В Царстве людей стоял солнечный день с синим небом над головой и спокойно гуляющим ветерком. Шэнь Ли опустилась на белом облаке в маленький столичный закоулок. Она вдохнула знакомый чистый воздух и, невольно потянувшись, зажмурила глаза. Ей вдруг очень захотелось прилечь в тени виноградного навеса и отправиться в мир сновидений под убаюкивающий скрип кресла-качалки. Шэнь Ли выдохнула и, открыв глаза, оглядела незнакомый переулок.

«К чему эти мысли? – улыбнулась она себе. – Все в прошлом».

Перед отбытием из Демонического царства солдаты сообщили ей, что Фу Жун направился в сторону города Янчжоу. Однако Шэнь Ли все равно сначала устремила свое облако в столицу: перед тем как браться за поиски, можно было и самой поразвлечься. Она собиралась беззаботно провести время без погони на хвосте, поэтому первым делом отправилась на рынок. Горделивая прогулка в шелках перед лавками торговцев словно очистила девушку от прошлого позора. Нагулявшись, она по памяти отыскала место, где когда-то стоял дом Син Юня.

В Царстве людей с ее прошлого визита прошли десятки лет. Некоторые улочки изменились, сгоревший дом тоже уже отстроили заново. Его новый вид сильно отличался от прежнего. Некоторое время Шэнь Ли просто стояла перед дверью. В какой-то момент мимо пронеслась орава детей, огласив смехом улицу и потревожив безмятежность этого места. При жизни Син Юня такой картины здесь было не увидеть, уж очень он любил тишину и спокойствие. А теперь… все выглядело совсем иначе.

Шэнь Ли развернулась и направилась туда, где раньше находилось поместье принца Жуя. Дом императорского сына почти не изменился: стоял на прежнем месте и был застроен еще более роскошно украшенными беседками и павильонами. Только хозяин в нем жил новый. Девушке вдруг захотелось взглянуть на лотос Сяо Хэ: возможно, цветок все еще вял в том же пруду? А еще ей стало любопытно, чем же закончилась история принца Жуя и крепко любимой им жены.

Лазурная Принцесса легко тайком пробралась за ворота, вот только, пройдясь по поместью, обнаружила, что пруд Сяо Хэ уже засыпали землей и возвели на том месте новые покои. Здесь не осталось следов старого хозяина: новый изменил его дом на свой вкус. Не осталось ни прежних вещей, ни людей.

Неожиданно Шэнь Ли ощутила горечь и бессилие. Для нее все случилось совсем недавно, а в Царстве людей уже не осталось и следа того, что еще жило в ее памяти. Будто… их мир просто вышвырнул ее. Возможно… и никакого Син Юня не существовало, и все это случилось лишь в ее воображении…

Испуг пронзил сердце девушки. Ей нужно было знать наверняка. Фигура Шэнь Ли растворилась в воздухе и появилась уже во дворце, в зале, где хранились исторические записи. Она принялась пролистывать книги, в которых были описаны события тех лет.

Принц Жуй убил своего старшего брата и взошел на императорский трон. Однако его супруга, вернувшаяся когда-то из мертвых, так и не приняла титул императрицы. Она покинула дом и провела остаток жизни в монашеском уединении, в свете ламп и компании древних будд. Другой императрицы принц Жуй не выбрал.

В записях не указали причины – возможно, придворные писцы посчитали, что это не несло большого значения в описании выдающегося жизненного пути их правителя. Глядя на скупые строчки, Шэнь Ли вновь вспомнила о решительной Сяо Хэ – в отличие от Е Ши, она не удостоилась даже упоминания. Никто не знал о ее существовании, а возможно, забыл о ней и сам император. В конце концов, ради него погибало немало людей.

Кончик пальца Шэнь Ли скользнул по странице и тихо остановился на словах: «Наставник императора Син Юнь». Он стал человеком, которым принц Жуй дорожил больше всего, но при жизни он так и не принял официальный титул – император присвоил тот Син Юню посмертно.

Вот и все следы, что он оставил в этом мире после себя. На другой странице начиналась уже чужая история. Шэнь Ли вдруг захотелось расхохотаться. Что она хотела этим доказать? Что здесь искала? Даже если бы каждый человек в Царстве людей помнил Син Юня, что бы это изменило для нее? Эти воспоминания принадлежали ей одной, лишь ее собственной памяти. Неважно, существовал когда-то Син Юнь на самом деле или нет, он все равно уже стал прошлым. И не было к нему обратного пути.

Шэнь Ли закрыла лицо рукой и, покачав головой, тихо рассмеялась. Как она могла лишиться самообладания из-за какого-то воспоминания? Какая же нелепица для той, которая носит имя Лазурной Принцессы. Фигура Шэнь Ли растворилась в воздухе: девушка покинула дворец.

У дворцовой стены она вдруг остановилась и, развернувшись, отправилась на рынок. Там она прикупила два кувшина вина и беззаботно вышла за границу города. Достигнув берега небольшой реки, Шэнь Ли опустилась на траву и громко спросила:

– Сколько еще вы будете ходить за мной, Божественный владыка?

Из-за дерева тихо вышел мужчина в белом. На его лице не было ни капли неловкости из-за того, что его раскрыли. Син Чжи невозмутимо опустился на траву рядом с Шэнь Ли и тоже задал вопрос:

– Когда вы заметили?

– Божественный владыка, – она вручила ему один из кувшинов, – будь я настолько невнимательна, то давно бы уже погибла на поле боя.

Син Чжи улыбнулся и слегка встряхнул вино. На речном берегу воцарилось молчание.

– Вчера…

– Божественный владыка…

Они заговорили одновременно, и оба тут же замолчали. В конце концов небожитель вновь улыбнулся и произнес:

– Вчера я был неправ. Я хотел извиниться перед вами сегодня, но, проснувшись, узнал, что вы отправились в Царство людей. Поэтому я и здесь.

Его взгляд упал на поверхность бегущей вдаль воды, и в глазах засверкали речные блики. Голос его звучал спокойно, но в нем слышалась легкая неловкость мужчины, непривычного к извинениям.

– Простите.

Доброе слово всегда работало на Шэнь Ли лучше кнута, поэтому хоть она и удивилась, но спустя несколько мгновений тишины ответила:

– Все в порядке… Я найду другой способ разобраться с владыкой Фу Жуном. К тому же, говоря словами нашего Владыки, я переступила черту, когда сорвалась на вас… Так что я тоже была неправа.

Син Чжи не ответил, и они снова замолчали.

– Когда-то, – словно приняв какое-то решение, Шэнь Ли вдруг указала на участок травы недалеко от них, – я лежала вон там в своей изначальной форме, совершенно без сил, не в состоянии даже пошевелиться. Никогда в жизни я не ощущала себя такой невыносимо жалкой.

В глазах Син Чжи мелькнула тень веселья, словно и он что-то вспомнил. Девушка повернулась и увидела на его лице мягкую улыбку. Почему-то у нее на сердце появилась легкая горечь.

– В тот раз, когда меня подняли с земли, я хоть и не сказала об этом, но в глубине души искренне почувствовала себя спасенной. Я словно встретила героя из легенд. – Она улыбнулась. – Впервые в жизни я встретила своего героя, а он оказался всего лишь простым смертным с жизнью настолько хрупкой, что достаточно сжать кулак, чтобы ее забрать. Примерно тогда у меня и появились чувства к Син Юню.

Она впервые так спокойно и прямо говорила о нем перед Син Чжи. Помолчав некоторое время и не дождавшись ответа, Лазурная Принцесса тихо вздохнула.

– Божественный владыка… Син Юнь, я не глупа.

Речка продолжала бежать прочь. Шум воды смешался со словами Шэнь Ли.

Син Чжи неожиданно улыбнулся:

– Опять меня раскусили.

День постепенно переходил в ночь, закат окрасил все вокруг яркими красками, и даже речная вода заиграла в переливах его света. В Демоническом царстве такие прекрасные картины были настоящей редкостью. Любуясь золотистой рекой, Шэнь Ли сделала глоток вина.

– Если честно, я давно заметила. Просто никак не могла понять, зачем ты покинул спокойное Занебесье, чтобы спуститься в Царство людей и влачить здесь жизнь печального человека.

Син Чжи покачал головой.

– Жизнь древнего бога – вот что поистине печально.

Он замолчал на миг, а затем продолжил:

– Когда ты проживешь столько, сколько прожил я, сама поймешь, что скука становится причиной очень многих поступков. Спускаясь в тленный мир, я лишь желал переродиться обычным смертным и прожить положенную ему жизнь. Вот только… – Син Чжи бессильно улыбнулся. – Перерождение дало мне смертное тело, но суп Мэн-по[17] не смыл память о том, кто я на самом деле.

Шэнь Ли оцепенела от удивления. Она не ожидала, что он в самом деле вошел в цикл перерождений и испил суп Мэн-по, однако тот не стер его память, поэтому Син Юнь знал, как создавать те странные формации, хотя при этом не имел ни капли духовной силы, даже призраков не видел.

– Неудивительно, что ты был таким доходягой. Разве под силу телу обычного смертного выдержать столько воспоминаний? – догадалась Шэнь Ли, а затем добавила: – Раз ты все помнил, тогда зачем притворялся, что не знаешь, кто я?

Помолчав некоторое время, Син Чжи повернулся и взглянул на нее.

– По той же причине, по которой ты отослала генерала Мо Фана в столицу.

Потому что не любила и не хотела удерживать его подле себя. Верно. Когда Син Чжи был Син Юнем, он тоже никак не ответил на ее признание, а после возвращения на прежнее место и подавно не мог. Раз уж им пришлось встретиться вновь, лучше было притвориться незнакомцами, разве не так?.. Шэнь Ли опустила взгляд. Древний бог никак не мог ответить взаимностью на те чувства, которые у нее зародились к Син Юню, поэтому просто сделал вид, что не узнал ее, чтобы чувства Лазурной Принцессы к смертному не перешли на него самого. Он хотел лишить ее всякой надежды?

Шэнь Ли улыбнулась:

– Божественный владыка, да ты хоть понимаешь, что нужно делать, чтобы уберечь другого от чувств к тебе? – Она тихо вздохнула. – Ты ведь делал все наоборот, словно нарочно пытаясь меня соблазнить…

Похоже, порой он и сам не отдавал себе отчета в своих поступках. Взгляд Син Чжи слегка изменился.

– Так ты соблазнилась?

Осмелиться задать подобный вопрос, при этом желая разорвать между ними всякую связь, мог только… настоящий наглец. Сжав в руке кувшин с вином, Шэнь Ли рассмеялась.

– А ты как думаешь? – Успокоившись, она продолжила: – Разумеется, нет. Лазурная Принцесса Шэнь Ли не настолько глупа. В Царстве людей я знала лишь смертного Син Юня, и Шэнь Ли влюбилась именно в него. А теперь передо мной древний бог. Разве я могла бы чувствовать то же самое к тебе?

Кулаки Син Чжи сжались, однако губы лишь блекло улыбнулись.

Шэнь Ли заговорила вновь:

– Положения, которые мы занимаем, меняют слишком многое. Принц Жуй пошел на братоубийство, чтобы занять трон, и, несмотря на глубокую любовь к супруге, все равно взял множество наложниц ради продолжения рода и ради страны. В этом нет его вины, просто сменилось его положение. Быть может, если в один прекрасный день мы с тобой встретимся на поле боя, то и ты увидишь меня иной – Шэнь Ли, Лазурную Принцессу.

Божественный владыка не сводил с нее задумчивого взгляда, и она с улыбкой продолжила:

– Разумеется, такой день вряд ли когда-нибудь настанет, ведь наши царства скоро свяжет брак. Я хочу сказать только одно: если ты больше не желал быть Син Юнем, то и решать тебе. Незачем обманывать и притворяться. Стоило просто сказать: Син Юнь мертв, а перед тобой теперь бог Син Чжи.

– Шэнь Ли, – прервал ее мужчина, – Син Юнь и Син Чжи – одна личность. Я.

Син Юнь был не кем иным, как Син Чжи в теле смертного, – с теми же воспоминаниями и характером. Его невольно раздражало то, как Шэнь Ли разделяла его надвое. Но она лишь покачала головой.

– Для меня – нет. Поэтому… – Девушка подняла кувшин, чтобы чокнуться с ним. – Божественный владыка Син Чжи, я, Лазурная Принцесса, повинуюсь указу и выйду замуж за Фу Жуна. Между нами больше не будет никакой связи, так что не переживайте.

Кувшины со звоном стукнулись. Резкий звук, казалось, ударил Син Чжи прямо в грудь. Его сердце вздрогнуло, и по венам разлилась тихая боль, омрачив его взгляд. Он долго молчал, но в конце концов растянул губы в улыбке и сказал:

– Хорошо, ваше высочество. Я рад, что вы можете так думать.

Солнце исчезло за горами, но его последние лучи все еще освещали небо. Шэнь Ли уже допила свое вино и бросила кувшин в реку. Звук удара глины о воду, казалось, поставил точку в их разговоре.

Она поднялась на ноги и сказала:

– Ворота города вот-вот закроют. Мне больше незачем возвращаться туда, я собираюсь отправиться на поиски в Янчжоу. Что насчет вас, Божественный владыка?

Син Чжи не ответил. В этот момент они вдруг услышали позади странный звук шагов. Странным он был потому, что и Шэнь Ли, и Син Чжи сразу же отличили его от обычной тяжелой поступи смертных.

Лицо девушки вмиг стало серьезным, она пригнулась. Они находились в траве на речном берегу – относительно низко, так что растительность вокруг загораживала их. Дорога шла по плотине, и в сумерках их вполне могли не заметить.

Син Чжи, увидев напряжение на лице Шэнь Ли, слегка улыбнулся:

– Зачем ты прячешься?

Она бросила на него косой взгляд:

– А ты не чувствуешь? – Затем Лазурная Принцесса уставилась в сторону плотины. – Очень необычная ци и явно недружелюбная.

На дворе как-никак стояли сумерки – время, когда темная ци в Царстве людей становилась крайне сильной…

– Пусть так, но мне-то зачем прятаться?

Син Чжи посмотрел на руку Шэнь Ли, придавившую его к траве.

Неловко кашлянув, девушка убрала ладонь. Речь она, конечно, произнесла красивую, а на деле в глубине души все еще видела в нем хрупкого человека, нуждающегося в ее защите. Она забыла, что Божественный владыка Син Чжи мог хоть все три царства пройти, творя при этом что заблагорассудится, и никто не осмелился бы его остановить, только кланялись бы да уступали бы дорогу.

И тем не менее Шэнь Ли не ожидала, что он и правда поведет себя так, будто ему все безразлично. Стоило ей отпустить Син Чжи, как он спокойно поднялся и как ни в чем не бывало отряхнулся от травы, и это прямо на виду у возможного врага… Такой наглости можно было лишь позавидовать.

Впрочем, неудивительно. Как же Шэнь Ли могла забыть, что, даже будучи слабым Син Юнем, он умудрился подшутить над весом наследного принца прямо в окружении его стражи? Что уж говорить теперь, когда он снова стал Божественным владыкой? Неважно, насколько бесстрастным оставалось его лицо, в душе он всегда был настоящим наглецом.

Шум испугал шагавших по плотине. Ими оказались четверо: по виду трое охранников и один пленник с руками за спиной. Шэнь Ли присмотрелась и разглядела под широким развевающимся платком на голове оленьи рога.

Вспомнив, где они находятся, она нерешительно окликнула:

– Ху Лу?

Пленник под платком вздрогнул, тем самым подтвердив ее догадку.

Ху Лу был земным бессмертным, и без воли Небесного царства никто не смел беспричинно его хватать, а эта троица стражей вовсе не походила на воинов Небес. Шэнь Ли нахмурилась. Не успели они с Син Чжи хоть что-то сделать, как главный страж в черном обнажил меч и без слов ринулся на них.

Шэнь Ли сжала пальцы, призывая копье, однако почувствовала, как на плечо легла ладонь Божественного владыки. Она обернулась и увидела, как из-за его спины выстрелил столб воды и с шумом обрушился на нападавшего. Мужчина вымок до нитки. Следом воздух вдруг стал холодным, и ноги стража точно приросли к земле. По черной ткани принялся медленно расползаться иней – и вот конвоира уже сковал лед. Двое других попытались сбежать, но, взмахнув рукой, Син Чжи приковал к земле и их.

– Заклинание Леденения? – подняла бровь Шэнь Ли.

– Нет, техника Тихих вод.

Девушка была плохо знакома с водными техниками, поэтому его трюк вовсе не показался ей особенным. Она подошла к Ху Лу и стянула накинутый на его голову платок. Рога юноши обвивала полоска света, сияние спускалось по его голове мимо рта, вниз по шее и исчезало под воротником.

– Что это за печать? – нахмурилась Шэнь Ли.

Син Чжи тем временем тоже стянул с одного из людей в черном повязку. Тот глядел на бога широко раскрытыми от злости глазами, и Син Чжи потянул за ресницы, чтобы эти глаза закрыть. Мужчина только сильнее разозлился, но не мог противиться.

Услышав вопрос Шэнь Ли, владыка обернулся и нахмурился. Оставив конвойного, он подошел к ней.

– Заклинание Пленения.

Кончик его пальца засиял, и он легонько коснулся лба Ху Лу. Чары тут же спали. Земной бессмертный согнулся пополам и облегченно вздохнул. Наконец-то отдышавшись, он поднял взгляд на своих спасителей и разрыдался.

– Благодарю, великие бессмертные! Я думал, в этот раз мне точно не выжить…

Уголок рта Шэнь Ли дернулся. Этот детина ни капельки не изменился – такой же бесхребетный, как и прежде.

Выплакавшись, Ху Лу стер слезы и только теперь внимательно изучил Шэнь Ли.

– А-а… Вы… Это же вы…

– Верно, это я. Но в этот раз не собираюсь угрожать, – кивнула девушка, а затем указала на троих в черном. – Кто это?

– Долгая история. Во всем виновата школа совершенствующихся. – Ху Лу тяжело вздохнул. – Три месяца назад в Царстве людей прославилась школа под названием Фушэн[18]. И все бы ничего, к нам-то совершенствующиеся не относятся, вот только она вдруг начала зазывать земных бессмертных к себе на пир. Многие приняли приглашение, а после исчезли. Никто тогда не придал тому особого значения, но школа вновь устроила торжество, и отправившиеся на него тоже пропали. И тут мы уже заподозрили неладное. Когда пришло третье приглашение, никто не согласился идти. Вот только последователи школы вдруг принялись забирать всех силой.

Взгляд Син Чжи немного потяжелел.

– Брать в плен земного бессмертного из корысти – серьезное преступление против воли Небес. Если все так, почему не сообщили в Небесное царство?

– Мы хотели! Сначала отправили одухотворенную вещицу, но на следующий день нашли ее обездвиженной на пустоши. Тогда один бессмертный решил отправиться сам, но и он тоже пропал. Нас уже почти не осталось: принявшие приглашение на пиры исчезли, отказавшихся схватили, а потом принялись ловить и тех, кто сбежал. – Ху Лу вновь принялся вытирать слезы. – Боюсь, на этих землях я один и остался. Я спрятался в столице и продержался так долго только из-за толп людей вокруг, но сегодня и меня поймали. Если бы не вы… – Он всхлипнул. – Не знаю, что бы со мной сделали.

– Разве у вас не бессмертные тела? – удивленно спросила Шэнь Ли. – Пусть духовная сила у вас невелика, но не до такой же степени вы беззащитны? Вас что, любой может просто взять да схватить?

Ху Лу бросил на нее обиженный взгляд.

– Мы пытались бороться… Некоторые, с большой духовной силой, сопротивлялись, но последователи школы используют какую-то особую технику, предназначенную для подавления бессмертных. Она похожа на заклинание Пленения, что было на мне. Стоит попасться, и, сколько ни борись, не вырвешься. А еще… я слышал, как другие бессмертные говорили, что у учеников этой школы ци не небожителей, а… – Ху Лу бросил взгляд на Шэнь Ли, прежде чем нерешительно продолжить, – ци демонов…

«Ци демонов?»

Взгляд девушки помрачнел. Ее царство подчинялось Небесам, и, пусть среди демонов были недовольные, их Владыка правил грамотно, оберегая интересы своих подданных. Поэтому и прямых противостояний с Небесным царством не случалось. А вот на Небесах всегда были те, кто видел в сердцах демонов коварство, даже тысяча лет подчинения представлялась им лишь выжиданием возможности напасть и отомстить. Однако Демоническое царство продолжало жить мирно, и поэтому все обвинения этих бездельников оказывались пустыми словами.

Если Небесное царство узнает хоть о малейшем намеке на связь между Демоническим царством и исчезновением земных бессмертных, даже слабейшее подтверждение тому станет поводом обвинить демонов в коварстве и воззвать к наказанию. Они обольют Владыку и его подданных грязью, но, что самое главное, это нанесет сильный удар по прочным отношениям двух царств.

Пусть Шэнь Ли была вовсе не против разорвать дружбу с Небесным царством, однако она неизбежно ощутила бы себя пешкой в чужой игре, случись это из-за чьей-то провокации. Лазурной Принцессе это было совсем не по душе.

– Сними с них свое водное заклинание, – велела она Син Чжи, уже шагая к главному нападавшему.

Божественный владыка вскинул брови.

– Командовать древним богом – плохая привычка.

Однако послушно снял чары. В следующее мгновение Шэнь Ли схватила мужчину за ворот и одним ударом отправила на землю. Не говоря ни слова, она уселась ему на живот, навалилась на обе руки коленями и зажала меж пальцев подбородок, чтобы не дать ему откусить собственный язык или проглотить яд.

– Каждый вопрос я задаю только один раз. За каждый неполученный ответ я буду отрезать тебе по пальцу и заставлять их глотать. Так что считай, сколько их у тебя.

Ее мрачный взгляд не оставил у Син Чжи сомнений – слова не были простой угрозой или шуткой, она и правда собиралась это сделать. Когда обстоятельства требовали жестокости, Лазурная Принцесса из Демонического царства не могла проявлять слабость.

Мужчина в черном задрожал всем телом и попытался скинуть Шэнь Ли, но та и не пошевелилась, словно весила сотни цзиней.

– Кто велел вам это сделать?

На лбу стража вздулись вены, он отчаянно не хотел отвечать. Шэнь Ли протянула свободную руку к его поясу и вытащила кинжал. Крутанув его в руке привычным движением, она взглянула на клинок, готовая вот-вот пустить его в действие.

Мужчина медленно выдавил два слова:

– Глава школы…

Шэнь Ли нахмурилась. Второй вопрос она задать не успела: лицо пленника принялось наливаться цветом, пока не стало полностью бордовым. Вздувшиеся на лбу вены зашевелились, точно внутри копошились паразиты, глаза выпучились, а из горла вырвался болезненный вопль. И тут раздался хлопок.

Липкая кровь залила ладонь Шэнь Ли, брызги попали ей даже на лицо. Она взглянула на труп под собой и, отбросив кинжал, встала. Крепкое тело мужчины вытекло из одежды на землю, словно песок. От него не осталось даже косточки.

– На него наложили заклинание, – сделала вывод Шэнь Ли. – Смерть, если ответит на подобный вопрос.

Ху Лу испугался так, что обмяк и опустился на землю.

– На… насколько же злое колдовство.

Взгляд Син Чжи потяжелел. Он обернулся к двум другим мужчинам и только сейчас заметил, что глаза тех уже были закрыты: они убили себя… Во всяком случае, их смерть не выглядела настолько ужасно. Шэнь Ли тоже это заметила и слегка нахмурилась.

– Значит, больше зацепок не осталось.

– Я… я случайно услышал, как они обсуждали место, – нерешительно подал голос Ху Лу. – Кажется, сначала они отправляют схваченных земных бессмертных в пещеру, которая укрыта в скале за лианами и большим водопадом. В округе есть лишь одно такое место – пещера Цинъя.

Шэнь Ли подошла ближе:

– Отправимся туда. Возможно, найдем и других плененных. Для начала нужно вызволить их.

Син Чжи задумчиво помолчал некоторое время, а затем предложил:

– Притворимся этими тремя, чтобы никого не спугнуть. Сначала нужно приблизиться к пещере.

– Хорошо. Тогда на тебе заклинания, а я разомну кулаки.

Божественный владыка улыбнулся и, подцепив какую-то палку, аккуратно стукнул ей по лбу Шэнь Ли.

– Где твоя сдержанность? Ты же девушка.

Лазурная Принцесса растерянно потерла лоб и, ничего ему не ответив, отвернулась. Прежде Син Чжи пытался сдерживать свою натуру при ней, однако теперь, когда правда вскрылась, дурные повадки Син Юня вновь дали о себе знать. Выражение, тон – все стало таким же, как раньше в Царстве людей, и это рождало в сердце Шэнь Ли сомнения, а еще сильное желание как следует ему всыпать. Разве можно было отвергнуть кого-то, а потом вести себя с ним так игриво?

Шэнь Ли продолжала мысленно ворчать, когда вдруг ощутила, что ее наряд изменился. Теперь она была одета в простую черную одежду, точно такую же, как у конвойных. Син Чжи тем временем отбросил палку в сторону, и та приняла форму человека – получилась копия рассыпавшегося предводителя. Следом изменилась и одежда самого небожителя. В менее свободном черном наряде он стал выглядеть особо собранным и деловитым. Его вечно ленивый, беспечный облик вдруг приобрел некую решительность.

Шэнь Ли тихонько откашлялась:

– Пойдем.

Следуя указаниям Ху Лу, компания быстро достигла пещеры Цинъя, что находилась в ста ли от столицы. Пещера располагалась за водопадом, и от одной мысли о том, что придется пересечь водную завесу, Шэнь Ли стало не по себе. Вот только иного пути не было, поэтому, собравшись с духом и не проронив ни слова, она шагнула вслед за Ху Лу. К ее удивлению, выйдя на другой стороне, девушка обнаружила, что осталась совершенно сухой. Она подняла голову и, увидев, как над ней растворился золотистый щит света, повернулась к Син Чжи. Но взгляд мужчины был полностью прикован к темной пещере перед ними. Он прошел дальше.

«Дальше так дальше. Словно ничего и не произошло».

По темному проходу они продвинулись в глубь скалы, а потом спустились по нескольким ступеням. Неожиданно впереди зажегся свет: словно ниоткуда появились ярко-красные врата и преградили им дорогу.

Ху Лу говорил, что раньше это место служило обиталищем огромного чудовища, но нравом тот обладал неплохим и местным земным бессмертным не мешал. Поэтому было совсем непонятно, почему именно здесь вдруг образовалась временная тюрьма для плененных.

Долго ждать не пришлось. Красные врата немного приоткрылись, и за ними раздался серьезный голос:

– Бирка?

Они не сняли с тех троих пропускные бирки. Шэнь Ли нахмурилась и собралась уже силой открыть ворота, как вдруг Син Чжи сжал ее руку и покачал головой. Сотворенный из палки лидер стражей шагнул вперед и схватился за створку так, словно был серьезно ранен.

Человек за дверью насторожился:

– Что такое?

– Гла… глава школы… – Изо рта копии донесся голос, полностью повторявший голос настоящего главы стражей перед смертью.

Услышав его, человек на другой стороне, даже не зная, в чем дело, ослабил бдительность. Врата открылись, и Син Чжи отпустил руку Шэнь Ли.

– Теперь можно.

Ее не нужно было просить дважды. Лазурная Принцесса мгновенно оказалась за вратами, одним ударом лишила караульного сознания и, прежде чем второй страж справа успел заметить ее, ударила его ребром ладони по шее.

Теперь, когда с охраной было легко покончено, Син Чжи обратился к Ху Лу:

– Дальше мы сами, а ты возвращайся в свои земли и отдохни. Остальные бессмертные тоже скоро вернутся домой.

Ху Лу замешкался в нерешительности.

– Враги очень сильные… Справитесь ли вы? Может, мне все же остаться?..

Син Чжи улыбнулся, а Шэнь Ли фыркнула:

– Это за них нужно переживать…

Божественный владыка вернул палке прежний вид и вложил ее в ладонь Ху Лу.

– Это тебе для защиты. Не благодари.

Он развернулся и зашагал дальше в пещеру. Ху Лу недоуменно посмотрел на палку. И как ему этим… защищаться?

Шэнь Ли бросила на Син Чжи косой взгляд.

– Для древнего бога ты очень скуп на подарки.

Мужчина улыбнулся:

– Если он не выкинет палку, то никто на сто ли вокруг его не одолеет.

Син Чжи рассудил, что это была его благодарность юноше за помощь сегодня, а еще за то, что Ху Лу пытался спасти его в прошлый раз, когда он еще был смертным, пусть у него и не вышло…

Шэнь Ли и Божественный владыка преодолели очередной длинный проход, прежде чем наконец-то снова увидели свет. Девушка зашагала быстрее, и вдруг свет стал слишком ярким. Они оказались в огромной, похожей на колодец пещере. Внизу темно-зеленым отливала вода, окрашивая все вокруг в цвет яшмы. По скалистым стенам вверх вилось не меньше десятка дорожек. Схваченные земные бессмертные сидели поодиночке в железных клетках, подвешанных посреди пещеры по прямой линии. Каждую клетку окутывало слабое свечение, очень похожее на то, какое окружало Ху Лу, когда на него действовало заклинание Пленения.

По тропинкам суетливо ходили люди в черном: они перетаскивали какие-то деревянные ящики. Шэнь Ли пригляделась и увидела, что внутри лежали глиняные сосуды и непонятные черные предметы, похожие на… неудавшиеся пилюли бессмертия? Неужели эти люди занимались изготовлением эликсира бессмертия? Тогда зачем им понадобились земные бессмертные? Чтобы высосать их жизненную силу?

В голове Шэнь Ли неожиданно возникли странные, смущающие образы. Она встряхнула головой и серьезно спросила:

– Как будем их спасать?

Син Чжи улыбнулся:

– Как ты и сказала: на мне заклинания, а ты разомни кулаки.

Он взмахнул рукой, и луч золотого света, подобно змее, обвил клетки.

– Сломись.

Его тихий приказ разошелся по всей пещере, и заклинание вокруг клеток повиновалось. Занятые делом люди в черном только теперь заметили неладное. Часть из них принялась быстрее перетаскивать ящики, а другие, схватив клинки, бросились в атаку. Шэнь Ли привычно обвила пальцы вокруг копья. Син Чжи тем временем оказался у клеток и, начав с нижней, принялся их открывать. К тому моменту, когда он закончил, девушка разобралась с нападавшими, вот только другая часть людей в черном, та, что переносила ящики, исчезла без следа.

Освобожденные земные бессмертные принялись кланяться и благодарить.

– Не следует здесь задерживаться, – остановил их Син Чжи. – Давайте сначала выберемся наружу.

Вновь увидев небо над головой, многие трусливые бессмертные залились слезами и стали с еще большим рвением благодарить Божественного владыку, однако, что странно, никто из них не подошел к Шэнь Ли. Она даже не замечала этого, пока не задала вопрос:

– Вы знаете, куда отправили других схваченных?

И вот тогда-то все наконец посмотрели на нее, но никто не стал отвечать. Земные бессмертные долго молчали, пока один юноша не выдержал и не ткнул в ее сторону со словами:

– Хватает ведь наглости спрашивать, демоница! Как будто сама не знаешь, где они!

Едва прозвучало обвинение, как кто-то рядом дернул его за край одежды:

– Лучше помолчи, она спасла нас!

Взгляд Шэнь Ли помрачнел.

– Я скажу лишь один раз: демоны не имеют никакого отношения к пленению земных бессмертных. Я узнала об этом лишь сегодня…

– Чушь! – перебил ее тот же юноша.

Возможно, он просидел в клетке слишком долго и теперь вся его накопленная тревога превратилась в гнев.

– Вы бесчинствующие дикари! Постоянно строите коварные планы и только и думаете, как бы напасть! Зачем-то схватили нас, а в следующий раз и на Небеса ворветесь? Вы все до единого мерзавцы! А ваш Владыка еще больший…

Он не закончил, потому что Шэнь Ли уже оказалась рядом. Ее ладонь сжала шею юноши, оторвав его от земли.

– Ну же, договаривай. И я, Лазурная Принцесса, разорву тебя на куски.

При виде алого света в ее глазах и до ужаса перепуганного товарища остальные земные бессмертные в страхе стали за него извиняться. Вот только Шэнь Ли, казалось, не слышала их мольбы, она продолжила медленно сжимать пальцы, наблюдая, как бледнеет лицо наглеца.

Лишь тогда Син Чжи неодобрительно нахмурил брови и повысил голос:

– Шэнь Ли!

Его глаза слегка помрачнели. Она лишь бросила на Божественного владыку косой взгляд и чуть ослабила давление, но пальцев не разжала.

– Сви… свирепая дикарка… – вдохнув, с трудом выплюнул юноша.

Лазурная Принцесса усмехнулась и, не сводя с него глаз, произнесла:

– Я не хотела тебя убивать, но ты осудил меня. Поэтому я сделаю это обвинение неоспоримым, и пусть твой конец будет спокойным.

Она надавила сильнее. Лицо земного бессмертного посинело, а в уголке рта появилась пена. Остальные пленники принялись восклицать, а некоторые от испуга расплакались.

На запястье Шэнь Ли легла ладонь. Син Чжи не заставил ее разжать пальцы силой, а лишь произнес:

– Если убьешь его, то доказать невиновность Демонического царства будет сложнее.

Ее захлестнула еще большая обида. Девушка стиснула зубы.

– Он посмел распустить свой грязный язык: принизил мой народ, оскорбил Владыку, обвинил нас в том, чего мы не делали. Лишь наказание сможет унять мою ярость.

– Шэнь Ли… – тихо вздохнул Син Чжи, чувствуя крайнее бессилие.

Она прекрасно понимала, какие будут последствия за убийство земного бессмертного, однако демоны испокон веков подвергались нападкам от подобных пустословов. Каждый раз они терпели и сдерживались – разве она могла с таким мириться?

Лазурная Принцесса заскрежетала зубами, но в конце концов отбросила юношу прочь. Он отлетел, сломав несколько маленьких деревцев на своем пути. Глаза земного бессмертного закатились, а тело обмякло на земле: он лишился чувств. Несколько пленников поспешили к нему, и, увидев, как сильно он пострадал, один из них, не удержавшись, с упреком произнес:

– Разве он заслужил такой гнев всего лишь из-за пары слов? Разве нельзя было его понять?..

– Понять?

Их слова показались Шэнь Ли смехотворными. В ее голосе едва заметно зазвучала духовная сила, заставившая сердца земных бессмертных вздрогнуть, а некоторые, более слабые, даже зажали от боли уши.

– А иначе что?

Лазурную Принцессу распирала ярость. При этих словах из нее хлынула необузданная духовная сила. Однако, прежде чем она успела вырваться полностью, рот Шэнь Ли резко накрыла большая ладонь, заставив ее проглотить духовную силу обратно. После этого девушку потянули назад и прижали спиной к теплой груди. Шэнь Ли мгновенно окутала мягкая ци Син Чжи. Словно рассеявший туман ветер, его энергия растворила всю свирепость в сердце Шэнь Ли, оставив там лишь комок обиды и недовольства, а еще смятение.

– Друзья, – обратился к земным бессмертным Божественный владыка, – вас пленили люди со следами демонической ци, однако это вовсе не значит, что произошедшее относится ко всему народу демонов. Возможно, кто-то намеренно пытается расстроить отношения между двумя царствами. Надеюсь, вы не станете верить пустым сплетням и не попадете в ловушку тех, кто задумал дурное.

Его слова вибрацией отдались в груди Шэнь Ли, заставив расслабиться. Однако стоило ей вновь взглянуть на пленников, как ярость вернулась. Она раздраженно скинула с себя руку Син Чжи и вырвалась из объятий, после чего бросила на мужчину резкий взгляд и зашагала прочь, пиная на пути камни и кусты, точно рассерженное дитя.

Смотря ей вслед, он тихо вздохнул и со слабой улыбкой покачал головой.

– Если честно, – продолжил он, повернувшись обратно к земным бессмертным, – я гостил в Демоническом царстве совсем недавно. Их народ вовсе не так кровожаден и воинственен, как вы считаете. Они открытые и решительные. Да и в их военном лагере никакой подготовки к большому наступлению я не заметил. Задумайтесь сами: если бы охота на земных бессмертных и правда была делом рук демонов, то и они уже были бы готовы напасть на Небесное царство. Однако это же невозможно без военных тренировок и масштабных перемещений войск.

Выслушав его слова, земные бессмертные задумчиво стихли. Один из них, седой старик, пригладил бороду и произнес:

– Насколько я знаю, единственным небесным гостем, недавно посетившим Демоническое царство, стал внук Небесного владыки Фу Жун, а та девушка назвалась Лазурной Принцессой. Неужели перед нами и вправду сейчас супружеская пара?

Бровь Син Чжи слегка дернулась, он обернулся и взглянул на Шэнь Ли. Она стояла далеко, прислонившись к дереву и глядя на водопад. Вряд ли она могла что-то расслышать из-за шума воды. Он повернулся обратно и, не отрицая никаких отношений, лишь с улыбкой ответил:

– Свадьбы еще не было.

Старик кивнул.

– Думаю, словам господина можно верить.

– Сердце Лазурной Принцессы принадлежит ее народу, она рьяно его защищает, поэтому не терпит, когда другие говорят о нем плохо. В этот раз она просто вспылила, вы уж простите ее, – усмехнулся Син Чжи. – Она куда честнее и великодушнее меня, поэтому можете ей довериться.

– Вы очень хорошо относитесь к Лазурной Принцессе, вовсе не так, как рассказывают сплетники… – рассмеялся старик, погладив бороду.

Син Чжи сначала промолчал, но уголки его рта все же приподнялись в улыбке. Слегка потупив взгляд, он прошептал:

– Как она и заслуживает.

Расспросив земных бессмертных о том, что с ними делали после пленения, Син Чжи велел всем возвращаться и стеречь свои земли. Вряд ли люди в черном так скоро вернутся, но следовало воспользоваться этим моментом, чтобы сообщить обо всем в Небесное царство.

Когда все разошлись, Син Чжи медленно подошел к Шэнь Ли со спины. Он не окликнул ее, но она и без того ощутила его присутствие и, склонив голову, бросила на небожителя косой взгляд.

– Все ушли?

Син Чжи кивнул:

– Похоже, группу земных бессмертных, которых схватили до них, повели куда-то на юг. Точного места они не знают.

– Это дело Небесного царства и ко мне отношения не имеет. Сам их спасай, если хочешь, а я отправлюсь в Янчжоу.

С этими словами она ступила на облако и двинулась прочь. Однако долго в одиночестве Шэнь Ли не пролетела: Син Чжи последовал за ней.

– Чего тебе еще?! – взглянула она на него через плечо.

– Янчжоу на юге, – бессильно улыбнулся мужчина. – Нам по пути.

Шэнь Ли промолчала. В ее сердце по-прежнему оставался гнев, однако она не стала гнать Божественного владыку прочь. Следуя позади ее облака, он постепенно сокращал расстояние между ними, пока наконец-то не поравнялся с Шэнь Ли.

– Не проголодалась? – спросил он, взглянув на нее пару раз.

Девушка выдавила из себя короткое «Нет», вот только ее живот поспешил нагло не согласиться. Лазурная Принцесса скривила губы, услышав, как рядом недобро хохотнул Син Чжи, и только сильнее разозлилась. Она собралась уже погнать облако быстрее, но он схватил ее за руку.

– Мы над чьим-то домом. Давай просто воспользуемся их кухней. Я давно не ел простой еды и немного соскучился.

– Сам приготовишь? – оживилась Шэнь Ли.

– Сам, – улыбнулся Син Чжи.

– Хорошо.