Когда мама и Мейсон уходят из дома, я возвращаюсь на кухню, чтобы сделать мои фирменные сэндвичи с вялеными томатами и авокадо, не хочу хвастаться, но Руби и Линдси просто обожают их. Бережно завернув каждый в крафтовую бумагу, я собираю все в корзинку для пикника.

Приступив к сборам, я даже слишком тщательно выбираю наряд, переодеваюсь снова и снова, пока не останавливаюсь на светло-розовых джинсах и белом укороченном свитере. Следом завиваю локоны и наношу легкий макияж в паре с шлюшьей помадой, которая так не нравится маме.

Тянусь за парфюмом, но меня отвлекает писк телефона:

Линдси Салливан: Ого, у него есть девушка? Случайно не знаешь, кто это?

Открываю ссылку, ведущую на публикацию Джейка Элфорда, на фотографии он обнимает смеющуюся Микки и смотрит на нее с нежностью, а под фото всего лишь одно слово «Ты». Представляю, как взбесятся Пайпер и компания. Всегда очень больно видеть, как парень, которого ты любишь, посвящает романтические посты другой девушке.

— Так их! — радостно выпаливаю я, подпрыгнув на стуле.

Теперь понятно, почему Линдси прислала мне это в личные сообщения, а не в общий чат, побоялась нарваться на неодобрение Руби. Хочется съязвить, ведь только на днях Линдс осуждала меня за то, что я хорошо отзываюсь о «Норде», а теперь интересуется личной жизнью Джейка. Решив ничего не отвечать ей, я набираю Микки.

— Ты ее уничтожила! — радостно тараторю я в трубку. — Просто раздавила Пайпер.

— Ты о чем?

— Последний пост Джейка. Ты не видела?

— Еще нет, сейчас.

Микки замолкает, а потом тихо усмехается и это звучит как «мне конец».

— Можно спросить? — нерешительно начинаю я, пока складываю кисти для макияжа. — Что на самом деле происходит между вами с Джейком?

На том конце трубки виснет молчание. Я нисколько не осужу Микки, если она не захочет делиться подробностями. Слишком личный вопрос.

— Мы с Джейком росли вместе в трейлер-парке, — внезапно начинает она. — Когда нам было по двенадцать лет, он переехал в другой район, а при переходе в среднюю школу начал делать вид, что мы никогда не были знакомы. Недавно он извинился, между нами все хорошо, но до начала этого учебного года мы были кем-то вроде врагов. В средней школе к нам перевелся Оливер, и я… Боже, как же неловко… В общем, это была любовь с первого взгляда, правда односторонняя. Мы с Олли стали друзьями, следом собралась группа, а после Олли начал встречаться с Констанс. Недавно Джейк сказал, что может помочь мне влюбить в себя Оливера, я была в разбитом состоянии и, кажется, думала задницей, когда соглашалась. По итогу Олли все еще любит Констанс, а Джейк каким-то образом снова вернулся в мою жизнь и мы… Вроде как друзья. Сегодня он приехал, обнял меня, и я почувствовала что-то странное. Уже не знаю, кто мы друг другу.

Микки замолкает, а я пытаюсь собрать все услышанное в единую картинку. Этот любовный многоугольник никак не укладывается в моей голове.

Внезапно раздается стук, и я вскрикиваю, увидев за окном Ника.

— Что ты здесь делаешь?!

— Привлекаю твое внимание и напоминаю о себе. Я бы не залез к тебе в окно, если бы ты брала трубку. Целую вечность пытаюсь дозвониться, нам пора.

— Ник Ровер залез к тебе в окно? — ошарашенно спрашивает Микки, а мои щеки вспыхивают, будто меня застали за чем-то неприличным. — Господи. Если его увидит Мейсон, он его убьет.

— Если это произойдет, я ни капли не расстроюсь, — цежу я сквозь сжатые зубы, наблюдая за тем, как Ник забирается в комнату сквозь приоткрытое окно. — Прости, Микки, мне пора.

Остановившись рядом со стеллажом, Ник проводит пальцем вдоль корешков.

— Зачем столько книг про принцессу Диану? — спрашивает он, взяв одно из изданий.

— Потому что она великая женщина. — Шлепнув его по ладони, я забираю книгу и ставлю обратно на полку. — Больше не смей вламываться ко мне через окно.

— Но ты сама сказала, что у нас будут проблемы, если твоя мама нас увидит. — Взяв флакончик с маслом для волос, он вертит его в пальцах, пока я не отбираю. — Я ведь не без повода, мы договорились. К тому же там Джейк в машине, он превращается в монстра, когда его заставляют ждать.

Не сомневаюсь.

— Я разговаривала с Микки, потеряла счет времени. Идем.

Кивнув, Ник направляется к окну, но я ловлю его за воротник свитшота и тяну в коридор.

— Вы здесь не теряете друг друга? — Спускаясь по лестнице, Ник присвистывает, оглядывая холл. — Чертовски огромный дом.

Я почему-то чувствую неловкость от его слов. Взяв корзинку для пикника, хватаю куртку и спешу на выход, боясь, что кто-то из моих может внезапно вернуться.

— Забыл сказать, что ты сегодня очень красивая.

Ник забирает из моей ладони корзинку и спускается с крыльца, а я ловлю себя на глупой улыбке. Идиотка. Впившись ногтями в ладони, пытаюсь отрезвить разум и спешу к внедорожнику Джейка, остановившемуся в нескольких домах от моего.

Открыв передо мной дверцу, Ник пропускает меня в салон и садится рядом. Поймав в зеркале тяжелый взгляд Джейка, я вся сжимаюсь изнутри.

— Я похож на вашего таксиста? — вскидывает бровь он. — Кто-то из вас должен сесть вперед.

— Там уже занято, — отмахивается Ник, — твоим огромным эго и командирскими замашками.

Не сдержавшись, я издаю короткий смешок и прикрываю ладонью рот.

— Ты слышал это? — Ник указывает на меня пальцем. — Я сделал это, наконец-то рассмешил ее. Ей нравится, когда я обижаю тебя. Вектор понятен, прости, Джейки, но придется бить по тебе.

Неожиданно для меня Джейк усмехается и заводит двигатель.

— Ты все уладил с кинотеатром?

— Да.

— Не понимаю, почему ты отдаешь свой подарок Оливеру? Ничего не имею против него, но… Черт, это неправильно.

— Это всего лишь фильм, — пожимает плечами Джейк.

— Ее любимый фильм. Идея полностью принадлежит тебе. Ты всю ночь мчался к ней из Батон-Руж, чтобы успокоить, затем встряхнул Олли, а он грел задницу на кровати, пока ты все делаешь за него.

— Это важно для Микаэлы, чтобы это сделал он, а не я. Он ее друг.

— А кто тогда ты? Призрак из детства?

— Какая, к черту, разница? Главное, чтобы она улыбалась сегодня. Закрыли тему.

Не понимаю, как это возможно, но я только что взглянула на Джейка по-новому. Теперь, когда Микки рассказала их историю, мне кажется, что Джейк совершает подвиг, передав Оливеру права на авторство подарка.

В вечер субботы в открытом кинотеатре полно народу, все забито машинами, и я уверена, что мы не найдем свободное место, пока не вижу Рэма, трясущего за грудки какого-то парня.

— Что он делает? — спрашиваю я, подавшись ближе к окну.

— Освобождает нам место, — поясняет Джейк, замедляя ход.

Перепугавшийся парень отскакивает Рэма и, запрыгнув в машину, отгоняет ее, забыв про свою девушку.

— Чейз! — кричит она, побежав за машиной с пледом в руках. — Подожди меня!

— Так нельзя, — вырывается у меня, а Рэм тем временем направляется к следующей паре, но они выставляют ладони и без вопросов уезжают сами.

— Это ради Микки, — пожимает плечами Ник.

Когда мы выходим из машины, Рэм, прислонившись к дверце своего автомобиля, с гордостью указывает на стоящее рядом дерево, увитое гирляндой.

— Ну, как вам? Романтика, а?

— Я думал мы сядем поближе к эрану.

— Не проблема, Джейки, — закатывает рукава Рэм, — сейчас всех там подвинем.

Рассмеявшись, Джейк ловит его за локоть.

— Я пошутил, место отличное.

Парни достают пледы и складывают их на капот, а я с гордостью вытаскиваю корзинку для пикника и предлагаю всем угоститься. Развернув бумагу, ребята вгрызаются в сэндвичи, я жду, когда меня искупают в комплиментах, но вместо этого они выглядят так, будто им в рот насыпали песка.

— Внезапно вспомнил, что поел дома. — Джейк заворачивает сэндвич в бумагу. — Лучше пойду узнаю, все ли в порядке с нашим фильмом.

— Отстой, — грубо выдает Рэм, морща нос.

У меня в груди все падает, и я с надеждой смотрю на Ника.

— Как тебе?

— Это… — С трудом проглотив, он кивает. — Интересный вкус.

Не сдержавшись, я хлопаю его ладонью по плечу.

— Говори правду!

— Прости, Баунти, это похоже на пенопласт.

— Но это мои фирменные сэндвичи с авокадо и вялеными томатами, их все обожают.

— Подумай над другим фирменным блюдом, — предлагает Рэм. — Это невозможно есть, но мне нравится, что ты бьешь Ника, продолжай в том же духе.

Джейк и Рэм уходят, а я остаюсь наедине с Ником, который медленно заворачивает сэндвич.

— Ты что, — не скрывая разочарования в голосе, я сжимаю ручку корзинки, — хочешь выбросить его?

— Нет, ни за что. — Откусив большой кусок, он отводит взгляд и быстро жует. — То есть, ты всегда ешь такое?

— Какое? Полезное и вкусное? Да, почти всегда.

— Что будем с этим делать?

— Прости?

— В будущем, когда поженимся. Раздельное питание? Или лучше я буду готовить, откормлю тебя и превращу в милую пышечку. — Ник оглядывается с набитыми щеками и видом мученика. — Интересно, у Джейка в машине есть вода?

— Еду вредно запивать. Подумать только, болтаешь даже с набитым ртом… И хватит есть с таким видом, будто во рту битое стекло.

Я демонстративно отворачиваюсь, не хочу не видеть, что мой фирменный сэндвич может принести столько страданий.

— Обиделась?

— Нет. — Развернувшись, я выхватываю сверток из его руки. — Отдай, ты его не заслужил.

— О нет, только не это, — иронизирует Ник и, прижав ладонь к груди, склоняется ближе. — Погоди-ка, что я вижу? Капризничаешь и обижаешься, ведешь себя так, будто я и правда тебе нравлюсь.

— Ты теперь в каждом моем вдохе будешь видеть симпатию?

Я раздражаюсь. Сильно. Вроде Ник ведет себя как обычно, но при этом слова о симпатии вызывают желание вцепиться ему в волосы и избить.

— На каком языке с тобой разговаривать, чтобы ты понял, что не нравишься мне? Погоди, кажется, знаю. — Подняв руку, я показываю ему средний палец. — Вот что я о тебе думаю! Так понятней?

Вместо ответа Ник прыскает со смеху.

Возможно, я бы наговорила еще кучу гадостей, но меня ослепляет свет фар и заставляет отступить. Машина паркуется рядом с нами и из нее выходят Микки с Оливером.

— Как я рада, что ты здесь! — с облегчением выдыхаю я, обнимая Микки, на что она смеется.

Когда Рэм и Джейк возвращаются, мы все устраиваемся на капотах машин в ожидании начала фильма. Оливер слишком радостен и взволнован, будто это он вместо Джейка продумал весь план. И это злит меня. Как и то, что Микки слишком поглощена Оливером. Увидев на экране фото, а после титры любимого фильма, она крепко обнимает Оливера, но это не его заслуга. Это так несправедливо, что я едва сдерживаюсь, чтобы не проболтаться.

«Очень страшное кино» оказывается ужасным фильмом, даже хуже, чем любой глупый треп Ника Ровера, но самое главное, что весь вечер Микки в хорошем настроении, я еще ни разу не видела ее такой счастливой, и от этого становится тепло на душе. Именно об этом говорил Джейк: «Главное, чтобы она улыбалась».

— Поехали, — уговаривает меня Микки, когда после фильма все собираются на вечеринку к Рэму. — Будет весело.

— Может, в следующий раз? — предлагаю я, совсем не желая ехать туда.

— Давай же, а домой поедем вместе.

Не дав мне шанса, она сжимает мою ладонь и тянет за собой к машине Оливера.