Лиссандра проснулась с ощущением неприятной тяжести в затылке и отвратительным привкусом во рту. Открыла глаза и поморщилась от стрельнувшей в голове боли. Нет, так не пойдёт. Зажмурившись, девушка провалилась в слияние и в считанные минуты очистила энергетические каналы. Вернулась в тело и потянулась, чувствуя, как головная боль постепенно отступает на второй план. Правда, гнилостный привкус так никуда и не делся. Всё-таки дымная мурава – редкостная дрянь. В последнее время магичка на неё изрядно подсела и уже спустила почти все деньги, добытые по дороге в Синальт. То ещё времяпрепровождение, конечно, но она просто не знала, что ещё ей делать. Разумеется, недавние события в Сегале не сломили Лиссандру. За долгие годы жизни она привыкла к жестоким ударам судьбы. Но чем ей заняться? Хотелось бы некромантией, руки так и тянулись к ножу. Вот только тут имелась одна проблема. Тёмный ковен, по её вине бежавший из города, имел длинные руки и хорошие связи. И бывшие товарищи вполне могли прослышать о беловолосой магичке, возьмись она за старое. Сейчас они считали её мёртвой, пусть так и дальше будет. Хотя, жаль, конечно. За последние месяцы магический резерв Лиссандры скукожился до своих естественных размеров, и теперь она была всего лишь магом третьей ступени, пусть и не слабым. А ведь раньше могла помериться силами с магистром средней руки! Для достижения такого замечательного эффекта требовалось регулярно создавать вампиров на алтаре Гаруны, а от этих тварей ведь куча проблем. На свободу их так просто не выпустишь, власти моментально начнут рыть носом землю в поисках некроманта. Убить тоже нельзя, богиня не дура, и за такие шуточки обманщика ждёт суровая кара. Приходится кровососов держать при себе, кормить, а это такие расходы, представить страшно. Хорошо, что у неё есть сфера. Улыбнувшись, девушка потянулась своей аурой к лежащему под подушкой артефакту и… ничего не нашла.

Вскочив с постели, как ошпаренная, Лиссандра заметалась по комнате, уже прекрасно осознавая, что сферы здесь нет. Но как она раньше не почувствовала?! Проклятая мурава! А ловушка на двери? Нету, видимо, забыла поставить. Идиотка! Разнеся в щепки прикроватную тумбочку, магичка вылетела в коридор и помчалась в спальню владельца дома. Конечно, это мерзкий мальчишка! Сунься к ней его папаша, вогнал бы нож в грудь хозяйки вещицы. А у смеска, видимо, духу не хватило. Хозяин оказался у себя. Дрых, как всегда, без задних ног, воняя перегаром на полдома. Привести его в чувство оказалось нетрудно и расколоть тоже. Как выяснилось, мелкий люрёныш подъедался при некоем Рваном Грызне. Узнав адрес, магичка прикончила всхлипывающего слизняка и начала собираться. В коридоре её взгляд упал на разбитое, слегка помутневшее зеркало. Вероятно, хозяин в свои лучшие годы спёр его где-то и не стал продавать, оставив себе. Видок тот ещё. Прекрасные белые волосы потускнели от грязи и слиплись сальными прядями, на лице сажа, будто она камин чистила. В остальном всё прекрасно, ни морщин, ни кругов под глазами. Магический резерв и развитая энергетика тела берегли свою обладательницу от разрушительных последствий приёма наркотиков. И слава тёмным богам! Накинув капюшон, Лиссандра вышла из дома навстречу падающему снегу и вечернему морозу.

Жилище Рваного Грызня располагалось совсем неподалёку, на соседней улице, и было на редкость солидным для здешнего бедняцкого квартала. Этаж один, зато большой, комнат на десять. Серьёзный забор отсутствует, очевидно, местного заправилу защищает его авторитет. Не от неё. Взмахнув рукой, чародейка накрыла дом поисковой сетью и плотоядно улыбнулась. Полукровка был внутри, а с ним ещё четверо. Все в одной комнате, что не может не радовать. Подойдя к окну, Лиссандра накинула на него полог тишины, вышибла одну из ставень вместе со стеклом и запустила внутрь кроваво-красное облако. Секунда-другая, и все пятеро попадали на пол в глубочайшем обмороке. Это вам не какой-нибудь дешёвый фокус. Вдыхать чары не обязательно, достаточно, если они прикоснутся к коже. Уже никуда не торопясь, она, насколько могла аккуратно, сломала дверной замок и вошла в дом. Из прихожей – сразу в нужную комнату. Сфера была там, лежала на столе, приветливо поблёскивая багровыми огоньками. Схватив своё сокровище, девушка, наконец, расслабилась и перевела предвкушающий взгляд на неподвижно лежащие тела. Потом опять посмотрела на артефакт, уже задумчиво. Провести что ли ритуал? Нет, слишком рискованно, город кишит имперскими магами. Эх, сколько энергии даром пропадает! Подойдя к бандиту, одетому побогаче прочих, вероятно Грызню, она достала из-за пояса нож и, приведя того в сознание щелчком пальцев, перерезала глотку, неотрывно глядя в расширившиеся глаза. Затем настал черёд его подельничков. Один успел дёрнутся и на лицо магички брызнула тёплая кровь. Ничего, она слизнула с губ солоноватые капли, даже приятно. Ну, а с мальчишкой у неё выйдет отдельный, и куда более продолжительный, разговор. Раскинув новый полог тишины, Лиссандра захватила конечности мелкого полулюра арканами, парализовала нижнюю часть тела, чтоб не обделался и не испортил всё удовольствие, и только тогда привела мальчишку в сознание.

К сожалению, долго их беседа не продлилась, мелкий не выдержал болевого шока. Ну, а колдунья принялась осматриваться в доме. Спустя полчаса она стала счастливой обладательницей нескольких увесистых кошелей с монетами разного достоинства, а ещё нашла ванну и мыло. Натаскать воды из колодца во дворе дело пяти минут, а нагреть её магией – вообще секундное. И вот она уже скидывает одежду и, мурлыча себе под нос, погружается в горячую воду, предварительно навесив на двери ловушки, а на выбитое окно – плёнку, непроницаемую для мороза и ветра. Ванну она специально перетащила в комнату с зарезанными бандитами. Было в этом что-то… забавное. Сфера при этом постоянно находилась поблизости, большую часть времени магичка держала её в руке и с ней же решила купаться. Откинувшись спиной на полированную медную спинку, девушка вытянула из воды точёную белую ножку. Идеально. Правда, над ноготками стоило бы поработать, но всему своё время. Как она ни старалась расслабиться, дикое напряжение, вызванное пропажей артефакта, азарт погони, сладость убийства и радость победы не отпускали её. Они бродили в крови, смешавшись в бурлящий коктейль, и требовали выхода. А запах крови, царивший в комнате, ещё больше будоражил сознание и возбуждал. Невольно её рука потянулась вниз к идеально гладкому треугольнику между бёдер. Тонкий пальчик шаловливо скользнул внутрь, туда, где так давно никого не было. Запрокинув голову, Лиссандра хрипло застонала и ещё крепче сжала сферу.

* * *

Выйдя из кабинета Дарина, Жан прошёл по извилистому переплетению замковых коридоров, спустился во двор и, миновав ворота, оказался на городских улицах. К немалому его удовольствию они, вопреки уже сложившейся традиции, не были пусты, как кошель картёжника. В первые несколько дней Синальт охватило тревожное затишье, но потом горожане поняли, что выход из дома не грозит им ни ограблением, ни избиением, по крайней мере, со стороны имперских солдат, и начали, как прежде, ходить по своим делам и даже просто гулять. Хозяйственная жизнь города тоже возобновилась. Вот, пожалуйста, пирожки пекут. Открыв дверь под вывеской, изображавшей витой крендель, рыжий вошёл в уютную пекаренку, приобрёл у разбитной продавщицы два горячих пирожка с капустой и один, остывший, с вишней, и дальше пошёл уже совершенно довольный жизнью. Бдительности, правда, он не терял и время от времени оглядывался по сторонам. Кто знает, кому захочется пообщаться с подозреваемым в убийстве ардрага. Бывшим подозреваемым. Жан улыбнулся. Поначалу йор Райтон пытался строить в его отношении некоторые догадки, и даже предлагал на время заключить под стражу, но вмешался принц с вполне логичным доводом: «Как, собственно, его спутник мог подсыпать что-то главнокомандующему в присутствии двоих свидетелей, при том, что он всё время стоял у входа в шатёр?». Дарин был, конечно, менее многословен, но общий смысл сводился именно к этому. Начальнику контрразведки пришлось временно отступить, а там уже и нашли отравителя. Выяснилось, что на полевую кухню как-то умудрился пробраться меладриец с мешочком яда, который он, правда, так и не успел пустить в ход. Его схватили и вызвали мага-дознавателя, но вот беда, когда патриотичный лазутчик услышал о смерти ардрага, он так обрадовался, что эта эмоция заглушила все прочие, даже страх за собственную жизнь. Из-за обуревавших меладрийца чувств, маг так и не смог определить, врёт тот, или говорит правду. Времени ждать не было, принц требовал немедленного отчёта, и пришлось подвергнуть шпиона пыткам, потому как он уверял всех и каждого, что был единственным, кто приложил руку к смерти главнокомандующего, а это вызывало у следствия обоснованные сомнения. Показаний своих бедняга не изменил, стойко перенеся все мучения. Вероятно, думал, что спасает своим молчанием другого диверсанта. В результате его казнили, и дело было официально закрыто, но только официально. У отравителя так и не нашли именно того яда, который унёс жизнь ардрага, да и возможность добраться до пищи главнокомандующего у него едва ли была. Тем не менее, это совпадение сильно сыграло на руку если не Жану, то Дарину, которого теперь подозревало куда меньше народу.

Занятый этими мыслями, рыжий прошёл наиболее благополучные кварталы города и углубился в ремесленные слободы. Целью его были трущобы, но до них ещё надо было добраться. Деньги, полученные за убийство ардрага, жгли ему карманы, разумеется, фигурально выражаясь. Сейчас они хранились у принца, не таскать же их с собой, позвякивая тяжеленным мешком. Эту кругленькую сумму нужно было отдать гильдии, и лучше, если он это сделает раньше, чем к нему явятся с напоминанием. Для его репутации лучше. Проблема была в том, что Жан не знал ни адреса местного филиала, ни есть ли он городе вообще. Владелец огнедышащей ящерки напоследок дал ему наводку на отделение гильдии в Тилнере. Наводку, от которой сейчас рыжему ни холодно, ни жарко. Хотя нет, холодно. Всё-таки зима на дворе. Теперь в его планы входило прошерстить местное городское дно в попытке самостоятельно докопаться до искомого.

Проходя по узкой загаженной улочке мимо глухой подворотни, рыжий весело подмигнул высунувшейся из неё бородатой харе. Харя оценила и уверенный взгляд прохожего, и грациозную походку опытного дуэлянта, и сочла за лучшее скрыться там же, откуда и появилась, а Жан вошёл в кабак со ставящим в тупик названием «Кислых яблок Сидр». Внутри оказалось людно, тепло, и даже почти не воняло. Рай для усталого путника. Подойдя к стойке, он устроился на высоком стуле и дождался, пока пузатый люр-кабатчик обслужит других посетителей. Люров в городе вообще было довольно много, исторически так сложилось.

– Вечер добрый, приятель! – наконец подошёл к нему владелец заведения. – Что-то я тебя тут раньше не видел.

– А меня тут раньше и не было, – открыто улыбнулся рыжий. – Можешь звать меня Лис. А ты?

– Пинта.

– Кислых яблок сидра? – приподнял брови Жан.

Кабатчик шутку понял и весело расхохотался.

– Его самого, родимого. Налить тебе?

– Давай.

Поставленная на стойку кружка была несколько больше обычной пинты. Сделав приличный глоток, рыжий одобрительно хмыкнул. Неплохо, вполне неплохо. Для такой замызганной рыгаловки вообще настоящий нектар.

– Оценил? – ухмыльнулся люр. – Я тебе так скажу, лучше моего сидра ты и в королевских подвалах не найдёшь.

– Верю. Слушай, Пинта, а почём нынче полезные сведения?

– Это смотря что узнать хочешь, – посерьёзнел кабатчик. – Ты мне сперва скажи, а уж там посмотрим.

– Ищу серьёзных людей, готовых взять хороший подряд.

– Подряды – они разные бывают, – прочные когти побарабанили по барной стойке. – Тебе замок справить, а к нему и сундук, или побриться надумал?

– Это уж моё дело. Я так думаю, справные мастера за любой подряд возьмутся. Разумеется, за хорошую плату.

– Темнишь ты, Лис. С другой стороны, мне-то какое дело? Пойди к Крысюку, вон он сидит в углу. Побалакай о том о сём, я так думаю, Лис и Крыс общий язык завсегда найдут.

– Верно думаешь. Сколько с меня?

– Три серебряных птички за всё про всё.

Расплатившись с люром, проводившим его прищуренным взглядом пронзительно-жёлтых глаз, Жан покинул насиженный стул и направился к Крысюку. Разговор вышел долгий и муторный, парень был очевидной «шестёркой», но при этом строил из себя невесть что. В конце концов, рыжему удалось вытрясти из него адресок человека по прозвищу Рваный Грызень. Кабак он покидал, терзаемый сомнениями. Вряд ли человек гильдии взял бы себе подобное прозвище. Почти наверняка его отправили к одному из местных воротил. Ладно, ничего страшного. Быть может, у него и удастся добыть нужные сведения. Далеко уйти ему не дали, навстречу вывернуло трое сомнительного вида типов с глумливыми ухмылочками на физиономиях.

– Слухай, братишка, давай…

– Давай, – согласился Жан, незаметно приподнимая сжатый кулак и надавливая большим пальцем на камень в кольце, надетом на указательный.

Камень немного сдвинулся в гнезде и из него ударил тонкий серебристый луч, вонзившийся в пах говорившего. Тот заорал благим матом и повалился на землю.

– Колдун! – вскрикнул один из его подельников и оба бросились наутёк.

За спиной рыжего тоже раздался топот, такие ребята всегда предпочитают зажать жертву в тиски.

Обойдя извивающегося и подвывающего бандита, Жан как ни в чём ни бывало направился по своим делам. Дарин вот спрашивал, на что ему четыре тысячи золотых, а вот на что. Первые несколько лет после ухода из армии он только и работал, что на покупку таких вот полезных штучек. Серебряное колечко с камнем было активируемым артефактом, как и все другие приобретения наёмного убийцы. То есть их можно было включить и выключить, и в выключенном состоянии ни один чародей не мог их почуять. Мощную вещь по такому принципу не создать, максимум какой-нибудь амулет тишины, но рыжему и не нужны были мощные, ему хватало практичных. Большую часть времени он свои артефакты не использовал, надевая преимущественно в тех случаях, когда они могли понадобиться. Потому что для воина постоянно полагаться на магию – верный путь к могиле. С этой мыслью он и приблизился к нужному дому, моментально отметив выбитую на одном из окон ставню.

Прислонившись к стене, рыжий осторожно подкрался к этой, очевидно не запланированной, детали фасада, и краем глаза заглянул внутрь. Большого труда стоило Жану не присвистнуть, когда он увидел, что же происходит внутри. Посреди комнаты принимала ванну беловолосая девушка-люмен ослепительной красоты. Вокруг неё в живописных позах валялись три тела. Возможно, их было и больше, с такого ракурса не разглядишь. Глотки у мертвецов были вскрыты, лужи крови на полу уже успели запечься. Это-то всё ладно, важно другое – в руке красавица сжимала небольшую полупрозрачную сферу, внутри которой то и дело мелькали красноватые огоньки. Он прекрасно помнил историю с графиней, помнил, что, по мнению Дарина, она имела прямое отношение к Сегальскому делу некромантов, а также помнил описание так и не найденного артефакта, которое им давал заказчик. Могло ли таких вот чудных шариков быть два? Вообще без проблем. Тех же негаторов магии пруд пруди, хотя выглядят они зачастую, по-разному. Ну, и на десерт – девушка, люмен, белые волосы. Последний заказ, если его можно так назвать. Сразу возникает вопрос, не один ли и тот же клиент интересуется двумя этими штучками, что сейчас беззаботно плещутся в пенящейся воде?

Покончив с этими размышлениями, рыжий отлип от окна, из опасения быть обнаруженным. Да и неприлично, как-то. Всё так же не теряя осторожности, он немного отдалился от дома и стал наблюдать за входом из подворотни на противоположной стороне улицы. Дождался, когда точёная фигурка в плаще и капюшоне покинет теперь уже, вероятно, бывшее обиталище Грызня, и неторопливо последовал за ней, стараясь всё время держаться за каким-нибудь укрытием. Полагаться на темноту дело тухлое – как-никак его объект люмен. И всё же, утомительной эта прогулка для него не стала. Дамочка была довольно-таки беспечной. Можно даже сказать – безбашенной. Это ж надо додуматься, принимать ванну в разорённом гнезде криминального авторитета! Туда же в любую минуту кто-нибудь может пожаловать, вот, как он, например. Когда магичка скрылась в пошарпанном домике неподалёку, рыжий опять занял выжидательную позицию, просидел час и, убедившись в том, что выходить она не собирается, чуть ли не бегом помчался обратно. В подтверждение его недавних размышлений, он обнаружил в доме двоих бандюганов, обшаривавших карманы своего бывшего босса. К пятёрке тел быстро добавилось ещё два, и Жан начал поспешно осматриваться. Аквамаринового кольца ни на одном из мертвецов не было. Само по себе это ещё ничего не значило, убийца могла забрать красивую вещицу с собой, но рыжий уже был уверен, что к гильдии эти ребята не имеют никакого отношения, и проверил больше так, для порядка. В остальном – полный голяк. Ничего, заслуживающего внимания, разве что растерзанный трупик мальчишки полулюра, лет восьми-девяти. Это чем же он ей так насолил-то?

Выбравшись из слишком уж популярного в эту ночь дома, Жан направился к замку Скойл, по дороге размышляя, как быть. По-хорошему, конечно, нужно бежать в гильдию, но он до сих пор не знает, где её искать. И не факт, что узнает. А эта ласточка может тем временем упорхнуть, только её и видели. Был и второй вариант – прибегнуть к помощи Дарина. Так сказать, взаимообразно. Принц наверняка будет счастлив узнать что-то новенькое о сегальских некромантах, а рыжий получит от своего нынешнего патрона премию, и, может быть, даже возможность сдать беловласку в гильдию позже. Сфера ему уже не нужна, тот заказ давно просрочен, а навязываться своим клиентам – это не в правилах гильдии. Решено, так он и поступит.

На воротах замка Жана пропустили без лишних вопросов, да и у двери в покои принца никаких проблем не возникло, благо, охрана уже успела усвоить, что рыжий с его высочеством на короткой ноге.

– Что? – поднятый посреди ночи с постели принц был не очень-то этим фактом доволен и смотрел на нежданного гостя волком.

– Помнишь Сегальское дело?

– Да. – его сонливость как рукой сняло, в глазах появилось привычное пристальное внимание.

– Так вот, я тут кое-что по нему надыбал.

Рыжий вкратце рассказал другу обо всём, что видел, и о своих соображениях по этому поводу, разумеется, мягко опустив детали, касавшиеся гильдии. Правда, из песни слова не выкинешь, и по глазам его высочества было видно, что он подмечает все прорехи в повествовании, но во взгляде его при этом ни разу не мелькнуло раздражение. Принц понимал, что у приятеля есть свои дела и секреты, и не собирался в них лезть. Ему своих проблем хватало. Дослушав рассказ рыжего, он немедленно приказал охране разбудить Вирдена и провести ещё кое-какие приготовления. Через полчаса Жан снова покидал замок, в этот раз в компании небольшой, но зубастой группы захвата. В её состав вошёл сам телохранитель, двое армейских магов-диверсантов и десять человек Дарина. Именно Дарина, поскольку тот начал сколачивать вокруг себя личный отряд, состоящий из людей, на верность которых он мог более или менее положиться. Пока что в его состав входили пятеро уцелевших гвардейцев и двадцать бойцов-ветеранов из тридцать третьей конной сотни, прошедших со своим командиром всю осеннюю кампанию, от начала и до конца. Многим из них главнокомандующий спасал жизнь в бою, кое-кого вытащил с того света Вирден, и сейчас это были закалённые воины, которых с его высочеством связывало нечто большее, чем просто жалованье. Вообще-то Дарин хотел забрать из-под начала Гастона всех старичков, но некоторые отказались. Для них главным было постоянно чувствовать под собой боевого коня и, сломя голову, рваться в лихую кавалерийскую атаку, так что они остались в сотне. Как говорится, насильно мил не будешь.

По дороге к нужному месту их дважды останавливали ночные патрули, но на такой случай у Вирдена имелся с собой пропуск. Когда они подошли к дому, работа Жана, как проводника, кончилась, и роль первой скрипки начал играть телохранитель. Дарин заранее поставил перед ними двумя задачу – в идеале, схомутать магичку таким образом, чтобы ни светящихся белых волос, ни волшебной сферы никто кроме них не увидел. Умеет его высочество озадачить, нечего сказать. Раздав членам отряда серию коротких приказов, чародей направился ко входу в дом, а за ним, на некотором отдалении, пошли двое других магов.

Защита на двери и окнах имелась, притом довольно искусная. Прищурившись, Вирден внимательно изучил чужое плетение. А вот и ниточка сигнализации. Тянется куда-то вглубь строения, к магичке, чтобы, в случае чего, предупредить ту о попытке взлома. Ничего-ничего. Вытянув из своей ауры один из наиболее тонких энергетических щупов, телохранитель начал аккуратно вводить его в переплетение силовых нитей, при этом отводя их, где надо, почти неощутимыми силовыми импульсами. Вскоре потребовалось подключить к делу второй щуп, а за ним и третий. У автора охранных чар, похоже, была паранойя. В конце концов, чародею удалось незаметно для колдуньи отсечь сигнальную ниточку. Повисев несколько мгновений в воздухе, та растворилась без следа, и он смог приступить к самой ловушке. Здесь всё было гораздо проще. Задачей плетения было препятствовать проникновению воров и прочей шушеры, но никак не магов. Когда оно развеялось, настал черёд замка. Тут, хочешь не хочешь, а придётся применить деструктивное воздействие, которое эхом раскатится в магическом фоне. Но, если их цель сейчас спит, то может этого и не почувствовать, на чём и строился весь расчёт Вирдена. Осторожно расплавив язычок замка, не дававший открыть дверь, телохранитель напрягся в ожидании какого-либо отклика, но в доме всё было спокойно. Войдя внутрь, он тихонько двинулся по узкому коридору к двери, от которой веяло уже знакомыми чарами. Армейские маги, повинуясь приказу, остались на улице и следили за его действиями оттуда. В случае открытого столкновения, они придут командиру на помощь, но не раньше. Вероятнее всего, сейчас Вирден стоял у входа в спальню, где и находилась магичка. С уверенностью сказать он не мог, для этого нужно было раскинуть поисковую сеть, но с тем же успехом можно громко протрубить в рог, предупреждая преступницу, или кто она там, о своём появлении. Проблема в том, что по второму разу трюк со взломом ловушки не провернуть. Слишком уж близко её создательница, в какой-то паре шагов. Однозначно почует и успеет приготовиться к схватке. Можно влететь внутрь, наплевав на препятствие, и атаковать, но тогда она примет удар на щит. Рефлекс создания личной защиты в момент, когда рядом возникает вредоносная магия, вбивается в чародеев в первую очередь и оттачивается до бритвенной остроты. Они могут окутаться щитом даже в сонном полузабытьи, а бывали случаи, когда маги блокировали просто приснившуюся им атаку. Вот только мощный блок таким образом не поставить. Он требует более тонкой работы и высокой концентрации. Все эти мысли пронеслись в голове телохранителя в считанные секунды, пока он готовил одно из своих самых сильных, но при этом не летальных плетений. Закончив работу, маг вломился в комнату, вынеся плечом дверь и приняв удар ловушки на собственную защиту. Поймав взглядом подорвавшееся с постели белое пятно, он спустил чары, которые разнесли вдребезги поспешно выставленный противницей защитный кокон и, подхватив её силовой волной, шарахнули о стену. Не успела она повалиться на пол, как уже схлопотала второе плетение, на этот раз усыпляющее. Выглянув в коридор, Вирден сделал знак коллегам, мол, всё спокойно, стойте, где стояли, и вернулся в комнату. Где артефакт? Вот и он. Во время столкновения упал на пол и откатился в угол. Хорошо, не разбился. Сфокусировав взгляд на небольшой сфере, излучавшей лёгкие магические эманации, телохранитель на секунду забыл, как дышать. Разбился? Нет, у этой вещи имеется кое-какой запас прочности. Можно даже на каменный пол уронить. Но какая, к Шилу, разница? Важно другое. Сделав несколько шагов, он наклонился, подобрал прохладный, по виду хрустальный, шарик и ещё внимательнее вгляделся в его структуру. Она поражала своей сложностью, глубиной и запутанностью. Силовые нити переплетались в наполненные функциональным смыслом кружевные узоры, которые, в свою очередь, образовывали с дюжину колец, опоясывающих находящийся в центре сферы резервуар с магической энергией. Последний по свойствам напоминал резерв одарённого, и сейчас был заполнен примерно на треть, что не мешало ему излучать яркий красноватый свет, время от времени фокусировавшийся на кольцах, что и порождало видимые даже обычному глазу алые блики. Что интересно, резерв не относился к накопителям, питавшим сам артефакт. Они были встроены в расположенные среди кружев, энергетические блоки. То есть, его наполняла сила, которую маг, при проведении некоторых операций, мог использовать по своему разумению. Подавив искушение и дальше изучать чудесное творение неведомого мастера, телохранитель убрал его в наплечную сумку и раскинул вокруг себя поисковую сеть. Чисто, в доме больше никого нет. Подойдя к лежавшей на полу магичке, Вирден застегнул на её горле тонкую цепочку негатора и огляделся. Поднял грязное скомканное одеяло и попытался замотать в него обнажённую девушку. Не вышло. Импровизированной упаковке не хватило длины. Снова выглянув в коридор, он приказал магам:

– Позовите Жана.

– Ну, что тут? – глаза рыжего так и блестели от любопытства, привстав на цыпочки, он заглянул в комнату через плечо чародея, но ничего не увидел из-за царившей там темноты.

– Всё путём. Найди, во что бы её завернуть.

Долго ждать Жана не пришлось, он вернулся, неся в охапке ещё парочку одеял.

– Там жмур, в соседней комнате. Когда помер, сказать не могу. Она его того…

– Чего, того? – переспросил Вирден, впуская рыжего внутрь.

– Да слово такое заумное, от одного мага слышал, – бросив одеяла на кровать, тот почесал затылок. – Му… муми…

– Мумифицировала?

– Точно! Слушай, ты не посветишь чутка? Ни гразга не вижу, кроме волос этой цыпочки.

– Замотай её, – приказал телохранитель, сотворив на ладони маленький шарик света.

Препираться рыжий не стал и в скором времени превратил пленницу в некое подобие куколки.

– Пошли, – чародей подцепил получившийся кокон магическим арканом.

– Погоди минутку.

Жан начал обшаривать комнату, притом очень профессионально, и через несколько минут выложил на кровать три позвякивающих мешочка.

– Думаю, нам с тобой полагается самая крупная доля, как считаешь?

Отвечать Вирден не стал, просто вышел в коридор, таща за собой магичку на невидимом поводке. Конечно, его коллеги почувствуют в заплечной сумке некий артефакт, а замызганные тряпки не скроют от них ауру одарённой, но это неважно. Никакой конкретики их временные спутники не узнают, а значит, приказ выполнен.

Дожидаться Жана телохранитель не стал, и тому пришлось торопливо совать приглянувшийся кошель за пазуху, после чего он поспешил следом за удалившимся магом.

– Уважаемые мэтры, мы тут разжились добычей. Вот ваша доля, – бодро произнёс он, вручая армейским магам один из мешочков. Второй предназначался десятнику следовавших за ними солдат. Вроде как ни те, ни другие так ничего толком и не сделали, но рыжий давно усвоил, что золото охотней всего идёт к тому, кто легко умеет с ним расставаться.

На обратном пути их остановили уже три раза. Под конец Жан всерьёз начал опасаться, что одеяла, в которые была завёрнута их добыча, вот-вот задымятся и вспыхнут от любопытных взглядов патрульных. Конспирацией тут и не пахло, ну и Шил с ней, пусть глазеют.

В замке они расстались с большей частью сопровождавшего их отряда, прихватив с собой всего двух бойцов и одного мага, которым предстояло в эту ночь усилить охрану темницы.

– Передай его высочеству, что мы прибыли, – приказал рыжий десятнику и направился к тяжёлой обитой металлом двери, подсвеченной сразу двумя настенными факелами. Остальные последовали за ним.

В скором времени Дарин присоединился к ним на первом ярусе подземелья, и вся их небольшая компания, в сопровождении тюремщика, спустилась на третий, самый нижний из доступных на данный момент. Ещё два были давным-давно затоплены водами озера. Принц приказал охранникам остаться у лестницы, и дальше они шли в сопровождении одного тюремщика. Через несколько минут тот вывел их в коридор, оканчивающийся каменными ступенями. Нетрудно было догадаться куда они вели, третья по счёту ныряла в воду, и дальше различить что-либо не представлялось возможным. Их проводник подошёл к предпоследней камере и суетливо распахнул перед Дарином дверь. Тот отобрал у недоумённо заморгавшего тюремщика ключи и отправил его назад, к солдатам и магу. Внутрь они входили втроём, не забыв, конечно же, прихватить и пленницу. Здесь уже всё было готово для долгого и задушевного разговора. Темноту разгоняла пылающая в углу жаровня, а на грубом столе были разложены инструменты неприятного вида и вполне понятного предназначения.

– К стене её, – бросил Дарин, плотно закрыв за ними массивную дверь.

Повинуясь воле Вирдена, парящий в воздухе кокон опустился на пол, и они с Жаном быстро, в четыре руки его размотали. Взглянув на освобождённое от одеял тело девушки, рыжий восхищённо цокнул языком. Всё-таки она была очень красива. Вся такая белая и немного воздушная. Грудь идеальной формы, не слишком большая, но и не маленькая, этакая золотая середина. Прекрасные черты изящного личика разгладились во сне, создавая впечатление беззащитной невинности. Поверил бы, если б не видел, что эта красотка учудила в доме Грызня. Телохранителя женские прелести оставили равнодушным. Он просто подхватил пленницу за руку, Жан за другую, и вместе они вздёрнули безвольно повисшее тело. Подтащили к стене, повернули лицом к комнате и заковали руки и ноги в деревянные колодки, вделанные в каменную кладку. Теперь она стояла, широко расставив ноги, подняв руки и уронив головку на грудь. Чёлка белоснежных волос упала на лицо, впечатление беззащитности стало прямо-таки щемящим.

– Готово… – обернулся рыжий и подавился словами при виде старого друга.

Лицо Дарина побелело от гнева, бескровные губы были плотно сжаты, глаза сверкали яростью. Казалось, он вот-вот утратит над собой контроль и пустит в дело кулаки. Жан порадовался, что в камере вместе с ними находится ещё и Вирден. В крайнем случае, тот быстренько успокоит принца, не причинив вреда.

– Всё в порядке, дружище?

– Говоришь она маг?

– Ага.

– И зарезала нескольких разумных?

– Зарезала – не то слово. Мальчишку люра она вообще растерзала.

Несколько мгновений Дарин глубоко дышал, приходя в себя.

– Тейнору ни слова о ней.

– Хорошо, – закивал рыжий, телохранитель тоже кивнул.

– Отлично.

– Ваше высочество, есть ещё кое-что, – на ладони чародея лежала сфера.

– Что это?

– Артефакт. Крайне сложный и довольно могущественный.

– Предназначение?

– Их множество. Чтобы разобраться до конца, мне потребуется время, но я уверен, что артефакт может как существенно облегчить некоторые магические эксперименты, так и стать для своего хозяина подспорьем в бою.

– Что ещё?

– Большая часть функций сферы связана с ритуалами некромантии. Очевидно, что её изготовил опытный некромант и именно для такого рода специалиста она предназначена.

Хрустальный шарик в руке колдуна ярко полыхнул сразу тремя искорками, будто бы подтверждая его слова.

– Ясно.

– Ваше высочество, позвольте мне оставить её себе.

Левая бровь принца удивлённо приподнялась. Похоже, раньше телохранитель к нему с подобными просьбами не обращался.

– Возьмёшься за старое, Вирден?

– Ваше высочество, сферу можно использовать и в отрыве от некромантических практик.

– Хорошо. Но не свети её без крайней необходимости.

– Конечно, – впервые Жан увидел на лице Вирдена улыбку. – Благодарю, ваше высочество.

– Буди её.

Положив артефакт обратно в сумку, чародей развернулся к стене и демонстративно щёлкнул пальцами. Вот любят они этот жест. Говорят, даже архимаги им балуются. Ресницы пленницы тихонько затрепетали, она судорожно вздохнула и распахнула глаза, тоже, к слову, очень красивые, светло-голубые, в тон всему её облику. Сперва в них мелькнул испуг, затем его сменило затравленное выражение, когда она начала обшаривать взглядом камеру, и, наконец, все эмоции сменила чистая ненависть. Теперь магичка смотрела то на одного своего пленителя, то на другого. Да, пожалуй, с ней будет непросто.

* * *

Сознание возвращалось к Лиссандре постепенно. Сначала она почувствовала боль в запястьях, стиснутых чем-то вроде тисков, потом спина ощутила холод равнодушного камня. Алтарь?! Она попыталась закричать от охватившего её ужаса, но у неё перехватило дыхание. Открыла глаза, и… Нет, её не собирались принести в жертву Гаруне, сделав вампиром, но на этом хорошие новости заканчивались. На шее негатор, а она прикована к стене. В пыточной, вернее, в обычной камере, наскоро под таковую приспособленной. В камере трое. Первый – неприятного вида мужчина в простой мантии, даже сквозь пелену подавлявшего магию артефакта Лиссандра чувствовала исходящую от него силу. Второй – рыжий парень среднего роста, одет, как наёмник, пожирает её нахальными голубыми глазами. И третий, по-видимому, главный в этой компашке. Настоящий красавчик – высокий, короткие чёрные волосы, бледное аристократическое лицо. При иных обстоятельствах, она бы не постеснялась затащить его к себе в постель. Но Шил бы с ними со всеми, куда подевалась сфера?! Как ни старалась Лиссандра, а почувствовать артефакт не получалось. Проклятый негатор! Означенный красавчик сделал шаг вперёд и, впившись в неё стальным взглядом холодных серых глаз, властно спросил:

– Что ты знаешь о сегальском ковене некромантов?

– Шёл бы ты Юру под хвост, отрыжка гразгова! – она хотела ещё и плюнуть, но во рту пересохло. Пришлось ограничиться злобным взглядом.

Брюнет побледнел, хотя, казалось бы, куда уж больше, и в глазах его блеснул гнев. Не привык получать отказы? В этот момент в коридоре за дверью раздались быстрые шаги, а затем она распахнулась и внутрь заглянул матёрый лысый мужик со шрамом через пол головы.

– Дарин, что… Аника?!

– Тейн, – казалось красавчик сейчас кого-нибудь убьёт, – Уйди. Обсудим позже.

– Люра с два! – пробасил тот, входя в камеру. – Какого гразгова выкидыша тут…

– Вирден, – брюнет раздражённо мотнул головой в сторону визитёра.

Чародей всё понял верно, и тот повалился, как подкошенный. Мог бы расшибить голову о каменный пол, не поддержи его маг арканом. Лиссандре вся эта сцена пришлась очень кстати. Во-первых, появилось время, чтобы прийти в себя, а во-вторых, теперь она знала с кем именно имеет дело. Тейн – Тейнор. Вроде как рядовой императорской гвардии. Была у неё с ним интрижка, притом довольно продолжительная. Только тогда он таким страшилищем не был, естественно. За долгие годы Лиссандра так и не избавилась от лёгкой тяги к таким вот наивным романтичным простачкам, которые, спустя пару свиданий, готовы были и сердце своё из груди вынуть, и луну ей с неба достать. В их присутствии голова отдыхала, а язык сам собой молотил привычную чепуху, от которой такие вот Тейноры прямо-таки раскисают. А уж как смешна их уверенность в том, что они для неё единственный свет в окошке… Потом она покинула Эстолару и какое-то время поддерживала с бывшим любовником переписку, забавляясь той бурей эмоций, которая сквозила в каждой строчке его отчаянных посланий. Ну, а в скором времени Лиссандра оказалась в Сегале и вышла на тамошний ковен, выкинув молодого гвардейца, как и десятки подобных ему, из головы. А её пленитель – принц Дарин. Внешность подходит под известное в народе описание, да и прочие факты говорят сами за себя. Выходит, её пожелал видеть его высочество главнокомандующий? Какая честь!

– Мне нужны ответы, – снова заговорил принц, пока рыжий укладывал оглушённого Тейнора под стеночкой. – И я их получу.

– Полезай Шилу в задницу, да поищи там свои ответы! – второй выпад не произвёл на красавчика ожидаемого впечатления, значит он не из тех, кто наступает на те же грабли.

– Последний раз спрашиваю, – его высочество подошёл к столу и взял большие уродливые ножницы. – Тебе волосы дороги? А пальцы?

Лиссандра даже отвечать не стала, лишь фыркнула.

– Думаю, можно всё сделать проще, – весело произнёс рыжий.

Проходя мимо чародея, он ловко сунул руку в сумку, висящую у того на плече, и выудил из неё сферу. Её сферу! Маг напрягся, но принц покачал головой, и тот предоставил нахалу возможность действовать дальше. Подойдя к столу с другой стороны, рыжий положил артефакт на грубо обструганные доски, подхватил молоток для дробления суставов, и занёс его над головой.

– Нет! – закричала Лиссандра и дёрнулась в отчаянной попытке вырвать колодки вместе с куском стены.

По лицу Вирдена было видно, что он в любом случае не дал бы молотку опуститься, но она не замечала вокруг ничего, кроме желанной сферы. Её маленького чуда, частицы гения её погибшего возлюбленного.

– Нет, так нет, – рыжий улыбнулся во все тридцать два зуба и сально ей подмигнул. – Отвечай на вопросы, и всё будет хорошо.

– Но вы отпустите меня и вернёте артефакт.

– Нет, – холодно ответил принц.

– Тогда катись в пропасть! Что толку говорить, если я всё равно умру?!

Какое-то время Дарин смотрел на Лиссандру изучающим взглядом, словно прикидывая, можно ли её сломать, и сколько времени это потребует.

– Жизнь. Пока это всё. Говори.

– Воды дайте, – хрипло потребовала она.

– Сию минуту, прекрасная госпожа! – рыжий уже был тут, как тут.

Снятая с его пояса фляга коснулась губ пленницы, и она начала жадно пить, не отводя пристального взгляда от приблизившейся наглой физиономии. Как ни странно, он так её и не облапал. Принца, что ли, стеснялся? Тянуть дальше не было никакого смысла, и Лиссандра начала свой рассказ.

О том, как нашла тёмный ковен в Сегале, как присоединилась к нему и добралась до самой верхушки иерархии, что видела и слышала, в каких мероприятиях принимала участие. История эта затянулась на добрых три часа, рыжему даже пришлось метнуться за стульями для всей честной кампании. Лиссандре, естественно, сесть никто не предложил. Она так и стояла в весьма неудобной позе, чувствуя, с одной стороны ледяное прикосновение камня, а с другой – горячие взгляды голубоглазого нахала. Принц то и дело задавал наводящие и уточняющие вопросы, иногда прибегая ещё и к консультации мага. По тому, как эти двое иногда переглядывались, колдунья поняла, что тот наложил на неё детектор лжи. Ну и пусть. Лгать она всё равно не собиралась. Большая часть рассказа оставила его высочество равнодушным, а из основных вопросов, что его интересовали, она смогла ответить лишь на один, раскрыв перед принцем всю подноготную так называемого Сегальского дела. Куда потом сбежали все некроманты? Она не знает. Откуда ковен получал финансирование? Что смогла, рассказала. Немного? Ну, извините. Её интересовали магические эксперименты и ритуалы. Любит девушка ножом по телу работать. Разве можно её в этом винить?

А вот когда речь зашла о том, кто мог бы искать её, или её артефакт, магичка серьёзно так напряглась. Неужели кто-то из ковена пронюхал, что она жива? Или это очередной призрак бурного прошлого, куда менее безобидный, чем сопящий под стеной гвардеец? В груди так и заскреблось не раз спасавшее жизнь желание сбежать и затаиться где-нибудь в укромном уголке на годик другой, а потом сняться с места и махнуть этак через полконтинента, чтобы уж наверняка сбросить хвост. Но это проблемы дня завтрашнего, а она, как ни печально, пока что в сегодняшнем.

– И что с ней делать, ваше высочество? – взгляд чародея не сулил пленнице ничего хорошего.

Дарин молчал, и слово взял рыжий.

– По-хорошему, мочить её надо. Бешеная, сука. Проблем с ней не оберёшься.

– Нет, – помолчав ещё несколько секунд, принц продолжил. – Пока нет.

После чего он вышел из камеры, а его спутники последовали за ним, не забыв и про безучастного ко всему происходящему гвардейца.

– Теперь объясни, что всё это было? – поинтересовался Жан, как только они отошли по коридору достаточно далеко, чтобы пленница не могла их услышать.

– У Тейнора был роман с этой Аникой, или как там её, – верно истолковал его вопрос принц. – Потом она уехала, и на этом всё. Давняя история, но он так от неё и не отошёл. Сам я эту девку не видел, из дворца не вылезал, но у Тейна есть медальон с её портретом.

– Да, уж. Спутать с кем-нибудь эту красотку было бы нелегко, – кивнул рыжий. – И что дальше?

– Разбуди его, – принц уже отвернулся к Вирдену.

Очередной щелчок пальцами, и бедолага сержант, которого опять усадили на пол спиной к стене, растерянно захлопал глазами.

– Иди за мной, – произнёс Дарин, наклонившись к его лицу. – Будешь буянить, Вирден опять тебя усыпит. Понял?

– Скотина ты, Дарин! – широко зевая пробасил Тейнор. – Ты скажи мне просто…

– В кабинете скажу. Давай, – он протянул Тейну руку и тот, недовольно хмыкнув, всё же за неё ухватился, позволяя старому другу помочь себе подняться.

Проходя мимо поста, Дарин сказал бойцам, что скоро их сменят, и дальше они шли уже не задерживаясь. По дороге наверх Жан нет-нет, да поглядывал на сержанта. Видно было, что тому жутко хочется послать их всех к люровой бабушке, развернуться и броситься обратно на помощь своей зазнобе. И рыжий не мог поручиться за то, что удерживает приятеля именно дружба с Дарином, а не присутствие чародея и оставленный позади пост. Да уж, тяжёлый случай.

Как оказалось, его высочество решил побеседовать с Тейном приватно, чему лично Жан был только рад. Присутствовать при предстоящем объяснении ему совершенно не хотелось. Хотелось добраться до своей койки и хорошенько выспаться, но сначала…

– Вирден, – окликнул он телохранителя, устремившегося было к своей комнате.

Вид мешочка, прихваченного рыжим из дома колдуньи, не произвёл на мага ровным счётом никакого впечатления.

– Пересчитай сам, я тебе доверяю.

Сказав это он развернулся и стремительно зашагал по коридору. Торопится со своей сферой уединиться, не иначе. Что за окружение у ненаследного принца! Сплошь маньяки, одержимые навязчивыми идеями. Пожав плечами, Жан направился к себе, на ходу подбрасывая приятно позвякивающий кошель.