В поместье принца царила тишина. Вдруг серебристой вспышкой в беседке появились двое. Син Юнь оглядел озаренный луной сад и тяжело вздохнул.

– Пересекать тысячи ли в мгновение ока – это, конечно, удобно, но почему мы оказались в саду? Здесь же никого нет.

– Думаешь, я нарочно? – ответила Шэнь Ли. – Я понятия не имею, где находятся покои принца Жуя!

Молодой мужчина невольно засмеялся.

– Придется искать самому.

Он уже собрался шагнуть из беседки, как Шэнь Ли схватила его за запястье:

– Тебе не кажется это место каким-то странным?

– Каким это «странным»?

Для Син Юня ночь здесь ничем не отличалась от обычной: в ушах привычно жужжали насекомые, а в лунном свете виднелись лишь тени растений.

Взмахнув рукой, Шэнь Ли выхватила что-то из воздуха и произнесла уже слегка серьезнее:

– Днем я не заметила, но поместье принца просто кишит не до конца развившимися духами-оборотнями.

Юноша вскинул брови и, высвободив запястье из хватки отвлекшейся Шэнь Ли, вышел из беседки. Прежде чем она успела его окликнуть и остановить, Син Юнь, раскинув руки в разные стороны, сделал пару шагов, а затем повернулся к ней со словами:

– Зла здесь нет. Пусть я и не вижу этих «духов-оборотней», однако ци этого места примерно чувствую. Ты зря тревожишься, Шэнь Ли.

Однако она тревожилась вовсе не зря. Просто из-за неспособности видеть духов Син Юнь понятия не имел, что весь этот сад был сплошь заполнен мерцающими шарами: подобно светлячкам в летней ночи, они освещали каждый уголок. А еще Син Юнь даже не представлял, что в этот момент он сам напоминал настоящее божество, держащее в своих распростертых объятиях прекраснейшее сияние. Шэнь Ли сощурилась, отвлеченная и ослепленная подобной картиной.

Этот мужчина, который вырвал ее из хаоса кошмарного видения, спрятал ее под своим зонтом однажды на дождливом берегу и сидел, прикрыв глаза от лучей солнца, пробивающихся сквозь виноградную листву, был куда слабее нее, и все же рядом с ним она чувствовала покой. Такой человек…

– Пойдем. – Син Юнь, стоящий всего в двух шагах от нее, протянул руку. – Если боишься, держись за меня.

Он и правда обращался с ней как с женщиной и даже не видел… Шэнь Ли схватила его руку и с силой притянула к себе. Не успел Син Юнь восстановить равновесие, как ее пальцы вцепились в его ворот, и молодой человек в легкой растерянности поднял на нее взгляд.

– Что такое?

– Ты понятия не имеешь, кто стоит перед тобой.

Долгое мгновение он просто молчал в удивлении, а затем бессильно улыбнулся:

– Верно, я виноват, что не проявил к вам должного почтения, ваше высочество Шэнь Ли…

– А теперь слушай внимательно. – Даже не обратив внимания на его ответ, девушка пристально уставилась на юношу, а затем с абсолютно серьезным видом произнесла: – Похоже, мое сердце к тебе неравнодушно.

Вокруг них продолжали жужжать насекомые, однако слова Шэнь Ли, казалось, на долгий миг вытеснили для Син Юня любые звуки. Его ответный взгляд был таким же пристальным, затем уголки его рта дрогнули, и юноша улыбнулся.

– Хорошо. Пойдем.

Неужели… он решил, что она шутит? Такой небрежный ответ… Да разве подобные слова можно назвать ответом? И еще эта улыбка! С чего это он вообще улыбнулся?! Ответь он насмешкой, и то было бы лучше!

Руки на его вороте вздрогнули, но не успел гнев Шэнь Ли вырваться наружу, как вдруг крылья ее носа приподнялись: в воздухе проплыла струйка едва ощутимой ци. Девушка затолкала все свои чувства обратно и напряглась, готовясь к бою.

Все дело в том, что ци эта была демонической, невероятно слабой, но ощутимой настолько, что не заметить ее было нельзя. Лазурная Принцесса выпустила из рук одеяние Син Юня и задрала голову к ночному небу. Повсюду в саду летали маленькие духи-обортни, мешая ей видеть, но за то первое мгновение ей удалось смутно уловить, что ци шла с юго-востока. Вот только теперь, когда Шэнь Ли попыталась прислушаться к ощущению, оно рассеялось без следа.

Девушка слегка нахмурилась. Эта демоническая ци не походила на ту, которая могла принадлежать преследователям из Демонического царства.

«Как странно…»

Из размышлений ее вырвала внезапная перемена вокруг. Казалось, что-то встревожило нечисть: шары белого света все как один застыли в воздухе. Почувствовав неладное, Шэнь Ли поспешно оттянула Син Юня себе за спину и, высвободив духовную силу, отшвырнула окрестных духов-оборотней прочь. Парящие световые шары медленно задрожали и постепенно налились изнутри кроваво-красным.

– Что случилось? – спросил Син Юнь слегка встревоженным тоном, очевидно тоже почувствовав перемену.

Шэнь Ли покачала головой:

– Ничего хорошего. Для начала стоит покинуть это место и отыскать принца.

Если с ним случилась беда, то и Син Юню будет некуда податься.

Стоило ей замолчать, как ночную тишину разорвал пронзительный женский крик, такой надрывный, словно был пропитан бесконечными обидами и злобой. Подстегнутые этим звуком, парящие духи-оборотни неистово задрожали, а некоторые даже разразились детским визгливым плачем, отчего темнота ночи стала еще более жуткой.

Син Юнь слегка нахмурился:

– Давай поторопимся.

«Неужели и он слышал? В таком случае…»

Шэнь Ли взмахнула рукой, и духовная сила, яростно вырвавшись наружу, расчистила перед ними путь. Вместе они поспешили прочь из сада навстречу уже различимым воплям, доносящимся из дома принца Жуя.

– Нечистая сила!

– Спасите!

Картина, что они увидели на выходе из окруженного стеной цветочного сада, поразила Шэнь Ли: просторный дом был заполнен духами-оборотнями. Часть из них успела обратиться младенцами, и, подобно только что рожденным человеческим детям, их с ног до головы покрывала кровь. Младенцы лежали на земле, ползали по коридорам и даже пытались забраться на людей. А еще они без конца плакали и вопили. Их кровавые слезы были крайне ядовиты: они жгли кожу, и стражи со служанками в ужасе метались, не зная, куда бежать. Пламя факелов и алое сияние духов-оборотней слились в хаотичное свечение, ослепительное до ряби в глазах, – сцена настолько страшная, что один в один напоминала преисподнюю из кошмара Шэнь Ли.

Син Юнь нахмурился еще сильнее, а девушка пробормотала себе под нос:

– Духи-оборотни восстали против хозяина. Нужно скорее найти принца Жуя. Его попытка вырастить нечисть явно провалилась.

Заполучить духа-оборотня совсем не просто. Повезет, если в бессчетном количестве существующих в мире духов найдется хоть один достаточно одаренный, чтобы принять человеческую форму и стать полноценным оборотнем. Даже если выращивать их день и ночь, большинство все равно смогут обрести лишь духовное тело без духовного сознания, а потому и без возможности стать полноценным оборотнем. Пожалуй, здесь таким одаренным духом-оборотнем, способным обрести человеческий облик, оказалась одна лишь Сяо Хэ. Вот только, судя по тому, как она вела себя днем, девушка была совершенно неспособна проявить настолько неверотяную злобу и обратить свой гнев против хозяина. Так что же стало причиной творящегося хаоса?

Лазурная Принцесса вспомнила, как ощутила демоническую ци, и ее лицо помрачнело.

– Шэнь Ли… – Син Юнь неожиданно указал пальцем на юго-восток. – Покои принца в той стороне.

Девушка подняла глаза, однако здание разглядеть уже не смогла: его стены скрывались под карабкающимися вверх окровавленными младенцами. Казалось, они стремились поглотить покои принца целиком. Сердце Шэнь Ли сжалось, и она бросила взгляд на Син Юня. Еще совсем недавно она собиралась оставить его здесь, а теперь нечисть медленно подбиралась и к ним. Лазурная Принцесса стиснула зубы и схватила его за руку.

– Что бы ни случилось, не отходи от меня дальше чем на три шага.

– С такой-то хваткой не думаю, что у меня получится, – усмехнулся юноша.

Перед глазами Син Юня потемнело, а когда молодой человек вновь их открыл, он оказался в помещении. Обычно роскошная обстановка этой ночью была испорчена потеками крови, той самой, что покрывала младенцев. Стоило юноше отвлечься, как одна капля упала на руку и ее пронзила жгучая боль. Кожа Син Юня задымилась, а затем на месте серого дыма появилась черная рана.

Он не издал ни звука, и Шэнь Ли даже не заметила, что случилось. Осмотревшись, она обнаружила за книжным шкафом приоткрытую потайную дверь, которая уводила в непроглядную тьму. Девушка вытянула ладонь, и в ней вспыхнуло яркое пламя. Она двинулась вперед, ступая осторожно и ведя за собой Син Юня.

Вновь прозвучал вопль. В узком проходе его эхо особенно резало слух, и на душе у Шэнь Ли стало тревожнее: что, если принц уже мертв?..

Наконец свет пламени озарил выход. Потайной туннель вывел их к просторному помещению, внутри которого горели свечи. Однако не успели они пересечь порог, как раздался резкий крик Сяо Хэ.

– Чжу Чэнцзинь! Не жить ни тебе, ни ей! Вы оба умрете!

Шэнь Ли с Син Юнем вошли в комнату. Девушка отбросила пинком загораживающую обзор ширму и увидела за ней Сяо Хэ. Та, точно разгневанный призрак, парила в воздухе с растрепанными волосами. Внизу в защитной позе с мечом Цинфэн[10] в руках стоял принц Жуй. В уголке его рта успела выступить кровь, а той, кого он так яростно защищал, была бледная женщина на постели за его спиной. Она лежала одетая и совершенно не тревожимая происходящим, ее лицо выглядело безмятежным, словно незнакомка не просыпалась уже долгие годы.

Неожиданное вторжение испугало Сяо Хэ, и, уставившись кровавыми глазами на Шэнь Ли и Син Юня, она свирепо закричала:

– Умрет любой, кто встанет на моем пути!

Ци оборотня вырвалась из ее рта и, рассекая пространство подобно лезвию, рванула к ним в смертельном ударе.

Шэнь Ли, загородив Син Юня, взмахнула рукой, и ци, столкнувшись с невидимым щитом, рассеялась без следа. Остался лишь гнев, что в ней скрывался, и он окутал Шэнь Ли так плотно, что девушка нахмурила брови.

– Мне больше нравилось, когда ты краснела и смущалась. Если не вернешься в прежний вид сама, сделаю так, что не вернешься уже никогда.

В ее ладони появилось знакомое серебряное копье. Вот только, прежде чем она успела пустить его в дело, Шэнь Ли вдруг услышала тихий голос принца.

– Не навреди ей.

Его голос ужасно охрип, однако каждое слово прозвучало отчетливо. Если бы не картина перед глазами, девушка бы подумала, что принцем движет невероятная любовь к Сяо Хэ, не позволяющая ему причинить ей боль даже в такой момент.

– «Не навреди»? Мне? – Из горла Сяо Хэ вырвался звук, похожий одновременно на всхлип и на смех. – Чжу Чэнцзинь… Чжу Чэнцзинь! Жесток ты или милосерден?

Она на миг замолчала, и свирепая ци хлынула с еще большей силой.

– Раз так, то вы все умрете.

Пол дрогнул, и снаружи донесся грохот. Шэнь Ли подумала, что наверняка это кровавые младенцы обрушили покои принца. Комната, в которую их с Син Юнем привел тайный туннель, находилась под землей, поэтому осталась невредима, вот только выход из нее лишь один. Теперь они запечатаны и, без сомнения, должны были скоро погибнуть. От Сяо Хэ ничего и не требовалось: скоро воздух закончится, и удушья будет не избежать. Они окажутся похоронены заживо.

– Сторожи ее теперь вечно. – Фигура Сяо Хэ стала постепенно блекнуть. – А я пока займусь твоим домом.

Все мелкие духи-оборотни снаружи находились под влиянием девушки и должны были вернуться в нормальное состояние, если ее убить или очистить от яростной ци. Осознав это, Шэнь Ли высвободила собственную ци и та обрушилась на Сяо Хэ мощной волной. Дух-оборотень мгновенно побледнела и, пытаясь совладать с болью, схватилась за голову.

Принц Жуй обернулся и бросил взгляд на женщину в постели, а затем обратно на Сяо Хэ, однако не успел он открыть рот, как девушка вдруг всхлипнула и исчезла. Шэнь Ли дернулась вперед, желая помешать ее побегу, вот только совсем забыла, что другую руку все еще сжимал в своей Син Юнь. Замешкавшись, она упустила девчонку.

Шэнь Ли стиснула зубы и, резко отшвырнув его ладонь, уставилась на стоящего с невинным видом Син Юня.

– Ты сама сказала держаться покрепче, – опередил он ее, тяжело вздохнув.

Возразить на это она не могла, поэтому перевела свирепый взгляд на принца. Впрочем, увидев его бледное лицо, Шэнь Ли решила не спешить с допросом, а вместо этого сказала:

– Сначала я выведу вас двоих, а потом вернусь и вынесу эту женщину.

– Нет.

– Нельзя.

Ответы прозвучали одновременно. Принц Жуй, бросив быстрый взгляд на Син Юня, не стал продолжать, и тогда второй тяжело вздохнул:

– В этом месте установлена формация Привязки души. – Он посмотрел на женщину в постели. – Вне ее она не выживет.

Шэнь Ли в ярости уставилась на принца:

– Рассказывай! Немедленно!

Мужчина с трудом поднялся и присел на край, не в силах разбираться с неуважительным отношением к своей особе. Некоторое время он смотрел на лежащую женщину, а потом хрипло заговорил:

– Это моя жена, супруга принца Жуя. Три года назад во время поездки на нас напали. Я отделался изуродованным лицом, она же, защищая меня, приняла на себя удары клинком, а затем сорвалась с обрыва, пытаясь отвлечь убийц… Я отыскал ее тело внизу, привез обратно и поместил здесь в ожидании, когда она вновь откроет глаза.

Шэнь Ли нахмурилась.

– И просто ждал? А как же вся та нечисть, что населяет твой дом? И почему Сяо Хэ поддалась ненависти и восстала против хозяина?

Принц долго молчал и наконец ответил:

– Когда я вернул жену домой, все твердили, что она мертва и мне стоит усмирить горе. Но я знал – Е Ши бы не сгинула так просто. Я обратился к силе небожителей, даосов и в конце концов нашел два способа пробудить ее…

Шэнь Ли поняла, о каких именно способах он говорил, еще до того, как принц успел закончить. Первым служила формация Привязки души, а вторым – выращивание духа-оборотня с целью обменять жизнь на жизнь.

Лазурная Принцесса горько усмехнулась и безжалостно сорвала с него маску добродетели.

– Хорошо же ты заботился о своей жене, раз дал ей тогда погибнуть. Ты просто не смог принять реальность. Пошел на поводу у собственной безумной идеи против небесного закона: запер ее душу в этом мире и стал растить духа-оборотня, чтобы выменять одну жизнь на другую. Самонадеянный глупец.

– Пусть так, – отозвался принц Жуй. – Я просто хочу, чтобы Е Ши проснулась.

Шэнь Ли слегка сощурила глаза. Как бы ей хотелось пустить все на самотек и оставить эгоистичного принца вариться в собственных проблемах, вот только Син Юнь нуждался в покровительстве этого человека…

– Что вызвало такую перемену в Сяо Хэ?

Принц покачал головой:

– Я приходил сюда каждую ночь проведать жену, но почему-то именно сегодня Сяо Хэ последовала за мной. Она откуда-то узнала обо всем и ужасно разозлилась.

«Разве могло быть иначе?»

– Духи-оборотни по нраву своему упрямы, – ответила Шэнь Ли. – В глазах девчонки ты был единственным важным человеком, но на самом деле намеревался убить ее и обменять на чужую жизнь. Лишь настоящий глупец не разозлился бы, не говоря уже о…

Она бросила взгляд на жену принца Жуя и решила не продолжать. Что, если Сяо Хэ любила его, а он все это время думал исключительно о своей супруге?

Земля под их ногами вновь вздрогнула: вероятно, на поверхности обрушилось еще одно здание. Немного подумав, Шэнь Ли с серьезным видом обратилась к принцу:

– Мне все равно, каким был твой план прежде. Теперь все изменилось. Раз уж ты бессилен, то я поступлю по-своему. Я отыщу Сяо Хэ и, если не смогу очистить ее от ярости, убью.

Во взгляде принца мелькнул ледяной блеск. Он уставился на девушку, слушая ее следующие слова.

– Запомни ясно и четко: если Сяо Хэ умрет, а вслед за ней и твоя супруга, значит, это я, Шэнь Ли, убила ее. И вины других в этом нет.

Молча стоящий рядом Син Юнь резко поднял на нее глаза, но тут же незаметно отвел их. Ладонь Лазурной Принцессы сама собой обхватила его запястье.

– Вход в покои завален – это временно сдержит нечисть. Воздуха осталось мало, нужно оставить шанс выжить принцу с супругой. Мы выберемся и расставим формацию Защиты от скверны. Наверху наверняка творится хаос. Простые люди должны покинуть поместье. После этого отправимся искать обезумевшую Сяо Хэ.

Син Юнь, глядя куда-то в сторону, лишь кивнул. Сосредоточенная на своем, Шэнь Ли даже не обратила на него внимания. Она произнесла заклинание и доставила молодого человека на поверхность. Горизонт едва заметно начинал светлеть, и благая энергия восходящего солнца слегка сдерживала кровавых младенцев. И все же, даже несмотря на это, ночь зверств успела превратить дом принца в руины. Маленькие духи-оборотни ползали по разрушенным постройкам и телам слуг и стражей принца Жуя. Одежда и плоть убитых были настолько разъедены ядовитыми слезами, что на останки было страшно и омерзительно смотреть.

Даже привыкшая к виду смерти Шэнь Ли покрылась мурашками. Она взмахнула копьем, и яростная ци, хлынув наружу, расчистила участок земли вокруг.

Девушка обратилась к Син Юню:

– Нужно усмирить духов-оборотней. Займись созданием формации, солнце в этом поможет. А те, кто остался жив, пусть покинут поместье.

Тот замер ненадолго, а потому улыбнулся:

– Думаешь, что создавать формации легче легкого? Мне незнакома здешняя земля, так что ничего не выйдет.

Теперь замерла Шэнь Ли.

– Почему ты ничего не сказал внизу? Если создать формацию невозможно, то зачем ты мне здесь? За Сяо Хэ я пойду в одиночку.

– Там внизу я тебя не услышал, – покашляв, ответил Син Юнь.

– А почему тогда кивнул? Думаешь, у меня времени полно?!

Шэнь Ли попыталась совладать с гневом. Мгновения утекали, а проблем добавлялось. Будь на месте Син Юня солдат, она бы давно велела отхлестать его за глупость.

Она ведь просто хотела привести его в дом принца Жуя и уйти, и вот как все затянулось! Любое промедление грозило опасностью! Когда ее настигнут преследователи из Демонического царства, то парой обрушенных зданий явно не обойдется.

Не успела Шэнь Ли подумать об этом, как ее нос уловил невероятно знакомый запах демонической ци. Сердце сжалось, а взгляд поднялся к небу, однако стоило облачку ци приблизиться, как тревога слегка утихла: ее владельцем мог быть лишь один человек – тот, кто пугающе ей знаком…

– Мо Фан! – крикнула она, и в тот же миг перед ней заклубилась темная энергия.

Густой туман рассеялся, и на одно колено перед Шэнь Ли опустился юноша, облаченный с ног до головы в черное.

– Ваше высочество.

С того самого момента, как он помог ей сбежать, Шэнь Ли испытывала к Мо Фану благодарность. Наверняка за случившееся он подвергся жестокому наказанию… и все же его верность оказалась нерушима. Девушка похлопала его по плечу, призывая подняться, но он лишь склонился в земном поклоне.

– Я ранил вас, и преступление это заслуживает суровой кары.

– Встань! – в притворном гневе ответила она. – Не выношу этих церемоний!

Син Юнь тем временем отступил и молча рассматривал стоящего на коленях незнакомца. Заметив его настороженность, Шэнь Ли объяснила:

– Все в порядке, он мой подчиненный.

Тут Лазурная Принцесса задумалась: наверняка Мо Фан отыскал ее не из-за какого-нибудь пустяка. Раскрывать Син Юню слишком многое о делах Демонического и Небесного царств было не лучшей идеей. Он как-никак простой смертный, предсказывать судьбы людей для него уже немалое бремя, а если еще и посвятить юношу в тайны бессмертных, того и глядишь, его настигнет кара в виде молнии.

Шэнь Ли огляделась: ослабленные солнцем кровавые младенцы почти все неподвижно лежали на земле, однако рисковать не стоило. Она протянула свое серебряное копье Син Юню:

– Нам нужно поговорить, так что возьми его и отойди чуть подальше. С моим копьем нечисть к тебе не пристанет.

Прежде чем юноша успел ответить, Шэнь Ли сама сунула оружие ему в руки. Он бы и хотел отказаться, ведь кровавые младенцы при свете солнца уже не двигались, вот только стоящий на коленях Мо Фан вдруг вскинул голову и уставился на Син Юня испепеляющим взглядом, в котором ясно читалась мысль: «Да как ты посмел взять копье ее высочества?!» Поэтому Син Юнь промолчал. Прижимая оружие к себе двумя руками, он неторопливо зашагал в сторону, при этом не забыв обернуться и одарить нового знакомого ласковой улыбкой.

Мо Фан сжал кулаки, но тут радостная Шэнь Ли потянула его, заставив встать на ноги, и хлопнула по предплечью.

– Ты поступил похвально! Я должна лишь благодарить тебя за ту рану. Если бы не она, меня бы давно схватили!

Юноша возвышался над ней на целую голову, и теперь, глядя на него снизу вверх, Шэнь Ли заметила шрам на шее. Его оставило ее серебряное копье, поэтому ждать, что след когда-нибудь пропадет, не стоило: каким бы хорошим даром к заживлению ни обладали демоны, эту рану исцелить он не мог.

Лазурная Принцесса тяжело вздохнула.

– Когда с помолвкой будет покончено и я вернусь в наше царство, как следует тебе отплачу.

Мо Фан свесил голову и ответил:

– Я недостоин. – А затем, отбросив лишние слова, перешел к делу: – Вы использовали минувшей ночью духовную силу, ваше высочество? Ее обнаружили и послали за вами погоню. Они скоро будут здесь. Если сейчас же не уйдете, боюсь, позже сделать это станет сложнее.

Она и сама прекрасно все понимала, вот только как она могла уйти, когда тут творилось такое? Если Сяо Хэ погубит принца Жуя, то кто еще при дворе посмеет выступить против наследного принца и укрыть у себя Син Юня?

– Боюсь, что сегодня уйти я не смогу. – Она окинула взглядом лежащих вокруг младенцев. – Еще остались дела.

Видя, в каком непростом положении оказалась Шэнь Ли, Мо Фан невольно и сам нахмурился. Он не хотел лишний раз ее торопить, однако сейчас медлить было никак нельзя, поэтому, накрыв ладонью кулак, он вновь попросил:

– Принцесса, вам нужно уходить сейчас же. Если вас схватят, то повторного побега Владыка не допустит. Небеса вовсю готовятся к свадьбе, и если она случится…

Шэнь Ли прекрасно понимала, что будет, если сыграют свадьбу. Она бросила взгляд на Син Юня: тот с любопытством ткнул зад одного из кровавых младенцев серебряным копьем. Вредоносная ци на кончике оружия разорвала нечисть прежде, чем тот успел заплакать. Пораженный юноша принялся вертеть копье в руках, внимательно разглядывая.

Уголок рта Шэнь Ли дрогнул. Она отвернулась и потерла переносицу.

– Знаю, но сейчас никак не могу позволить себе уйти.

– Ваше высочество? – недоуменно переспросил воин.

На его памяти Шэнь Ли всегда говорила «да» или «нет» и почти никогда не говорила «не могу».

– Я не понимаю.

– Со мной многое произошло за дни, проведенные в Царстве людей, и невольно мое сердце привязалось к одному человеку.

Сказав это, она вновь посмотрела на Син Юня.

Ошеломленный услышанным, Мо Фан проследил за ее взглядом: молодой человек перед ним после бессонной ночи выглядел растрепанно, лицо у него было бледным, а дыхание каким-то болезненным – на вид ему недолго осталось.

«Неужели… такой человек смог тронуть сердце Лазурной Принцессы?»

Тут запястья Син Юня внезапно обмякли, и он выронил серебряное копье. Оружие покатилось по земле к младенцам и своей вредоносной ци рассеяло тех без следа. Ненависть, что наполняла духовные тела нечисти, поднялась вверх, заставив бросившегося за копьем Син Юня закашляться. К тому моменту, как юноша наконец поднял оружие, выглядел он еще более изможденным.

Шэнь Ли тяжело вздохнула:

– Да еще и к такому. До встречи с ним я и представить не могла, что все сложится так… – Она подняла взгляд на нахмурившегося Мо Фана. – Он не такой, как мы. Измотанное жизнью тело вряд ли выдержит многое. Поэтому сейчас я не могу его просто оставить, перед уходом мне следует позаботиться о нем. Пусть у меня есть к нему чувства, я понимаю, что людям и демонам дороги уготованы разные: жизнь смертного ужасно коротка, и в следующей он уже обо всем забудет.

Девушка замолчала, а затем продолжила тоном ровным и решительным:

– Вместе нам не быть, я лишь хочу, чтобы его жизнь прошла спокойно.

Твердость ее голоса дала Мо Фану понять, что Шэнь Ли все решила. Неважно, что скажут другие, – она поступит так, как сама сочла верным. Долгое мгновение он стоял молча, потупив взгляд, а затем вновь встал на одно колено и спокойно произнес:

– Позвольте разделить ваши тяготы, ваше высочество. Я в вашем распоряжении.

– Полдня, – после недолгого раздумья ответила Шэнь Ли, после чего развернулась и пошла к Син Юню. – Помоги задержать погоню на полдня, чтобы я успела здесь все закончить.

– Слушаюсь.

Она обернулась и посмотрела на Мо Фана.

– Спасибо.

Взгляд юноши чуть дрогнул. Не сказав больше ни слова, он бесследно исчез с порывом ветра.

Шэнь Ли забрала из рук Син Юня копье.

– Впечатляющее у тебя оружие, – улыбнулся тот.

– Ты тоже впечатляешь, раз сумел продержать его так долго.

Ее копье забрало слишком много жизней, и пропитавшая его вредоносная ци была столь сильна, что большинство живых существ испытывали ужас от одного его вида. Но равнодушная натура Син Юня, похоже, притупила в нем даже страх и печаль. В каком-то смысле ему можно было даже позавидовать.

Долго об этом не думая, Шэнь Ли зашагала вперед: пора было браться за поиски. Ее взгляд без устали скользил вокруг. Как именно искать Сяо Хэ, она не знала, и их с Син Юнем блуждания по саду не давали никаких результатов. Усыпанная духами-оборотнями земля и медленно утекающее прочь время заставили Лазурную Принцессу невольно нахмуриться.

Син Юнь окинул спокойным взглядом тревожно бормочущую под нос девушку.

– В поместье полно духов, а значит, и Сяо Хэ где-то рядом. Куда же она спряталась?.. Где она может быть?..

Когда складка меж бровей Шэнь Ли стала настолько напряженной, что могла бы раздавить комара, Син Юнь взглянул на небо и сказал:

– Куда еще, кроме дома, может податься ребенок, после того как его обидели на улице?

Взгляд Шэнь Ли загорелся, словно на нее снизошло озарение.

– Озеро!

Истинной формой Сяо Хэ[11] был лотос – наверняка сейчас она пряталась именно среди них! Шэнь Ли порадовалась своей прозорливости и собралась уже двинуться к воде, как вдруг остановилась и уставилась на Син Юня.

– Судя по тону, ты давно догадался? Почему молчал?! Нарочно тянешь время?

– Разве я посмел бы? – тихо рассмеялся молодой мужчина. – Не придумывай, просто я решил, что, со своей сообразительностью, ты уже и сама все давно поняла.

Шэнь Ли бросила на него косой взгляд, но промолчала. В ней поселилось странное чувство: казалось, с самого их появления этой ночью в доме принца Син Юнь как бы невзначай ей мешал, словно… словно не хотел, чтобы она быстро со всем разобралась.

У озера стояла мрачная атмосфера. Через каждые несколько чи на воде дрейфовало новое тело. Тот нераскрывшийся бутон, что Шэнь Ли приметила днем ранее, уже не выглядел так румяно и нежно, как прежде, – от стебля и до кончиков лепестков он горел темно-красным цветом, точно внутри него струилась кровь.

Шэнь Ли подняла с земли камень и, аккуратно бросив его прямо в лотос, громко велела:

– Выходи. – Когда ничего не произошло, она слегка сощурила глаза и добавила: – Если так, то и меня потом не вини.

Она прокрутила копье. Лезвие с вредоносной ци почти перерезало лотосовый стебель, когда Син Юнь вдруг схватил ее за запястье.

– Что такое? – нахмурилась девушка.

– Ничего. – Он отпустил ее руку. – Просто не ожидал, что ты захочешь лишить ее жизни, бросив всего несколько слов. К тому же, судя по всему, ее вины во всем этом нет. Боюсь, если сейчас ты взмахом руки оборвешь ее существование, то после пожалеешь.

– Неужели в тебе внезапно проснулось сострадание? Мне нужно со всем здесь покончить, а она не хочет сотрудничать. Остается действовать прямо. – Она оттолкнула юношу и произнесла чуть холоднее: – Я не из добродетельных. Ради достижения цели могу на время забыть и о совести. Отойди.

Шэнь Ли не знала милосердия перед лицом врага – одна из причин, почему уже в юном возрасте она получила титул Лазурной Принцессы. Тот, кто стоит на вершине, обязан быть суровым и решительным, холодным и безжалостным.

Син Юнь молча отступил в сторону, но в то же время задумался: сколько же еще личин у этой девушки? Чем дольше она оставалась рядом, тем больше ему хотелось ее узнать…

– А-а!

Поверхность озера покрылась рябью, и из сердца лотоса вырвался пронзительный крик. Прежде нежно-розовое одеяние Сяо Хэ стало темно-красным, словно его вымочили в крови. Она медленно появилась над бутоном в своем человеческом обличье, прикрывая лицо руками. Если бы не искаженные ненавистью черты, ее можно было принять за изящную небожительницу. Какая жалость…

– Зачем ты ему помогаешь? – Багряные глаза Сяо Хэ неподвижно уставились на Шэнь Ли. – Зачем?!

Ее фигура качнулась, и девушка безрассудно бросилась на Лазурную Принцессу.

Это сильно упрощало дело. Шэнь Ли перехватила запястье Сяо Хэ и резко заломила ей руку за спину, тем самым мгновенно обездвижив. Схватив девушку за шею, она прижала ее к ограждению моста. Отброшенное серебряное копье само растворилось в воздухе. Раздался звонкий шлепок: на глазах у слегка изумленного Син Юня Лазурная Принцесса как следует ударила Сяо Хэ по попе.

– Извинись!

Рука Лазурной Принцессы легкостью не отличалась, и от удара Сяо Хэ даже вздрогнула. Вот только разве мог шлепок испугать духа-оборотня, полного свирепой ци?

Девушка принялась бороться:

– За что я должна извиняться?! Это Чжу Чэнцзинь во всем виноват!

Шэнь Ли решила не тратить время на слова – один за другим на попу Сяо Хэ посыпались шлепки. Девушка дергалась всем телом и вопила до тех пор, пока ее голос не осип, и лишь тогда она постепенно успокоилась, однако сдаваться не собиралась.

– Чжу Чэнцзинь предал меня! И я обещаю: он сгинет жалкой смертью! Я уничтожу его дом!

– Извинись!

– Никакого милосердия!

– Извинись.

– Я не сделала ничего… плохого…

– Извинись.

Шэнь Ли продолжала лупить ее, пока Сяо Хэ наконец-то сквозь рыдания не закричала:

– Прости! Хватит, я виновата!

– И в чем ты виновата?

Шэнь Ли остановилась: ее ладонь уже начинала саднить.

Платье девушки снова приняло изначальный цвет, лотос в озере стал нежно-розовым, как накануне, и кровавые младенцы, заполонявшие поместье принца, тоже исчезли без следа. Вернувшая духовную форму нечисть парила в воздухе, невидимая человеческому взгляду.

Лежа на ограждении моста, Сяо Хэ заплакала навзрыд:

– Я не должна была вредить другим! Не должна была вредить окружающим! Я виновата!

Только теперь Шэнь Ли ее отпустила. Слезы Сяо Хэ одна за другой капали в озеро.

Син Юнь изумленно вздохнул:

– Оказывается, даже грозный дух-оборотень боится порки. Способ, конечно, простоват, но на удивление действенен!

– Это ты подсказал мне идею, – ответила Шэнь Ли, гладя на ревущую Сяо Хэ. – Она всего лишь устроивший истерику ребенок. Ее обманули, и она решила отомстить, но при этом по-настоящему своему обидчику не навредила.

Даже тогда под землей, обуреваемая эмоциями, девушка лишь заблокировала выход. Если бы она хотела убить принца Жуя, то напала бы напрямую.

Шэнь Ли вздохнула:

– А когда ее ранили, просто скрылась дома. Если бы поместье принца не наполняли духи-оборотни, она бы, наверное, и кирпича не сдвинула – спряталась бы, и все. Для такой бестолковой мелочи порка в самый раз. Однако, если бы она не вышла из лотоса сама, мне бы пришлось ее убить – вырвать с корнем.

Син Юнь невольно усмехнулся.

– Другими словами, насилие опять всему голова.

Дождавшись, когда Сяо Хэ выплачется, Шэнь Ли похлопала ее по плечу:

– Мне тебя жаль, но что есть, то есть, и рыдать уже бессмысленно. Ты больше не можешь оставаться в этом доме, так что уходи, а принцу я скажу, что расправилась с тобой. Мне он ничего сделать не сможет.

Постепенно всхлипы стихли, и девушка покачала головой:

– Я не… я все еще не верю… – Она бессильно опустилась на землю. – Он был ко мне так добр, а на самом деле… относился ко мне лишь как к волшебному средству для достижения цели? Принц смотрел на меня и видел только надежду на ее пробуждение… Для него я была просто заменой… Нет, даже заменой это сложно назвать.

Шэнь Ли молчала, не зная, как утешить Сяо Хэ. Тут внезапно заговорил Син Юнь:

– Верно, ты всего лишь волшебное средство. Как по мне, так в их доме для тебя никогда и не было места.

Он произнес это так легко, что Шэнь Ли удивленно покосилась на него. Между тем молодой человек снова открыл рот и выдал нечто еще менее приятное:

– Даже курица ценит свою жалкую жизнь, а тебе, смышленому духу-оборотню, подавно нечего здесь оставаться и ждать, когда тебя сварят.

– Чего это ты в такой момент о курицах заговорил?! – не сдержалась Шэнь Ли.

Сяо Хэ стерла с глаз слезы и долго молчала, а потом наконец-то произнесла:

– Я хочу с ним увидеться… Если уйду, то больше не смогу с ним встретиться. Пусть для него я пустое место, но с того самого момента, как я увидела этот мир, принц стал для меня всем.

Веки девушки начали медленно краснеть. Казалось, перед ее глазами проносились воспоминания.

– Я так старалась стать человеком: училась говорить, запоминала правила, пыталась угодить ему… Все, чтобы быть с ним… не для того, чтобы позволить ему меня убить…

Тяжело вздохнув, Шэнь Ли опустилась на корточки и взглянула на нее.

– Мои слова, возможно, будут жестоки, но ты должна их услышать: принц Жуй с самого начала растил тебя, чтобы после убить – вот в чем вся ценность твоего существования для него. Что бы ты ни делала, как бы ни страдала, его чувств это не изменит, понимаешь?

Она обхватила руками лицо Сяо Хэ и стерла большими пальцами собравшиеся у нее в глазах слезы.

– Поэтому, милая, ради себя самой тебе нужно скорее уйти. Забудь его. Этот мир полон таких замечательных чудес, каких ты и представить себе не можешь.

Стоя позади, Син Юнь молча изучал взглядом Шэнь Ли. Сяо Хэ тоже уставилась на нее потерянным взглядом, а затем опустила голову.

– Вы свободны, а я… – сказала она и вновь замолчала, после чего, зарыв голову меж колен, упрямо продолжила: – Я не согласна. Я хочу спросить его… Неужели за все те дни, что мы провели вместе, не было ни одного мгновения, когда, глядя на меня, он думал только обо мне, а не о спасении супруги?.. Неужели я ни разу не была для него важнее, чем она?

Шэнь Ли с Син Юнем переглянулись.

– Тогда ступай и спроси. Нужно окончательно убить эту надежду, – сказал юноша.

Уголок рта Шэнь Ли дернулся.

«Что тут еще спрашивать? Разве все и так не ясно? Да будь Сяо Хэ хоть во всем лучше той женщины, принц Жуй все равно любит не ее. С чувствами так бывает: как бы сильно ты кого-то ни любил, порой его сердце оказывается уже занято», – подумала она. Однако, видя упорство девчонки, Лазурная Принцесса проглотила просящиеся наружу слова и вместо этого сказала:

– Ладно, пойдем. Только ты останешься в проходе. Син Юнь, ты спрячешь ее за собой, а я уведу принца Жуя. Тогда ты вдоволь сможешь наглядеться на его жену.

Так или иначе, женщина уже была мертва, вряд ли Сяо Хэ могла ей как-то навредить.

Духовная сила Лазурной Принцессы переместила троицу в проход к подземным покоям. Шэнь Ли бросила на Син Юня выразительный взгляд, и тот послушно загородил собой Сяо Хэ, после чего сама Лазурная Принцесса переступила порог комнаты. Принц Жуй по-прежнему сидел на краю постели и безотрывно смотрел на супругу.

– Я расправилась с Сяо Хэ, – обратилась к нему девушка.

Тихие бесстрастные слова отдались в подземелье эхом, и принц замер. Он не обернулся, поэтому Шэнь Ли продолжила:

– Разгневанные духи-оборотни успокоились. Я пришла, чтобы вернуть тебя на поверхность.

Долгое время в комнате царила тишина, пока ее внезапно не нарушил тихий смешок принца и хриплые слова:

– Зачем мне возвращаться? – Он склонился к жене и оставил на ее ледяном лбу осторожный поцелуй. – Е Ши уже не очнется, так какая разница, будет ли жить Чжу Чэнцзинь?

Ладони скрытой в темноте прохода Сяо Хэ сжались в кулаки, ее взгляд окончательно погас.

– Чжу Чэнцзинь жаждал слишком многого: и императорского трона, и военной власти. Е Ши была для меня всего лишь женщиной, не более, и я полагал, что чувств во мне нет. Однако спустя годы оказалось, что любовь к ней давно пропитала все мое существо. Каждый день в течение трех лет я ждал ее пробуждения, и каждый такой день заканчивался разочарованием. Я вложил всю свою надежду в Сяо Хэ… а теперь и она мертва. – Принц горько усмехнулся. – Все было напрасно.

Он поправил волосы Е Ши и добавил:

– Ступайте, я останусь с ней. Больше мне ничего не нужно, больше я никуда не уйду.

Шэнь Ли стояла молча. Слова принца пронизывала безнадежность, вот только если он намеревался покончить с собственным существованием, то Син Юнь… Не успела девушка закончить мысль, как мимо пронеслась розовая тень.

Застигнутая врасплох Шэнь Ли увидела, как Сяо Хэ остановилась прямо перед принцем и влепила тому такую звонкую пощечину, что, казалось, она вложила в нее всю силу.

– Ненавижу! – злобно воскликнула девушка.

Принц Жуй ошеломленно посмотрел на нее, а Сяо Хэ, воспользовавшись всеобщим замешательством, вдруг обернулась белым светом и скользнула в тело Е Ши. На руку принца упала слеза – последняя, что пролила Сяо Хэ. Впрочем, стоило женщине в постели закашлять, как он смахнул каплю, даже не придав тому значения. Взгляд, полный пылающей надежды, устремился к супруге. Сердце Шэнь Ли кольнул холод обиды за Сяо Хэ.

– Глупая девчонка, – тихо вздохнула она.

Казалось, Лазурная Принцесса все еще слышала эхо ее слез, пролитых перед исчезновением. «Почему я? Почему я…»

«Если бы только я не обрела человеческий облик… Если бы не встретила тебя…»

В истории принца и его жены Сяо Хэ просто-напросто оказалась второстепенным персонажем. Так зачем же безрассудно жертвовать собой ради этого человека?

Женщина на постели вдруг разразилась приступом кашля, и глаза принца засияли. От переполнившей его радости он не знал, куда себя деть.

– Е Ши, Е Ши… – шептал он ее имя, пытаясь осторожно поднять с постели. – Подожди немного, я вынесу тебя отсюда. – С супругой на руках принц Жуй торопливо подошел к Шэнь Ли и с тревогой в голосе произнес: – Выход завален. Прошу, помоги.

Ради этой женщины столь гордый человек был готов охотно склонить голову и просить о помощи. Шэнь Ли схватила его за руку и тихо произнесла:

– Сяо Хэ сказала, что старалась стать человеком не для того, чтобы позволить себя убить, а в конце концов она все равно погибла.

Принц застыл, слушая, как Шэнь Ли без капли эмоций в голосе продолжила:

– Я сама виновата, что проявила беспечность. Как может человек, вырастивший духа-оборотня, не чувствовать его присутствия? Ты разыграл отличный спектакль, принц Жуй, жаль только…

Она не договорила, однако мужчина и сам легко догадался, какие слова последовали бы дальше.

Сяо Хэ раскусила замысел принца и тем не менее безрассудно пошла у него на поводу. Ее прощальное «ненавижу» было обращено не только к нему за его уловку, но и к самой себе, неспособной вырваться из его власти.

«Какая же безнадежно глупая девчонка…»

Принц Жуй не ответил, и Шэнь Ли повернула голову к Син Юню:

– Сначала я выведу их, а потом вернусь за тобой.

Прислонившийся к стене юноша молча кивнул. Одна его рука скрывалась за спиной, а под глазами залегли тяжелые тени.

Шэнь Ли этого даже не заметила. Она сжала руку принца, и перед его глазами потемнело, а уже в следующий миг он стоял на крытом мосту собственного сада. На поверхности царила мертвая тишина, в озере плавали тела стражей. Принц нахмурил брови, собираясь спросить о чем-то Шэнь Ли, но та уже бесследно исчезла, не сказав ему ни слова на прощание. Женщина в его руках снова закашляла. Принц поспешил прочь с моста, но тут его взгляд привлек цветок лотоса над водой.

Завядшие листки и бутон – молчаливые свидетели того, что жизнь Сяо Хэ подошла к концу. Перед глазами принца почему-то вдруг всплыла яркая картина: сияющая улыбкой девушка в нежно-розовом платье кинулась в его объятия и потерлась щекой о его грудь. Еще толком не умея говорить, так она выражала свою любовь.

«Чжу… Хэ нравится. Чжу нравится Хэ, нравится?» – запинаясь, спросила она. Он вспомнил, как тогда без колебаний ответил: «Нравится». Ложь, так легко сорвавшаяся с его губ, заставила девушку расцвести ослепительной улыбкой. Она была так прекрасна, что, казалось, смогла озарить его сердце – и показала ему, какая тьма наполняла его.

Лжец. Отвратительный лжец! Отныне в этом мире больше не будет подобных ей… В это мгновение Чжу Чэнцзинь возненавидел себя за собственную подлость.

Шэнь Ли ударила ладонью по каменной постели, разбив ту, а заодно и формацию Привязки души. В воздух поднялось облако пыли, и Син Юнь, прикрыв рот, слегка закашлялся.

– Зачем же вымещать гнев на камне? – произнес он. – Это я уговорил тебя привести Сяо Хэ обратно. Если злишься, просто выскажи все мне.

Девушка закрыла глаза и попыталась взять себя в руки.

– На ее месте я бы его убила, заставила бы заплатить жизнью за причиненную боль, – мрачно отозвалась Шэнь Ли. – Не стоило ей умирать ради такого, как он.

– Стоило или не стоило, не нам судить. Никто не вправе называть ее поступок неверным, если она поступила так, как хотела сама.

Шэнь Ли едва не задыхалась от гнева.

– Этот человечишка даже не знает, кого он загубил!

– Разве он может не знать? – Губы молодого человека тронула улыбка. – Но что это знание поменяло бы? Для него чувства Сяо Хэ не имели значения.

Шэнь Ли помолчала, но гнев снова взял свое.

– Поэтому нет никого отвратительнее мужчин, в чьих сердцах царит сплошная неразбериха!

Она вспомнила ходящие на Небесах слухи о ветреном владыке Фу Жуне, и это вернуло ее мысли к собственному положению, что только сильнее рассердило Принцессу.

– Если мне кто-то понравился, я не потерплю даже намеков на других женщин в его жизни! Мне нужен он целиком, и ни капли меньше я не приму! А если он посмеет что-то замыслить против меня, то я ни одной целой кости в нем не оставлю.

Ее слова прозвучали так убедительно и веско, что Син Юнь даже оцепенел от испуга.

– Вот это пыл, – произнес он, глядя на нее и моргая.

Шэнь Ли мгновенно опомнилась и почесала затылок.

– Разумеется, пусть накануне я и призналась тебе, в будущем нам все равно не быть вместе, так что ты волен жениться.

Тут молодой человек прыснул со смеху, а Лазурная Принцесса продолжила:

– У меня нет времени здесь оставаться. Пойдем, я доставлю тебя на поверхность.

– Хорошо.

Син Юнь послушно протянул руку, но, прежде чем девушка ее схватила, вдруг отдернул ладонь обратно и склонился в приступе глухого кашля. Шэнь Ли еще не сообразила, что произошло, а на ее глазах Син Юнь уже выплюнул черную кровь.

– Что такое? – Она застыла в испуге.

Юноша, казалось, хотел ей ответить, вот только стоило ему открыть рот, как из него снова полилась кровь. Шэнь Ли тут же подхватила Син Юня и притянула к себе его ладонь, чтобы проверить пульс, но ее внимание привлекла обуглившаяся рана на тыльной стороне. Она была размером с подушечку большого пальца, и, присмотревшись, Шэнь Ли поняла, что ее оставила слеза одного из кровавых младенцев.

– Когда ты был ранен? – Ее охватил гнев. – Почему сразу не сказал?!

Края раны гноились, и чернота медленно расползалась вокруг. Духи-оборотни появились из энергии ненависти – естественно, их телесные жидкости наполняла скверна. Они гноили кости и разъедали плоть, да к тому же были ядовиты. На слабое тело Син Юня их отрава подействовала куда сильнее, чем на обычного человека. Прошло уже столько времени, а он и словом не обмолвился…

От злости Шэнь Ли захотелось его ударить, однако, побоявшись, что не рассчитает силу и ненароком забьет его до смерти, она лишь стиснула зубы и, взвалив юношу на спину, гневно произнесла:

– Как назло, подыскал момент! Хочешь в могилу меня свести?!

Его губы уже потемнели, а в уголках виднелись следы черной крови. И все же Син Юнь нашел в себе силы тихо рассмеяться.

– Думал, вытерплю, но, к сожалению, не вышло.

– Нечего доходяге строить из себя героя, – прошипела Лазурная Принцесса. – Лучше просто молчи!

– А когда тебе было несладко, я с тобой так не говорил, – тяжело вздохнув, просипел Син Юнь.

Шэнь Ли не хотела лишний раз его тревожить, опасаясь ускорить распространение яда, поэтому почти сразу уложила в одной из пустых комнат поместья. К этому моменту в доме принца невозможно было найти ни одного человека, так что, стиснув зубы, она ткнула в тыльную сторону его руки и сказала:

– Это ослабит на какое-то время боль, но я ничего не смыслю во врачевании, и обычный лекарь с подобной раной тоже не справится. Единственный вариант – найти в окрестностях горное божество. Это может занять немало времени, так что наберись терпения и жди здесь.

– Куда же я денусь? – бессильно усмехнулся Син Юнь. – Даже при всем желании мне не сдвинуться с места.

Девушка поднялась на ноги и молча окинула его взглядом, после чего слегка потускневшим голосом произнесла:

– Возможно… сама я уже не вернусь. Но не тревожься, земной бессмертный точно прибудет, чтобы вылечить тебя.

Она решительно отвернулась. Однако ее следующие слова прозвучали серьезнее обычного.

– Впредь нас будут разделять горы и реки, и больше мы не встретимся… Береги себя. Спасибо, что присматривал за мной все эти дни.

Долгое время Син Юнь молчал, глядя на опустевшую комнату, а потом внезапно усмехнулся:

– Какая тихая благодарность… Насколько же тяжело она тебе далась…

В комнату через незапертое окно влетел порыв ветра, взметнув волосы молодого человека и сорвав с его губ тихий вздох:

– И ведь даже не взглянула на меня напоследок…

«Какое разочарование».

Шэнь Ли думала о Мо Фане. Пусть у него и получилось выиграть для нее еще полдня, но, даже приложив все усилия, вряд ли он смог бы удержать лучших воинов Демонического царства дольше. Она просто не могла позволить себе оставаться в доме принца Жуя: если погоня настигнет ее там, пострадает Син Юнь и причинят вред безвинным.

К этому моменту ее духовная сила уже значительно восстановилась. Однако ее все еще было недостаточно для уверенности в том, что при столкновении Шэнь Ли удастся сбежать. В безлюдной глуши она могла хотя бы выложиться на полную и попытать удачу.

В одиночестве Лазурная Принцесса двигалась невероятно быстро. В считаные мгновения она достигла окрестных диких гор и, стоя на вершине одной из них, вгляделась в даль. В свете погожего дня все вокруг лежало как на ладони, и от городских ворот столицы ее уже отделяло огромное расстояние. Она вошла в горный лес и отыскала место, где духовная ци ощущалась ярче всего, после чего собрала духовную силу в ладони и приложила ту к земле.

– Явитесь, – тихо позвала Шэнь Ли.

В землю из ее ладони заструился таинственный свет. Он заключил девушку в кольцо и молниеносно разнесся во все стороны. Гора содрогнулась, и испуганные звери бросились прочь. Яростный ветер взметнул подол одеяния Шэнь Ли, а когда улегся, в безмолвном горном лесу она увидела несколько новых фигур. Ожидая, когда окутывающее их свечение рассеется, Лазурная Принцесса поднялась и окинула новоприбывших взглядом. Среди них был седобородый старик, совсем еще юная девушка и несколько юношей причудливого вида – все они смотрели на нее с тревогой и опаской.

Шэнь Ли понимала, что эту кучку бесхитростных бессмертных наверняка напугала ее демоническая ци, вот только времени на представление у нее не было. К тому же нет ничего плохого в капельке страха с их стороны.

Придав лицу еще более грозный вид, она спросила:

– Кто из вас смыслит в лечении?

Обитавшие в горах земные бессмертные[12] переглянулись, после чего юноша с оленьими рогами, словно сложенный из одних мышц, дрожа, выступил вперед.

– Я… – заговорил он.

Но стоило взгляду Шэнь Ли упасть на него, как тот схватился за голову и, опустившись на корточки, взвизгнул и закричал:

– Пощадите!

Уголок ее рта дрогнул, и все же она сдержала грозящее вот-вот проявиться на лице презрение и холодно произнесла:

– В западном крыле столичного дома принца Жуя лежит человек по имени Син Юнь. Его ранил охваченный ненавистью дух-оборотень, он слаб и близок к смерти. Я пришла, чтобы найти того, кто его спасет.

Выслушав ее, земные бессмертные вздохнули с облегчением, и седобородый старик вмешался:

– Раз в этом дело, то, Ху Лу, отправляйся с госпожой в столицу.

Ху Лу, по-прежнему дрожа, поднял взгляд на Шэнь Ли, однако она поспешила его обрадовать:

– Я не пойду. Отправляйся сам. – Принцесса смерила его пристальным взглядом. – Сколько уйдет времени на лечение подобной раны?

– При… примерно час.

– Хорошо.

Шэнь Ли взмахнула рукой, и глубоко в землю перед Ху Лу вонзилось сверкающее холодным блеском серебряное копье. Земной бессмертный испуганно взвизгнул, и по его лбу побежал холодный пот.

– Если через час я тебя здесь не увижу, это копье вырежет все живое на три сотни ли от тебя.

Оружие незнакомки обладало вредоносной ци поразительной силы, и бессмертные все как один побледнели. Еще более испуганный Ху Лу, не удержавшись на ногах, осел на землю.

Шэнь Ли подняла взгляд к небу:

– Время пошло.

Старик, вне себя от тревоги, шагнул к Ху Лу и, схватив того за рог, тряхнул.

– Ступай же, чего расселся!

Юноша тут же опомнился и скрылся в земле. Оставшиеся бессмертные боязливо собрались в кучку, робко погладывая на Шэнь Ли. Однако ей было совсем не до них. Хмурым взглядом она изучала небо над столицей: там медленно собирались черные тучи. Если ее догадка верна, тучи скрывали преследователей из Демонического царства… Неужели за ней прибыло столько воинов? Похоже, у Владыки кончилось терпение.

Ладони Шэнь Ли сжались в кулаки. Как же она ненавидела владыку Фу Жуна и Небесного владыку, обручившего их! Но еще большую ненависть она питала к тому бездельнику, который предложил связать два царства – демонов и небожителей – с помощью брачного союза. Разве свадьба могла подружить их? Смех, да и только.

Если бы Небеса дали народу демонов такие же хорошие земли для жизни, на каких обитали праздные небожители, то им бы и вовсе не пришлось прибегать к браку ради упрочения так называемых дружественных связей…

Пока Шэнь Ли молча думала о своем, черные тучи над столицей окончательно приняли форму. Меж ее бровей залегла морщинка: она беспокоилась, что преследователи навредят Син Юню, но в то же время чувствовала, что опасение ее напрасно. Ее рядом нет, а значит, и об их связи никто догадаться не мог. Скоро погоня должна была достичь гор: наверняка демоны почувствовали силу, что призвала местных земных бессмертных. Пусть они сначала покинут столицу, и вот тогда она уже не станет сдерживаться.

Ху Лу в самом деле казался честным юношей, так что не стоило переживать, что он вдруг решит обмануть ее с Син Юнем… Принцессе следовало отбросить всякие мысли о Син Юне и вернуться к своему побегу.

Вот только время шло, а в Шэнь Ли постепенно росло чувство, что что-то не так. Черные тучи демонического войска все так же висели в небе над столицей и не двигались к ней. Воины просто не могли не учуять силу Лазурной Принцессы, так почему же…

Из размышлений девушку вырвала дрожь под ногами. Из земли показалась рогатая голова здоровяка Ху Лу. Одежда, которой на нем и до этого было немного, превратилась в лохмотья, а с лица капали слезы вперемешку с соплями. Он повернулся к Шэнь Ли и, обхватив голову руками, заплакал.

– Пощадите меня, пощадите нас всех! Я хотел спасти его, жизнь был готов отдать, но мне не дали. Ужасные демоны в черных одеждах… – Он всхлипнул. – Они побили меня…

Шэнь Ли слегка изменилась в лице:

– Говори внятно!

Ху Лу, сидя на земле, стер рукой слезы и, всхлипывая, начал снова:

– Я нашел… нашел человека по имени Син Юнь. Он оказался хорошим человеком, знал, что я пришел его спасти, улыбнулся и поблагодарил, я ведь и правда хотел его спасти, но тут вдруг явился демон в черных доспехах. Сначала все было спокойно, но потом возник другой, в алом. Он улыбнулся… и спросил, почему это земной бессмертный спасает в городе людей, и я ответил честно, а потом… а потом они не дали мне никого спасти, так еще вдобавок побили и сказали передать вам, чтобы вы вернулись, иначе этого Син Юня убьют…

Шэнь Ли стиснула зубы, уже догадываясь, кого именно послали за ней в этот раз. Генерал в черных доспехах и мужчина в красном одеянии были главными приближенными Владыки: Цин Янь и Чи Жун. В дело вступили лучшие игроки, а значит, в этот раз гнев Владыки демонов очень даже серьезен.

Душу Шэнь Ли разрывали сомнения: если ее встретят эти двое, то пусть причинить ей вред они и не смогут, однако вовсе не значит, что ей удастся сбежать. Ко всему прочему ее духовная сила не успела восстановиться до конца, а Син Юнь…

– А что с тем человеком, Син Юнем?

Ху Лу вытер сопли:

– Ему недолго осталось, я щупал его пульс… Тело у него само по себе слабое, и внутреннее дыхание в беспорядке. Должно быть, последние дни сильно его измотали. Яд уже достиг внутренних органов. Если не помочь, он совсем скоро умрет.

Всматриваясь в очертания далекой столицы, Шэнь Ли протянула руку, и в ее ладонь вернулось украшенное красной кистью серебряное копье. Крепко сжав оружие, девушка взметнулась ввысь, оставив после себя лишь порыв сильного ветра.

Земные бессмертные принялись тихо переговариваться:

– И откуда она только взялась? От нее исходит ужасающая ци.

– Сразу видно, что из Демонического царства, откуда же еще? Деспотичная нахалка… Ху Лу, ты в порядке?

– В… в порядке, – не переставая утирать слезы, ответил юноша, но тут кто-то указал на его локоть.

– Ха, а это еще что?

– Где?

Ху Лу попытался извернуться так, чтобы увидеть, вот только из-за собственных мышц ему так и не удалось. На внешней стороне руки, в слепой для него зоне, было написано слово.

Один из земных бессмертных, приблизившись к юноше, удивленно прочитал:

– «Уходи»? Зачем кому-то кровью писать на тебе слово «уходи»?

Ху Лу почесал затылок:

– А-а… Это написал тот Син Юнь…

Так, значит, он хотел, чтобы та девушка ушла… однако она, похоже, не увидела послание.

Син Юнь молча сидел на постели в небольшом крыле поместья принца Жуя, пока мужчина в красном одеянии с любопытством его разглядывал. Юноша не злился, а лишь смотрел на того с улыбкой.

Спустя долгое время Чи Жун одобрительно сказал:

– Ты очень спокойный смертный. Не тревожишься за собственную судьбу? Судя по виду, жить тебе осталось недолго.

– Неужели если буду тревожиться, то проживу дольше? – улыбнулся Син Юнь. – Что ж, тогда, пожалуй, стоит начать.

Его слова рассмешили Чи Жуна.

– Неудивительно, что ты приглянулся Лазурной Принцессе. Что-то в тебе есть. – Он отвернулся и махнул в сторону двери. – Эй, Цин Янь, иди и ты с ним поговори. Мужчина, который понравился Шэнь Ли, – не каждый день такое увидишь!

Стоящий у входа демон невозмутимо повернул голову и бросил взгляд на демона в красном.

– Если это и правда так, то перестань его донимать, иначе жди потом мести.

Палец Чи Жуна, уже приближающийся к носу пленника, остановился, и мужчина послушно отошел в сторону.

– И то верно. Не хотелось бы мне связываться с этой надоедливой упрямой девчонкой.

Син Юнь, молча глядя на него, снова улыбнулся.

Внезапно атмосфера в воздухе переменилась. Волосы стоящего в дверях Цин Яня слегка приподнял ветер, и тот сурово вгляделся в небо. Глаза Чи Жуна сверкнули.

– Владыка демонов приказывает: если Лазурная Принцесса Шэнь Ли вновь откажется вернуться во дворец, отсечь ей руки и ноги, раздробить ее кости и перерезать мышцы, связать и доставить на заключение брака… – громко и резко произнес Цин Янь, а затем добавил: – Сам я по натуре мягкосердечен, на старую знакомую рука не поднимется, а вот с этим юношей…

Прежде чем он успел договорить, с крыши донесся шум и треск. В тот же миг в пол у ноги Чи Жуна вонзилось серебряное копье. Хлынувшая волна ярости вынудила мужчину сделать шаг назад. Почти сразу раздался еще больший грохот. Посыпалась черепица, и сверху спустилась женщина с собранными волосами и в широком парадном одеянии. Безоружная Шэнь Ли обменялась с Чи Жуном парой ударов и оттеснила его к двери, к Цин Яню. Мгновение спустя она оказалась перед постелью Син Юня и, выдернув из пола свое копье, смерила преследователей устрашающим взглядом.

– Вот она я. Кто из вас смелый?