— Думаешь, наши враги точно узнают об этом замке? — спросила меня Джоан.

— Да. Если канцлер и его люди не проболтаются, то есть же еще и управляющий замком и его люди, и тысячи крестьян, которым сообщат о смене владельца. Рано или поздно информация просочится, уж слишком мы на виду. Крестьянин расскажет в таверне о том, что замок теперь принадлежит мужу королевской племянницы, об этом услышит караванщик или купец из столицы, а они очень даже охотно торгуют информацией…

— Адские демоны! — Джоан была так раздосадована, что даже рукой себя по колену шлепнула.

Но вдруг ее лицо резко переменилось.

Обычно это означало, что у нее есть какая-то интересная мысль или новость, которой она спешит со мной поделиться. Я тут же с интересом посмотрел на нее и спросил:

— Что тебе пришло в голову, милая? Придумала, как нам сохранить замок за собой, не сделав его местом для вторжений?

— Да нет, я помянула демонов, и вдруг мне пришла в голову мысль. Слушай, Эйсон, я что подумала… Ты же сказал, что прихватил в штаб-квартире сектантов трупы пятерых марконов. А почему бы тебе не вызвать их призраков и не допросить их? Ты же прекрасно знаешь язык высших демонов. Ну, и я теперь тоже неплохо знаю, судя по твоим словам.

— А вот с этим есть серьезная проблема, — сказал я со вздохом. — Пытались уже. Из высших демонов призраки не поднимаются. Из людей — без проблем. Из гномов, сама видела, без проблем опять же получилось. А с высшими демонами не срабатывает, и все тут. Даже если бы я эти пять трупов марконов сразу подобрал после их убийства, что было вовсе не так, ничего бы не сработало…

— А, так я даже понимаю почему, — тут же просияла Джоан. — Если правда то, что мы выяснили, то высших демонов же сделали древние мудрецы, правильно? Может быть, у них вообще просто-напросто нет души, которую можно из них призвать? Может быть, только боги способны вдохнуть божественную искру души в тех, кого создали? А высшие мудрецы на это не были способны?

— А ты знаешь, вполне может быть, — немножко подумав над ее предположением, сказал я. — Это, кстати, могло бы дать ответы на то, почему у высших демонов нет настолько ярких индивидуальностей и практически отсутствует эгоизм. При всем том, что они чрезвычайно умны, они же действуют как один огромный организм и полностью подчиняются Владыке демонов. Скажет он, чтобы они себя убили, — они себя убьют, насколько я понимаю, без малейшего промедления. Да, Джоан, это очень интересная гипотеза. Ты молодец.

Джоан радостно просияла.

Особняк Лараджа в королевстве Рауни

Ларадж, когда Эйсон спас ему жизнь, приняв к себе в клан, как ни странно, даже испытывал к нему и определенную благодарность. Да, понимал прекрасно, что ситуация у него непростая. Он попал в клан, представители которого хотели убить его сына. А потом и сделали это.

А с другой стороны, его сын сам первым начал. А потом Хамал фактически отрекся от него, обрекая его на смерть. Если бы Эйсон тогда на площади отказался его забрать, канцлер бы точно приказал его повесить на виселице.

Так что ситуация достаточно непростая.

Вроде бы как и было за что злиться на Эйсона, родная кровь не водица. Но и сын повел себя так, что полностью его разочаровал. Да, родители должны многим жертвовать ради своих детей. Понадобилось бы ему, к примеру, умереть, чтобы спасти сына, — скорее всего, он смог бы это сделать. Но в ответ ты ожидаешь хоть какой-то заботы со стороны собственного ребенка. А ведь тот, сбегая, прекрасно знал, что тем самым обрекает отца на гибель.

В общем, Ларадж решил, что все, что тогда произошло, должно послужить ему уроком. Ему следует использовать новый шанс, который ему дали. Хотя пока что и речи о полном доверии к нему не было. Ему даже не разрешили находиться вместе с кланом, поселив в небольшом городе в Королевстве Рауни. Он и не знал, где находятся остальные члены клана «Дерзких». Задания от Аркоша получал по коммуникационному порталу, все переговоры по выданным ему заданиям осуществлял так же.

Правда, учитывая, как именно он стал членом клана, он понимал, что это разумная мера предосторожности. «Дерзкие» должны убедиться, что благодарности за спасение у него больше, чем желания отомстить. И ничего с этим в будущем не изменится.

Хотя и в целом, клан, в который он попал, был очень странным. Он хоть и совсем недавно был еще немощным и крохотным, сейчас начал представлять из себя серьезную силу. По крайней мере, об этом свидетельствовали те задания, которые он получал от Аркоша. По ним было видно, что у клана есть очень значимые финансовые ресурсы.

Аркош далеко не был наивен. Поэтому было понятно, что если он выдает одну за другой задачи поиска сделок, в каждой из которых понадобятся сотни тысяч золотых монет, то у клана их наверняка миллионы. Ясно же, что никто не будет тратить на несколько сделок все имеющиеся деньги.

А затем Ларадж собрал дополнительную информацию о клане «Дерзких» и еще сильнее впечатлился. По всем приметам у этого клана могло быть еще более серьезное будущее. Он выяснил, конечно, что клан по факту находится в бегах — у него столько врагов, что так оно надежнее. Но Эйсон и его жена произвели на него большое впечатление. По своему опыту он мог судить о том, что врагам «Дерзких» придется нелегко, и однажды клану уже не будет нужды прятаться от врагов. Они просто закончатся.

Вот так у него и появилось желание работать честно, используя второй шанс.

Правда, после того как Эйсон с его супругой пропали, а затем, с его точки зрения, после прошедших нескольких недель можно было уверенно говорить, что они и погибли, его прежнее решение служить честно начало стремительно ослабевать.

Одно дело, когда подчиняешься Аркошу, а фактически служишь официальному наследнику королевского дома Аргента и племяннице действующего короля. Другое дело — подчиняться всего лишь Аркошу, магу невысокого разряда, который стал главой клана, когда Эйсон и Джоан погибли. Да, у «Дерзких» куча денег, но Аркош сообщил ему, когда он начал осторожно наводить справки, что в клане всего лишь один архимаг, который даже не хочет по праву своего высокого магического разряда возглавить клан вместо погибшего Эйсона. Он ошибочно принял его расспросы за попытку помочь дружеским советом. Так что и дальше Лараджу придется иметь дело именно с Аркошем как главой.

С его точки зрения, ничем хорошим такая ситуация закончиться не могла. Аркош очень стар. Клан фактически прячется от врагов. Перспективы у него из-за того, что клан накопил огромное количество серьезных врагов, достаточно плохие. Ведь больше нет во главе клана наследника короля Аргента с женой-королевской племянницей.

Ларадж даже начал испытывать презрение к Эйсону. Так красиво и эффектно начать превращать небольшой клан в вескую силу, а потом погибнуть, отправившись на охоту, ничего не закончив? Значит, вскоре и «Дерзкие» тоже превратятся в пустышку, которой недавно и были. Почему бы ему не увеличить свой капитал, пока это еще не произошло?

Так что он начал в нарушение данной им клятвы подворовывать у своего нового клана.

Как Аркош мог бы уследить за тем, насколько он честен при каждой сделке, когда он заключает их с подданными своего собственного Дромарского королевства? Аркош же даже не знаком лично ни с одним из них. А Ларадж знает их как облупленных.

Ему очень просто договориться по любой вновь заключаемой сделке о том, чтобы клан «Дерзких» получал что-то на несколько процентов дороже, чем мог бы, за персональную взятку лично ему в размере этих самых лишних процентов. Главное, что продавец тоже хорошо зарабатывал, реализуя крупную партию товара. А учитывая то, насколько крупные операции он по поручению Аркоша проводил, деньги полились в его карман даже не золотым ручьем, а золотой рекой. Только за последние полтора месяца он смог украсть порядка тридцати тысяч золотых монет.

Да и очень удачно вышло, что первое время, из-за уважения к Эйсону и к перспективам клана с таким руководством, он работал честно. Аркош далеко не так прост, как хочет казаться, это Ларадж понимал на уровне инстинктов. Наверняка он как-то проверял первые сделки, которые заключал с его помощью. В том числе и сравнивая цену с той, которая была у других продавцов Дромарского королевства.

Затем успокоился, убедившись, что все честно. И перестал этим заниматься, к полному удовлетворению Лараджа. Аркош поверил, что он и дальше будет вести дела точно так же. Полтора месяца он уже обворовывает клан, а тот ничего так и не заподозрил…

Так что Аркош непрост, но далеко не так хорош, чтобы справиться с развитием клана так, как это смог бы сделать Эйсон. Не говоря уже о том, что незнатен, и у него нет будущего из-за его возраста.

И тут вдруг Эйсон и королевская племянница возвращаются живыми как ни в чем не бывало. Шокирующая ситуация и пугающая.

Затем еще и выясняется, что эти два месяца они провели на территории Темного пятна. И по обсуждаемым по всему миру в тавернах слухам, притащили трофеев на миллионы золотых монет.

Ларадж был не на шутку напуган: кем надо быть, чтобы выжить в течение двух месяцев на территории Темного пятна, да еще и разжиться такими богатыми трофеями? Конечно, он понимал, что слухи в тавернах о полученных в Темном пятне богатствах охотников обычно во много раз преувеличены, но дело в том, что «Дерзкие» были в этом плане необычным кланом. Бывало в прошлом и так, как он уже выяснил, что слухи о «Дерзких» недооценивали их богатства и трофеи… Это был очень скрытный клан…

Лараджу стало очень и очень неуютно. Эйсон, несмотря на молодость, сильно его пугал. Если он всего за год сделал из провинциального клана серьезную силу и заработал миллионы золотых монет, то где гарантии, что он не сможет каким-то образом разузнать о том, что Ларадж потихоньку, но вполне всерьез грабит «Дерзких»?

Так что у него даже появился вопрос… Возможно, надо как-то вообще сбежать из клана, пока все плохо для него не закончилось?

Но его останавливало несколько моментов.

Во-первых, у него в Дромарском королевстве осталось много врагов, учитывая ту должность, которую он прежде занимал у себя на родине. Как помощник канцлера Боркенда он многих сильно обидел, опираясь на силу, стоявшую за ним. Сейчас его враги не трогали, уважая стоявшую за ним новую силу. Все знали, что в том столкновении, что случилось у «Дерзких» с канцлером Дромарского королевства, проиграл именно Боркенд.

Нападать на Лараджа в этой ситуации было как минимум неосторожно. Эйсон вполне мог посчитать, что ему брошен вызов этим нападением. Да и клан «Дерзких» не только в той стычке с Боркендом продемонстрировал, по крайней мере пока жив Эйсон, что он очень неудобный и неприятный противник.

Во-вторых, все знали и о том, какую поддержку клан «Дерзких» имел со стороны короля Аргента! Ни у кого не было сомнений, что за свою племянницу он в любом случае вступится. Ларадж прекрасно помнил, как устроил для «Дерзких» ловушку в Дромарском королевстве, а они привели с собой брата короля Аргента, после чего уже он сам попал в ловушку. Вполне может быть, брат короля появился тогда по приказу самого Драска Великодушного. И раз Ларадж теперь член этого клана, то, напав на него, можно возбудить и вражду между Аргентом и Дромарским королевством. И учитывая, насколько сильнее Аргент, велики шансы, что виновника этой вражды свяжут и отдадут Аргенту на растерзание по приказу короля Дромарского королевства…

Так что сколько бы ни было ненависти к нему у его былых врагов, у них были серьезные причины не пытаться его найти и убить. А ведь могли бы.

Да, сделки он заключает по коммуникационным порталам. Так что и предать его тем, с кем он заключает договоры, выдав его врагам, ни у кого не получится. Он же не дурак говорить, где он находится. Но кто отменял возможный заказ на его поиск? Он был уверен, что едва его враги узнают, что он больше не является членом клана «Дерзких», как тут же наймут сыщиков, что займутся его поисками… И их будет вдохновлять на это и то, что они знают, как много денег он заработал, будучи много лет помощником Боркенда. Еще бы, ведь он тогда прикарманил и часть их собственных денег. Существенную часть…

Так что если сбежать от «Дерзких», он останется один на один со своими врагами, со всеми вытекающими последствиями.

А ведь есть еще и фактор божественной клятвы, принесенной «Дерзким». Он и воровал-то последние недели, прекрасно зная, что совершает действия на самой грани. Чтобы не получить последствия от нарушения божественной клятвы, ни разу даже сам себе не признавался, что ворует.

Просто заявлял сам себе, что те деньги, которые он забирает в последние месяцы с каждого заказа, это просто еще один отдельный счет клана, который он передаст клану впоследствии… Даже внушал себе фальшивый энтузиазм, радуясь каждый месяц набежавшим на них процентам и представляя, как он обрадует Аркоша, передав ему однажды сумму с набежавшими процентами! Да, все это делается им только для того, чтобы принести пользу клану, рачительно сберегая его деньги и приумножая!

С божественными клятвами, как он прекрасно знал, глубоко изучив вопрос, такой обман при должном умении самовнушения срабатывал. Главное — не говорить открыто себе самому, что он ворует у клана, и не брать в руки похищенное золото.

Ведь если прийти в банк и забрать это золото, да еще и подумать при этом, глядя на него, что оно украдено у собственного клана, вот тогда-то божественная клятва тут же и сработает, сделав его посмертие незавидным.

Но если сбежишь, ситуация гораздо больше усложнится. Слишком много всего себе придется внушать, чтобы божественная клятва не сработала. Поскольку слишком много всего он сразу своим бегством нарушит. Это уже не отдельное нарушение в виде сворованных у клана денег. Так и свихнуться можно, стараясь каждую минуту не допустить слабины, подумав о том, о чем думать ни в коем случае не следует. В том числе и о том, что он нарушил свою клятву, сбежав от кланлидера.

Была, конечно, надежда на то, что удастся найти опытного крючкотвора, который поможет ему обойти эту клятву. Но подобного рода услуги стоили очень дорого.

В особенности если учитывать, что к тем прекрасным специалистам, которых он лично знал на родине, он обратиться не может. Они были из его королевства, и велики были шансы, что тут же поспешили бы продать информацию о том, что он больше не является членом клана «Дерзких». Соответственно, его врагов уже ничего не сдерживает от того, чтобы начать ему мстить.

А обращаться к специалистам из других королевств выйдет намного дороже. По знакомству все же такие дела всегда обходятся дешевле. И кроме того, есть риски. Репутация некоторых из них фальшивка. Красивой рекламы в ней намного больше, чем реальных достижений. Местные об этом знают, а вот иностранец может попасть впросак…

А ведь цена ошибки специалиста по обходу божественной клятвы заключается вовсе не в деньгах. Последуешь неправильному совету по обходу клятвы, а она сработает… И все с тобой на этом…

Ну и кто опять же помешает Эйсону после того, как он обнаружит, что Ларадж сбежал из клана, нарушив клятву, сделать об этом объявление? А то и хуже всего — назначить награду за его голову!

Если сам Эйсон до этого не додумается, то его жена Лорейн, которую он почему-то называет Джоан, точно должна. Она все же королевская племянница. А он достаточно много общался с людьми королевской крови для того, чтобы знать, что люди это очень мстительные и за малейшее оскорбление готовы расквитаться с лихвой.

Она уж ему точно подскажет идею назначить награду за его голову…

И что в результате выйдет? За ним будут охотиться его прежние враги. За ним будут охотиться охотники за головами, привлеченные объявленной наградой от лица клана «Дерзких».

Значит, ему, чтобы уцелеть, придется остаток его жизни забиться в какую-нибудь абсолютную дыру, где даже немалые скопленные деньги он потратить никогда не сможет. Ни в ресторан приличный выйти, ни собраться за покупками в нормальный магазин. Всю оставшуюся жизнь придется прикидываться не тем, кто он есть. Опасаясь каждого нового человека, который прибудет в ту деревню, в которой он будет прятаться, пытаясь выжить. Придется в каждом незнакомце подозревать замаскировавшегося сыщика, прибывшего за ним…

Разве это жизнь? Черт с ними с ресторанами, но жить в постоянном страхе от того, что он совершит какую-то ошибку и его все же изловят?

Ну и хуже всего, если на каком-то из этих этапов он все же сделает какую-то ошибку, и божественная клятва, данная клану «Дерзких», сработает… Мало ли, даже если повезет со специалистом по обходу божественных клятв, которому он заплатит, он же может сам сделать какую-то оплошность, расслабившись. Да даже просто захочет выпить и, опьянев, подумает не о том. Что же ему, не пить теперь до конца жизни, да еще и ощущая постоянно страх?

Чертов Эйсон! Если бы он не подверг его верность сомнению, заставив подумать, что погиб, то он бы и не воровал! А теперь что ему делать?

Ясно одно, бегство не вариант. Надо просто надеяться, что Аркош даст Эйсону в отношении него самые лучшие рекомендации, и никаких проблем у него не будет… Как бы ни был опасен Эйсон, мысли же он читать не может.

Глядишь, его еще и допустят в то убежище, где сейчас находится весь клан… И поручат более серьезные дела, на которых он сможет еще больше подзаработать… Теперь-то к чему проявлять верность? Он уже пошел по кривой дорожке…