Глава 26

Держась за подбородок, Влад подвигал челюстью влево-вправо и убрал руку от лица.

– Жить надоело, Том? – прошипел он, прожигая его взглядом. – Почти двести лет оказались для тебя непосильной ношей? Так я быстро могу упокоить тебя.

– Не нужно! – воскликнула я, пытаясь разрядить обстановку. – Том не хотел…

– О нет, очень хотел! – он приблизился вплотную к Владу. – Считаешь себя особенным из-за того, что тебя обратил сам дьявол? Думаешь, можешь манипулировать жизнями других?

Влад скрестил руки на груди и хмыкнул.

– Разубеди меня!

– Том, Том! – подбежала я и попыталась отпихнуть его от Влада. Не сразу, а только приложив всю свою вампирскую мощь, мне удалось сдвинуть Тома с места.

– Лорен, отойди! – рявкнул он.

– Нет! – возразила я, становясь между ним и Владом. – Это моё тело и мой выбор! Вы не можете решать за меня и без меня. Том, я и так нарушила договорённость с Владом. Теперь для меня дело чести всё исправить. Пусть меня считают шлюхой, но не той, что нарушает обещания.

Том схватил меня за плечи и с тревогой посмотрел в глаза.

– Лорен, что я за мужчина, если не могу защитить любимую женщину?

– Ценой своей жизни? Считаешь, после твоей смерти Влад отпустит меня? Я только обрела тебя, в моей жизни наконец-то появился смысл! Пожалуйста, Том, не разрушь всё бессмысленной борьбой за честь. Я уже отдала её тебе, как и своё сердце. Неважно, кто будет наслаждаться моим телом…

– Для меня важно! Знать, что кто-то другой… тебя…

– Том! – я приложила ладонь к его лицу. – Я понимаю, это тяжело. Но мне тоже тяжело принять себя вампиром. Когда-то ведь мне снова захочется есть, и что тогда? Я собиралась убить себя, чтобы никому больше не навредить, но ты не позволил. Так и я не позволю тебе совершить глупость из-за беспочвенной ревности. Мне придётся убивать, а тебе придётся отпускать меня на встречи с другими мужчинами. Такова плата за нашу любовь. Но если она сильна, мы переживём это, Том!

Слёзы потекли по моим щекам, и теперьон бережно обнял ладонями моё лицо.

– Лорен, я обещаю, я найду выход! Для обеих проблем. Это всё ненадолго.

Он крепко обнял меня и обратился к Владу:

– Будь по-твоему! Я отведу Лорен к художнику прямо сейчас.

– Мудрое решение! – одобрил Влад. – Но не за чем спешить, насладитесь сперва шоу.

– Смотри его сам! – дерзко бросил Том.

– Ну, я предложил, – с безразличием сказал Влад, пожав плечами.

Том прекратил дальнейший разговор с ним и переместил нас в иное место. Комната была погружена в полумрак. Редкие свечи мерцали на небольших столиках, расположенных одиночно у каждой стены. Окна скрывались под покровом тяжёлых бархатных штор. Практически всё пространство занимали холсты: пустые и с изображениями живописных пейзажей, а также с незавершёнными эскизами. Пол был испачкан красками всевозможных оттенков…

По центру мастерской возвышался массивный мольберт, рядом с которым, вальяжно развалившись на мягкой софе нежно-зелёного цвета, устроился молодой блондин в элегантном темно-зелёном жилете, украшенном изящным цветочным орнаментом, и однотонных тёмно-зелёных брюках. Блондин неспеша потягивал рубиновое вино, погружённый в задумчивость, и нисколько не удивился нашему внезапному появлению.

– Том! – улыбнулся он. – А я вот лежал и думал: что бы мне написать?

Он перевёл взгляд на меня и добавил:

– Или кого…

– Всё верно, Крис! Необходимо написать портрет этой девушки. Для борделя, – сообщил Том.

– Новенькая? – Крис отставил бокал на низкий столик, что стоял возле софы, и приблизился ко мне. – Вампир?

– С недавних пор, – кивнула я.

Он скрестил руки на груди и уставился на Тома, открыв рот от изумления.

– Долгая история! – отмахнулся Том.

– Я готов послушать, – пожал плечами Крис.

– Портрет Владу нужен завтра! – припечатал Том, проигнорировав замечание Криса. – То есть у тебя на это вся ночь и день. К завтрашнему представлению портрет должен висеть на стене зала.

– Плёвое дело. Садись, красотка! – велел мне Крис, указав на софу.

Я послушно опустилась на неё.

– Получается, мне сидеть здесь до завтрашнего вечера? – уточнила я с сожалением, поскольку намеревалась завтра навестить сестёр и мать. Наверняка они волновались за меня. Стоило сообщить им, что я в порядке.

Крис усмехнулся.

– Если хочешь, красотка, можешь задержаться в моей постели.

– Попридержи лошадей! – Том грубо схватил Криса за ворот. – Она со мной!

– Вот как? – рассмеялся Крис. – Забавно! Нашёл себе девушку из куртизанок и обратил её? Влад, наверное, в восторге!

– Выполняй работу, – процедил Том и с пренебрежением отпустил его.

– Я и планировал, – улыбнулся он и посмотрел на меня. – Влажные от слёз глаза… А что? Печальную девушку хочется утешить и приласкать. Ну-ка, ну-ка!

Крис переместился к столику со свечой, взял её и вернулся обратно. Поставив её на стол рядом с бокалом вина, Крис слегка подвигал ими из стороны в сторону, переставляя местами, потом отступил на пару шагов и задумчиво потёр подбородок.

– Головку влево, – сказал он мне.

Я повернулась чуть левее.

– Сильно, немного правее, – попросил он, указывая пальцем нужное направление.

Я повторила жест в другую сторону, но уже медленнее.

– Вот так! – остановил меня Крис. – Замри!

Я замерла.

– Идеально! – улыбнулся он. – Можешь идти.

– Всё? – опешила я.

– Всё, – подтвердил он. – Ах да, ты же новенькая! Неужели не заметила, что наша память более совершенная, чем у людей?

Я тут же вспомнила труп мужчины в утреннем тумане. Мертвец всплыл в памяти, как если бы сейчас лежал передо мной, отчего я содрогнулась. Мотнув головой, я прогнала видение.

– Вы запомнили, – догадалась я.

– Именно, образы для картин я беру из памяти. Нет необходимости позировать мне часами.

– Но пишете вы часами? – уточнила я, подозревая, что, может, у Криса есть какая-то способность рисовать очень быстро.

– Это радость для меня, – ответил он, беря в руки карандаш.

Стоя ко мне спиной, Крис принялся делать наброски на холсте. С каждой секундой движения художника становились всё более быстрыми, и вскоре он, похоже, забыл он нас.

Том подошёл ко мне и протянул руку.

– Идём! Когда Кристофер работает, он не реагирует ни на что и ни на кого.

Я осторожно вложила свою ладонь в его сильную руку, и он переместил нас в особняк. Там мы вновь оказались вдвоём, будто отделённые от всего остального мира. Том отпустил меня и повернулся к окну. Вся фигура моего возлюбленного отражала его напряжение: он стоял ровно, как солдат, и не шевелился. Видимо, он никак не мог принять тот факт, что Влад выиграл борьбу за моё тело, нужное ему исключительно ради прибыли и поддержания репутации самого престижного борделя Лондона.

Безусловно, было печально сознавать, что благородные намерения опять уступили силе денег и власти, но таков уж наш мир: богатство и статус решают всё. Прожив всю жизнь в Ист-Энде, я привыкла к столь удручающему положению вещей. Однако Том, в отличие от меня, являлся аристократом как в прошлой, человеческой жизни, так и после неё, когда обратился в вампира. Прежде именно он диктовал условия, а потому ему трудно было cмириться с тем, что каким-то образом он оказался по другую сторону, вынужденный терпеть унижения.

Я приблизилась к нему сзади и коснулась плеча.

– Том, не переживай о том, чего не можешь изменить. Мы есть друг у друга, и это главное! Подумай о том, что Влад не собирается разлучать нас. Ты же этого хотел? Чтобы я приняла твою сущность и мы могли быть вместе? Твоё желание исполнилось. Я полюбила тебя, когда считала, что ты человек, и продолжаю любить, узнав, что ты вампир. Чтобы быть ближе к тебе, я стала такой, как ты, и готова смириться с последствиями своего выбора. Я готова смириться с чем угодно, потому что обрела высшее богатство – тебя!

Он резко обернулся и решительно произнёс:

– Лорен, я больше не отпущу тебя! Именно поэтому я не могу допустить, чтобы ты ублажала других мужчин.

– Они будут довольствоваться лишь телом, но моё сердце всегда будет принадлежать лишь тебе, Том!

Я коснулась ладонью его груди – там, где билось сердце. Он тут же накрыл рукой мою кисть, крепче прижимая её к себе.

– Лорен, это всё ненадолго, я обещаю тебе! Вскоре Владу понадобится другое новое лицо, и он отпустит тебя. Тогда мы поженимся по всем правилам, и моя жена больше не будет куртизанкой!

– Ты постоянно говоришь о женитьбе, но так и не сделал мне предложение, – напомнила я с улыбкой. – А я не дала согласия.

– Какой же я дурак! – усмехнулся он. – Ты же остановила меня! Прости, ты заслуживаешь самого романтичного в мире предложения и самого ослепительного кольца.

Поместив мои ладони в свои, он мягко развернул меня к окну, чтобы в сумрачном свете оценивающе оглядеть мой наряд.

– Уже поздно, но я не могу больше ждать! Я знаю один салон в Париже. Он работает круглосуточно лишь для избранных клиентов. Нам повезло, что я в их числе. Мы сейчас же отправляемся туда! Необходимо переодеть тебя в более элегантное платье.

– В Париж? – опешила я.

Раньше я и не помышляла о том, чтобы путешествовать за границу. Я мечтала лишь о том, как бы вырваться из нищеты Ист-Энда, но о том, чтобы покинуть Лондон, даже на короткое время, я совсем не думала. О каких путешествиях могла идти речь, когда нашей семье не хватало денег на свежую еду? Это была ещё одна причина, почему я так мало ела. Голод не всегда был сильнее отвращения, какое я испытывала к испорченной еде.

– Полагаю, ты никогда там не была? – догадался Том.

Я мотнула головой, до сих пор не веря, что он предлагает мне отправиться в Париж. С нашим мгновенным перемещением это не составляло труда. И я не переставала поражаться, насколько жизнь вампиров была легче жизни людей: вечная молодость, бессмертие, отсутствие болезней и усталости, обострённые органы чувств, а также возможность передвигаться с помощью силы мысли. И плата за всё это – чья-то жизнь…

При других обстоятельствах я бы отказалась ото всех плюсов вампиризма, лишь бы не убивать, но Том… Его улыбка, голос, тепло рук – они перевесили чашу весов моей души. Обретя наконец ту самую искреннюю любовь, какую так трепетно искало сердце, я не могла потерять её и готова была заплатить за неё любую цену.

Не говоря больше ни слова, он в мгновение ока переместил нас в другое помещение, наполненное таинственным полумраком. Комната утопала в мягком свете свечей, отражающихся в зеркалах и хрустале люстры. Мягкие диваны приглашали отдохнуть, а манекены демонстрировали великолепные вечерние туалеты. По обе стороны комнаты располагались величественные напольные вешалки, словно молчаливые стражи элегантности, охраняющие хрупкую красоту изысканных платьев. Золотистые отблески свечей играли на атласных тканях и кружевах роскошных нарядов, шлейфы которых касались мягкого ковра. Атмосфера была пропитана запахом дорогого парфюма и утончённой элегантностью, доступной лишь привилегированным слоям общества.

Любопытство подтолкнуло меня, и я подошла к ближайшему платью, желая оценить его фактуру. Гладкая ткань была похожа на чистейший шёлк. Её поверхность мерцала тонкими бликами света, вызывая ощущение невероятной лёгкости, будто природа создавала этот материал в порыве вдохновения и любви.

Тут же я вспомнила о маме. Она никогда не использовала в пошиве такие дорогие ткани по очевидным причинам. Может, поэтому её платья не вызывали особого интереса и не приобретались представительницами высшего общества? Да, наряды выглядели красиво, но шились из дешёвых материалов. Этот же салон поражал роскошью во всём: от утончённых тканей и сияющих драгоценностей до золотых канделябров и тяжёлых бархатных портьер.

– Где мы? – спросила я.

– В моём салоне, милая! – в центре этой большой комнаты прямо из ниоткуда появилась молодая женщина, облачённая в блестящее фиолетовое платье, подчёркивающее её стройную фигуру. Длинные рыжие волосы аккуратными локонами струились на её плечи, вокруг которых был обёрнут пышный меховой палантин.

– Энжи! – воскликнул Том, расплываясь в улыбке.

Он подошёл к девушке и поцеловал её изящную руку с двумя крупными перстнями на пальцах.

– Энжи, познакомься, это Лорен, моя будущая невеста! Лорен, а это Анжелика, модельер.

– Очень приятно! – кивнула я.

– Будущая невеста? – она изящно изогнула бровь, рассматривая меня скорее как бездушный манекен, чем как живого вампира. – Это как?

– Я ещё не сделал ей предложение, – пояснил Том.

– А, ты пришёл за кольцом! – понимание озарило её красивое, ярко накрашенное лицо. – Но удивительно, что со своей пассией. Нравы меняются, теперь дамы не ждут сюрприза, а желают сами выбрать себе колечко?

Анжелика смотрела на меня теперь с большим уважением, чем пару секунд назад. Я хотела было возразить, что для меня не имеет значения, какое кольцо подарит мне Том, но она уже исчезла. А через полминуты снова появилась, держа в руках красную бархатную подушечку со множеством колец, украшенных переливающимися россыпями камней: рубинов, изумрудов, сапфиров, сверкающих бриллиантов и таинственных жемчужин. Колец было так много, что у меня захватило дух! Нигде ещё я не встречала такого великолепия. Словно звёзды с небес рассыпались передо мной. И никогда раньше мой взгляд не утопал столь глубоко в море сияния, мерцания и богатства, окутывающего сердце чувством восторга.

– Ну, Лорен, выбирай! – с улыбкой сказала Анжелика. – Кстати, я не видела тебя раньше. Неужели король Вольдемар дал Тому разрешение обратить тебя?

В страхе я посмотрела на Тома. К счастью, он ответил за меня, спешно переведя тему.

– Энжи, Лорен нужно не только кольцо, но и платье!

Она оценивающе посмотрела на меня, отойдя на шаг, потом хмыкнула себе что-то под нос и произнесла:

– Хорошо!

Подойдя к столику, она бережно положила на него подушечку с кольцами. Под тёплым светом мерцающих свечей драгоценные камни засияли особенно ярко, завораживающе привлекая внимание.

– Том, тебе тоже стоит переодеться, – Анжелика окинула его хитрым взглядом. – Сделай предложение как полагается: в смокинге, под музыку уличных музыкантов и непременно на Марсовом поле!

Её глаза буквально горели от предвкушения. А может, в них просто отражалось пламя свечей? Но выглядела она необычайно вдохновлённой! А вот на лице Тома появилась растерянность.

– Энжи, право, зачем вся эта пышность? – недоумевал он.

– Откажешься – я сочту за оскорбление! – заявила Анжелика, уперев руки в бока, и меховой палантин серебристого цвета плавно опустился на её локти. – Вы, мужчины, ничего не смыслите в романтике. Я устрою для вас обоих идеальное предложение, так что потом вы будете вспоминать его вечность, покуда бьётся ваше вампирское сердце! – закончила она с очень довольным видом, явно удовлетворённая своим планом.

Мы с Томом переглянулись, но, похоже, деваться было некуда. И мы отдались полностью во власть её изящных рук.