Укачивает меня от эмоциональных волн Эффы. То въедливая сегодня, то фонит опаской, то вредная, то благородно-добрая, то грозится обидеться на пустом месте.

Хотел было отговориться важными делами в городе — у меня кот четыре дня без пригляда — но поймал себя на мысли, что с Эффой происходит что-то не то. Обычно ее оптимизм продавить сложновато, а если уж она задалась портить настроение, то делает это с удовольствием.

Озадачившись проснувшейся интуицией, взял мисс Сойер с собой на Аликс. Так-то хотел перенести туда только Ноэля и сумку — но специально вернулся за полковником.

— Рассказывай, — дав ей полминутки сориентироваться в знакомом уже ей пространстве корабля, занял я место пилота и развернул кресло к постели.

Большую часть постели занимал котенок с подложенными под голову подушками, но и Эффе присесть места хватило.

— В смысле — рассказывай? — Возмутилась она. — Это я тебя внимательно слушаю. Что у вас там в Савате случилось? — Глянула мисс Сойер с искренним интересом.

— Тут нет прослушки, а на тебе нет активных электронных приборов.

Телефон я попросил оставить в гравилете — иначе время собьется. Так-то оно синхронизируется потом, но этот повод показался ей достаточным — тем более что свой мобильный я тоже оставил на сидении.

— А ты это как-то видишь? — Задумалась полковник.

Я коротко кивнул.

— И микрофон в нашу первую встречу… И в больнице головой крутил… А я-то думала…

— Вылечишься — может быть, научат.

На старших курсах, наверное. Пока ничего такого на практике не проходили. Вообще внешнюю энергетику не определяли.

Может, оно и правильно — не те это знания, чтобы отдавать студентам младших курсов. Государство очень хочет знать о нашей жизни побольше, а тут мятежный студенческий дух с теориями заговоров… Ну, прослушивают — так как иначе?.. Не на самом простом факультете учимся. И вообще — жить надо так, чтобы не было стыдно перед куратором. Ну или шифроваться так, чтобы об остальной части жизни он не догадывался — тоже важный навык для карьеры.

— Ага, вылечусь. — Качнулось настроение мисс Сойер в другую сторону.

— Эффа, что с тобой происходит?

— В каком смысле?

— Начнем с того, что ты в отпуске, но в форме.

— Может, мне она идет, — улыбнулась она и горделиво выпрямилась.

— Или ты была на докладе. Получила бумаги… Отчитали за меня? — Внимательно следил я.

— Так, немного, — отмахнулась Эффа, поддерживая улыбку.

— Не отчитывали. — Сделал я вывод. — Показали такие же бумаги на тебя?.. Тоже нет.

— Слышь, чтец лиц, сказано тебе — отчитали. Еще и по столу кулаком били грозно.

— Эффа, у тебя к такой ерунде иммунитет. — Убежденно сказал я. — Даже когда тебя к медведям сослали, ты держалась.

— А сейчас что? Реву? — Буркнула она.

— Почти. — Чуть нагнулся я вперед. — Что случилось?

— Да мелочи, говорю же. Работаем как работали. — Все-таки погладила она котенка. — Надо же, все равно пушистый и теплый.

Недавно «стопнут», потом будет комнатной температуры. А шерстка останется и дальше мягкой — будет пыль собирать, придется ухаживать.

— Тебя никто не вызывал. — Подумав, озвучил я. — Ты сама пришла к Канцлеру, но тебя не пустили. Сунули бумаги — и все.

— Запишу тебя в шоу экстрасенсов. Будешь полстраны бесить, а не только меня. — Зыркнув на меня, продолжила она гладить Ноэля.

— Как так вышло, Эффа?.. — Забарабанил я пальцами по локтям. — Он же сам дал добро.

— Он перестраховывался. Теперь, видимо, не хочет выглядеть глупо. Поэтому отстранился. Отчеты не запрашивает, трубки не берет.

— Через три дня торжество. Может, просто некогда.

— Может быть.

— Эффа, я не умею читать мысли. Вываливай, а?..

— Да так… Друзья просто шепнули, что пока я тут бегаю, Канцлеру плотно сели на уши. И полковник Эффа больше не заслуживает прежнего доверия. Ведь именно полковник Эффа бездарным проведением операции допустила, что второй «Эсмер» ушел.

— Это ж не ты виновата.

— А кто? Генералы? — Криво улыбнулась она. — Теперь полковник Эффа пытается раздуть из своего провала — заговор.

— Мне казалось, Канцлер человек разумный.

— Он политик. Чем больше он поддерживает меня, тем больше портит отношения с другими. До торжеств два дня, никаких признаков беды нет — никаких перехватов, никакой подозрительной активности. Нет ничего. Но тут кое-кто узнает, что у полковника Эффы все еще доступ к системам контроля и выход на тревожную группу. — Чуть дернулся уголок ее губ. — Этот кое-кто идет к Канцлеру, и я больше не могу ему дозвониться.

— Доступы отняли?..

— Скажем так, теперь они по запросу. Не беспокойся, ночью схватим этого гада.

— Да я не беспокоюсь, — пожал плечами. — Тут система контроля настолько дырявая, что ее выключают все кому не лень.

— Это городская система такая. Но сверху дежурят три крейсера, и там с автоматикой все в порядке.

— Угу, помню-помню.

— Тот провал исправили. Так что придет время — за спину не бойся. — Подытожила Эффа, взъерошив шерстку Ноэлю и тут же с довольной улыбкой пригладив обратно.

— Крейсера тоже по запросу?

— Тан, все по запросу. Но это не имеет значения, потому что ночью все у тебя будет. Я не стану тобой рисковать.

— Погоди, смахну слезинку.

— Бесишь. Рассказывай про Сават.

— Ага, как только ты расскажешь до конца, что случилось.

— Да я же все сказала, — удивилась она.

— У тебя выражение лица характерное мелькнуло, радостное такое.

— Так я кота глажу. — Пожала Эффа плечами.

— Не-не. Как будто ты ловко придумала убедительное вранье, а я поверил. — Пощелкал я пальцами, пытаясь дать этому название. — Ты школу в детстве прогуливала?

— Это тут причем, Тан?

— Ну вот так тебя мама и ловила. — Удовлетворенно кивнул я.

— Тан, это я тут смотрю сериалы и проявляю гениальность. Тебе не идет, — дернула она левым уголком губ.

— Тебя никуда не пускают, не берут трубки, забрали доступы.

— Частично.

— Ты говоришь, что это сделали твои генералы-недоброжелатели.

— У тебя, что ли, врагов не было?..

— Так они тебя уже выперли в отставку, Эффа. — Усмехнулся я. — Они уже победили. Откуда бы им знать про доступы и миссию?..

— Ну, друзья тоже не у меня одной…

— И много летчиков в канцелярии Императора?..

— Тан, ты мне или веришь или нет? Я говорю тебе — все будет хорошо!

— Верю. А теперь скажи, что происходит на самом деле?

— Вот зачем ты мучаешь красивую и молодую женщину своими пустыми подозрениями?..

— Если выяснится, что я был прав — значит ли это, что ты не молодая и не красивая?..

— Да достал уже, — буркнула полковник Сойер и кинула в меня свернутым в шарик бумажным листком. — Ну, легче тебе после этого будет? Проще станет работать?..

С шариком пришлось повозиться — сминали его долго, зло, упорно. Найти краешек, приняться осторожно раскрывать, чтобы не оборвать нигде… Получился обычный лист бумаги — обычный, как в приказах. И текстура похожая.

Только на этот раз на листке присутствовал герб Империи, а сам текст был выполнен красивым наклонным шрифтом.

— «Поздравительная телеграмма Его Величеству Каэрну Первому, королю Савата»… — Зачитал я заголовок.

Тут же проверил низ листка — подписант и подпись отсутствовали. Но оно обычно выполняется от руки в знак искренности — телеграмму затем вручат главе посольства.

— Каэрн — это второй принц Савата.

— Да в курсе, — принялся я складывать листок обратно. — Их имена теперь нигде не пишут, но Ноэль просветил. Империя поддерживала заговорщиков?..

— Империя работает по многим направлениям внутри страны и за рубежом во благо своих граждан и собственных интересов.

— Могли бы памятку туристам выпустить. — Листочек обретал форму шарика под нажатием пальцев. — Мол, завтра дождик, плюс двадцать четыре и свержение монархии, лучше сидите дома…

— Никто не мог предположить, что вы туда полезете. Я догадывалась, но на «Радости-5» нет оружия.

— Было бы оружие, Ноэль был бы королем, — задумчиво пробормотал я.

— Что?

— А? Нет, это я так. Понятно, чего мне столько орденов с медалями нацепили…

А я еще удивился — могли бы просто «стремянкой званий» ограничиться.

— Заслуженно!

— Без медалей радость от спасения дружественного короля вышла бы неискренней. — Покачал я головой. — А так — отметили щедро. Ладно, не велика проблема.

— Если ты так говоришь…

— Не унывай. Короля Империя спасла? Спасла. Заговор разрушила? Разрушила. Я там еще отличился… Не догадываются саватцы ни о чем. Пока что.

«Сотовый телефон! Сломанный!» — Мелькнуло в памяти.

Эх, знать бы заранее… Впрочем, главное в политике — все отрицать.

— Вот такие дела, — вздохнула полковник Сойер. — Легче тебе стало?..

— Конечно. Приятно знать, что у тебя нет врагов, с которыми ты там пинаешься. Проблемы из-за меня. Ты просто благородно взяла всю вину на себя. Зря, кстати.

Нет у нее ни «особых друзей» — и это надо учитывать, чтобы лишнего не мечтать. Но — что важнее — нет и активных недоброжелателей, из-за которых придется каждый раз приглядывать за спиной, ожидая неприятных мелочей. Есть один, но мелочи — не его профиль.

Шарик, в который превратилась «телеграмма», стал даже меньше, чем был раньше.

— Ты не виноват. Никто не виноват. — Упрямо наклонила Эффа голову. — Не грузись.

— Да мне наоборот — радостно. Теперь с этим имперским праздником не надо заморачиваться, меня туда никто не пустит. — Нашел я и положительные моменты.

Как-то не горю желанием встречаться с мэтром или папой спасенной Хенни — да и с ней самой лучше бы разойтись сторонами.

— Почему? — Нахмурилась Эффа. — Ты все равно проходишь под приглашение.

— Посольские Савата там будут. А форма одежды должна быть парадной. «Лейтенанта» на моих погонах они не поймут, а «генерал-лейтенанта» не поймут уже свои.

— Приказы эти дурацкие, — зло посмотрела она на стопку бумаг справа от себя. — Могли бы и раскрутить как героя для ТВ.

— Не, у нас Сават не любят.

Так уж вышло, что в мире никто никого не любит. А кто любил соседа — уже давно с ним объединился или был поглощен.

— Да плевать на Сават, главное — что ты наш! Ну и плевать на заговор! Герои нужны всегда! — С жаром произнесла она. — По детским домам бы поездил, по госпиталям — стране была бы польза!

— Эффа, мне кажется, ты не совсем верно оцениваешь ситуацию. — Пришло и мое время ее немного расстроить.

— Ну? — Хмурилась она.

— Эти качели с приказами — они немного про другое.

— Ты своих котов так же за хвост тянешь?..

— Кто-то наверху очень многое с этим заговором потерял. Денег, влияния, возможно — людей. И он страшно зол, Эффа. Дело не в каком-то неудовольствии, которое мы уже пережили. То, что он оставил тебе хоть какой-то доступ, а мне — свободу, означает, что твое расследование для него все еще очень важно. Он в тебя верит, Эффа, поэтому сдерживается.

— Ты накручиваешь.

— По счастью, если мы справимся, то тебя повысят, а о мне забудут. — Устроился я в кресле. — Результат важнее эмоций. А вот если нет…

— Саватцы не простят.

— Эффа, ты как маленькая, — поморщился я. — У них в новостях про Империю ни слова. Короля спас Ноэль. Да и то — крутили так пару дней, потом король сам себя спас. Представь себе… В общем, это я к чему — если случится со мной пакость, не переживай. Я вывернусь.

Хотя настолько оптимистично настроенным я не был. Но хотя бы буду знать, за что и откуда прилетит на этот раз.

А если бы не вывел мисс Сойер на откровенность — до конца бы и не догадывался. Мудрит она, хоть и из лучших побуждений.

Все еще видит во мне младшего подчиненного, который должен быть бодр и весел перед боем — без груза на душе?.. Надо будет как-нибудь с ней об этом поговорить — сейчас, наверное, не стоит, слишком много эмоций вытащили на поверхность.

— Уверена, мы справимся, и страна по достоинству оценит твой вклад.

— Эффа, я же говорил — Империя не моя страна. Мне ее любовь и забота не нужны.

Почему-то девушка расстроилась еще сильнее. А потом и вовсе уронила лицо в ладони.

— Эффа, ты чего?.. — Растерялся я.

— А, может, я хочу, чтобы ты полюбил страну…

— Сначала староста, потом страна, — деланно поворчал я. — Ну и аппетиты у вас.

— Ты ведь просто уйдешь.

— Хочешь, напоследок нападу на тебя и вылечу ногу? — Стало даже неловко от таких переживаний.

— Нападешь? — Подняла Эффа чуть покрасневшие глаза. — Привяжешь руки к изголовью кровати, разорвешь на мне одежду?..

— Не, просто по затылку врежу и вылечу.

— Тогда неинтересно. — Шмыгнула она, успокаиваясь и убирая руки на колени.

— О, я же сувениры купил! Тебе — тоже. — Испытывая неловкость от тяжелых разговоров, с напускной радостью произнес я.

— Что значит — тоже? Сначала — командиру, а потом уже всяким своим девкам!

— В первую очередь — командиру, — успокоил я ее. — А ну кинь мне сумку, под кроватью лежит.

— Ага. — Передвинула она ее по полу ко мне.

— Вот. Специально для тебя зашел в магазин. — Расстегнул я замок и с видом триумфатора достал шикарно запакованную стопку с дисками. — Твоя любимая Рисса Сарита в новом сериале «Тайны изумрудной шкатулки». Наши лицензию еще полгода не купят, эксклюзив!

Отчего-то взгляд Эффы прищурился и стал полон злобы.

— Да ладно, пошутить уже нельзя. — С невозмутимым видом вернул я диски обратно и достал кое-что другое. — Вот! Пистолет визиря из свиты короля! — Продемонстрировал я ей успешно пересекшую две границы находку. — Позолоченные «щечки», гравировка и инкрустация ствольной коробки, калибр девять на девятнадцать миллиметров. — Пожалуй что, эту находку Асгальт отдавал с явной неохотой.

Такой пистолет среди «потеряшек» был всего один — все остальное было неплохое, но вполне рядовое оружие. А это — парадное, и человек, им владевший, имел право находиться вооруженным рядом с королем. Что и демонстрировал наверняка — судя по роскоши, которая рабочему инструменту не нужна. Себе его я забирал из жадности, надо признать честно — так как решил, что огнестрельное оружие мне не нужно. Слишком много от него шума.

— Ух ты! Дай-дай!

— Владей. — Передал я, держа за ствол. — Только там патронов не хватает, визирь отстреливался от заговорщиков.

— Крутоте-ень! — Во все глаза смотрела Эффа на пистолет. — А какой визирь?..

— Особенный. — Веско ответил я.

Только особенный визирь способен потерять боевое оружие. Я бы сказал даже — одаренный. Альтернативно.

— Шика-арно, — щелкала она предохранителем, и я на всякий случай укрепил тело. — Спасибо-спасибо-спасибо!

Было тесновато, чтобы броситься мне на грудь, поэтому тисканию подвергся «стопнутый» кот.

— Знал, что тебе понравится. — Кивнул я.

— А сериал ты кому взял? — Полюбопытствовала Эффа.

— Себе. Оказывается, я крайне мало знаю о Савате. Буду самообразовываться.

— Дашь потом посмотреть?..

— Не, ты пистолет выбрала.

— Ну-у… А еще кому что купил? — Переключилась мисс Сойер.

— Старосте. Картину.

— Показывай!

Я прибавил освещения, достал рулон и развернул.

— Не, она грустная какая-то. — Цокнула она. — Сериал ей подари.

— Думаешь?..

— Точно говорю. От нее выпить хочется, а еще три дня нельзя.

Ладно, тогда картину себе. И, с удовлетворением свернув ее обратно в тубус, положил обратно.

Просто вешать никуда не буду. Так — изредка смотреть. Или просто буду знать, что в мире есть одиночество, которое можно спрятать в сумку.

Вот бы найти такую для моего, что рвет сердце.

— Так. Эффа, — хлопнул я в ладоши. — День не закончен.

— Ага. Еще успею зарегистрировать, — не отпускала она пистолет из рук.

— Гравилет, Эффа. Простой, но быстрый. Нам нужен гравилет до гонки. — Повторил я, завладев ее вниманием.

— Есть гравилет. — Кивнула она. — Хороший, быстрый.

— Отлично.

— Но, Тан. Это мой новый гравилет, — смотрело на меня дуло позолоченного пистолета. — И если на нем появится хоть царапина…

— То-о?.. — Поднял я брови, предлагая продолжить.

— То я сама привяжу тебя к постели и за себя не отвечаю.

— Я буду крайне осторожен.

— Ну смотри мне, я весь кузов потом внимательно проверю, — буркнула Эффа.

— Пылинки не будет.

— Договор?

— Ага.

— Тогда поехали смотреть гравилет! — Вскинулась она радостно. — Только ты не пугайся особенно.

— Да каких я только гравилетов не видел. — Отмахнулся я в тот момент лениво.

И пребывал в таком спокойствии ровно до прибытия в гаражный бокс где-то на окраине города.

Эффа открыла замок на рольставнях, потянула их вверх, активируя автоматику, сытой ящерицей принявшейся поглощать секции ворот сверху.

Сама же полковник юркнула куда-то вбок и включила свет.

— Тада-ам! — С торжеством показала она вглубь гаража. — «Сверхновая»! Всего два года, чуть-чуть б/у. Легкий ремонт — и будет конфетка, — аж облизнулась она, глядя на гоночный гравилет.

Смятый фюзеляж, расцарапанный вхлам, с потрескавшимся обзорным окном, даже стойки стоят косо — словно прекрасную новую игрушку отдали на неделю в детский садик, а там с ней сотворили такое, что сердцу тоскливо. Да тут вкраплений от асфальта в краске больше, чем родного жемчужного цвета!..

Но — если по механике все целое, то и в правду быстрая. Четвертое место в мировом чемпионате — да и то я бы сказал, что по вине пилота. Простая — проще некуда, если есть миллионов сорок-пятьдесят. Ценник наравне со «Спектром-7», но в таком состоянии, конечно, м-да… Миллионов двадцать пять?.. Да какие двадцать пять — тут живого места нет! Пятнадцать миллионов потолок — плюс пять за то, что все закрылки и обтекатели поменяли на новые.

— И смотри мне, — шепнули мне в ухо. — Чтобы ни одной царапины…