Первая мировая война с самого начала оказалась не только борьбой армий на полях сражений, но и ареной дипломатических столкновений. Пока пушки гремели на фронтах, в кабинетах великих держав строились планы будущего передела Европы. Италия мечтала о побережье Истрии и Далмации, Болгария – о Македонии, Сербия стремилась воплотить идею «Великой Сербии», а южные славяне Австро-Венгрии все настойчивее задумывались о собственном государстве.

Еще в декабре 1914 года сербское правительство, тогда базировавшееся в Нише в связи с взятием Белграда, выступило с программным документом – Нишской декларацией. В ней была сформулирована окончательная цель войны для Сербии: освобождение и объединение «всех наших несвободных братьев – сербов, хорватов и словенцев». Однако после этого последовала еще «сербская голгофа» и эвакуация сербской армии на Корфу, Салоникский фронт и так далее. До конечной цели было еще далеко.

Тем временем югославянская эмиграция из Австро-Венгрии во главе с Анте Трумбичем в мае 1915 года образовала в Лондоне Югославянский комитет. Комитет требовал поражения Австро-Венгрии, объединения ее югославянских земель с Сербией и создания нового государства. Для хорватов и словенцев это было не только вопросом национального самоопределения, но и защитой от германизации и мадьяризации, которые угрожали бы их существованию, если они останутся в империи. Кроме того, в этом пути они видели реализацию своих многовековых чаяний – объединению хорватских областей Славонии, Далмации и собственно Хорватии в рамках одного государства.

Анте Трумбич. 1930-е

На первый взгляд позиции сербского правительства и Югославянского комитета совпадали. Однако различие было принципиальным: Белград настаивал на унитарном государстве, тогда как хорваты и словенцы видели его только в форме федерации, а то и дуалистической монархии по образцу Австро-Венгрии. Общий враг – Габсбургская монархия – лишь временно объединял их, превращая «югославизм» в привлекательную идеологию.

Еще одним центром югославянских идей стал парламент в Вене. Депутаты Далмации, Истрии и словенских земель в мае 1917 года создали Югославянский клуб и обнародовали «Майскую декларацию». Она провозглашала стремление к объединению южнославянских земель, но в рамках Австро-Венгрии, под властью Габсбургов.

Тем временем, 20 июля 1917 года, сербское правительство на Корфу во главе с Николой Пашичем и Югославянский комитет во главе с Анте Трумбичем подписали так называемую Корфскую декларацию, в которой стороны выразили свое согласие с образованием единого государства – «конституционной, демократической и парламентарной монархией во главе с династией Карагеоргиевичей». Новое государство должно было включать территории Сербии, Черногории и всех югославянских регионов Австро-Венгрии (Словении, Хорватии, Славонии, Далмации, Воеводины и Боснии и Герцеговины). Конституция задумывалась демократической, уважающей региональные традиции местного самоуправления. Однако особой исторической идентичности сербов, хорватов и словенцев она уже не признавала, утверждая идею единого «трехименного» народа.

Никола Пашич. 1919

Этот проект поддерживали многие политические силы как в Сербии, так и в Хорватии и в других югославянских землях. А также, что еще более важно, этот проект стал приоритетным для внешнеполитических союзников по Антанте.