Шэнь Ли пришла в голову мысль, что ей стоит бросить Син Юня во дворе и просто уйти… Однако, помучившись в нерешительности некоторое время, она все же подняла его с земли и переместила в кресло-качалку.

Девушка решила, что он должен заплатить за свои издевательства, а потому не может умереть вот так легко. Она потратила немало времени на поиски и в конце концов нашла в доме лекарство, которое он обычно принимал, после чего с трудом приготовила отвар и вернулась в сад. Увидев, что Син Юнь по-прежнему не пришел в себя, Шэнь Ли поразмыслила, а после зажала его нижнюю челюсть, открыла ему рот и, не церемонясь и даже не подув на готовое снадобье, приготовилась поить юношу.

– Стой! – вдруг подал голос тот.

Лицо его оставалось все таким же бледным. Глухо откашлявшись, он тихонько высвободился из хватки девушки и вздохнул.

– Я сам.

– Ты что, притворялся? – вскинула брови Шэнь Ли.

– Нет, я правда на миг потерял сознание, а потом просто захотелось насладиться чужой заботой, – прыснув со смеху, ответил он. – Но похоже, слишком размечтался.

– Еще как размечтался! Съел мое вяленое мясо, столько дней надо мной потешался, так еще и хочешь, чтобы я о тебе заботилась!

Сдерживая гнев, Лазурная Принцесса откинула подол и повела задом, привычно приготовившись сесть на землю, однако вдруг вспомнила, что теперь уже не птица, поэтому из полусогнутой позы неловко выпрямилась обратно.

Тут уж Син Юнь, совсем потеряв страх, расхохотался:

– Видишь, курицей тебе быть куда удобнее. Разве нет?

Его лицо, омраченное болезнью, вдруг стало выглядеть по-особенному привлекательным. Однако, как бы захватывающе красив ни был юноша, сейчас Шэнь Ли лишь сжала кулаки и, сделав глубокий вдох, произнесла:

– Назови хоть одну причину сохранить тебе жизнь.

На эти крайне устрашающие слова он спокойно улыбнулся:

– Хватит ругаться, лучше подай мне лекарство. Я оставил для тебя половину куска вяленого мяса. Когда проголодаешься, сварю суп.

Его ответ разнес решимость Шэнь Ли в пух и прах. Причина сохранить ему жизнь? Син Юню не составило никакого труда ее назвать…

Кулаки уже не сжались обратно, и Шэнь Ли подумала, что этот человек наверняка установил в доме какую-то странную формацию, которая делала ее все менее похожей на прежнюю Лазурную Принцессу из Демонического царства.

Шэнь Ли вернула свое тело, однако внутреннее дыхание в нем не восстановилось, да и от духовной силы осталась лишь десятая часть. Всю вторую половину дня девушка промучилась размышлениями о том, в какой момент лучше покинуть это место. Син Юнь создал у себя хорошую формацию: в ней Шэнь Ли могла восстановиться куда быстрее. Однако если она задержится, то преследователи быстро ее отыщут, и тогда этот смертный…

– Помоги снять мясо. – За ее спиной неожиданно возник Син Юнь. – Мне не достать: оно слишком высоко висит, а я не могу разогнуть спину.

Девушка бросила на него взгляд: если один удар сделал с ним такое, то после встречи с воинами Демонического царства даже его души ждет конец.

Шэнь Ли вздохнула:

– Где?

Она вошла в кухню и подняла глаза на потолок: половинка обещанного мяса висела на балке. Син Юнь протянул ей жердь, но, словно не заметив этого, Шэнь Ли вытащила откуда-то сбоку пустую тарелку и метнула ту вверх. Керамический край, подобно лезвию, рассек привязанную к балке веревку. В следующее мгновение тарелка, не долетев до стены, повернула обратно и, поймав на лету мясо, легла в ладонь девушки.

Невероятно довольная проделанным трюком, Шэнь Ли скосила взгляд в сторону, ожидая прочесть в глазах смертного восхищение, вот только увидела лишь мужской зад: Син Юнь, склонившись, вытащил из-под кухонного очага ужасно грязную тряпку и протянул ей.

– Отлично! Раз уж ты владеешь таким мастерством, заодно смахни-ка мне пыль.

Все еще держа тарелку, Шэнь Ли уставилась на кусок ткани непонятного цвета в его ладони и загадочно спросила:

– Ты хоть знаешь, кому приказы раздаешь?

– Я не расспрашивал тебя о том, кто ты, – улыбнулся молодой мужчина. – Так откуда же мне знать?

Выражение лица Шэнь Ли стало еще более устрашающим. Син Юнь бессильно покачал головой и бросил тряпку.

– Хорошо, хорошо, не хочешь смахивать пыль – не нужно. Принеси мне тогда два ведра воды.

Шэнь Ли поставила тарелку и уставилась на него. Молодой мужчина по-прежнему держался за живот.

– Как же больно… Мясо-то варить я для тебя собираюсь.

Стиснув зубы, Шэнь Ли сердито зашагала на выход. Вот только кухня в доме была узкая, и, когда девушка миновала Син Юня, ее гордо выпяченная грудь невольно коснулась мужской. Прикосновение вышло случайным, и, пройди Шэнь Ли чуть быстрее, возможно, никто из них этого бы и не заметил, однако, как назло, она была одета в слишком свободную одежду, и подол зацепился за стоящие в углу щипцы для очага, продлив неловкую паузу.

Син Юнь опустил взгляд и тут же его отвел, после чего аккуратно отступил в сторону и покашлял.

– Видишь, не очень-то это удобно…

Шэнь Ли дернула зацепившийся подол и с надменным равнодушием произнесла:

– Чего здесь неудобного? Шум на пустом месте, – после чего вышла из кухни, словно ничего и не произошло.

Юноша оперся на кухонный очаг и постоял так немного, пока постепенно поднявшийся жар в его груди не утих, а затем, слегка пригнувшись, выглянул за порог. Там в углу сада одна упрямая девица перевесилась через край глиняного чана, чтобы набрать воды, вот только даже спустя долгое время ни один ковш так и не появился.

Син Юнь отвернулся и невольно потер ладонью грудь, думая, что, пожалуй, воды ждать не стоит и мясо лучше пожарить…

«С этим домом точно что-то не так!»

Уставившись на свое отражение в воде, Шэнь Ли неверяще ткнула в него пальцем. Откуда на этих щеках взялись два пятна цвета? Кто раскрасил ими ее лицо? И почему все это кажется таким неправдоподобным? Смертный заставил Лазурную Принцессу… покраснеть.

– Цып-Цып, пора ужинать.

Неизвестно, сколько времени Шэнь Ли провела, погруженная в собственные мысли, когда внезапный крик вернул ее в реальный мир. Впервые за сотни лет распаливший ее щеки румянец мгновенно исчез.

– Меня зовут Ла… Шэнь Ли! Только посмей еще раз позвать меня, как животное! – закричала она и повернула голову к Син Юню, стоящему перед домом с тарелкой в руках.

В косых лучах закатного солнца его фигура казалась выше, а на лице почему-то читалось легкое удивление. Девушка окинула его настороженным взглядом, и, моргнув, молодой мужчина пришел в себя. Снова растянув губы в улыбке, он произнес:

– Шэнь Ли, пора ужинать.

Услышав эти слова, она застыла. «Ваше высочество, еда подана», «Шэнь Ли, сразись со мной!» – вот что она привыкла слышать в свой адрес, и никто никогда прежде не употреблял ее имя в такой обыденной фразе. Странным образом в ней родилось ощущение… словно она оказалась дома.

Лазурная Принцесса тряхнула головой и зашагала к Син Юню.

– Если мясо испорчено, будешь должен мне еще кусок.

– А если я прекрасно его приготовил, то как быть? Ты станешь моей должницей? – усмехнулся он.

– Нет. Тогда ты просто станешь моим поваром, – подумав немного, ответила Шэнь Ли, на что Син Юнь лишь молча улыбнулся.

Человеку, способному из парового хлеба сделать настоящее лакомство, просто не под силу испортить мясо. Поэтому на следующий день, когда Син Юнь уже готов был отправиться за диким женьшенем в горы неподалеку, Шэнь Ли строго запретила ему идти. Вместо этого она попыталась всунуть ему в одежду два тяжелых куска золота и велела:

– Купи мясо!

Расплатись он подобным на рынке, его наверняка немедленно бы схватили и отдали бы под суд. Поэтому Син Юнь отказался, но, пока он отнекивался, в дверь внезапно постучали. Шэнь Ли нахмурилась и отбросила золото, которое, коснувшись земли, лишилось яркого блеска и вновь стало камнем.

Син Юнь направился к двери, однако девушка преградила ему путь:

– Я сама, – после чего сделала два шага вперед и открыла дверь.

За ней оказались двое стражей в темных одеяниях с мечами и яшмовыми подвесками на поясах. Увидев Шэнь Ли, они сложили руки ладонью к кулаку и поклонились.

– Простите, что потревожили. Этим вечером наш господин собирается посетить вас, поэтому просим оставаться дома, а мы тем временем все подготовим…

– Почему это, раз он решил посетить нас, мы должны его принять? – нахмурилась Шэнь Ли. – Сегодня полно дел. Пусть ждет, а мы сообщим, когда появится время.

Стражи на мгновение застыли: с таким приемом они прежде не сталкивались. Когда девушка начала закрывать дверь, они протянули руки, чтобы ей помешать. На вид в ее движениях было мало силы, но стоило им упереться в дверь, как с той стороны кто-то с силой налег, и мужчин оттеснило назад. Они переглянулись и уже решили отбросить вежливость, как дверь вновь открылась. На этот раз вышел молодой мужчина в светлых одеждах и с ослепительной улыбкой.

Загородив собой негостеприимную девушку, он обратился к стражам:

– Говорите, пожаловали, чтобы все подготовить? Прошу, проходите.

Он отступил, пропуская их внутрь. От подобного содействия мужчины с подозрением нахмурились, но все же приняли приглашение.

Син Юнь отвел их в кухню, где указал на балки.

– Глядите: вон там скопилось немало грязи, нужно бы почистить. Оставляю это на тебя. Тряпка под очагом, – сказал он, похлопав одного из стражей по плечу, а затем повел другого в гостиную. – И здесь тоже давно не прибирались. Вот вы как раз поможете мне все отмыть к приходу вашего господина.

Раздав им обоим задания, он вновь взвалил на спину свою корзину:

– Шэнь Ли за вами присмотрит, а я соберу женьшень и вернусь.

Дверь захлопнулась, скрыв силуэт Син Юня. Уголок рта девушки дрогнул. «Ну что за… до ужаса непонятный человек!»

Вечером Син Юнь, с довольным видом осматривая сияющий чистотой двор, поставил на каменный стол в его центре чайник с заваренным чаем. Из-за ворот доносились тяжелые шаги, которые медленно приближались к дому.

Шэнь Ли, скрестив на груди руки, с недовольным видом стояла у входа. Юноша улыбнулся ей:

– Нам ведь предстоит встреча с наследным принцем, так отчего лицо такое кислое?

– У кого оно кислое? – огрызнулась она. – Все с этим принцем ясно: каковы подчиненные, таков и господин. Оба раза его люди повели себя заносчиво и неуважительно – думаешь, их хозяин окажется лучше?

Син Юнь с прежней улыбкой молча отпил чай.

Перед домом остановился громоздкий паланкин, почти полностью перекрыв маленькую улочку. Из него наружу медленно вышел человек, одетый в красный шелк и желтый атлас. Сощурившись, девушка окинула его взглядом: раскосые глаза, вишнево-красные губы и неожиданно пухлая фигура, словно стремящаяся вот-вот превратиться в шар.

Прежде чем войти во двор, принц тоже смерил ее взглядом. Когда он двинулся вперед, за ним последовали сопровождающие, однако Шэнь Ли выставила руку:

– На столе стоит одна чашка, значит, и приглашен лишь один.

Страж в темной одежде мгновенно положил ладонь на рукоять меча, однако шароподобный принц отмахнулся:

– Ждите снаружи.

Шэнь Ли вскинула бровь: а господин-то оказался весьма благороден.

Дверь закрылась, оставив во дворе на первый взгляд лишь троих: Син Юня, Шэнь Ли и императорского наследника. Однако каждый из них понимал, что во время сегодняшней «подготовки» к встрече на территории дома образовалось слишком много мест, где мог бы спрятаться кто-то еще.

Принц опустился на каменное сиденье и обратился к Син Юню:

– С вами совсем не легко встретиться.

– И все же не так тяжело, как с наследным принцем, – улыбнулся тот.

Шэнь Ли выросла в Демоническом царстве, где превыше всего ценилось военное дело и к каждому обращались откровенно и прямо, неважно, будь то чиновник или представитель простого народа. Она придерживалась тех же идей, и больше всего ее раздражало, когда другие говорили с ней в официальной манере: чужая церемонная вежливость ей была не по вкусу. Поэтому девушка удалилась на кухню и заняла себя поиском чего-нибудь съедобного из кастрюль и плошек.

– Слышал, вы способны общаться с душами покойных и знаете грядущее. Любопытство привело меня сюда в надежде получить предсказание. Согласитесь ли вы или откажете мне?

– Откажу.

Услышав такой категоричный ответ, наследный принц поник, но Син Юнь сделал вид, что не заметил:

– Я не стремлюсь обидеть выше высочество, лишь хочу сказать, что мне не по душе подобные занятия, да и я не тот, кому подвластно общение с душами. Если у наследного принца есть тревоги о будущем, возможно, лучше поискать иной способ их развеять.

Гость усмехнулся.

– Не иначе как вы хотите набить себе цену. Пусть так. Если вы раскроете, что у меня на душе, я пожалую вам богатства и почести, высокий чин и хорошее жалованье, а после вступления на престол назначу и на должность наставника императора.

– Откажусь, – покачал головой Син Юнь.

– Не стоит быть таким неблагодарным. – Принц огляделся. – Мне ничего не стоит сравнять сегодня этот дом с землей.

Син Юнь отпил чай и, словно додумавшись до чего-то, тихо рассмеялся:

– Вы потратили столько усилий на дорогу сюда, только чтобы узнать, когда сможете вступить на престол. Однако век императора связан с судьбой всего государства, и даже при желании я не в силах предсказать подобное. Думается мне, что сравнять сегодня это место с землей вам будет непросто, но, если продолжите здесь сидеть, возможно, немного, да примнете.

Принц изменился в лице и, хлопнув по столу, воскликнул:

– Наглец!

Шэнь Ли бросила из кухни взгляд во двор и увидела, как неизвестно откуда выскочивший страж приставил к шее Син Юня острое лезвие, а наследный принц, вне себя от ярости, вдруг схватил со стола чайник и выплеснул его содержимое на хозяина дома. Син Юнь хотел увернуться, но страж позади помешал ему это сделать, и горячий чай окатил его с головы до ног.

Глухой стон юноши подсказал, что обожгло его неслабо. Зрачки Шэнь Ли сузились, и в груди поднялась волна гнева. Она ринулась во двор, но перед ней возникли еще два стража с мечами наготове. Усмехнувшись, девушка ударом ноги отправила одного из них прямо в того, что стоял за спиной Син Юня, тем самым свалив сразу обоих. Увидев это, оставшийся страж кинулся на нее с мечом, но Шэнь Ли быстро поймала его лезвие, легонько сжала ладонь, и чистая сталь смялась подобно листу бумаги. Мужчина ахнул в ужасе.

Шэнь Ли отбросила клинок и молниеносно бросилась в угол к чану, где зачерпнула воду и плеснула ее перед собой. Холодная вода, точно стрела, попала в наследного принца. Сила атаки оказалась настолько большой, что перекинула того через каменную скамью. Униженный принц перекатился по земле, покрывшись еще и грязью.

– А-а… А-а-а…

Он промок до нитки, а волосы жалко облепили мясистое лицо.

Все это заняло у Шэнь Ли не больше мгновения, и остальные стражи, словно оцепенев от увиденного, даже не выпрыгнули из укрытий, чтобы ее остановить. Широкими шагами девушка пересекла двор, схватила наследного принца за ворот и, подняв его с земли, заглянула в раскосые глаза.

– Уйдешь или умрешь?

Вся ее фигура дышала яростью, а глаза в темноте ночи едва заметно горели пугающим красным светом.

– На… наглая демоница…

От испуга все тело принца трясло. Он попытался с невозмутимым видом выдавить пару слов, но, заметив, что алый блеск стал ярче, произнес:

– Уйду, уйду!

Шэнь Ли доволокла его за воротник до ворот, а затем выкинула на улицу. Драгоценного принца тут же подхватили стражи, а некоторые из них даже обнажили клинки. Но девушка лишь усмехнулась и обратилась к нему:

– Похоже, смерть вам все-таки больше по вкусу.

Мужчина в ужасе влез в паланкин и отдал приказ:

– Во дворец! Чего застыли, жалкое отребье?!

Всеобщая суета продлилась всего несколько мгновений, после чего во дворе дома Син Юня вновь воцарилась тишина. Шэнь Ли раздраженно захлопнула дверь. Однако стоило ей увидеть, что молодой мужчина прикрыл лицо вымокшей тканью, а затем со вздохом взглянул на мокрый двор, как в груди вновь вспыхнула непонятная злость.

– Совсем сдурел? Обычно ты весь таинственный и непостижимый, а другим только и позволяешь себя унижать!

Посмотрев на возмущенную девушку, Син Юнь слегка улыбнулся:

– У меня нет твоего могущества, я даже не так силен, как ты думаешь.

Он был всего лишь обычным смертным, не имеющим возможности скрыться от страданий человеческой жизни и отринуть бренность этого мира.

Глядя на оставленные кипятком красные следы на его лице и чуть бледные губы, Шэнь Ли вдруг почувствовала, как горло что-то сдавило. Она не знала, как ему ответить. Он и правда был простым человеком, который с легкостью мог проиграть в бою обученному стражу и получить ожог от обычной горячей воды. Знание воли Небес, казалось, делало его всемогущим, однако без этой способности он лишь смертный из плоти и крови. Так откуда же… в нем взялась сила духа, позволяющая смотреть на жизнь с таким безразличием?!

Шэнь Ли со вздохом опустилась на каменную скамью. Помолчав какое-то время, она отвернулась и неразборчиво спросила:

– Мой поступок сегодня все испортил… Я добавила тебе проблем?

Пусть она и отделала императорского наследника с удовольствием… однако уже после поняла, что доставила тем самым хлопот. Вот жители Демонического царства удивились бы, узнай они о подобных муках совести Лазурной Принцессы…

– И да, и нет. Я сам навлек на себя эту беду, ты просто сделала ее чуть больше.

– Что же ты ему сказал? – удивилась Шэнь Ли.

Син Юнь улыбнулся:

– Если в общих словах, то он хотел, чтобы я служил ему, но я отказался. Тогда он пригрозил, что сравняет это место с землей, а я посмеялся, ответив, что у него это получится, только если он продолжит сидеть. Принц разозлился из-за шутки над его весом и облил меня, а потом получил от тебя в ответ. – Юноша расстроенно покачал головой. – Похоже, над чужой фигурой лучше не шутить.

«Ну и поделом тебе! – подумала Шэнь Ли. – Дурной же у тебя язык…»

Вдруг улыбка на губах Син Юня слегка поблекла.

– Этот человек упрям и заносчив, постоянно надеется, что смерть отца и братьев наступит чуть раньше. Если страна перейдет в такие руки, покоя под небесами не будет. – Он поднял голову к звездам и, посмотрев на них некоторое время, добавил: – Боюсь, страна скоро сменит правителя.

Шэнь Ли удивилась:

– Тебе же не нравится гадать и предсказывать грядущее.

– Это не гадание. Судьбу государства предсказать я не в силах.

Он поднялся и направился в дом. Его голос донесся как будто издалека:

– Зато в силах увидеть, какой он человек, увидеть будущее… Его можно постепенно подвести именно к такому исходу.

Вновь он заговорил таинственными фразами. Девушка поджала губы, уже не в состоянии определить, силен на самом деле Син Юнь или слаб.

– Принеси мне воды, Шэнь Ли, я приготовлю целебную мазь. Если не залечить сейчас, то на лице останутся шрамы.

Она стиснула зубы.

– Приказы раздавать ты мастер. – Шэнь Ли замолчала на миг, а потом, словно опомнившись, повысила голос: – Почему это я должна тебе помогать?

С принцем разберись, воды принеси – все это его заботы, так почему теперь в них оказалась вовлечена и она? Сейчас ей полагалось думать только о том, как покинуть этот дом!

Из кухни неожиданно донесся кашель, и гнев девушки слегка смягчился. Она в который раз тяжело вздохнула и, послушно набрав из глиняного чана ведро воды, понесла в дом.

– Я сама все сделаю. – Шэнь Ли отпихнула Син Юня от кухонного очага. – А ты иди приляг.

Удивленно замерев, он какое-то время просто смотрел, как девушка возится с горшком для приготовления мази, пока она не повернулась к нему с вопросом:

– А как… это лекарство готовить?

Молодой мужчина тихо усмехнулся:

– Все же лучше я сам им займусь.

Шэнь Ли ничем тут помочь не могла, поэтому просто осталась стоять рядом, беззвучно наблюдая, как Син Юнь растирает ингредиенты в ступке. В их совместной жизни такие спокойные моменты были редки.

Когда прошло уже немало времени и юноша почти приготовил мазь, Шэнь Ли вдруг задала вопрос:

– Если бы меня сегодня не было, что бы ты делал? Очевидно, драться ты не умеешь, а вел себя так, словно все тебе по плечу.

– Если бы тебя не было, само собой, я бы не поступил так безрассудно, – ответил Син Юнь, помешивая содержимое горшочка, и как ни в чем не бывало добавил: – Но ты же здесь.

Девушка впала в ступор, а он, даже не взглянув на нее, с улыбкой продолжил:

– Ты намного безумнее, и в сравнении с тобой я само добродушие. Один твой дерзкий дух вызывает восхищение. Ты великолепна.

«Вели… великолепна».

Никогда прежде мужчина так прямо не делал ей комплиментов. От нее обычно исходила такая свирепая аура, что, бывало, даже Владыку демонов охватывало бессилие. Разве стал бы кто-то хвалить вот такую ее?

Шэнь Ли оцепенело уставилась на профиль улыбающегося Син Юня. Пусть на лице юноши по-прежнему краснели следы от ожогов, они вовсе не портили его внешность, как и не помешали этим словам тронуть сердце девушки.

– …Передай мне ту тряпку. Горшок слишком горячий, чтобы взять руками.

Син Юнь что-то сказал ей, но, отвлекшись, она услышала только несколько последних слов. Шэнь Ли все еще была слегка рассеянна от волнения, но увидев, что Син Юнь вот-вот повернется к ней, отвела взгляд и схватила горшок с лекарством.

Юноша не успел ее остановить: Шэнь Ли уже перелила обжигающий отвар в чашку. Лишь когда она поставила горшок обратно, то ощутила, что ладонь слегка обожгло. Похлопав глазами, девушка просто потерла ее об одежду.

– Держи.

Син Юнь ошеломленно уставился на нее. Заметив, как Шэнь Ли, точно ребенок, спрятала руку за спиной, он тяжело вздохнул.

– Ты, в конце концов, девушка, а обращаешься с собой так грубо, словно мужчина…

Он аккуратно притянул обожженную руку к себе и внимательно осмотрел под светом лампы. Середина ладони и подушечки пальцев Шэнь Ли лишь слегка покраснели, тогда как у обычного человека кожа уже покрылась бы волдырями.

– Даже мужчины берегут себя больше… Подожди немного. Как закончу с мазью, нанесем ее вместе.

Было странно чувствовать прикосновение пальцев Син Юня на собственном запястье, поэтому Лазурная Принцесса невольно отдернула его. Спустя мгновение легкого смятения она попыталась сменить тему, выбрав наугад:

– Вчера я назвала тебя учеником плешивого осла, и ты в отместку съел мясо, зато из-за этого принца ты пострадал дважды, но почему-то совсем не злишься. Думаешь, мне мстить можно, а ему нет?

– Кто сказал, что я не злюсь? – Отделив вываренные остатки, Син Юнь принялся толочь их. – Просто в таких делах не следует спешить.

Шэнь Ли посмотрела на него с удивлением:

– Собрался мстить наследному принцу? Ты?

– Может, своими руками мне это и не под силу, – усмехнулся Син Юнь, – но ничто не мешает попробовать воспользоваться чужими. Шэнь Ли, прогуляешься завтра со мной в город?

– А-а… А? С чего это мне с тобой идти?!

Причина была проста: после устроенного ими шума вполне стоило ожидать, что за ними начнут охоту убийцы, скрывающиеся в темных углах. Шэнь Ли и Син Юнь разгневали наследного принца, однако и людей он к ним больше не послал. Это значило, что тот решил избавиться от них тайно, ведь он не мог позволить императору узнать, что искал предсказателя.

Вчерашним вечером для всех стало очевидно, что боевыми искусствами Син Юнь совсем не владел и единственную угрозу представляла Шэнь Ли. Убийцы, которых послал принц, наверняка не были глупцами, поэтому намеревались застать юношу одного. А что же до девчонки… для начала следовало отчитаться хотя бы за одно убийство.

Син Юнь прекрасно понимал, что к чему, вот и тянул Шэнь Ли постоянно за собой, чтобы не отставала. Когда они наконец-то дошли, девушка нахмурилась, увидев надпись над воротами.

– Дом принца Жуя?

Син Юнь кивнул:

– У императора семь сыновей. Наследный принц – старший сын императрицы, а принц Жуй – старший сын, рожденный наложницей. Однако его мать ныне пользуется благосклонностью, и за ней стоит сложная сеть родственных связей, глубоко пустившая корни при дворе. Поэтому он единственный, кто может противостоять наследному принцу.

Услышанное удивило Шэнь Ли.

– Откуда ты все это знаешь? Обычно тебя как будто ничто не интересует.

– Меня и правда это не интересовало до вчерашнего вечера, – улыбнулся Син Юнь. – Однако в таких делах без подготовки никуда.

Стоило ему договорить, как вдруг из-за угла улицы раздался удар хлыста: кто-то призывал освободить дорогу. Юноша остановился на повороте у ворот в поместье, и почти сразу медленно выехала конная повозка в сопровождении стражи.

Син Юнь спокойно подошел к ней и громко объявил:

– Мастер оккультных дел Син Юнь просит аудиенции у принца!

После недолгого молчания из повозки донеслось:

– Мастер оккультных дел?

Хриплый голос слегка резал слух. Его владелец, казалось, усмехнулся, а потом произнес:

– Какая наглость. Тебе, верно, известно, что правящий император презирает подобных тебе – шарлатанов, которые обманывают людей и сеют смуту? Я придерживаюсь того же мнения.

Син Юнь улыбнулся:

– В таком случае считайте меня простым советчиком, ваше высочество. Я хотел бы поделиться одним планом, что способен помочь вашему высочеству достичь задуманного. Каково будет ваше решение?

– Почему я должен тебе верить?

– Минувшей ночью наследный принц пожелал узнать этот план, но у него не вышло… – Тут он вновь улыбнулся и продолжил: – Если вам интересно, то не лучше ли продолжить разговор внутри?

Шторку повозки отдернули, и оттуда вышел мужчина в богатом багрово-фиолетовом одеянии. Принц оказался высок и статен, вот только на левой стороне его лица ото лба к уголку рта тянулся жуткого вида шрам. Шэнь Ли подумала, что наверняка правящий император чем-то разгневал Небеса, раз в наказание те обезобразили сразу двух его сыновей…

Принц Жуй осмотрел Син Юня сверху вниз, затем бросил взгляд на Шэнь Ли рядом и хриплым голосом распорядился:

– Проведите их в дом.

Поместье принца оказалось огромным, на его территории было воздвигнуто множество террас и павильонов. Демоническое царство, в котором выросла Шэнь Ли, представляло собой бесплодные земли, что заканчивались Бездной Разрушенных Небес. Согласно легендам, в Бездне когда-то запечатали демонических зверей и духов-оборотней, чьим злодеяниям не было счета. Круглый год из нее расходилась вредоносная ци, укрывая все царство ядовитым туманом, заслоняющим солнечный свет. Во дворце Владыки демонов не росло ни единой травинки, тем более там не было подобного сада со множеством цветов и сверкающей озерной водой. Дом принца был поистине огромным – в нем только одно крыло павильонов превышало в размере весь сад Син Юня – и поистине прекрасным: от резьбы и росписи на постройках разбегались глаза. Вот только, несмотря на это все, Шэнь Ли там не нравилось: повсюду чувствовался дух смерти и гнетущая ци, словно нарочитой красотой пытались скрыть истинные стремления обитателей этого дома. Поместье принца было очень далеко от естественной умиротворенности дома Син Юня, и даже бесплодные земли Демонического царства дарили большее чувство свободы.

Следуя за слугами, они пришли в сад, где их уже ждал сменивший одеяние принц Жуй. Сидя в открытом павильоне, он любовался видом. Син Юнь обменялся с хозяином дома положенными приветствиями, и после пары учтивых фраз разговор перетек к делам императорского двора. Их беседа вгоняла Шэнь Ли в сон, поэтому, сославшись на нужду, она тихонько сбежала. К этому моменту принц уже настолько увлекся разговором, что даже не обратил на это внимания.

Покинув сад, девушка в два счета избавилась от компании слуг-провожатых и отправилась самовольно исследовать владения принца. Над поверхностью озера она заметила только набухшие бутоны лотоса и, тронутая этим видом, перевесилась за белое каменное ограждение, чтобы сорвать один, как вдруг позади раздался женский крик:

– Что это ты делаешь? Руки прочь от моего лотоса!

Шэнь Ли остановилась и отклонилась слегка вбок, чтобы посмотреть на кричащую, однако в этот самый момент как раз туда, где мгновение назад стояла Шэнь Ли, вдруг выбежала изящная фигурка. Ограждение на крытом мосту было низким, и незнакомка почти полностью перевалилась за него, однако Лазурная Принцесса ловко ухватила ее за пояс и потянула обратно. Вот только силу она не рассчитала… Со звонким треском ткань порвалась.

Пышные многослойные одежды девушки распахнулись, и даже исподние штаны едва не спали с нее. Она вскрикнула, в ужасе хватаясь за ткань, вот только стоило ей прикрыться сверху, как снизу все ускользало. В конце концов не выдержав, она просто опустилась на корточки и обхватила голову руками.

«Какая смышленая! Если она чего и лишится, то точно не достоинства!»

Шэнь Ли тяжело вздохнула, чувствуя небольшую неловкость из-за куска порванной ткани в руке.

– Прости… Я не ожидала, что твоя одежда окажется такой… легко рвущейся.

Услышав это, незнакомка тихонько приподняла голову и неподвижно уставилась на нее.

– Ты девушка?

Шэнь Ли перевела взгляд на собственную грудь.

– А по мне сложно сказать?

Она успела восстановить немного духовной силы, однако почти все время проводила в доме Син Юня, поэтому, не придавая тому особого значения, просто носила одолженный у юноши грязноватый наряд и даже его не меняла: как-никак ее привычное боевое одеяние было раз в десять хуже. Лишь сегодня перед выходом Син Юнь специально постарался подобрать для нее что-то получше, но, сколько ни искал, ничего подходящего так и не нашел. Тогда Шэнь Ли, обратившись к той самой капле духовной силы, просто хлопнула в ладоши. Волосы вмиг собрались сами собой, а платье сменилось широким парадным одеянием – получилось величественно, вот только не совсем по-женски. Поэтому со спины она и правда больше походила на мужчину.

Незнакомка в розовом покраснела и, покачав головой, мягко ответила:

– Легко, просто сзади этого не видно.

«Было бы странно, если б было видно…»

Теперь они просто молча смотрели друг на друга, и Шэнь Ли заметила, что кожа у девушки светлая и гладкая, брови словно мягкие линии далеких гор, а ясные глаза цепляют своей искрящейся красотой. Внезапно ей захотелось немного подразнить незнакомку, и, протянув руку, Лазурная Принцесса вдруг дернула за край розового платья. Румянец на лице девушки стал ярче, и, все так же на корточках, она тихонько переместилась в сторону. Это только больше раззадорило Шэнь Ли. Она дернула еще пару раз, и тогда незнакомка наконец-то не выдержала и попросила:

– Не… не нужно, пожалуйста… Если вам не все равно, то помогите мне найти пояс. В таком виде сама я… даже встать не могу.

– Вот, держи мой.

С этими словами Шэнь Ли поднялась на ноги и развязала пояс. В ее нынешнем наряде повязанная сверху фиолетовая ткань играла скорее роль украшения, а не использовалась практически. К тому же под верхним платьем имелся еще один тонкий пояс, который держал штаны.

Она хотела выручить незнакомку, однако та торопливо прикрыла ладонью глаза:

– Нет-нет-нет, оставьте!

– Все в порядке, у меня есть…

Не успела Шэнь Ли договорить, как вдруг услышала крик:

– Какой наглец! Посмел распутничать в доме принца?!

Она стояла с развязанным поясом, а прямо перед ней на корточках сидела юная девушка и прикрывала глаза. Со спины и правда выглядело так, словно Шэнь Ли пыталась ее к чему-то принудить. Откуда же ей было знать, на что все это похоже? Лазурная Принцесса бросила взгляд назад и увидела двух бегущих к ним слуг. Незнакомка в розовом, все так же держась поближе к земле, торопливо замахала в попытке их остановить:

– Не подходите!

Слуги замерли на месте.

– Негодяй! Да как ты посмел напасть на госпожу Сяо Хэ?!

Уголок рта Шэнь Ли дернулся.

– Да не…

Не дожидаясь ее ответа, один из слуг побежал прочь, наверняка собираясь позвать еще людей. Дело было плохо: девчонка сидела с упавшим исподним, а если он приведет с собой кучку стражей, то ее окружат одни мужчины в расцвете сил со своими взглядами… Для девушек в мире людей чистая репутация очень важна. Они же ее так до смерти заглядят!

Шэнь Ли потерла лоб, а затем повернулась к Сяо Хэ:

– Лучше мне тебя унести.

От тревоги та уже вся покрылась холодным потом.

– Ку… куда?

Пока Шэнь Ли думала, сбежавший слуга появился вновь, но уже с группой стражей. Девушка тяжело вздохнула, а Сяо Хэ вцепилась в ее подол и взволнованно спросила:

– Как же теперь быть?

– В такой момент можно только сквозь землю провалиться.

– Это как?

Неожиданно их прервал мрачный хриплый голос:

– Что за переполох вы устроили?!

На лице Сяо Хэ отразилась радость, но, вспомнив о своем положении, она закусила губу и молча, цепляясь за одежду Шэнь Ли, переместилась ей за спину. Лазурная Принцесса устремила взгляд вперед и увидела, что к ним идет принц, а за ним и Син Юнь.

Молодой мужчина посмотрел на нее и, тяжело вздохнув, покачал головой, словно говоря: «Меня не было всего ничего, а ты опять что-то натворила».

Приблизившись к ним, принц окинул взглядом Шэнь Ли, а затем опустил глаза на сидящую на корточках Сяо Хэ. Его брови нахмурились, но голос неожиданно стал ласковее.

– В чем дело?

Девушка продолжала молчать, вцепившись в подол Шэнь Ли, и тогда Лазурная Принцесса вздохнула:

– Сначала вели своим стражам уйти.

Сяо Хэ кивнула.

Принц взмахнул рукой, и мужчины разошлись. Почувствовав, что хватка девушки ослабла, Шэнь Ли отступила в сторону и слегка кашлянула, приготовившись говорить. Однако тут принц нагнулся и подставил ухо к губам Сяо Хэ. Та что-то ему прошептала, и мужчина замер. Уголки его рта приподнялись в улыбке, смягчившей обезображенное шрамом лицо. Он скинул с себя верхние одежды, укрыл девушку и, подняв ту на руки, собрался уходить.

Неожиданно он повернулся к Син Юню и произнес:

– Думаю, вам стоит у меня задержаться.

После их короткой беседы тон принца стал намного мягче, в его словах отчетливо прозвучало предложение покровительства. Подумав, Шэнь Ли решила, что это неплохая идея. Если Син Юнь останется жить здесь, она сможет уйти со спокойной душой. Вот только тот неожиданно помотал головой:

– Благодарю за доброту, ваше высочество, однако я пришел к вам сегодня, чтобы иметь возможность спокойно жить в собственном доме. К тому же, боюсь, мой переезд принесет вам немало неудобств. На этом позвольте на сегодня откланяться.

Принц Жуй не стал настаивать и кивнул, отпуская Син Юня.

– С тобой ни мгновения покоя.

Дождавшись, когда все уйдут, юноша с укором посмотрел на Шэнь Ли и шагнул к ней, однако та, к его удивлению, не стала препираться, а лишь нахмурилась и задумчиво уставилась принцу вслед. Так и не дождавшись ответа, Син Юнь спросил:

– Неужели тебе приглянулась та девушка?

Шэнь Ли вскинула брови:

– Нет, просто думаю, зачем сыну императора понадобилось растить в своем доме нечисть.

Син Юнь застыл в удивлении, но Лазурная Принцесса лишь отмахнулась:

– Неважно, меня это не касается. – Она перевела взгляд на него. – Ну а ты почему не воспользовался шансом остаться в доме принца? Как ты тогда…

«…дашь мне уйти», – не договорила она.

Юноша похлопал ее по голове:

– Хватит ругаться. Принц был щедр и дал мне серебряных монет – купим сегодня мяса на ужин.

Уголок ее рта дернулся, но Шэнь Ли промолчала. Так уж и быть. Учитывая, сколько дней они уже прожили вместе, она могла посторожить его еще парочку.

В комнате с плотно закрытыми окнами поднимался белый дым благовоний, все четыре стены украшали бумажные талисманы от злых духов. Наследный принц с мрачным видом сидел за столом из сандалового дерева.

– Дом принца Жуя… Хорошее же место они выбрали.

Нефритовые четки громко ударились о стол, фарфоровая чашка дрогнула, послав по воде рябь. Преклонивший колени перед столом убийца в черном молчал.

– Теперь их точно нельзя оставить в живых. Фу Шэн! Где монах с даосами?

– Ожидают за дверью, ваше высочество.

– Отлично, – довольно кивнул принц. – Посмотрим, на что еще способна эта демоница.

Листья винограда в саду тихонько колыхал ветер. Шэнь Ли смотрела на их танец, думая о том, что, наверное, ягод отведать ей не удастся. Готовка Син Юня хороша – наверняка и выращенные им плоды сладки. Однако девушка приняла твердое решение уйти в течение трех дней. Что бы ни случилось, больше она не могла оставаться, иначе станет только хуже. От угрозы в виде наследного принца получится скрыться в доме принца Жуя, однако от мира демонов… Ни одному смертному было не справиться с подобной угрозой.

До Шэнь Ли донесся звук глухого удара, и девушка посмотрела в сторону двора. Там Син Юнь, не щадя сил, передвигал разложенные камни. Губы на истекающем потом лице едва заметно двигались: он бормотал себе под нос, словно делая в уме какие-то расчеты. Шэнь Ли редко видела его таким серьезным и невольно даже засмотрелась, внезапно подумав: «Ах, если бы не эта свадьба…»

Если бы ее не было, то Лазурная Принцесса не сбежала бы из Демонического царства и сейчас бы не уходила в спешке. Она бы… Она бы… что?

Девушка резко опомнилась. От столь неожиданного осознания она даже забыла, как моргать. Чего же на самом деле желало ее сердце?..

– Шэнь Ли!

Оклик со двора прервал ход ее мыслей. Она отбросила странные идеи прочь и зашагала во двор.

Беспорядочно разбросанные камни теперь лежали иначе. Син Юнь, стоя перед большим глиняным чаном для воды, поманил девушку рукой:

– Помоги поднять.

Шэнь Ли лишь скривила рот и одной рукой подняла с земли чан высотой в половину человеческого роста.

– Куда его?

– Вон в тот угол, – указал пальцем Син Юнь. Наблюдая, как девушка с абсолютной легкостью несет чан, он продолжил: – Я изменил формацию у дома: теперь она приносит невероятные муки. Особенно мощной она становится в ночное время, так что лучше не заходи во двор. А если захочешь выйти на улицу, то только со мной.

Даже зная, что Син Юнь обладает подобным талантом, Шэнь Ли продолжала думать о нем как об обычном смертном. То, что ему удалось создать хорошую формацию для сбора энергии солнца и луны, вовсе не значило, будто ему было под силу сложить убийственную формацию. Какой бы смертоносной она ни была, разве могла одолеть генерала Демонического царства вроде нее? Поэтому предостережение Шэнь Ли успешно пропустила мимо ушей и сменила тему:

– Почему ты вдруг решил ее переделать?

– Все ради того, чтобы мы с тобой могли спать спокойно, – улыбнулся он.

Вот только случилось наоборот. Когда наступила ночь и во всех домах погасли огни, с улицы неожиданно послышались ритуальные песнопения. Син Юнь зажал уши одеялом и тяжело вздохнул.

– Похоже, я слишком высоко оценил наследного принца. Что за неумелый подход… – проворчал он, и тут заглушенное одеялом песнопение вдруг прервал звон.

Син Юнь перевернулся и вскочил на ноги, затем схватил с изголовья свои вещи и, одеваясь на ходу, вышел в гостиную.

После возвращения себе человеческого облика Шэнь Ли продолжила ночевать в гостиной на временной постели, разложенной на скамье. Каждый раз, вставая ночью попить воды, Син Юнь бросал взгляд на девушку, неизменно лежащую на узкой полоске дерева, а затем возвращался ко сну. Ритуал этот можно было назвать естественной бдительностью, но на самом деле так ему просто становилось спокойнее.

Однако этой ночью Шэнь Ли на скамье не оказалось. Юноше стало не по себе, и, поспешив к выходу из гостиной, он выглянул во двор: установленная им формация успела свалить с ног пятерых. Помимо трех людей в черном, к его удивлению, среди них оказалось еще и двое даосов. Все они с побледневшими лицами лежали на земле и пытались перевести дыхание. В середине двора с вытянутой, точно стрела, спиной, подобно горному пику возвышалась одна-единственная фигура – Шэнь Ли. Казалось, никогда в жизни она не сгибала ни перед кем колен и не кланялась, упрямая настолько, что доводила других до бессилия.

Син Юнь тяжело вздохнул, и в то же мгновение из-под плотно закрытых век Лазурной Принцессы внезапно побежала кровь. Это выглядело ужасающе, но девушка продолжала крепко сжимать кулаки, и даже уголки ее рта не дрогнули. Юноша знал, что формация не сможет навредить ее жизни: она была направлена на то, чтобы вызвать в сердце глубинное чувство страха, разрушить способность мыслить рационально и сбить с ног. Однако, продолжи Шэнь Ли упрямо стоять, мощь формации могла возрасти. Прежде Син Юнь не думал, что найдется человек, способный продержаться внутри так долго, и теперь было неизвестно, во что все это выльется…

Больше не в силах смотреть на происходящее, юноша шагнул во двор, ступив в формацию, сложенную его же руками. Он увидел, как из носа, рта, ушей и глаз Шэнь Ли хлынула кровь, крепко сжатые кулаки раскрылись и ее тело медленно опустилось на землю. Син Юнь закрыл глаза, слегка перевел дух и продолжил шагать вперед. Когда его глаза открылись вновь, видение исчезло подобно сну: Шэнь Ли стояла на прежнем месте, все так же сжимая кулаки, а на ее лице краснели всего лишь две полоски крови.

Шэнь Ли было сложнее справиться со страхом, навязанным формацией, нежели Син Юню. На ее глазах рушился мир: народ Демонического царства исчезал в алой лаве, отважные воины тянули к ней свои руки, моля о спасении, но она была скована и не способна двинуться с места. Их величественный дворец обратился в пыль, и Шэнь Ли вдруг одолел страх за жизнь Владыки демонов. Она повернула голову, но внезапно увидела, что именно руки облаченного в черное Владыки и держали ее все это время.

– Этого места не должно было существовать, – раздался холодный как лед голос. – И вас…

Лазурная Принцесса ощутила пустоту в сердце, но, прежде чем она успела хоть что-то ответить, зубы Владыки демонов вдруг вцепились в ее шею, разрывая кожу и плоть. Казалось, ее вот-вот поглотят живьем…

«Нет…»

– Шэнь Ли… – Словно издалека до нее долетел тихий зов, и все вокруг застыло. – Очнись.

Кто звал ее? Глаза пронзила боль. Перед ними возникло знакомое лицо.

– Все хорошо, это все не по-настоящему.

Хаос багровых сцен постепенно стал тускнеть, ее больше не сдерживали чужие руки, мир вокруг человека перед ней медленно становился реальным. Шэнь Ли была в знакомом дворе, с улицы доносилось ритуальное песнопение, а Син Юнь пальцами держал ее веки открытыми. Он подул ей в глаза и повторил:

– Очнись.

Из-за ужасной сухости в глазах Шэнь Ли попыталась сомкнуть веки. Однако Син Юнь сказал, что она пока не очнулась, и насильно открыл их. Он сделал глубокий вдох, снова собираясь подуть, но девушка отстранилась, пытаясь увернуться.

– Хватит. – Она потерла глаза рукой. – Я так ослепну.

Син Юнь улыбнулся:

– Я просто сдул прочь твой кошмар. – Он потянул Шэнь Ли за другую руку. – Пора выбираться из этой формации.

Шагая за юношей, девушка взглянула на ту руку, которой терла глаза, и увидела на ней кровавый след. Она рассеянно уставилась на него. Неужели его формация в самом деле оказалась настолько мощной?.. Шэнь Ли подняла голову и взглянула на спину Син Юня.

– Формация не вредит тебе, потому что ты ее создатель?

– Это всего лишь формация, разве она может узнать своего создателя? – безразлично отозвался молодой мужчина. – Просто в моем сердце нет страхов, поэтому против меня она бесполезна.

«Нет страхов…»

Шэнь Ли не ответила. Разве их отсутствие в сердце не означало, что оно лишено и привязанностей? Какой же отрешенный человек этот Син Юнь… Вот только… Девушка опустила взгляд на свою ладонь в его руке. Странно, но… с ним она чувствовала себя спокойно.

Син Юнь молча привел ее в гостиную. Он ни словом не обмолвился о той сцене, что увидел в момент, когда только ступил в формацию.

– Что делать с ними? – Шэнь Ли указала пальцем на лежащих «гостей».

– Вытащим за ворота после рассвета.

– А с монахом, читающим сутры на улице?

Син Юнь задумался, но тут песнопение внезапно прекратилось.

– Бесполезное отребье! – раздался громкий молодой голос за оградой, а затем приказ: – Сожгите их.

Вслед за этим со стороны улицы прилетела горящая стрела и вонзилась в деревянную крышу дома. Ту быстро охватил огонь, и с неба, словно по сигналу, посыпались еще стрелы.

Шэнь Ли нахмурилась:

– Их люди все еще во дворе, а они решили дом поджечь?

Син Юнь не ответил и повернул голову к саду: там тоже полыхал огонь, охваченный пламенем виноградный навес слегка накренился. Действие формации постепенно слабело: все здесь было ее частью, и повреждение одного неминуемо влияло на всю формацию. Тем не менее при виде происходящего на лице Син Юня вовсе не отразилась печаль – наоборот, он улыбнулся:

– Пожалуй, все эти годы я слишком высоко ценил человеческие сердца.

С обеих сторон его дом окружали соседские, а значит, огонь перекинется и на них. Син Юнь полагал, что он единственный станет целью нападок наследного принца, однако оказалось, что жизни простого народа для знати имели очень малую ценность.

– Я не продумал всего, и теперь пострадают другие.

Шэнь Ли посмотрела на него:

– Неужели и тебе знакомо чувство вины?

Молодой мужчина промолчал, однако улыбка в уголках его рта выглядела неубедительно. Тогда девушка отвела взгляд и сделала пару шагов вперед, стирая на ходу следы крови с лица.

– Выручу тебя напоследок. – Голос ее слегка посуровел. – Твой дом сгорел, так что отправляйся завтра в дом принца Жуя, да и я пойду своей дорогой.

Она впервые заговорила с ним об уходе, и Син Юня это застало врасплох. Шэнь Ли тем временем взмахнула рукой, и в ее ладони собралось серебристое свечение, уже в следующий миг ставшее копьем. Овитое густым ледяным холодом оружие засверкало в отблесках пожара. Девушка повернула древко в руке, и наружу резко заструилась яростная ци.

С силой оттолкнувшись, Шэнь Ли взлетела и пробила крышу. Ее серебряное копье начертило в воздухе четыре полоски. Девушка крикнула, и серебристые лучи упали вниз – ограда со всех сторон дома с грохотом обрушилась, отделив его от соседних участков промежутком примерно в два чи. Ночь стояла безветренная, и теперь огонь не должен был распространиться.

Фигура Шэнь Ли исчезла над домом и тут же приземлилась во дворе. Ограда исчезла, и теперь девушка смогла отчетливо разглядеть тех, кто находился снаружи: десятки стражей с луками в руках, дрожа, пятились. Лишь один молодой мужчина, стоявший отдельно ото всех, не сводил с нее невозмутимого взгляда.

Не церемонясь, Шэнь Ли швырнула всю пятерку, лежавшую без сознания, в руки стражей.

– Хватит крови на сегодня. Лазурная Принцесса велит вам убираться отсюда.

Глаза молодого человека сощурились, он открыл рот, чтобы ответить, но тут один из стражей его остановил:

– Господин Фу Шэн, будьте осторожны, эта демоница могущественна…

Наследный принц был настолько встревожен, что даже послал за ней свое доверенное лицо.

Фу Шэн холодно усмехнулся:

– У правящего императора семь сыновей, и только они именуются принцами. Да какая ты принцесса, демоница?

Улыбка Шэнь Ли стала куда холоднее.

– Демоническая принцесса хаоса!

Едва прозвучали ее слова, серебристый свет копья рассек воздух. Стражи вдруг ощутили внезапную легкость: их клинки с лязгом попадали на землю, а вместе с ними пояса и штаны. Толпа немедленно оживилась, суетливо пытаясь прикрыться.

Уголки губ Шэнь Ли приподнялись в улыбке, но не успела она расцвести, как чьи-то руки накрыли глаза девушки со спины.

– Не смотри на этот срам, – тяжело вздохнул Син Юнь.

Шэнь Ли застыла, позволив теплым ладоням укрыть ее лицо. Она даже забыла прикрикнуть, чтобы он отстранился. Неважно, насколько дерзко и отважно она вела себя перед ним, Син Юнь продолжал обращаться с ней как с обычной девушкой…

Толпа стражей, увидев, что демоница отвлеклась, поспешно подобрала свое оружие и, удерживая руками штаны, бросилась прочь. Пояс Фу Шэна оказался прочнее других, а потому в выражении его лица не появилось ни капли смущения – наоборот, оно стало вдумчивее. На мгновение его взгляд задержался на фигуре Шэнь Ли, однако, не сказав ни слова, мужчина развернулся и пошел прочь, оставив позади полыхающий дом и слишком уж спокойную пару перед ним.

Шэнь Ли убрала копье, но не отстранилась. Ее ресницы коснулись ладоней Син Юня.

– Нам тоже пора. Я провожу тебя в дом принца.

«А потом уйду сама».

– Хм, – согласился Син Юнь и опустил руки, а затем, посмотрев на огонь, произнес: – Постоим еще немного.

Шэнь Ли повернула к нему голову. В глазах юноши отражалось яркое пламя, а на губах не было привычной улыбки. Неожиданно она вспомнила сказанное им накануне: он хотел защитить свой сад, потому что это был его дом, и теперь этот дом предали огню. Наверняка Син Юню сейчас нелегко.

Кулаки девушки сжались. Будь у Шэнь Ли такая возможность, она хотела бы расквитаться за все с наследным принцем, вот только сегодня она использовала духовную силу, а значит, скоро должны подоспеть и преследователи из Демонического царства. Лазурная Принцесса не могла здесь оставаться. Она вновь взглянула на сад, постепенно превращающийся в угольки. Дням, проведенным в этом месте, давно пора было подойти к концу. Но откуда тогда в груди чувство тяжести, которое она никогда не испытывала прежде?

– Интересно, сколько еще будет гореть огонь? – вдруг пробормотал Син Юнь, стоя рядом с Шэнь Ли, опустившей глаза в молчаливых раздумьях. – Возможно, когда потухнет, получится выловить из садового пруда рыбу. Я столько ее растил – жалко, если еда пропадет.

– Так вот… что у тебя сейчас на уме?

– Чему же еще… там быть?

Шэнь Ли сделала глубокий вдох и, схватив его за ворот, быстро потащила прочь.