Забытье неохотно отпускало свою жертву. Мэрид с трудом открыла глаза. Казалось, на каждом веке кто-то прицепил минимум по мешку с песком, не иначе! Но даже когда это получилось, то, что вышло разглядеть плыло, двоилось. Мир вокруг крутился в разные стороны, словно лист, падающий с дерева. В таком состоянии девушка мало что могла понять. Вроде как сверху деревянный потолок… Свет падает откуда-то слева. Потом на этом фоне появилось беззубое старушечье лицо. Оно гротескно увеличилось, закрывая все поле зрения…
— Кто… кто ты? — с трудом прошептала непослушными губами Мэрид.
И сознание вновь потухло.
… Мэрид безумно неслась по мангровым зарослям. Топот по пружинившей земле часто сменялся влажными шлепками. Все потому, что сухие места тут — скорее исключение. Небольшие кочки, или жгуты корней, забитые грязью и кое-как державшейся вместе травой, да редкие островки…
— Проклятье! Чтобы я еще раз… проигнорировала свое чувство опасности…
Перепрыгнув очередной корень, девушка рухнула в незаметную, но глубокую яму с водой. Судорожно трепыхаясь, она выплыла на поверхность. Уцепившись за очередной корень, она откашлялась. Потом подтянулась наверх… и снова побежала вперед. Ей казалось, что стоит хоть на мгновение замедлится — как зловещие скелеты поймают ее, и вновь утащат в яму, к личу. А это означает смерть! Именно поэтому она стремглав бежала, стараясь успеть увеличить расстояние от преследователей. Внутренняя энергия до сих пор неподвластна, оружия нет… В наличии только две уставшие ноги, две руки и оголодавшее тело, кое-как продержавшееся на полуголодном пайке до этого времени.
Внезапно картинка вокруг стала размываться. Вновь показался деревянный потолок, немного отчетливей. Только теперь свет падал уже с правой стороны.
— Гляди-ка, вроде очнулась девица… — рядом раздался скрипучий и чуть хриплый, но однозначно старый голос. — Ну-ка, давай, глотай! Тебе надо хоть немного поесть…
Мэрид ощутила, что к ее губам прислонили какой-то предмет. В рот полилась едва теплая жидкость. Судя по вкусу — сладковатый мясной бульон. Выпив, наверное, с чашку, сознание снова начало уплывать…
… Под ногами слегка пружинит и в то же время засасывает ил. А рядом кружит, перепрыгивая с корня на корень, ягуар. Здоровая туша, с перекатывающимися буграми мышц. Шкура, покрытая пятнами, издалека легко сливалась с растительностью. Если он неподвижен, то уже с пары десятков метров разглядеть почти невозможно!
Но сейчас он не маскировался, а кружил вокруг жертвы, слегка пригибаясь и выбирая время атаки. Нагло, не отрывая взгляда от девушки. И единственное, что могла делать в такой ситуации Мэрид — это поворачиваться лицом к хищнику, держа его в поле зрения.
М-м-м-р-я-у!
Низкие, немного басовитые звуки, которые издавал ягуар, кружа неподалеку, чем-то напоминали кошек. Вот только сейчас в роли мыши была девушка, и ей эти звуки очень не нравились…
М-м-м-р-я-у-у-у!
Все с тем же возгласом зверь кинулся на Мэрид в высоком прыжке! В этот момент девушка вскинула вперед единственное оружие, которое получилось раздобыть по пути — обломок кости. И ягуар получил острым обломком прямо в раскрытую пасть, насаживаясь под собственным весом!
Взревев от боли, животное сбило Мэрид, зацепив ее когтями. Брызги воды смешались с кровью… Девушка откатилась в сторону. А ягуар, получив смертельное ранение, бесновался еще около минуты, пока не затих.
Мэрид обессилено выдохнула. И перевела взгляд на свое тело. Просто чудо, что когти зверя не задели ни лицо, ни руки… но на теле, в районе ребер одежда была разорвана, и теплые струйки крови текли вниз.
Кое-как собрав остатки сил, девушка замотала ранение обрывками одежды, и побрела вперед. Постепенно мир вокруг нее начал размываться и тускнеть. Только боль окрашивала его в разные оттенки красного цвета…
… — Ха! Что… что случилось⁈
Мэрид приподнялась на кровати, в мыслях все еще переживая последнюю схватку. Острая боль, которая прострелила левый бок, окончательно привела ее в сознание.
— Неужели я выжила?
Девушка огляделась. Комната, в которой она пришла в себя, выглядела убого. Земляной пол кое-где проглядывал сквозь потемневшую солому, стены — старые бревна, между которыми виднелась потрескавшаяся глина. В углу аккуратно сложены стопкой латанные мешки. С потолка над окном свисала паутина, на которой трудолюбивый паук заматывал в кокон какое-то крылатое насекомое. Простая кровать, на которой она лежала, рассохшийся шкаф в углу… казалось, каждая часть этой комнаты подчеркивала бедность и убогость этого места.
С другой стороны — она была жива, за ее ранением явно ухаживали, а аура полна энергии. Так какое значение имеет паршивость дома, в котором она находится⁈ А еще это значит, что она все-таки смогла по-настоящему сбежать. Вряд ли бы лич стал держать ее в таком месте. С гостеприимством порождения Темного мира девушка уже познакомилась сполна…
— Сарэйд, гляди-ка, она уже пришла в себя!
В дверном проеме показалось любопытное лицо старика.
— Ну и что? Чего ты там замер, старый охальник⁈ Ай, все самой растолковывать!
В комнату, подпихиваемый сзади, сначала вошел старик, а потом сморщенная, совсем уж древняя, беззубая старушка. Кажется, именно ее лицо в кошмаре видела Мэрид.
— Этот старый балбес притащил тебя из мангровых зарослей. Я уж думала, все — отбегалась девчуля… С лекарствами и лекарями у нас не очень. Глубинка, чай, а не какой-то там город. А ты и сама справилась, слава духам…
Говор у старушки оказался быстрый, но при этом очень неразборчивый, из-за чего порой приходилось чуть ли не угадывать слова.
— А как давно вы меня нашли? — задала самый главный вопрос Мэрид.
— Дык это… на позавторой неделе, аккурат после лунного затмения. Стало быть… давненько, да…
Девушка облегченно расслабилась. Если прошло уже столько дней, значит, лич точно потерял ее след! Не нужно опасаться, что он в любой момент нагрянет снова… И в то же время, если бы этот старик не вытащил ее оттуда, она бы однозначно не выжила.
— Спасибо вам! — искренне поблагодарила девушка. — У меня сейчас с собой ничего нет, но когда я вернусь домой, то смогу…
— Ты это брось! Ничего нам не надо. Спас человека — то уже хорошо, духи будут довольны…
Клуун, столица провинции Кагран, Низина, набережная:
Солнце клонилось на закат, и вот-вот должно было коснутся горизонта. Последние лучи блестели над рекой, отражаясь от железной цепи. Хитроумная конструкция растянула ее поперек течения, не давая ночью заплыть. Конечно, крохотные лодочки на одного-двух человек еще могли прошмыгнуть в нескольких местах, но все, что крупнее — уже нет.
В этот момент к набережной пришвартовалась очередная торговая лодка. Обычно купцы стараются подгадывать так, чтобы успеть доставить товар в течение дневного времени. Так проще проходить все процедуры. Но человек предполагает, а духи располагают. Бывает и так, что груз получается доставить только вечером, а значит, как минимум часть ночи придется потратить на тяжелую работу. И это еще не самый худший вариант — ведь можно вообще застрять на въезде в город до следующего утра…
Пожилой, но все еще поджарый торговец многословно рассыпался в извинениях, заплатив положенную сумму чиновнику. После чего быстрым шагом направился к человеку из банды Бородача, который стоял неподалеку.
— Вот, пять серебрянных фельдов. Все по правилам…
Кадан презрительно фыркнул:
— Шесть монет, а не пять. Я что, зря что ли задержался? Вон, все нормальные люди уже ушли…
Торговец едва слышно скрипнул зубами, но послушно добавил еще одну монету.
Кадан довольно улыбнулся, пряча деньги. Еще бы этот торгаш посмел спорить с ним! Пока он дорожит грузом — то будет улыбаться, и делать вид, что все отлично. А раз так — грех не стрясти лишнюю монету. С него не убудет!
Настроение поднялось, и насвистывая приставучий мотив одной пошлой песни, бандит развернулся, и отправился прочь с набережной. Он был такой не один. С закатом множество людей устремились в том же направлении. Набережная отделялась от остального города стеной, с несколькими выходами.
Центральным выходом пользовались, когда требовалось вытащить или вывезти-завезти тяжелое. Местные жители даже придумали для него отдельное название — «набережная арка». А еще три вели в другие стороны, и они были достаточно небольшие — там с трудом расходились пара человек. В один из таких небольших проходов и устремился Кадан. В мыслях он уже отдал дневную выручку, и проматывал весь доход, который выжал с купцов поверх нормы. Но внезапная, пронзительная боль со спины буквально парализовала его. Бандит с трудом повернул голову, успев увидеть проскользнувшую мимо фигуру, и удаляющуюся старую соломенную шляпу. Мир вокруг начал вращаться и потух…
Руэри кинул лишь один взгляд назад. Узкий стилет со следами крови незаметно отправился обратно, в пространственное кольцо. В это же время бандит безжизненно рухнул на землю.
— Блин! Ты что, ходить не умеешь? — выругался шедший позади него. — Вставай, мать твою! Чего разлегся? А? Проклятье! Да тут же кровь!
— Что? Где?
— Убийство!
— Как же так?
— Эй, а его, кажется, знаю! Это же человек из банды Бородача!
— Да? Тогда поделом этому упырю!
Поднявшийся шум и суета окончательно застопорили этот проход, привлекая внимание со всех сторон. В то же время Руэри успел выскользнуть из прохода, и углубился в соседнюю улицу…
Вечерняя Низина всегда кипит буйством жизни. Хоть условия тут не самые лучшие, но в крупном городе в любом случае больше возможностей, чем в какой-нибудь деревне. А Клуун — самый большой город в этой провинции!
Солнце опустилось за горизонт. Зажглись городские фонари и тени на улице стали глубокими. Но несколько рынков гудели от посетителей. А пара «развлекательных» улиц, где таверны соседствовали с борделями и прочими увеселительными заведениями, и вовсе были оживленнее, чем днем.
В одном из таких заведений, в отдельной комнате, праздновали пятилетие своего присоединения к банде Бородача пара мужчин. Оба они были кряжистые, мощные, при этом черты их лиц процентов на восемьдесят схожи. Не сложно было догадаться, что это близкие родственники. Единственное, что различалось — это возраст. Один из них был совсем молодым, едва перевалившим за двадцать лет. Второй явно постарше, выглядел как мужчиной средних лет.
Несколько масляных ламп неплохо освещали комнату. А стол заставлен множеством блюд. И, конечно, несколько кувшинов крепленого, дорого вина тоже нашли место среди этого изобилия.
— За тебя, дядя! Если бы не ты — я бы так и пропал, наверное, в «Факелах». А может, уже и кормил в канаве червей!
Пара мужчин стукнулись вместительными, крепкими кружками, стилизованными под миниатюрные бочонки с ручками. Несколько капель вина попали на еду.
— Ха-ха-ха! Давай, до дна! Вот это наша порода!
Утершись, младший поспешил закусить. А старший, хитро усмехнувшись, прищурился, наслаждаясь жжением в горле. И только когда оно стихло, добрался до еды.
— А помнишь, как мы бежали от стражников? И у тебя начали спадать штаны, прямо по пути…
— Дядя! — возмущенный возглас перебил его.
— … Я тогда так ржал, чуть сам не упал…
— Мы же договорились, не рассказывать это!
— А я и не рассказывал никому. Но мне-то никто не помешает помнить… Ладно. Посмеялись — и хватит. Ты лучше скажи, зачем против Беспалого пошел?
Младший вспыхнул:
— Да он охренел! У нас правило — ставить на улицу Серебряную на два-три дня, не больше. Там народу — жуть! Выматывает страшно, а по деньгам — вообще дерьмо. А он меня запихнул туда на две недели!
— Ты дурень! — стукнул по столу старший. — Сказал бы мне — мы б его прищучили через Тигана. А так — он выставил, что ты старших не уважаешь… знаешь, сколько мне пришлось заплатить, чтобы все утихло? Ты за год таких денег не увидишь! Так что думай своей башкой. Думай, понял?
— Понял…
— Ладно, проехали. Просто запомни — если что мутное — сначала мне скажи. А уже потом бей морду. Хотя, подрихтовал ты ему харю нормально. Сразу видно — наша порода, хе-хе…
— Давай лучше еще выпьем! — придумал повод сменить неприятную тему младший. И, не дожидаясь согласия, разлил остаток вина из кувшина под двум кружкам.
— Ну давай. За тех, кто дает нам хлеб и злато. За банду Бородача, пусть она живет вечно!
— За банду!
Выпив еще по порции, младший откинулся на спинку стула:
— Что-то стало скучно… может, закажем компанию?
— Я ждал этого момента, негодник! Давай! Но сегодня — за твой счет. Это будет твоим наказанием.
— Да не вопрос, самых лучших шлюх закажем, обещаю! — стукнул себя в грудь мужчина. И дернул за веревку, которая свисала возле двери. На этаж ниже прозвенел колокольчик. И вскоре миловидная служащая заглянула в комнату:
— Что еще закажут уважаемые гости?
Хоть обращение «уважаемые гости» — обычная формальность, которую говорят многим, но снять отдельную комнату стоило немало. Да и эта парочка периодически устраивала тут загулы, щедро тратя деньги. Так что как раз они всегда были по-настоящему «уважаемыми гостями».
— Давай сюда девочек! Только красивых! Уродин оставь кому-нибудь еще, ха-ха-ха!
— Конечно-конечно! Я приглашу свободных, а вы сами выберете. У нас нет некрасивых, — с некоторой гордостью провозгласила служащая. И спустилась вниз, собирать свободных женщин.
Буквально через несколько секунд дверь начала открываться.
— Так быстро?
Но, к недоумению пьяных бандитов, внутрь вошли вовсе не девушки, а мужчина с тряпкой на лице, в старой соломенной шляпе.
Руэри нанес два молниеносных укола острием сабли, стараясь мгновенно убить бандитов, и в то же время сделать так, чтобы пролилось минимальное количество крови. Убедившись, что они умерли, юноша закинул их тела в пространственное кольцо, быстрым движением открыл декоративные ставни на окне изнутри, и вышел из комнаты. А через минуту внутрь ворвалась веселая стайка «ночных бабочек».
— Э-э-э… но тут никого нет!
— Мы ошиблись комнатой?
— Какое там ошиблись! Вон, на столе еще куча еды…
— Да вы что! Смотрите на окно! Они же сбежали!
— Ха, пожрали и сбежали! Это уже вторые на этой неделе. Жлобы проклятые!
— Босс! Плохо дело!
На лице бандита, ворвавшегося в кабинет Бородача Маедока, можно было заметить панику.
— Что там такое случилось? — зевнув, уточнил главарь банды.
— Люди исчезают. Я еще вчера приметил, что нескольких не хватает. Ну, они могут не каждый день приходить… В общем, я послал еще наших братьев разобраться, кто где…
— Короче! — рявкнул Маедок, теряя терпение. Он не был любителем длинных речей, предпочитая действие.
— В общем, уже одиннадцать человек исчезло. Еще двое — погибли, их кто-то зарезал. Прямо в толпе, на виду… и непонятно, кто это сделал…
— Сколько? — выпучил глаза Бородач. То, что двоих зарезали — это дело привычное. Всякое бывает. Может, перешли дорогу какой горячей группе наемников… Но исчезновение — это что-то новенькое.
— Что значит «исчезли»? Где, когда?
— Так в том-то и дело, что непонятно! Вроде были, занимались своими делами, и «бах» — нету. Будто бы испарились! В разных частях города, в разное время…
Бородач нахмурился. В свое время он перешел дорогу немалому количеству людей. Конечно, со временем эти проблемы решались — где деньгами, где наемниками, а иногда даже при посредничестве покровителя банды. Но… что если кто-то из них решил сейчас свести счеты? А может, это происки конкурентов? Других городских банд? Ведь самые денежные кормушки отжали как раз его ребята! Да нет, у них не хватит смелости…
— Это они панику пытаются нагнать. Скажи нашим бойцам, пусть сопровождают тех, кто ходит за деньгами. И на набережной присматривают, обязательно. И… короче, подумай, где еще. Да, объяви награду — кто увидит этих деятелей… нормально будет по деньгам, не обижу. Стражников подними тоже. Какого хрена они жопы свои просиживают? Пусть помогают! Наемников… этих пока не трогай. Они только деньги будут брать, да… Пока что попробуем сами узнать. Все понял? Вперед!