На второй день плавания, Дилое наскучило разглядывать прибрежные пейзажи. Да вот только оказалось, что больше на судне заняться в общем-то и нечем. Корабль перевозил в основном грузы, и помимо них с Касимом на борту было всего три пассажира. Двое матёрых мужиков откровенно бандитского вида не вызывали желания пообщаться, а третий, необъятно толстый торговец в чёрном парике, в первый же день сам подошёл к девушке, окатив волной запаха застарелого пота. Тучные люди всегда обильно потеют в жару. Спустя полчаса разговоров выяснилось, что интересует этого господина исключительно одна тема, а именно стоимость вин и её зависимость от урожайности года, стоимости рабов, затрат на транспортировку и Юр знает, чего ещё.

Через неделю Ди перестала считать дни. В жизни ей ещё не было так скучно. На коротких остановках в небольших прибрежных городишках, коих было всего четыре, также не происходило ничего интересного. Ощущение преследующей по пятам опасности и насыщенность первых дней сменила тупая апатия. Немного спасал положение Касим. Собеседник из него был так себе, однако он взялся учить девушку рукопашному бою. Барон подобных уроков не одобрял, считая ниже достоинства благородной йоры сражаться на кулаках, подобно пьяному матросу, да и сама Ди была не в восторге от этих занятий. Теперь же Касим счёл, что, раз его подопечная в опасности, лишними эти навыки не будут. А озверевшая от скуки Дилоя не артачилась. Когда наставник, в один прекрасный день, заявил, что скоро они сойдут на берег, радости девушки не было предела, и она немедленно потребовала от него подробностей.

– Корабль идёт до Сегалы, – как всегда хрипло объяснил тот. – И курсирует по этому маршруту постоянно. Преследователям не трудно будет узнать, где он обычно останавливается и просто расспрашивать местных о том, кто сходил на берег. Поэтому мы не сошли раньше.

– А что изменилось теперь? – удивилась девушка. – Ведь до Сегалы ещё несколько дней пути?

– Знаю я тамошние обычаи, – скривился Касим. – От глаз местных жуликов ничего не ускользает. Немного денег – и упасть нам на хвост будет легче лёгкого. Поэтому мы сойдём на предпоследней остановке, обзаведёмся лошадьми, и выйдем на Сегальский тракт. Движение там настолько оживлённое, что никто на нас не обратит внимания. А Вильгельм не будет точно знать, куда мы направимся.

– Допустим, – прищурилась девушка. – Но что потом? Денег у нас осталось не так уж много.

– Здесь у меня нет на примете безопасных мест, – нахмурился люр. – Заляжем на дно на несколько недель, а затем двинемся в обратный путь. Оставлю вас где-нибудь неподалёку от баронств, а сам доберусь до Флистрау и разузнаю в чём дело, и как нам действовать дальше.

Дилоя была готова к любому ответу и собиралась спорить до хрипоты, если он ей не понравится, однако, этот вариант действительно казался разумным, и она кивнула.

Так они и поступили. Сойдя на берег в очередной пропахшей рыбой дыре, Касим в первую очередь направился на постоялый двор, где и купил лошадей, на вид куда более приличных, чем те, что достались им в прошлый раз. Пока дружинник пополнял припасы, Ди подсчитала остаток их денег и сокрушённо вздохнула. На то, чтобы затаиться недели на две, а потом проделать весь путь обратно по реке, явно не хватало. Проклятая старуха! Взгляд девушки в который раз упёрся в волосяной браслет на её руке, который, вопреки ожиданиям вовсе не истрепался и выглядел как новенький.

– Я узнал дорогу до Сегальского тракта, – сказал подошедший люр. – Можно добраться до него всего за пару дней, если двигаться по прямой, но мы поедем в обход, просёлками и несколько раз заночуем в поле. Так будет проще сбить их со следа.

В ответ Ди многозначительно позвенела кошельком. Касим поморщился, но ничего не сказал.

Через два дня, когда они уже порядочно попетляли по окрестностям, наставник, в очередной раз сориентировавшись по солнцу, вывел их на какую-то лесную тропу, вполне пригодную, чтобы могла проехать пара лошадей. Деревья тут подступали совсем близко к обочине, и не успели путники толком углубиться в лес, как заслышали впереди недовольные крики и возгласы. В следующий миг из-за поворота выбежал гружёный большими тюками ишак, а за ним выскочил бородатый мужичонка в каком-то рванье. При виде всадников его глаза округлились, он резко развернулся, пронзительно засвистев на ходу. Касим выругался и дёрнул поводья, поворачивая свою кобылу, а вот Ди пришпорила лошадь и поскакала вперёд, провожаемая отчаянной бранью наставника.

Ей уже доводилось сталкиваться с разбойниками. По какой-то причине разное отребье думало, что если в баронствах нет единого закона, как в империи или королевствах, то там им будет вольница вольная. На деле же баронские дружины, постоянно готовые к бою, быстро объясняли залётным разбойничкам их неправоту, однако поток искателей лёгкой наживы, текущий в баронства, не иссякал. В тот раз Дилоя, как всегда, вечером выехала на конную прогулку и совсем неподалёку от замка на неё из кустов выскочило несколько таких же грязных бородатых рож. Умница Пятка тут же лягнула первого из тех, кто рванулся к её поводьям, в грудь, так что тот отлетел на несколько шагов, а затем скакнула вперёд, разрывая дистанцию с нападавшими. Опомнившаяся девушка направила верную подругу вперёд, и в этот момент в паре десятков шагов впереди выскочил ещё один бандит с длиннющей рогатиной. Метать ножи с седла на скаку крайне трудно, почти невозможно, но Ди умела, спасибо Касиму. И в тот раз впервые убила человека. Оставшихся разбойников отцовская стража после переловила без её участия, ей же пришлось выдержать настоящую битву с матерью, настаивавшей на том, чтобы либо вообще запретить такие прогулки, либо отправлять с девушкой десяток дружинников. Вступился отец, который, выслушав всю историю, только хмыкнул и сказал: «В ней баронская кровь. Пусть ездит, если может за себя постоять».

И сейчас баронская кровь, бурлившая от страха и неизвестности, от бегства и унижений, пережитых в доме уродливой ведьмы, застоявшаяся от скуки унылого плавания, требовала действия. Выпущенный меткой рукой девушки нож угодил противнику чётко между лопаток, а в следующий миг её лошадь выскочила из-за поворота и Дилоя увидела около десятка вооружённых мужчин, уставившихся на неё. Двое храбрецов, видимо, не углядев в седле девицу, сходу развернулись и бросились в чащу, однако, ещё трое навели на Ди арбалеты. Она лишь успела поднять кобылу на дыбы, чтобы болты достались не ей, и выскочить из седла так, чтобы вмиг обмякшая туша не придавила её. Приподняв голову, Дилоя увидела несущегося на неё мужчину – бородатого, в патлах и таких же обносках, как у убитого ей только что разбойника. Его рот был раззявлен в крике, а поднятая над головой рука сжимала короткий плотницкий топор. В следующую секунду мимо девушки с грохотом копыт пронеслась огромная фигура и голова горе-разбойничка отскочила в сторону, будто мяч, отсечённая мечом Касима. В висках у девушки стучали барабаны, а сердце билось, как пойманная в ладонь птица, но она быстро собралась и окинула взглядом картину происходящего. При виде второго всадника, оставшиеся бандиты рванули в лес, один даже бросил наземь разряжённый арбалет, но бой ещё не окончился. По тропе, свернувшись в клубок, катались два тела, а ещё один разбойник не мог бежать, потому что от леса его оттеснила несостоявшаяся жертва, умело орудовавшая длинной и тонкой шпагой. Рассудив, что первому человеку помощь нужна больше, чем второму, Дилоя вскочила и помчалась к дерущимся, на ходу выхватывая кинжал. Грабитель как раз оказался сверху и теперь обеими руками душил плотного мужчину в дорогом кафтане. Оказавшаяся над ними девушка на секунду замешкалась, всё же вот так, вблизи, да ещё и в спину – это не то же самое, что метнуть нож, как в учебную мишень. Поборов замешательство, Ди всё же ударила, но не клинком, а навершием по затылку. Неприятно хрустнуло, похоже, она перестаралась. Тело душителя обмякло. Спасённый, отбросив его в сторону, сел на земле, уставившись дикими глазами на девушку. В следующую секунду он попытался вскочить и броситься вслед за товарищем, который уже прикончил своего противника изящным ударом в горло и во все лопатки бежал по тропе туда, откуда только что примчались Ди и Касим. Попытка эта оказалась неудачной, в драке на штанах мужчины лопнул ремень и он, запутавшись в них, снова осел на землю. Подъехавший ближе Касим что-то говорил, но Дилоя не слышала, её мутило. Поняв, что сейчас произойдёт, она попыталась отойти к кустам, но не прошла и пары шагов, как её вывернуло наизнанку. Всё же сражение лицом к лицу с противником – это нечто совершенно иное. Спасённый человек вежливо отвернулся, дружинник же пристально осматривал окрестности. Стоило Ди привести себя в порядок, как он тут же прорычал:

– Йора Дилоя, больше никогда так не поступайте! На чём нам теперь ехать дальше? – кончиком меча он указал на застреленную лошадь девушки.

– Благородная йора! – спасённый мужчина вновь попытался вскочить, однако штаны опасно заскользили вниз, и он снова плюхнулся на землю, смущённо улыбаясь. – Похоже, мне стоит пока оставаться на месте. Так вот, благородная йора, приношу вам свою искреннюю благодарность! Моё имя Николас, торговый представитель Сегальского медового дома. Сегальский медовый дом – лучший мёд в Империи! – видно было, что заученную фразу он произнёс с явным удовольствием. Касим фыркнул и продолжил всматриваться в лесную чащу.

– Что же до лошадей, то мы с радостью уступим вам одну из своих до тех пор, пока не появится возможность приобрести новую.

В этот момент с той стороны, куда умчался товарищ Николаса, раздался крик:

– Они уцелели, Никки! Уцелели!

По лицу Николаса было видно, что он едва успел подавить в себе желание снова вскочить.

– Слава Юру и Роше! – выдохнул он и расплылся в счастливой улыбке. – Давайте лучше дождёмся моего компаньона.

Через пару минут из-за поворота показалась вторая жертва разбойников, ведущая в поводу того самого ослика, за которым гнался первый незадачливый бандит. Сходу распознав в Дилое представительницу знатного рода, он вежливо поклонился и произнёс:

– Благодарю вас, благородная йора. Моё имя Томас, торговый представитель Сегальского медового дома. Сегальский медовый дом – лучший мёд в Империи.

В ходе разговора, перемежаемого благодарностями и заверениями в том, что Сегальский медовый дом поставляет только лучший мёд в Империи, выяснилось следующее – Николас и Томас в качестве торговых агентов разъезжали по различным пасекам, собирая образцы мёда, кои и составляли поклажу осла. Они уже скоро собирались возвращаться в Сегалу, однако, проклятый проводник завёл их в ловушку.

– Предложил остановиться на короткий привал, – перебивая друг друга рассказывали товарищи, – затем отошёл подальше по тропе и вскрикнул. Мы к нему, думали, ему помощь нужна. А тут из лесу полезли эти недостойные господа.

– Странно, что они вас просто из арбалетов не перестреляли, – протянула Ди.

– Ничего странного, – хмыкнул Касим. – Не хотели одёжку портить, вон у них кафтаны какие. Отманили их от лошадей, чтобы точно не ускакали, и взялись за дело.

Выяснилось также, что друзья с удовольствием уступят благородной йоре любую из лошадей, а сами посменно пойдут пешком. Им тоже нужно выйти к Сегальскому тракту, и они будут искренне счастливы, если йора Дилоя позволит им себя сопровождать.

Пока суд да дело, наставник обыскивал четверых бандитов, павших в недавней стычке. Ничего особо ценного он не нашёл, а вот брошенный арбалет захватил с собой, вещь была добротная, даже странно, что попала в руки к этому отребью. Вскоре компания покинула место своей нежданной встречи и отправилась в путь.

* * *

Сегала встретила Дарина пышной делегацией разодетых в пух и прах чинуш городского магистрата и целого ряда представителей местных благородных родов. Какое-то время ушло на обязательные церемонии и расшаркивания, а потом принца отвели во дворец, оставшийся ещё от прежней королевской династии, правившей этими землями до того, как они вошли в состав империи. Сейчас он использовался в качестве ратуши, а целое крыло было отведено для знатных гостей города. Дарин считал это полнейшим безобразием – чиновники магистрата сидели в роскошных кабинетах, а убранство залов и коридоров ясно давало понять, куда уходит немалая часть местного бюджета. Даже вполне приличному человеку такая обстановка со временем начинает давить на мозги, а среди чернильной братии приличных нужно было ещё поискать.

Едва устроившись в кабинете, принц вызвал к себе ардрага, благо, после неудачной облавы тот остался в городе, где также расквартировали часть бойцов Пятой армии. О том, что облава была неудачной, Дарин уже был осведомлён, как и о том, что никаких сколько-нибудь серьёзных улик, свидетелей или пленных следствию раздобыть не удалось. Под Сегалой нашли разветвлённую систему тоннелей, искусственных и природных пещер, которые должны были быть законсервированы, поскольку город в них не нуждался. На деле же оказалось, что туда легко можно попасть через канализацию и, что самое интересное, старые карты, планы и схемы подземелий, хранившиеся в местных архивах, бесследно исчезли. Всё это наводило на мысль о том, что у тёмных была серьёзная «крыша» и свои люди либо среди чиновников, либо в кругу благородных йоров. А может, даже и там, и там. Проблема заключалась в том, что некроманты обосновались внизу уже очень давно. Век однодневок короток, и со смертью причастных пропадает и возможность нащупать ниточки, потянув за которые удалось бы распутать этот клубок. А распутывать было что. Одних алтарей Гаруны под городом нашли больше десятка. И это уже ни в какие ворота не лезло. Ещё один изъян работорговли и рабства в целом. При наличии денег можно легко перерезать глотки сотне-другой человек и никто не кинется их искать. Так или иначе, отец ясно дал понять, что этим делом займутся другие, а у самого Дарина не было особого желания копаться в подробностях произошедшего. В конце концов, он заслужил небольшой отпуск.

– Ваше высочество, – в комнату заглянул один из гвардейцев, – здесь ардраг лен Гард.

– Пусть войдёт.

Прежде им с йором Ноланом не доводилось встречаться. Вошедший оказался плотного телосложения мужчиной с мясистым лицом, глубоко посаженными бесцветными глазами и коротким ёжиком жёстких волос. Всем своим видом ардраг напоминал матёрого секача, готового в любой миг взъяриться и броситься на обидчика. На глаз ему можно было дать лет пятьдесят, но если лен Гард возглавил Пятую армию в последней войне, то ему вряд ли могло быть меньше семидесяти. Значит, не экономит на услугах магов. Омоложение процедура крайне недешёвая, поскольку требует от мэтров больших затрат сил и времени, да и повторять её приходится регулярно.

– Ваше высочество.

– Садитесь, ардраг.

Йор Нолан сел, и на несколько секунд воцарилось молчание. Собеседники внимательно изучали друг друга.

– Что скажете о недавней истории?

Лен Гард напрягся. Боится, что на него свалят ответственность?

– Тупые чинуши всё прошляпили, ваше высочество. В городе творилось Шил знает что, но нас известили, когда тёмные уже собрались драпать. В итоге, облава не принесла результатов.

– Ясно. Для вас есть инструкции, – Дарин взял со стола пухлый пакет и передал командующему, – ознакомьтесь.

Снова наступила тишина, изредка прерываемая шуршанием бумаги. Йор Нолан погрузился в чтение, и чем дальше, тем выше поднимались его брови. Наконец, он закончил и задумчиво посмотрел на принца.

– Осенняя кампания?

– Верно, – Дарин рассчитывал увидеть на лице собеседника раздражение или досаду, но в глазах ардрага заблестел победный огонёк.

– Это будет славная операция, ваше высочество. Думаю, на подготовку у нас уйдёт месяца полтора, и можно будет начинать.

– Конкретный день не указан?

– А вы не знаете? – изумился лен Гард.

– Нет.

– Не назначен, – командующего раздражала немногословность принца, но он старался не подавать вида. – Мне также предписано выделить вашему высочеству сотню, но это отложим до начала кампании. У меня появилось множество дел. Разрешите удалиться.

– Идите.

Йор Нолан Дарину не понравился, и, похоже, это чувство было взаимным. Принцу идея осенней кампании казалась бессмысленной авантюрой. Если что-то пойдёт не так, и морозы ударят, когда войска будут в чистом поле, потери могут оказаться катастрофическими. Численность контингента, выделенного для операции, тоже вызывала вопросы. Сколько бы подкреплений ни стянули в Тигарино до конца лета, этого всё равно не хватит для подавляющего превосходства в магах и живой силе, которое, при иных обстоятельствах, империя, с её ресурсами, с лёгкостью могла бы обеспечить. Но командующего эти трудности не испугали. Напротив, кажется, он загорелся идеей проведения операции, которую потом будут изучать в военных академиях.

– Ваше высочество, – в кабинет опять заглянул гвардеец, – бургомистр просил напомнить вам, что вечером состоится бал по случаю вашего приезда.

Ну, бал, так бал. А потом можно будет и поохотиться.

* * *

Новость о том, что в Сегалу прибывает принц Дарин, Милани узнала, сидя в гостях у Лени. Из общежития их выселили, как только выпускникам было торжественно присвоено звание мэтров, сразу после их возвращения из оцепления вокруг города. Для них с Лени это проблемой не стало. А вот Алиса с Калебом были не местными, и им где-то надо было жить до следующих вступительных испытаний, которые по старой традиции состоятся в первый день осени. Решить этот вопрос оказалось проще простого. Лени пригласил Калеба пожить у себя, а Алиса остановилась в гостях у Милани. Сейчас они сидели в комнате втроём, потягивая вино, и лениво перебрасываясь ничего не значащими репликами. Подруга, как всегда, опаздывала, но эта её привычка уже давно не вызывала ни у кого раздражения.

– Слышали, что случилось в Золотом Павильоне? – поинтересовался Лени, вертевший в пальцах серебряную монетку.

– Нет, – отозвалась Милани. – Что-то интересное?

– Какой-то знатный путешественник с востока свалился с горячкой. За ним половина свиты. И что бы вы думали?

– Что?

– Он подцепил грязуна! Хорошо, что эта гадость их ничем заразным не наградила. Несколько человек померли, и этим всё кончилось.

– Бред какой-то! – не поверила девушка.

– Почему бред? У них там в пустынях болот нет, вот и не знали гости об этой мерзости, – Калеб, как всегда, старался смотреть в корень любого явления.

Дверь в гостиную распахнулась, на пороге стояла Алиса.

– Всем привет! Слышали новости?

– Про Золотой Павильон?

– Чего? – девушка на секунду сбилась. – Да нет, я про принца.

– А что с принцем? – заинтересовался Лени.

– Он приезжает сюда через несколько дней. Вроде как по делу о некромантах.

– Толку-то, – фыркнул парень. – Приедет он, и что? Тёмные-то тю-тю, это уже любому ослу понятно.

– Не перебивай! Говорят, что ищейки нащупали целую подпольную сеть. И делом заинтересовались в столице.

– Глупости говорят, – равнодушно заметил Калеб. – Если бы ищейки что-то нащупали, об этом стало бы известно уже после того, как всех тёмных переловили бы и перевешали.

– Говорю, что знаю! – вспылила Алиса. – И вообще, раз вы такие умные, ни слова больше не скажу.

– И не надо, – ухмыльнулся Лени. – Ты опоздала, так что сдавать тебе.

Девушка фыркнула, уселась за стол и принялась тасовать карты, предварительно наполнив свой бокал красным вином. Для четырёх новоиспечённых мэтров посиделки за игрой в карты давно уже стали приятной традицией, хотя простому обывателю подобная сцена и могла показаться странной. И зря. Маги в сущности своей не сильно отличаются от обычных разумных, разве что живут дольше и зачастую имеют несколько своеобразную систему ценностей.

Милани сегодня не везло, хотя проблема скорее была в её рассеяности. Из головы девушки никак не выходили мысли о скором визите принца Дарина. Сколько ей тогда было? Тринадцать? Кажется, да. У отца появились какие-то дела в Эстоларе и он захватил дочь с собой. Столица произвела на девочку немалое впечатление, несмотря на то, что сама она тоже не в деревне жила. Там она и увидела принца. Высокий, с красивым аристократическим лицом, и короткими волосами цвета воронова крыла, он приковал её взгляд с первой секунды. Детские чувства странная штука, а тут настоящий принц, пусть и ненаследный. Она потом полночи не могла уснуть, представляя себе всякие дурацкие сцены, например, как он помогает ей забраться в седло, или ведёт в танце посреди роскошного бального зала. Надолго эти чувства не задержались, но вот поди ж ты, стоило ей услышать о том, что скоро Дарин будет здесь, и сердце предательски ёкнуло.

– Что случилось? – заметил её состояние Калеб. – Ты как-то странно выглядишь.

– А? Ничего, просто задумалась.

– И мы сейчас узнаем, о чём! – Лени лихо припечатал зелёного дракона к столешнице, сожрав тем самым её мантикору, а после избавился от последней карты, остававшейся у него на руках. – Я выбираю правду. Рассказывай, что у тебя на уме!

– Да просто думаю о визите принца и том, что за этим кроется, – отделалась полуправдой девушка.

– Может, спросишь отца? Он наверняка что-то знает, – подкинула идею Алиса.

– К чему торопиться? Вот приедет, и всё встанет на свои места, – зевнул Калеб.

– Этак ты всё проспишь, – подначил его Лени. – Полезно, знаешь ли, быть в курсе событий. А то всё самое интересное мимо просвистит.

– Согласна, – поддержала его Алиса. – Предпочитаю узнавать обо всём заранее, мало ли, вдруг нас снова снарядят по лесам да полям таскаться.

– Поговорю с отцом, – решила Милани. – И расскажу, если что узнаю.

На том и порешили, и на какое-то время девушка отбросила посторонние мысли, сосредоточившись на игре. Разошлись они поздно вечером. Алиса уехала в наёмном экипаже по каким-то своим делам. Она вообще частенько пропадала где-то по пол ночи. Когда Милани уже садилась в карету, с веранды её окликнул Калеб:

– Погоди минутку! – в несколько быстрых шагов он преодолел разделявшее их расстояние и протянул руку, от которой ощутимо повеяло магией. – Хочу тебе кое-что подарить.

На его раскрытой ладони лежало простое серебряное колечко. Без камня, хотя он и облегчил бы процесс наложения чар. Прищурившись, Милани вгляделась в структуру плетения. Изящная работа, и довольно сложная. Видно, что чары защитные, но принцип действия так сходу не определить. Это был очень дорогой подарок, особенно для Калеба, который из них четверых был наиболее стеснён в средствах. Артефакты вообще штука очень и очень редкая сразу по двум причинам. Во-первых, работу над ними можно было сравнить с живописью. Как любой разумный может взять в руки кисть, так и любой одарённый способен создавать магические предметы, но для того, чтобы вышло что-нибудь стоящее, необходим талант. Другое дело временные заклятья, накладываемые на объекты – ловушки там, сигнализации и прочее. Такое любому под силу, но без подпитки они быстро развеются, максимум через месяц. Магические предметы служат бессрочно, ведь заложенные в них плетения могут впитывать энергию из окружающего мира, словно живой организм. И в этом кроется вторая проблема. Создание сложного артефакта может на время подорвать силы зачарователя, а если слишком с этим частить, можно даже повредить собственному резерву. Безопасно создавать подобные предметы маг может примерно раз в год, хотя тут всё индивидуально. Поэтому все магические школы и академии работают по государственным заказам. Сама Милани за четыре года обучения артефакторике успела создать четыре детектора магии. Ещё студенты делали негаторы, и это были две самые распространённые в империи разновидности артефактов. Любые другие волшебные предметы встречались значительно реже и были многократно дороже. Калеб мог бы хорошо заработать, продав своё изделие, но, вместо этого, он подарил его ей.

– А что оно делает?

– Отводит удары.

– Но это не щит.

– Конечно нет, иначе был бы риск нарушить закон Третьего. Моё изобретение, – он немного смущённо улыбнулся. – Какой-нибудь Осколок Зихота, конечно не отразит, но чары попроще, стрелу или меч – запросто. Сработает в случае, если твою оборону пробьют, или если не успеешь защититься.

– С ума сойти! Это же бесценная штука! – девушка колебалась, принимать ли подарок.

– Друзья дороже, – нахмурился юноша. – После того гидлиза мне до сих пор иногда кошмары снятся. Он ведь тебя чуть не убил.

– Спасибо! – она бережно взяла колечко и надела на безымянный палец. – Это… Правда, спасибо!

– Да ладно тебе, – подмигнул Калеб, – дай срок, я и остальным такие сделаю.

Друзья распрощались, и Милани села в карету. По дороге домой она внимательно изучала подарок, проникая всё глубже в элегантное переплетение нитей и энергетических блоков. Очень талантливая работа. Она и не подозревала, что её друг способен на такое. И Лени не знал, иначе бы наверняка рассказал. Интересно, какие ещё сюрпризы скрывает в себе спокойный и рассудительный Калеб?

Отца дома не оказалось, он вообще мог остаться на ночь в академии, такое иногда случалось, но девушка всё равно решила его дождаться, уж очень хотелось поскорее разузнать что-нибудь о визите принца. Взгляд её упал на кольцо, и Милани почувствовала лёгкий укол стыда. Перед Калебом? Глупость какая! Они были друзьями и только, и она ничего парню не обещала, как бы ему того ни хотелось. Что-то сегодня ей в голову лезет всякая ерунда. Вот чего она тут сидит? Давно надо было лечь спать. В дверь постучали и в комнату вошёл слуга.

– Йора, вернулся господин лен Саль.

Отец как всегда отлично выглядел. Не похоже было, чтобы многочасовая работа хоть как-то сказывалась на ректоре Сегальской магической академии.

– В чём дело?

– Хотела кое о чём спросить.

– Спрашивай.

– Правда, что в город прибывает принц Дарин?

– Да, это так, – он отложил в сторону какой-то документ. Сразу по возвращении отец направился не в спальню, а прямиком в кабинет.

– Зачем? Чего стоит ожидать?

– Пока сказать трудно, – архимаг оторвал взгляд от стола и внимательно посмотрел на дочь, – но я рад, что ты задаёшься такими вопросами.

– И мне бы хотелось получить ответы, – Милани пристально уставилась отцу в глаза. Если ему нравится взрослая деловая дочь, почему бы не подыграть?

– Вот это напор! – улыбнулся ректор. – Тогда слушай. Дело тут нечисто. История о подпольной сети тёмных, на которую вышло следствие, шита белыми нитками. Расследование безнадёжно провалено, и, что самое поганое, неясно, чьими стараниями.

– Хочешь сказать, в этом заинтересована Канцелярия?

– Говорю же, неясно. Я вовсе не так всеведущ, как может показаться на первый взгляд. Но что-то затевается в Тигарино, и я ставлю на новую войну.

– Да ладно?!

– Мила, благородные йоры и, тем более, мэтры так не выражаются! – посуровел архимаг.

– Извини, просто очень уж неожиданно прозвучало.

– Полагаю, на это и рассчитывают в Эстоларе, – задумчиво протянул отец. – Это пока только предположение, не более того. И не вздумай рассказать о нём своим приятелям.

– Как скажешь, – легко согласилась девушка.

– Это в твоих интересах, – тон отца похолодел. – Я оказываю тебе доверие, отнесись к этому серьёзно.

– Обещаю пап, я никому не скажу. Я же не дура.

– Надеюсь, ты не дашь нам обоим повода в этом усомниться.

– А что-нибудь менее тайное и более конкретное тебе известно?

– Ишь как заговорила! – хмыкнул ректор. – Могу сказать то, о чём ты и сама наверняка догадалась. К приезду принца подготовят торжественную встречу, а затем будет бал в его честь.

Об этом, кстати, Милани совершенно не думала, хотя могла бы и догадаться.

– А что-нибудь о самом принце рассказать можешь?

– Так вот в чём дело! – поморщился отец. – Я-то, старый дурак, обрадовался, что тебя, наконец, стали интересовать серьёзные вопросы, а всё оказалось гораздо проще.

– Одно другого не исключает, – парировала девушка. – Тем более, это тоже важно. Я, как-никак, буду украшением этого бала.

– Будем считать, ты меня убедила, – архимаг снова принялся за бумаги, – Дарин лен Эст нелюдим, обожает охоту и имеет вредную привычку избивать людей до полусмерти.

– Это правда? – удивилась Милани. – Я кое-что слышала, но думала, это сплетни завистников.

– Правда. У принца врождённый недуг, с которым целители так и не справились. Он адекватен, но подвержен приступам неконтролируемой ярости.

– Бедняга! Тяжело, наверное, так жить.

– Окружающим приходится тяжелее. Были даже смертельные случаи. Так что в разговоре с ним выбирай выражения.

Как она ни старалась, но обвести отца вокруг пальца не удалось, и он уже понял, зачем именно дочь дожидалась его возвращения. Странно, но чувства отторжения по отношению к принцу у неё не возникло. Скорее Милани ему сочувствовала. Вряд ли причиной тому было её доброе сердце, вероятно свою роль играли магия титула, и то впечатление, которое черноволосый красавчик произвёл на тринадцатилетнюю девчонку.

– Я удовлетворил твоё любопытство?

– Вполне.

– Отлично. Теперь скажи, что это у тебя на пальце?

– Подарок.

– Хороший подарок. И чья работа?

– Калеба.

– У него резерв четвёрки, – это был не вопрос, а утверждение.

– Ну и что?

– Ничего, прослежу, чтобы его зачислили на следующий год. Правила правилами, а талантливые артефакторы на дороге не валяются.

– И как же это? – удивилась девушка. – Мне казалось, жульничать на испытании невозможно.

– Невозможно, но такие вещи всегда проворачиваются задним числом. Его имя просто появится в списке студентов, и всё.

– Не выйдет, – тяжело вздохнула Милани. – Калеб на такое не согласится. Ей хорошо была известна принципиальность друга. Он очень расстроился бы, не пройдя вступительный тест, но ни за что не принял бы подобную помощь.

– Что ж, его дело – пожал плечами архимаг. – Если на этом у тебя всё, то я бы хотел немного вздремнуть.

Подписав очередной документ, он сунул перо в чернильницу и размял кисти рук.

– Конечно, пап. Спокойной ночи.

Она покинула кабинет и пошла к себе. Выспаться и в самом деле было бы неплохо.

Спустя несколько дней его высочество торжественно въехал в Сегалу в сопровождении небольшого отряда. Милани не стала мчаться к воротам подобно множеству других йоров и толпам любопытствующей черни. К чему торопиться, если скоро она увидит принца на приёме. К сожалению, из их компании на это мероприятие могли попасть только она и Лени, Алиса с Калебом благородными не были, а звание мэтра открывало пусть и многие, но далеко не все двери. Бал должен был состояться сегодня же вечером, и вскоре к сегальскому дворцу начали съезжаться многочисленные кареты с золочёными вензелями на дверцах. Представители всех окрестных дворянских родов желали выразить своё почтение принцу, и городской магистрат, который и давал бал, заранее разослал всем приглашения. Народу в итоге собралось очень много, не меньше, чем на недавнем праздновании восьмисотлетия империи. Конечно же, далеко не все гости лично представлялись виновнику торжества, иначе йорам пришлось бы выстроиться в длиннющую очередь, а для принца приятный вечер превратился бы в настоящий кошмар. Хотя и так не похоже было, чтобы Дарин лен Эст получал от приёма большое удовольствие. На красивом бледном лице застыла маска вежливого равнодушия. Время от времени к его высочеству подходили видные сановники и почтенные главы благородных родов, ненадолго завязывался разговор, а потом он снова оставался наедине со своими мыслями. С тех пор, как девушка видела принца в последний раз, он не сильно изменился, только черты лица стали чуть более резкими, а взгляд серых глаз потяжелел, хотя вполне возможно, он и раньше был таким, всё же шесть лет прошло. Если сейчас Милани подойдёт к нему, ей потом все косточки перемоют. Кто она в сущности? Девчонка, ни видной должности, ни особых заслуг. Ну и пусть сплетничают, подобные мелочи могли напугать избалованную дворяночку, но не выпускницу Сегальской магической академии. Набрав в грудь побольше воздуха, она подошла ближе.

– Ваше высочество.

– Йора.

– Милани лен Саль.

Она ожидала, что принц что-нибудь скажет, но тот лишь смотрел на девушку безразличным взглядом. На миг Милани растерялась, но тут же взяла себя в руки.

– Вы случайно не собираетесь поохотиться в наших лесах?

– Собираюсь.

Вот хам! От робости не осталось и следа, на её место пришло возмущение.

– Вы не пожалеете, – она сдержалась, и вежливая улыбка не превратилась в оскал. – В здешних краях водится отменная дичь. Недавно нам удалось поймать гидлиза. Знатный бы вышел трофей, но закон есть закон.

– Гидлиза? – впервые в его взгляде мелькнула искорка интереса.

– Да, матёрая оказалась зверюга. Устроила себе логово всего в паре дней пути от города и довольно давно. Местные даже начали обходить его территорию стороной и выдумали несколько страшных баек.

– Любите охоту?

– Тогда мы охотились на людей, – ушла девушка от прямого ответа. – Устроили облаву на тёмных, а попался гидлиз.

– Вы участвовали в облаве?

– В качестве боевого мага, – поняла она недоумение принца.

– Где находится логово?

– Простите, ваше высочество, не скажу, – Милани кокетливо потупилась. – Но с удовольствием покажу его вам, если позволите сопровождать вас во время охоты.

Это был рискованный шаг. Если верить рассказам, принц сейчас должен попытаться свернуть ей шею. Вместо этого Дарин лен Эст недоумённо посмотрел на неё, а потом неожиданно улыбнулся.

– Хорошо. Вас известят.

Вежливо поклонившись, девушка отошла в сторону, в душе она ликовала. Ну и что, что принц оказался тем ещё хамом. Главное, разговор прошёл так, как того хотела она, а это победа.

– Ну, ты даёшь! – к ней подскочил Лени, глаза его весело блестели. – Проболтала с Его высочеством дольше, чем все эти надутые индюки. Что ты ему такого сказала?

– Пригласила поохотиться, – она лукаво подмигнула другу. – Ты, если что, тоже приглашён.

– Шутишь!

– Нисколько. У принца, наверняка, будет свита, так почему мне не обзавестись своей?

Парень только восхищённо головой покачал.

– Молодец, охотница. Смотри, как на тебя теперь все косятся.

Окружающие и в самом деле поглядывали в сторону нахалки без особой приязни, в глазах девушек читались откровенная зависть и злоба.

– Им никто не мешает попробовать, – фыркнула Милани. – В самом деле, шарахаются от его высочества, как от нечисти какой-то.

– Ребята тоже приглашены?

– Спрашиваешь!

– Замечательно! – потёр руки Лени. – А то эти летние каникулы скука смертная.

– Не можешь найти себе развлечения?

– Могу. Но отец сказал, что ещё одна история с моим участием, и до зачисления я буду ночевать на улице.

– Ну, думаю, против поездки в компании принца он возражать не станет, – улыбнулась Милани.

* * *

Следующие три недели пролетели для Мерка незаметно за постоянными хозяйственными заботами и магическими упражнениями. Блокаду сняли спустя несколько дней после того, как солдаты с магичками покинули Малиновку, а ещё через какое-то время в деревню наведалась группа людей со здоровущей клеткой на колёсах. Их возглавлял франтоватый мужчина средних лет, из-под внешнего лоска которого проглядывали повадки опытного бойца. Прежде Мерк ни разу не видел имперских юстициаров, но примерно так их себе и представлял. Надолго гости не задержались, забрали гидлиза и отбыли восвояси. За ними ушёл и отряд, стороживший тварюгу, и ученик мага, наконец, смог вздохнуть полной грудью. К слову, животина произвела на него неслабое впечатление – мускулистое серое тело, короткие, но мощные когтистые лапы, длиннющий хвост и взгляд прирождённого убийцы.

– Хорошо, что он нам на пути не попался, – прокомментировал Брандеф. – Иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

– Что, настолько опасный?

– Очень быстрый. Если не знать заранее с кем имеешь дело, наверняка пропустишь первый удар. А для тебя бы он стал последним. 

На деревенских гидлиз тоже произвёл впечатление. Детвора была просто в восторге, а Хокел потом три дня только и говорил о том, как станет юстициаром или, на худой конец, охранником заповедника.

После того, как доблестная Пятая армия прекратила прочёсывать леса, жизнь быстро вернулась в привычную колею. Для Мерка это означало возможность наконец приступить к практическим занятиям. Теперь, когда можно было покинуть деревню не опасаясь, что тебя загребёт патруль, он время от времени стал выбираться в лес под предлогом пособирать ягод или просто прогуляться. Тем не менее, сохранялся риск, что кто-нибудь увидит, как новый батрак колдует, а потому он всё чаще стал навещать Гиблый лог. В сам лес после поимки хищника крестьяне иногда ходили – за дровами там или теми же ягодами, но к жуткому оврагу не совались. Слишком много всяких баек о нём ходило. Время от времени Мерк встречался с Тиной. Девчонка справедливо рассудила, что «мужа богатого» ещё дождаться надо, а «колдун беглый» – вот он под боком. Чего ж от удовольствия отказываться? Её поведение жутко злило «зайца косого» – молодого парня по имени Фальк, который давно добивался внимания девчонки. Он и впрямь был косым, так что у Мерка возник резонный вопрос – неужто старая гадалка действительно предсказала судьбу девушке?

– Не предсказала, – наставник как всегда готов был просветить ученика. – Дар провидца у представителей разумных рас иногда встречается, но даже самый сильный предсказатель не может увидеть конкретные события будущего.

– А что же он может увидеть?

– Знаешь, бывают такие сны, от которых наутро остаются только неясные воспоминания и ощущения? Так вот, примерно так обстоит дело и с предсказателями. Они могут почувствовать отголоски наиболее ярких событий из будущего человека, предупредить об опасности или с уверенностью сказать счастлив будет клиент, или несчастен, но никакой конкретики, типа косых колдунов или беглых мужей.

– То есть эта старая Ярга и так прекрасно знала, что Фальк увивается за Тиной, и сказала об этом для пущей убедительности?

– Именно. Так и работают шарлатаны – говорят то, что клиент хочет услышать, сдабривая подробностями из его жизни.

Открывать подруге глаза парень не стал. В конце концов сложившееся положение дел его более чем устраивало. Единственное, что не давало покоя Мерку, это история гибели наставника. Реакция духа на появление дочери Говарда лен Саль была совершенно для него не характерна, и это наводило Мерка на мысль, что за всем этим кроется нечто большее, нежели желание мести за собственную смерть. Тем не менее, юноша не лез к Брандефу с расспросами. Тот прекрасно чувствовал его настроение и слышал мысли, и раз до сих пор сам не заговорил об этом, значит нет смысла и спрашивать.

Начинающий маг с каждым днём становился сильнее и опытнее. Многие чары уже давались ему легко, а более сложные, вроде той же левитации не казались уже такими недостижимыми. Темпы обучения поражали как наставника, так и ученика. Объяснить это Брандеф мог только их своеобразным симбиозом. Этим вечером, как обычно, он начал с теории:

– Ты наверняка помнишь тот давний разговор о возможных перспективах нашей уникальной связи.

– А она действительно уникальная? Я к тому, что ничего подобного вообще раньше не случалось?

– Насколько я знаю, нет. Конечно, любой маг ревностно охраняет свои секреты и наработки, но то, чего мне удалось достичь – это настоящий прорыв в изучении природы душ. Случись такое открытие прежде, его вряд ли удалось бы долго скрывать. 

– И что же ты такого невероятного сделал?

– Я разработал гипотезу возможности симбиоза двух душ в одном теле. Когда у тебя впереди вечность одиночества на всем миром позабытой поляне, остаётся либо сойти с ума, либо стать философом, что от первого не сильно отличается. Или искать выход.

– И какой же выход ты нашёл?

– Возможность подселиться в чужое тело. Неопробованное плетение, отсутствие вспомогательных средств, нехватка магической энергии… Шанс успеха был один к десяти, если не ниже.

– Но в чём уникальность-то? – допытывался Мерк. – В тело может вселиться демон. Некроманты вон тоже мне духа подселили, прежде чем отправить на убой.

– Демоны вселяются только в живые обездушенные тела. А некроманты не «подселяли» к тебе духа. Они вышибли тебя из тела, и только моё вмешательство нас спасло.

– То есть прежде, чем вселить в тело новую душу, необходимо устранить старую?

– На этой аксиоме базируются все знания о работе с душами. В первую очередь некромантия. Правда, там не только подменяют духов, но и преобразовывают самих хозяев тела. 

– Ну, ничего себе! – Мерк, конечно знал, что Брандеф голова, но не настолько же! – А повторить ты такое сможешь?

– С собой – точно нет. Мы слишком тесно связаны. С другими? А Шил его знает. Это всё требует тщательного изучения и сложных экспериментов.

– Понятно. Так о каких перспективах симбиоза ты говорил?

– Помнишь, как я отчаянно пытался защитить нас с тобой в подвале особняка лен Трийск?

– Такое забудешь!

– На тот короткий обмен ударами я потратил столько сил, что чуть не погиб окончательно. Понимаешь, в моём теперешнем состоянии я почти не могу накапливать энергию. Но тут мы подходим к интересному феномену. Судя по всему, благодаря нашей связи, ты способен делиться со мной своей магической силой. В таком случае я смогу развернуться на полную катушку, используя твой резерв и свои знания и опыт. На практике сейчас нам эта функция вообще недоступна. Но сегодня мы попытаемся сделать её таковой. 

– Мы не успеем.

– В каком смысле? – увлёкшийся лекцией дух явно был выбит из колеи.

– Через две минуты наступит завтра. Мы с тобой уже очень долго говорим.

– Может тебе на придворного шута учиться, а не на мага? Мне кажется, в этом твоё призвание.

– Но ты же не к этому меня готовишь?

– Не к этому. А потому, быстро в слияние!

Окинув внутренним взором своё тело, Мерк немало удивился. В привычном рисунке энергетических каналов, пронизывавших организм, словно вторая кровеносная система, произошла неожиданная перемена. Тёмный сгусток в его черепной коробке, который парень прежде воспринимал как нечто естественное, сейчас уплотнился и стал значительно ярче, если к чёрному цвету вообще применимо это слово.

– Это ты? – догадался Мерк.

– Верно. Я специально стараюсь скрываться от взоров других магов, и, как следствие, ты меня тоже видел менее чётко.

– Да я просто думал, что так и надо.

– Тебе не хватает опыта, иначе сразу распознал бы инородный элемент. Хотя теперь меня довольно трудно назвать инородным.

И верно, тончайшие энергоканалы оплетали душу наставника, как бы заключая её в кокон, и смотрелось это очень гармонично, будто так и должно быть.

– Уверен? – хмыкнул наставник. – Присмотрись повнимательнее.

Ученик присмотрелся. Действительно, есть кое-что странное. Как бы плотно каналы ни прилегали к сгустку, ни один из них в него не проникал, а значит полноценной частью Мерка дух всё же не был.

– Правильно. Именно поэтому всё, что я могу выжать из нашей связи, это жалкие крохи, курам на смех. И теперь мы подходим к очень серьёзному вопросу.

– Какому? – парень почувствовал в голосе духа лёгкое напряжение.

– Вопросу доверия. Нас всё ещё можно разделить, хоть и с большим трудом, и у тебя уже хватит знаний, чтобы это сделать. А можно протянуть ко мне энергоканал, и окончательно скрепить наше единство.

– И что тогда произойдёт? – вопрос был не праздным. Убивать Брандефа по второму разу Мерк был не намерен, но и очертя голову бросаться в неизвестность не торопился. Всё же речь идёт и о его душе.

– Не бойся, рулить твоим телом как своим я не смогу. Единственным результатом станет то, что я получу частичный доступ к твоему резерву. 

– А побочные эффекты?

– Вряд ли они будут, но полностью гарантировать это я не могу. Как ни крути, мы с тобой первопроходцы.

На раздумье у Мерка ушло минуты две. Он взвесил все «за» и «против», и решил довериться своему наставнику.

– Ладно, поехали. Говори, что делать.

– Задача тебе предстоит нелёгкая. Нужно будет присоединить эти мелкие канальчики ко мне. 

– И много ты из них вытянешь? – скептически осведомился парень.

– Сколько-то вытяну, а в будущем их можно будет укрепить и расширить. 

На выполнение этого задания Мерк потратил несколько дней. Оказывается, протянуть энергетические нити хоть на обрезок ногтя дальше, чем им положено, невероятно сложно. Более того, оболочка, которой был укрыт тёмный сгусток, сопротивлялась внешним воздействиям, несмотря на все попытки учителя её ослабить. Процесс доставлял обоим жуткую боль, притом наставник страдал вдвойне – и за себя, и за Мерка, чувства которого уже давно в полной мере передавались ему. Спасало то, что в слиянии боль не чувствовалась, а вне его можно было пригасить неприятные ощущения при помощи магии. И всё же голова у Мерка никогда в жизни так не болела. На следующий день после первой попытки он даже слёг, и озабоченная Полька отпаивала его отваром полыни, а Хокел, вопреки обыкновению, ходил по дому на цыпочках и не галдел. Ну, почти. Мерк вообще привязался к шустрому мальчугану и его матери. Можно сказать, у Польки парень чувствовал себя как дома. И это очень приятно контрастировало с теми беспорядочными скитаниями, в которые он пустился, покинув замок графа лен Крес.

И всё же они с учителем страдали не зря. Один за другим каналы удалось подсоединить к духу наставника. Всего их было пять, настолько тонких, что серьёзное количество энергии они не пропускали, по крайней мере быстро. Тем не менее, теперь Брандеф мог подпитывать свой резерв от резерва ученика.

– Значит ли это, что отныне на моей стороне полноценный боевой маг? – поинтересовался Мерк, окончив работу.

– За «полноценного» отдельное спасибо. Нет, не значит. Видишь ли, мой резерв сейчас не так уж объёмен, а стоит мне его исчерпать, и быстро получить от тебя «подкрепление» я не смогу. 

– Но в будущем каналы будут расширяться?

– На то и расчёт. Резерв у тебя уже сейчас весьма внушительный, и если всё пойдёт, как задумано, то в будущем из нас выйдет отличная боевая связка.

– Боевая связка?

– Точно. Сам понимаешь, любому магу в бою приходится решать две задачи – защита и нападение. И на это расходуется огромное количество энергии и внимания. Но если два чародея объединятся, они смогут создать боевую связку. Один будет уделять всё внимание и силы защите их обоих, а второй нападению. Задача для каждого по отдельности упростится, и вместе они добьются куда лучшего результата.

Брандеф ещё что-то говорил, но Мерк уже не слушал. Ему в голову пришла неожиданная мысль, от которой стало очень не по себе.

– Брандеф?

– Да?

– Вот твою душу я в своём теле видел, – парень тщательно подбирал слова, формулируя волнующий его вопрос. – В голове. А моя тогда где?

– В пятки ушла, – рассмеялся наставник. – Что, перепугался?

– Не то слово, – юноше было не до шуток, пропажа собственной души его изрядно нервировала.

– Да не пропала она никуда, не бойся. Она… как бы это сказать… неотъемлемая часть тебя. Растворена во всём твоём теле. И так со всеми живыми существами. Именно поэтому при любой попытке вселить нового постояльца старого приходится вышибать. Для него нет места.

– Как оказалось, есть.

– Верно. Об этом знаем только мы двое, и пусть так дальше и остаётся.

– Это уж точно. Представляю, какой ажиотаж среди коллег вызвало бы твоё открытие.

Дух промолчал, и Мерк перевернулся на другой бок, посчитав разговор на этом законченным. До рассвета оставалось всего несколько часов, а у него завтра полно работы по хозяйству.

* * *

Идея поохотиться вызвала у Тейнора неожиданно негативную реакцию. Сержант очень серьёзно отнёсся к своему новому назначению. Поблизости от Дарина постоянно дежурила пятёрка гвардейцев, а в те моменты, когда принц отпускал от себя Вирдена, на место телохранителя тут же заступал гвардейский боевой маг. Совсем не лишние предосторожности. Если судить по недавним событиям, в этом городе может произойти что угодно. Но это же не повод отказывать себе в удовольствии.

– Ладно, возьмём человек тридцать. Я подготовлю отряд.

– Тейн, ты в своём уме? Со мной и так отправится куча народу.

– И одному Шилу ведомо, что у этого народа на уме! – пробасил начальник его личной охраны. – Хорошо, возьмём двадцать.

– Пять, и ещё ты и маг.

– Но… – начал было сержант, однако, заметив опасный блеск в глазах принца, примирительно поднял руки. – Ладно, ладно, твоё высочество, но если тебя убьют, не вздумай являться мне по ночам в виде призрака.

– Делать мне больше нечего!

– Когда выезжаем?

– Через два дня.

– Хорошо, я подготовлю людей.

Дверь за Тейнором закрылась, и Дарин задумчиво постучал пальцами по столу. Было бы здорово выехать самому, без свиты, но нельзя. Своих собак и загонщиков он из столицы по понятным причинам не захватил. Придётся обращаться к кому-то из местных йоров. К тому же, он берёт с собой Милани лен Саль. Сегальские дворяне смертельно разобидятся, если принц отдаст предпочтение одному-двум из них, поэтому придётся разослать несколько десятков приглашений. Тут бы пригодился Ристеццо, но секретарь остался в Эстоларе вместе с загонщиками и собаками, а значит пора присмотреть кого-нибудь ему на замену.

Местом сбора была назначена дворцовая площадь, и в условленный час на ней собралось где-то четыре десятка всадников в дорогих охотничьих костюмах. Слуг среди собравшихся не было, они, как и загонщики с псарями, ожидали команды неподалёку, поскольку его высочество ещё не изволил определиться с направлением движения. В этом Дарину должна была помочь йора Милани, которая тоже была здесь в компании двух юношей и девушки. Вроде как этих троих никто не приглашал, но Шил бы с ними. Принца удивило другое – дорожные мантии, в которые были облачены все четверо. Такие обычно носили мэтры во время странствий. Одежда, безусловно, удобная, но для охоты не самая подходящая. Внимательно присмотревшись, он заметил, что мантия одного из парней была слегка потёртой, на животе висела мешком, а рукава не доставали до запястий. Брал на вырост, но не рассчитал? Очевидно, юный маг был стеснён в средствах и охотничий костюм был ему не по карману, а друзья одели мантии, чтобы парень не чувствовал себя неловко. Достойно уважения. Дарин, который и сам имел исключительно незнатных друзей, снобизмом не страдал, и вполне мог оценить этот жест.

– Ваше высочество! – к нему подъехал йор Эймос, любезно предоставивший принцу всё необходимое для охоты. – Мы готовы. Ждём вашего приказа.

– Минуту, наместник, – Дарин тронул коленями бока жеребца и направил его в сторону четвёрки мэтров.

– Ваше высочество… – они склонили головы.

– Йора, укажите нам дорогу.

– Нам на юго-восток. Лучше всего будет выехать из города, минуя Щербатые ворота, – улыбнулась девушка.

– Хорошо, – подозвав йора Эймоса, принц коротко распорядился. – Поедем на юго-восток.

– Прекрасный выбор, ваше высочество, – кивнул тот.

Спустя несколько минут отряд двинулся в путь. Некоторое время Дарин общался с наместником. Познакомились они недавно. Эймос лен Фирт был участником делегации, встречавшей его на подъезде к Сегале. Участником, но не главой. Эта роль была отведена бургомистру, что объяснялось спецификой статуса второго по величине города империи. Делами Тигарино в целом ведал наместник. Также обстояли дела в остальных провинциях. Но Сегала, по давней традиции находилась в прямом подчинении императора, первым человеком после которого являлся бургомистр. С точки зрения принца, в деле с некромантами последний проявил себя из рук вон плохо, но пока никаких распоряжений касательно его судьбы из столицы не поступило. С йором Эймосом у них нашлись общие темы для разговора. Тот и сам был не прочь выбраться на охоту, и то и дело сетовал на обилие свалившихся на него в последнее время дел.

– Нам бы прогуляться на тот берег и забрать к северу, ваше высочество, – мечтательно протянул наместник. – По эту сторону Бонны окраины Тирских лесов давно обжиты, так что дичи тут стало поменьше. А там людей не так много, оживлённых дорог нет, в общем, красота.

– Может и прогуляемся.

– Но, увы, уже без меня, – досадливо покачал головой лен Фирт, – дел сейчас по горло, надолго не отлучишься.

Дарин ничего не ответил, только хрустнул шеей и жестом подозвал к себе йору Милани. Поняв, что разговор окончен, наместник тактично отстал, лошадь же девушки, напротив, поравнялась с конём принца.

– Ваше высочество?

– Как вы поймали гидлиза?

– Довольно легко, ваше высочество, – она тряхнула головой, отбрасывая волосы за спину, – но без потерь не обошлось. Мы не знали, кого встретим.

Её рассказ много времени не занял, а после принц подозвал к себе одного из друзей магички, йора Лени. Тот живо и в красках расписал, как они стерегли зверя до прибытия юстициара, и, как при первой попытке напоить чудище, гидлиз резко мотнул головой, с которой сняли волшебные путы. Чешуйчатая башка задела ведро, то вырвалось из аркана, и мэтров с головы до ног окатило водой. Деревянная тара же улетела дальше и вышибла колено одному из солдат, собравшихся поглазеть на увлекательное зрелище. Ещё оказалось, что скоро ящер должен был отложить яйцо. Это определили специалисты, прибывшие из города, чтобы забрать зверя. Так что императорский заповедник ожидало двойное пополнение.

К сожалению, Дарин ни разу не охотился на подобную дичь. Здорово было бы, конечно, но вряд ли отец предоставит ему такую возможность. А нарушение прямого императорского запрета может больно ударить даже по ненаследному принцу. Остаётся осмотреть логово. Может, там будет что-нибудь интересное. Ну, и довольствоваться тем, что удастся поймать в здешних лесах. Если поискать, в окрестностях, наверняка найдётся что-нибудь поинтереснее лисиц с кабанами.

– Ваше высочество, медведь! – к Дарину подъехал запыхавшийся егерь. – В паре лиг к югу отсюда.

– Вперёд! – Дарин пришпорил коня и устремился в указанном направлении, свита последовала за ним.

Люди наместника оказались достаточно расторопны, чтобы быстро организовать качественную облаву. Вчера вечером отряд остановился на ночлег, а загонщики ушли далеко вперёд и сейчас, растянувшись цепью, шли по лесу, сгоняя сюда всю окрестную дичь. Сами охотники остались у опушки, так чтобы лошади могли быстро домчать их до места в котором егеря обнаружат что-нибудь интересное. До нужного места отряд добрался в считаные минуты. За стеной деревьев слышался дикий медвежий рёв и яростный лай собак. Псари спустили своих питомцев, чтобы задержать хищника до появления принца. Спешившись, Дарин выхватил из специального крепления у седла длинное крылатое копьё и устремился в чащу. Телохранители и кое-кто из спутников порасторопнее последовали за ним, а прочие благородные йоры немного замешкались и отстали.

Далеко бежать на пришлось, собаки остановили медведя почти у самой опушки. Стремительные поджарые гончие метались вокруг огромного зверя, словно коричнево-рыжие молнии, отвлекая и не давая возможности ни сосредоточиться на одной цели, ни бежать дальше. Одну из них медведь всё же достал, она валялась тут же в окрасившейся кровью траве, почти разорванная напополам ужасным ударом. Прекрасный момент для атаки, обычно охотники именно так и делали, закалывая смертельно опасного противника, пока его отвлекали собаки. Но принцу такая победа была не нужна.

– Вирден!

Чародей и так прекрасно знал, что делать. Гончие, только что захлёбывавшиеся яростным лаем, вдруг испуганно заскулили, поджали хвосты и бросились врассыпную. Налитые кровью глаза зверя уставились на вышедшего вперёд Дарина. Хищник был испуган и разъярён и теперь, наконец, он видел перед собой противника. Встав на задние лапы, лесной царь громогласно зарычал и попытался обрушиться на хрупкого человека всем своим чудовищным весом. Охотник только этого и ждал. Широкий наконечник копья вонзился в могучую грудь, пробивая прочную шкуру, толстый слой жира и мышц, и заставляя медведя вновь зареветь, но уже от боли. Уперев копьё в землю, Дарин изо всех сил старался удержать огромную тушу. Древко ходило в его руках ходуном, зверюга попалась матёрая и сейчас между ними шла борьба не на жизнь, а на смерть. Магического щита вокруг принца не было, и он не появится. В противном случае, кто-то очень сильно об этом пожалеет. Таковым было условие принца, и все одарённые, участвующие в охоте, были заранее с ним ознакомлены. Наконец, когда руки уже горели огнём и сдерживать бешеный натиск стало почти невозможно, силы бурого хищника иссякли, и он обмяк на копье, позволив принцу перевести дух. Уронив поверженную тушу на землю, он вдохнул воздух всей грудью. Это ощущение первобытной борьбы и победы над неминуемой смертью было ни с чем не сравнить. И пусть он не раз и не два уже выходил победителем из подобной схватки, это ничего не меняло.

Обернувшись, Дарин увидел свою свиту, столпившуюся неподалёку. На лицах некоторых мужчин и женщин был написан восторг, на других облегчение, а кое-кто пытался скрыть брезгливую неприязнь. Не всем по нраву зрелище крови и смерти, и это нормально. Лучше так, чем наоборот.

– Ваше высочество, примите мои искренние поздравления, – вперёд выступил йор Эймос. – Это было зрелище, достойное кисти. Жаль, я не додумался захватить художника.

– Благодарю, йор.

– Сегодня на ужин медвежатина, а?! – наместник весело хлопнул в ладоши. – Ну, чего встали, бездельники? Трофей его высочества нужно доставить в лагерь!

Последнее было адресовано слугам, которые тут же засуетились вокруг поверженного медведя.

Неплохой вышел день. Они вернулись к лошадям, и принц легко вскочил в седло, предварительно закрепив копьё на прежнем месте.

– Ваше высочество, присоединяюсь к поздравлениям наместника, – к нему подъехала йора Милани. – Немногие отважились бы на подобное.

– Это так.

– Я вижу у ваших глазах вопрос, – прищурилась девушка. – Что до гидлиза, от лагеря до его логова несколько часов пути. Вечереет, так что, если вашему высочеству будет угодно, я провожу вас туда уже завтра.

– Хорошо.

Как бы ни хотел принц отдохнуть в небольшой компании, в итоге из их поездки вышла настоящая экспедиция. Не все йоры были приспособлены к тяготам походной жизни, особенно это касалось дам. Некоторые натащили с собой по нескольку слуг, а те, в свою очередь, кучу ненужных вещей в придачу. Особенно комично выглядели несколько хорошеньких молодых девушек, изо всех сил старавшихся спасти маникюр и причёски после двух дней в седле и ночёвки под открытым небом. Сейчас бедняжки ещё и страдали от комаров – неподалёку от лагеря раскинулось небольшое озерцо, а у воды мелких кровопийц всегда было полно. Дарина подобные мелочи не смущали, он просто наслаждался свежим ночным воздухом, неровным светом костра и куском хорошо прожаренного мяса. По-другому было нельзя, иначе нахватаешься паразитов. В безоблачном небе мерцали мириады звёзд, и принц неожиданно вспомнил об Эри. Интересно, что она сейчас делает? Наверное, тоже любуется звёздами через свой телескоп. Как-то раньше он вообще не думал о том, чем девушка занимается в свободное время.

– Какие планы на завтра, ваше высочество? – на людях Тейнор не позволял себе фамильярностей.

– Кое-куда прогуляюсь.

– И кого изволите взять с собой?

– Тебя, Вирдена и пару твоих парней.

– Как вам будет угодно, – сержант поклонился и направился к своей палатке.

Какое-то время Дарин ещё любовался звёздами, а потом тоже отправился на боковую.