Эйсон, королевский дворец, столица Аргента

Музыка в зале стихла, все собрались поближе к королевскому трону. Драск, усилив голос при помощи магии, начал говорить о перспективах, которые появятся у Аргента в связи с недавним поражением секты «Новых практиков».

Достаточно вдохновенно по этому поводу высказывался, с твердой убежденностью, что теперь секта прежней опасности для Аргента представлять не будет. При этом ни слова не сказал о гибели Рогенрат, что интересно. Но, само собой, все поняли, что он имел в виду…

А потом Драск объявил о том, что два героя заслуживают награды за то, что сделали предыдущей ночью для Аргента. Джоан покосилась на меня. Ясное дело, что без переданных мной волос Рогенрат ничего бы не вышло.

Первым король пригласил выйти Келерта. В награду тот получил особняк в столице на пересечении двух главных улиц.

Столицу я прекрасно изучил, так как мне часто приходится по ней тайно пробираться. Я, наверное, один из немногих аристократов Аргента, если не единственный, который знает даже не просто все серьезные здания в столице, но и их крыши, учитывая мой способ скоростного перемещения при помощи эспандера по ночному Аргенту.

Так что подаренный Келерту особняк я тут же припомнил, район очень хороший, и здание достаточно солидное. Я бы сказал так, что тысяч шестьсот золотых монет подаренный особняк стоит. Да, Келерт принес королю семь миллионов золотых монет из захваченной казны секты «Новых практиков». Но это же не повод отдавать ему половину?

Следующим выйти поближе к трону пригласили Голвунда.

Джоан нахмурилась, ведь король говорил о всего лишь двух награждениях. Даже пробормотала что-то о неблагодарных монархах, но совсем тихонечко, так, чтобы никто не мог услышать, кроме меня. Крепко сжал ее руку, чтобы не расстраивалась. Я ведь совершенно искренне говорил, что в наградах от Драска не нуждаюсь.

Голвунду король подарил набор из трех артефактов.

По шепоткам в зале вокруг меня я понял, что присутствующие оценили эту награду значительно ниже, чем полученный Келертом особняк. Но во-первых, Голвунд является телохранителем короля. Все же это не такая высокая должность, как та, которую занимает Келерт. А во-вторых, откуда они знают, какие именно артефакты были подарены ему Драском? У него же в сокровищнице много чего есть интересного. Мне ли об этом не знать?

Минут через пять после награждения я наткнулся на Келерта в толпе. Впрочем, скорее всего, не случайно. Сразу подумал, что он меня сам искал. Это стало ясно, когда он горячо начал передо мной оправдываться.

— Эйсон! Я не понимаю, как так вышло, что король наградил только меня и Голвунда. Волосы Рогенрат же ты нашел. И я же говорил об этом королю. Почему вдруг была допущена такая несправедливость? Давай я передам тебе подаренный королем особняк!

— Ни в коем случае, Келерт, — запротестовал я. — Я с самого начала ни на что не рассчитывал. Мне, напротив, так даже выгоднее. Я и так слишком на виду из-за проведенных в Темном пятне двух месяцев. Так что для меня идеальная ситуация как раз та, что сложилась. Хоть на кого-то еще внимание теперь обратили, помимо нас. Ты не представляешь, сколько уже нам с Джоан поступило приглашений на всякие вечеринки! Нам до них вообще дела нет, но на часть из них точно придется теперь идти.

Тут уже и Келерт вздохнул.

— Да, за эти несколько минут, что я тебя искал, меня уже тоже на три пригласили. И то ли еще будет.

— Вот как прекрасно общаться с человеком, который полностью меня понимает! — сказал я, улыбнувшись. — Так что спасибо за добрый порыв, но то, что произошло, меня целиком и полностью устраивает. Это хоть немного переключило внимание с меня и моих с женой приключений в Темном пятне.

Ну да, замучили уже любопытствующие, пытающиеся выяснить, что именно там с нами случилось, что мы столько отсутствовали. Я понял по глазам Келерта, что ему и самому интересно было бы это узнать. Но он, как человек вежливый и стремящийся сохранить со мной наилучшие отношения, все же с расспросами ко мне не стал лезть и сразу перешел на другую тему для разговора:

— Помимо ваших с Лорейн приключений, есть еще два момента, которые сейчас на слуху: жив ли Черный Герцог и что произошло с магическими питомцами этой ночью. По Больдо вообще никаких подробностей, само собой. Но в любом случае, помимо разгрома штаб-квартиры, когда палачи разговорили пленных, мы обрушились и на его филиалы. Привлекли снова кланы из Совета десяти, они были в ярости из-за понесенных в штаб-квартире секты потерь, так что охотно оказали содействие. Разгромили два десятка филиалов секты, общее количество убитых и пленных сектантов превысило шестнадцать тысяч. Добычи собрано еще на миллионы золотых монет. Хотя, конечно, королю придется поделиться ей с кланами… Хорошо хоть, что новых потерь не было — филиалы сектанты охраняли совсем не так тщательно, как штаб-квартиру…

Названная Келертом цифра меня впечатлила. Странно только, что Драск ее не назвал в своем выступлении. Он вообще очень расплывчато об успехах в борьбе с сектой говорил. Интересно, почему он не похвастался такими вот масштабами зачистки сектантов?

Наверное, какая-то изощренная тактика с его стороны. Понять бы еще какая. Все же он король, и очень опытный, вот, видимо и играет в какие-то придворные игры. А я в этом совсем не силен… Надо набираться опыта…

Но тактика точно есть, раз он не стал хвастаться. Спросить бы Келерта, но нельзя — он вполне может быть в курсе задумки короля. И ему точно нельзя ее разглашать…

И тут мне пришла в голову идея — король может специально не вдаваться в детали победы над сектой, чтобы люди Келерта и лорда Жардена смогли собрать урожай из его недоброжелателей. Раз король не озвучил подробностей, то его недоброжелатели могут начать разносить сплетни о том, что никакой победы над сектой на самом деле нет и Драск выдает желаемое за действительное. А шпионы Келерта и Жардена будут выявлять тех, кто этим занимается…

Ну а затем король может еще раз выступить, со всеми цифрами ущерба для секты, что тут же опорочит всех тех, кто сплетничал и рассказывал другое. И веры прежней им уже не будет, и можно будет кого-то из них и в тюрьму к палачу отправить за злонамеренное очернение репутации его величества…

— Ну а что касается убитых ночью марконов, — продолжил свой рассказ Келерт, — то я слышал сегодня, едва придя на бал, забавную гипотезу. Мол, Черный Герцог придумал способ обращать сектантов в марконов, но делал это только с близнецами. Один брат оставался служить у него в штаб-квартире в виде человека, а другого он продавал как магического питомца. И когда в штаб-квартире секты сегодня ночью были убиты нашей группой два десятка таких особых сектантов, столько же их близнецов и умерли в клетках, где сидели под видом питомцев. И никто на самом деле снаружи, получается, не вторгался в поместья, где их держали…

— Что за бред! — искренне сказал я.

Меня на самом деле такие гипотезы сильно пугали. От того, чтобы предположить, что маркон является трансформированным человеком, до того, чтобы догадаться, что маркон может быть высшим демоном, не такая и большая дистанция. А результат может оказаться очень даже шокирующим. Высшие демоны, услышав о такого рода гипотезах, могут вообразить, что их разоблачили, и начать войну с людьми прямо сейчас.

— Да, бред чистой воды. И не вписывается в известную нам картину произошедшего ночью. Мы же знаем достоверно, что стражников выводили из строя сонными зельями, так что вторжения были, — усмехнулся Келерт. — Но вот даже до такого уже договорились в попытках понять, что же именно произошло с этими марконами ночью… Но все же в этом происшествии надо разобраться не только досужей публике, но и мне тоже, как главе Королевского корпуса стражей… Так что, Эйсон, если что-то узнаешь или мысли какие-то появятся, обязательно мне сообщи об этом, хорошо?

Я пообещал. Соврал, конечно, а что делать? Иногда и близких людей приходится обманывать ради их же пользы.

— Пугающая ситуация, если честно, — с озабоченным видом продолжил Келерт. — Тот, кто это сделал, умудрился вломиться в настолько хорошо защищенные клановые поместья, в том числе и из кланов первой десятки, что оторопь берет. Король не на шутку встревожен, в том числе и массовостью этих тайных ночных проникновений. Пожалуй, те, кто умудрился это сделать, смогут при необходимости и в королевский дворец незаметно влезть. Пугает же еще и то, что все двадцать убийств оформили так чисто, что только поутру об этом и удалось узнать, так как никто ничего и не заметил.

Я тоже покачал головой — мол, что творится!

Пообщавшись с нами, Келерт пошел дальше по залу — сегодня он нарасхват.

Затем мы с Джоан поели, посидев за столом вместе с принцами королевской крови и их женами. Король в этот раз не принимал участия в обеде. Так и остался сидеть на своем троне. Наследный принц со мной и Джоан поздоровался очень вежливо и даже начал вопросы по Темному пятну задавать, на которые мы ответили в полном соответствии с согласованной с Картаном версией.

Я отметил, что Мартон чем-то сильно раздражен. Все прояснилось, когда его жена опрометчиво сказала:

— Как же хорошо, что король не отпустил тебя на штурм штаб-квартиры секты! Там же были такие потери!

Мартон так тяжело посмотрел на Герсу, что она немедленно перестала дальше развивать эту тему. Теперь ясно, почему наследный принц не в духе — я так понимаю, что он хотел лично возглавить отряд и быть сегодня героем, а отец его этой возможности, с его точки зрения, лишил.

Ну что же, в храбрости Мартону не откажешь, а вот в благоразумии… Все правильно Драск сделал. Одного сына он уже в противостоянии с сектантами потерял…

Когда мы еще и потанцевали, то я решил, что пора, в принципе, уже отсюда и уходить. Вряд ли марконы, если хотят устроить на нас засаду, рассчитывают, что мы с Джоан сбежим задолго до конца бала.

Ну, не очень хорошо, конечно, если кто-то увидит нас уходящими. Король может даже немножко и обидеться. Но, скорее всего, спишет это на то, что никак меня не наградил за помощь в выявлении штаб-квартиры секты и уничтожении Рогенрат.

Да, вполне может подумать, что я молодой и горячий, поэтому обиделся за то, что он меня никак не наградил. Вот и ушли мы с Джоан пораньше. Так что его недовольство этим ранним уходом будет уравновешено некоторым чувством стыда за то, что так оно и есть на самом-то деле, оставил он меня без награды. Молодые люди часто бывают обидчивы. Король поймет, сам себя наверняка помнит молодым.

Келерт же ему доложил, кто именно является источником и идеи, и самих волос Рогенрат, без которых всего, что произошло, вовсе и не было бы. А про то, что мне награда и не нужна, он не знает…

Мы сможем постараться пробраться наружу незаметно через коридоры в той части дворца, где гости обычно не ходят. Врубить маскировку и при помощи эспандеров выбраться на улицу через одно из окон, чтобы гарантированно избежать засады со стороны марконов.

Я уже и маршрут для нас продумал. Конечно же, я неплохо знаю устройство королевского дворца. Всю имеющуюся информацию по этому поводу давно изучил и накрепко запомнил. Мало ли когда она пригодится. И для того в том числе, чтобы скрытно залезть во дворец к Драску, если понадобится, и для того, чтобы при необходимости вести здесь какие-то бои. К примеру, если сектанты вторгнутся. Короче, понимал я, когда это делал, что однажды эта информация может пригодиться.

Пока что мы с Джоан успели, словно невзначай, переместиться в самую дальнюю часть зала, чтобы максимально незаметно удалиться с бала. Но за пару минут до того, как мы планировали уже незаметно скрыться, ко мне подошел хорошо знакомый мне помощник канцлера.

— Граф Эрегарский, — поклонившись, сказал он, — его величество Драск приглашает вас к себе после окончания бала на аудиенцию вместе с супругой.

Да уж, чуть-чуть времени не хватило, чтобы уйти. А с другой стороны, удачно вышло, что не успели это сделать. Не нашел бы нас посыльный короля, вот тогда бы Драск имел больше оснований на обиду. Он же нас к себе пытался вызвать. В том числе, может быть, для того, чтобы наградить. А мы уже обиделись и убежали. Вряд ли такой расклад порадовал бы короля.

Ну после такого приглашения пришлось задержаться до конца бала. Еще полтора часа вести бессмысленные вежливые беседы, мысленно при этом расстраиваясь, что вынужден на такую ерунду тратить время. Умело делать вид, что не понимаю вопросы про то, как мы выжили в Темном пятне, или отделываться от них какими-то общими словами или ответами про то, что это является фамильной тайной королевского клана и не подлежит разглашению.

Этот ответ, кстати, оказался идеальным. Нет в этом зале среди гостей никого, кто осмелится дальше рыть после того, как ему сообщили, что наше выживание было связано с фамильным секретом семьи Драска. Лезть в тайны короля — последнее дело. При дальнейшей настойчивости Джоан нужно было бы всего лишь пожаловаться королю, что кто-то пытается разузнать его секреты. И, конечно же, этому нахальному наглецу не поздоровилось бы.

Правда, было бы это только в том случае, если бы речь действительно шла о каких-то секретах Драска, которые Джоан, как королевская племянница, использовала. Ясное дело, что никаких таких секретов на самом деле не было. Но, к счастью, желающих это проверить тоже не нашлось. Услышав про фамильные секреты, люди тут же заканчивали с расспросами…

Наконец, когда гости стали массово расходиться и зал быстро опустел, покинул его и сам король, а перед нами появился канцлер, предложив пройти в малый тронный зал для беседы с Драском.

— Эйсон, Лорейн, — поприветствовал нас король, когда мы подошли к его трону шагов на пять и остановились.

Дальше по этикету хода уже не было, да и то пять шагов — это только для близких родственников и свойственников. Всех остальных останавливали в десяти шагах от трона.

Я заметил, что Джоан слишком пристально смотрит на маркона, валявшегося неподалеку от трона на боку. Слегка толкнул ее локтем, постаравшись проделать это незаметно для короля и маркона. Жена вздрогнула и перевела взгляд обратно на короля. Слава всем богам, что у нее есть артефакт, который блокирует чтение мыслей. Так что в любом случае маркон ничего не должен заподозрить. Да и сегодня все, наверное, пялились на марконов не так, как обычно, учитывая ситуацию с гибелью двадцати магических питомцев этой ночью…

— Ваше величество, — поклонились мы Драску.

— Рад, очень рад, что ты, Эйсон, и ты, моя любимая племянница, смогли выжить в Темном пятне. Я также очень ценю то, что ты оказал такую помощь по штаб-квартире секты, Эйсон, — сказал Драск. — Ты надолго пропал, а вернувшись, тут же оказал трону такую важную услугу!

Ну а что касается того, что я не отметил это на балу… Просто к тебе и так слишком много внимания привлечено, да и секта слишком активно за тобой и Лорейн охотилась. Так что я решил, что нечего посредством награждения тебя на балу привлекать дальнейшее внимание Черного Герцога к тебе и Лорейн. Ты же не обиделся, я надеюсь?

— Нет, что вы, ваше величество. Это была прекрасная и мудрая мысль с вашей стороны, — абсолютно честно сказал я.

Да, Драск действительно умеет порадовать. Вот почему, получается, он никак мою помощь в этом деле при всех не отметил.

— Но, само собой, я чертовски благодарен тебе, Эйсон. Правда, очень странно вышло, что убил Рогенрат кто-то не из моих людей. Какой-то неожиданный союзник… Даже вот недавно мысль у меня появилась, что среди сектантов был разброд и какая-то их часть восстала против Черного Герцога и заодно убила Рогенрат… Вполне может быть, что моя сестра, оказавшись в секте, начала плести какие-то интриги, которые восстановили против нее часть сектантов, и это и привело к ее гибели. Удивительно просто, что наши поиски штаб-квартиры секты совпали с этим выступлением сектантов против нее. Но видел я в жизни и более удивительные совпадения.

Я с умным видом кивал, слушая короля. Он придумал себе великолепную гипотезу, которая все объясняла. Характер у Рогенрат действительно был совсем не сахар. Так что, действительно, почему бы и не подумать, что ее появление в секте и привело к такого рода последствиям?

Ну и что очень хорошо и для меня, и для Келерта, и для Голвунда, — на нас при таком ходе мыслей короля нет вины за смерть его сестры. Король придумал то объяснение, что ему понравилось.