, писаные красотки, а эта дрянь больше на мою тещу смахивает.

– Боюсь даже представить твою жену, – к Лени неожиданно вернулось хорошее настроение, – гнилушка, или охальница?

Десятник набычился, явно задетый невинной, в общем-то, шуткой, но вернуть шпильку не осмелился. И правильно, каждый должен знать свое место.

– Придётся вам подождать мэтр, – после короткой паузы буркнул командир патруля, вновь скосив глаза на сладницу, которой смерть вернула ее истинный облик. – За дежурным магом уже послали.

– Разумеется, – кивнул чародей. Он за тем и остался, чтобы дождаться кого-то, кто подтвердит его слова, но пока что, судя по топоту, сюда поспешал патруль с соседней улицы. Как бы к моменту прибытия вызванного мага тут не собралась целая толпа.

Опасения Лени оказались напрасны, коллега подоспел быстро, да и объяснения много времени не заняли, так что, спустя минут десять, он уже входил в свою комнату. Деньги лежали там же, где им и положено было – в защищённой примитивными чарами прикроватной тумбочке. Забрав их, Лени снова вышел на улицу и направился обратно в гостиницу. Как бы его ни подмывало поскорее раздобыть негатор и приступить к допросу, правильнее будет дождаться утра, чтобы не вызвать лишних подозрений.

Портье уже снова дрых, уронив голову на плечо, и маг даже подивился его безалаберности. Видят светлые боги, завтра же он подаст жалобу хозяину.

– Эй соня!

– Ась? – глаза разгильдяя удивлённо раскрылись.

– Хрясь! У вас среди постояльцев, случаем, нет ли работорговцев?

– Простите, а вам зачем?

- Это уж моё дело, – терпение Лени иссякло, и он пропустил через всё тело портье легкий разряд боли. – Твоё же дело сказать да или нет.

– Да мэтр! – мгновенно исправился гостиничный служитель.

– Сколько их и где они обычно завтракают?

– Трое мэтр, и двое из них тут, у нас же. Про третьего сказать не могу, он только нынче вечером заселился.

– Они в общий зал спускаются, или в номер заказывают?

– В общий зал.

– Значит, оповестишь меня утром, как только они появятся. Повторяю ещё раз – мой номер двести одиннадцатый и пусть туда никто из слуг не суётся. Всё ясно?

– Конечно-конечно, – торопливо закивал портье. – Всё будет так, как вы пожелаете, мэтр. Маг не удостоил его ответом и быстрым шагом двинулся к лестнице.