Глава 27

Через пару часов примерок и переодеваний мы с Томом были готовы, казалось, к аудиенции у самой королевы! Ну, или у Президента, раз сейчас мы находились во Франции. Но я до сих пор этого не осознавала, поскольку на улицу мы не выходили, а Анжелика прекрасно владела английским языком.

Для предстоящей романтической прогулки с Томом она подобрала мне чудесное платье из нежно-сиреневого шёлка, искусно расшитое тонким синим кружевом и дополненное сверканием изысканных страз. Платье имело глубокое декольте, соблазнительно открывающее шею и плечи. Маленькие пышные рукава подчёркивали хрупкость рук, а широкая лента из синего атласа нежно охватывала талию, завязываясь кокетливым бантом сзади. К платью Анжелика предложила мне длинные, но тонкие, практически невесомые ажурные перчатки сиреневого цвета.

Закончив с нарядом, она занялась причёской. Девушка зачесала мои волосы на одну сторону и изящно собрала их в аккуратный низкий хвост, украсив его роскошной брошью в виде большого сиреневого цветка. В макияже Анжелика не стала скромничать и смело выделила мои глаза сурьмой, а губам позволила сиять естественной красотой, едва тронув их блеском.

Тому она создала элегантный образ: чёрные брюки, шёлковый фрак глубокого чёрного оттенка и стильный галстук-бабочка, подчёркивающий белизну рубашки. Зачёсанные назад волосы Анжелика зафиксировала воском. Когда же Том поинтересовался насчёт шляпы, она ответила:

– Мне так надоели эти шляпки! Благодаря таким, как я, вскоре они выйдут из моды. Мужчины и женщины не должны скрывать свои причёски даже самыми распрекрасными шляпами. Это, конечно, если природа наградила их роскошной шевелюрой. А ежели нет, то да, шляпки их единственное спасение, – закончила она, смеясь.

Она подвела нас к большому овальному зеркалу, отдельно стоящему в позолоченной раме, и я так и ахнула, глядя на своё отражение. Яркий макияж глаз, лёгкая причёска без головного убора и украшенное стразами платье делали образ невероятно дерзким и выразительным. И очень красивым! Я была наслышана, что модницы Парижа порой пренебрегают общепринятыми нормами и смело заявляют о себе своими нарядами. Что ж, пришло время и мне заявить о себе.

Анжелика вручила Тому кольцо, которое мы с ней тщательно подбирали, и велела положить его в карман брюк. Далее она сказала нам гулять по Марсову полю, ни о чём не беспокоясь, а как только рядом появятся музыканты и зазвучит музыка, тогда Том может уверенно вставать на одно колено.

Честно говоря, было странно и необычно всё так тщательно планировать. Я должна была изобразить удивление, несмотря на то что заранее знала о намерениях Тома. Хотелось уже просто сказать ему да и насладиться обычной романтической прогулкой по улицам Парижа. Но Анжелика была настолько увлечена своей идеей, взгляд девушки горел таким энтузиазмом, что нам пришлось уступить и следовать её сценарию.

Взяв за руки, она перенесла нас к зарослям высоких кустов. Но всё же они были недостаточно высокими, чтобы скрыть от моего взора подсвеченную Эйфелеву башню. Я читала о том, что её возвели в Париже не так давно, но даже не мечтала увидеть её настолько близко. Её свет озарял ночное небо подобно гигантскому маяку, окутанному мерцанием бесчисленных звёзд. Подчиняясь магнетизму её красоты, я двинулась вперёд, словно мотылёк, привлечённый светом пламени.

Стоило мне выйти из тени кустарников, как я оказалась на оживлённой улице. В столь поздний час парк по-прежнему был полон посетителей. Они неспешно прогуливались, повсюду звучали весёлые беседы на французском языке и звонкий смех – царила атмосфера беззаботности.

Помимо башни, моё внимание привлекла Военная школа – впечатляющий ансамбль строений, расположенный на противоположной стороне Марсова поля. Теперь я окончательно убедилась, что мы находились в Париже. Осматриваясь вокруг, я приложила ладонь к своему не закрывающемуся от восторга рту и готова была едва ли не расплакаться от счастья.

– Нравится? – Том подошёл ко мне со спины и обнял за плечи.

Я развернулась к нему и произнесла:

– Это чудесно!

Он улыбнулся.

– Пойдём, покажу кое-что!

Не дожидаясь ответа, Том потянул меня за руку обратно к зелёной изгороди. Меня слегка смутило, что мы снова туда шли, ведь я хотела в полной мере насладиться уникальными пейзажами нового города, а не обычными зелёными насаждениями, которыми изобиловал и Лондон. Кроме того, у меня возник вопрос, где Анжелика, потому что она куда-то пропала. Том попросил меня не беспокоиться об этом и, когда мы оказались скрыты от любопытных взглядов густой зеленью листвы, перенёс нас на самую вершину.

Внезапно передо мной открылся Париж с высоты птичьего полёта! От нахлынувшего восторга у меня перехватило дыхание. Марсово поле, казавшееся огромным снизу, теперь выглядело очень маленьким. Город, подсвеченный вечерними огнями, лежал перед нами во всей своей красе: просторные улицы, величественные здания, уютные скверики и тихие переулки представали взору одновременно. Никакие препятствия не мешали обзору. Но особенно меня поразило, что с такой высоты я могла отчётливо рассмотреть каждого прохожего и каждый экипаж. Даже в темноте от меня не ускользнула ни одна деталь, будь то брошь на груди у дамы или серьги в ушах.

– Том, это невероятно! – воскликнула я, поражённая и видом, и своими способностями.

Желая поделиться радостью, я повернулась к любимому и замерла: он стоял на одном колене и протягивал мне кольцо, ослепительно сверкающее крупным бриллиантом.

– Лорен Джонс, – начал Том. – Согласна ли ты выйти за меня?

От приятного изумления слёзы покатились по моим щекам. Учитывая настойчивость Анжелики, я не ожидала, что Тому всё-таки удастся перехватить инициативу. В этот самый миг я поняла, что он действительно обладает силой и решимостью освободить меня от крепкой хватки Влада, чья власть над моей жизнью казалась такой непреодолимой. И вот тут-то я впервые почувствовала надежду и облегчение. Пусть не сразу, но Том найдёт решение и заставит Влада уступить – сейчас я была в этом уверена. И мне ещё сильнее захотелось связать свою жизнь с таким поистине благородным и смелым джентльменом!

– Да, Томас де Грей, я согласна стать твоей женой! – ответила я, протягивая ему левую руку.

Он немедленно украсил кольцом мой безымянный палец и, поцеловав мою кисть, поднялся. Я обвила руками его шею и, глядя на него сквозь пелену слёз, прошептала:

– Я люблю тебя, Том.

– И я люблю тебя, Лорен. Я бесконечно счастлив оттого, что ты будешь моей женой. Миссис де Грей, – произнёс он, примеряя на меня свою фамилию.

– Мне нравится, – улыбнулась я.

Мы поцеловались. Сильный ветер раздувал моё платье и волосы, но меня это нисколько не смущало. Я находилась в объятиях лучшего мужчины на Земле, своего будущего мужа и наконец ощущала себя поистине счастливой!

Я была благодарна и Владу – за то, что он нашёл меня тогда в Уайтчепеле. Потому что, если бы не Влад, я бы вряд ли познакомилась с Томом. Похоже, то была рука судьбы, приведшая меня к нему. Сбылась моя самая заветная мечта: я встретила настоящую любовь! Несмотря на то что мы принадлежали к разным социальным слоям, это обстоятельство не помешало ему выразить свои чувства. Своей безупречной вежливостью и изысканной учтивостью он пленил моё сердце навсегда. Стоя здесь, на вершине Эйфелевой башни, я исполнилась твёрдой решимости продолжить путь вампира, чего бы это мне ни стоило. Ради Тома, ради нас – я собиралась преодолеть любые сомнения и страхи, чтобы сохранить нашу любовь крепкой и вечной.

Неожиданно мою память прорезало воспоминание о стремительно приближающемся поезде. Мне стало так стыдно за попытку покончить с собой. Ведь если бы она увенчалась успехом, если бы Том опоздал хоть на мгновение… я бы никогда не испытала то счастье, что настигло меня уже спустя несколько часов.

– Что бы ни случилось, – произнесла я в губы Тома, – не дай мне совершить непоправимое. Пока мы живы, мы способны пережить всё. Но смерть разлучит нас навсегда, а я не могу тебя потерять.

– Не потеряешь, – пообещал он. – И я не потеряю тебя, Лорен! Теперь мы вместе навечно.

Его губы опять нашли мои, и мы, двое влюблённых, обещавших свои сердца друг другу на вершине Эйфелевой башни, слились в новом страстном поцелуе.

Мы целовались несколько минут, прежде чем отстраниться друг от друга. Я повернулась лицом к панораме города, а Том нежно обхватил мою талию сзади и продолжил осыпать поцелуями щёки. Здесь нас ничто не тревожило, мы наслаждались покоем. Как вдруг Том вытянул руку вперёд со словами:

– Смотри! Похоже, Анжелика нашла музыкантов.

Я пригляделась внимательнее: действительно, она шла в сопровождении мини-оркестра, состоящего из саксофониста, гобоиста, барабанщика и гитариста. А за ними следовала пышная женщина, несущая плетёную корзинку, полную ярких цветов.

– Нам сообщить Анжелике, что её спектакль больше не требуется? – спросила я.

– Ты что! – рассмеялся Том. – Тогда она навеки вечные отлучит нас от своего салона, а ещё вполне способна забрать кольцо.

– И что нам делать? – испугалась я, глядя на шикарное кольцо, уже ставшее символом нашей с Томом любви.

– Придётся подыграть, – ответил он. – Ты не против, если я сниму с тебя кольцо, чтобы опять подарить?

Я усмехнулась.

– Конечно, не против! Я готова бесконечно переживать этот дивный момент.

Сняв с пальца, я бережно вложила кольцо в протянутую ладонь Тома. Он крепко сжал его и спрятал в карман.

– Ну, теперь возвращаемся! – сказал Том. – Анжелика не должна ничего заподозрить.

Я кивнула, и он переместил нас обратно к знакомым густым кустам. Тотчас мы поспешили выйти оттуда. Она сразу заметила нас и махнула рукой, чтобы мы подошли ближе к Эйфелевой башне. Быстрым шагом мы приблизились к её опорам и прошли чуть дальше, где нас уже ожидал оркестр. Музыканты тут же обступили нас и заиграли какую-то весёлую, но при том романтичную мелодию. Цветочница вручила мне букет полевых цветов и встала поодаль, не торопясь уходить. Анжелика стояла прямо напротив нас, как режиссёр, контролирующий постановку. Кивком головы Анжелика велела Тому начинать, и он тотчас опустился на одно колено. Музыканты притихли, оставив мелодично поигрывать лишь одну гитару, и он заговорил:

– Лорен Джонс, ты ворвалась в мою жизнь, словно яркий луч утреннего солнца! Я влюбился в тебя с первого взгляда и хочу, чтобы ты освещала мою жизнь всегда. Пожалуйста, Лорен, выходи за меня. Будь моей женой!

Он достал кольцо и протянул его мне. Привлечённые романтической сценой, нас обступили не только музыканты, но и другие гулявшие в парке люди. И сейчас все собравшиеся с замиранием сердца наблюдали за нами. Момент хоть и был постановочным, но всё равно волнительным. Слёзы, что опять выступили у меня на глазах, были искренними, а не наигранными.

– Да, Томас Грей, я согласна! – выпалила я, и толпа взорвалась аплодисментами.

Он вновь надел мне на палец изящное кольцо, и сердце забилось быстрее. Поднявшись, он заключил меня в крепкие объятия. Музыканты заиграли с удвоенной страстью, а мы растворились в нежности пылкого поцелуя посреди самого романтичного города мира.