Велерад старался не шевелиться. Он сидел на ящиках, слушая размеренное постукивание колёс о камушки и редкие разговоры. В какой-то момент они остановились и поговорили с женщиной – той самой Соломеей. Она была очень взволнована и требовала от мужчин делать всё быстрее. Сейчас же они ехали до Жешува, хотя Соломея не планировала там особенно задерживаться. Кажется, она сказала что там они договорились с кем-то встретиться. Велерад понял, что для связи они использовали зачарованных голубей, которые летали куда быстрее обычных и могли запросто доставлять письма даже на другой конец континента всего за день. Информация была не то чтобы важной, но достаточно полезной, ведь теперь, если случится что-то о чём Соломея непременно должна будет сообщить, Велерад будет понимать, что Кшиштоф точно всё знает. Поэтому не стоит лишний раз попадаться этой ведьме на глаза и уж тем более раскидываться княжеским титулом. Они на чужих землях, а значит его появление здесь могут воспринять очень плохо, что приведёт к войне, а у Велерада не было волшебного голубя, чтобы быстро сообщить отцу об опасности.

Пока он прокручивал в голове политические проблемы своих опрометчивых решений, Есения мирно спала, положив голову ему на колени. Девушку, казалось, вообще не волнует то, что они попали в повозку опасной ведьмы и сбежать отсюда так просто не выйдет. Велерад опустил руку ей на плечо, откинул свою голову назад и прикрыл глаза, надеясь что не уснёт. Страшно было подумать, что будет, если утром те двое заглянут в повозку и увидят их, устроившихся на ящиках в обнимку. Конечно, всегда можно прикинуться дурачками, как это Вадим любит делать, но Велерад предпочёл бы с ними вообще не разговаривать. Кроме того, после всего, что он услышал, было бы неплохо увидеть с кем Соломея хочет встретиться. Возвращение Вадима почему-то принесло с собой куда больше проблем, чем княжич мог бы себе представить.

С одной стороны Велерад злился, что ему приходится рисковать, чтобы догнать Вадима и напомнить тому о старых клятвах. С другой стороны княжич обнаружил в мыслях и благодарность. Отец Велерада – Белослав, когда узнал о смерти князя Уровинского Болеслава, выдохнул с облегчением. Уровинский князь был вспыльчив, глуп и чрезмерно жесток, отчего поддерживать с ним дружеские отношения было сложно. Благодаря Звениславе внутри дружины Белослава наблюдались не самые лучшие времена, а последствия гонений ведьм и колдунов чувствовались до сих пор. Не все с радостью восприняли новость о том, что в Хорнянском княжестве их больше не обидят, ведь многие потеряли дорогих людей, а потому не собирались присягать на верность сразу же. Из-за этого Белослав сосредоточился на том, чтобы решить внутренние проблемы, махнув рукой на какого-то там некроманта. Отец Велерада посчитал, что такому никогда не удержать власть в руках дольше пары месяцев, а потому проблема решится сама собой. Но проблема не решалась. Постепенно из Уровинского княжества стали приходить нерадостные вести, а Кшиштоф всё ещё оставался у власти, хотя князем себя не называл. Некромант пару раз даже присылал гонцов, чтобы обсудить соседство, но Белослав не желал его видеть. Не пристало настоящему князю, которого на правление лично царь ставил, вести переговоры с каким-то там некромантом. Белослав был уверен, что как только вести дойдут до царя, тот быстро всё решит, а до тех пор князь Хорнянский делать ничего не собирался. По всей видимости остальные князья думали так же. Однако самое странное, что царь тоже не торопился проучить отступника некроманта, возомнившего себя неприкосновенным. Велерад слегка дёрнул плечами, вспоминая о том каких проблем им доставила простая, как оказалось, цыганка, умеющая управлять разумом. От того ситуация казалась сейчас крайне опасной и совершенно неясной. Неужели этому Кшиштофу удалось добраться до самого царя? Но тогда отчего тот не даровал некроманту титул князя во всеуслышание?

Велерад тяжело вздохнул, понимая, что эти проблемы волнуют сейчас только его. Земли царя находятся далеко от Уровинского и Хорнянского княжеств, а значит его едва ли интересуют здешние дела. Скорее всего он махнул рукой, оставив проблему тем, кого она касается. Пока по землям Хорнянского княжества не бродят поднятые мертвецы, Белослав тоже едва ли захочет тратить солдат и терять защиту собственных территорий. Отец Велерада не был из тех, кто любит завоёвывать соседние земли, топя население в крови. Другие княжества же были слишком мелкими и уж точно не смогли бы никогда собрать достойную армию. Кроме того, Кшиштоф – некромант. По слухам он может поднимать бесчисленное множество трупов, а это значит, что любой воин, павший на поле боя в итоге встанет в армию некроманта, увеличивая её, пока своя армия истощится. Нельзя забывать и то, что Кшиштоф тут не единственный некромант. Сражаться против таких колдунов очень опасно и глупо.

– Кажется, я начинаю понимать с чего Вадим решил к этому Кшиштофу податься, – сдавленно шепнул Велерад.

Вадим только прикидывался дурачком, но понимал очень многое. Именно они с бабушкой посоветовали колдунов и ведьм на службу брать, и ведь не просто так. Они точно хорошо помогут защитить Хорнянское княжество от нашествия мертвецов, но надолго ли? Хотелось бы верить, что Вадим не станет причиной больших проблем, да и в целом просто довериться ему, но колдун был хитёр и изворотлив, а Велерада предавали люди, имеющие точно побольше благородства, чем внук Тихомиры. Потому княжич не мог повернуть назад и оставить всё как есть, даже зная, что сам вполне способен вляпаться в проблемы.

Повозка дёрнулась и остановилась, отчего княжич напряг слух, чтобы понять – это временная остановка или же пора покидать экипаж? Он задержал дыхание, чтобы снаружи никто и не подумал о том, что внутри кто-то засел.

– У меня вся задница квадратная, – услышал он жалобу Теофила сбоку от повозки.

– Она у тебя всегда такая, – хмыкнул Якоб, а Велерад услышал, будто тот спрыгнул на землю.

– Не расслабляйтесь! – к ним подошла Соломея и судя по тону она была сердита. – Я отправлюсь в таверну “Кровавый коготь”, а вы двое останетесь здесь сторожить наших коней и припасы! Потом поедем дальше!

– Госпожа Соломея, помилуйте, – жалобным голосом заговорил Теофил. – Мы всю ночь ехали. Неужели нам даже пару часиков нельзя отдохнуть?

– Можно, конечно, – ехидный голос Соломеи пробирал до костей. – Но если я вернусь, а вас здесь не будет, то пеняйте на себя.

– Вы уверены, что с вами не нужно идти? – спросил Якоб, явно не особо испугавшись угрозы.

– Уверена, – отрезала женщина. – Ждите здесь.

Послышались шаги, сообщающие о том, что женщина отошла, а затем тяжёлый выдох, будто мужчине было больно.

– Уверены, что с вами не нужно идти, – писклявым голосом передразнил Теофил и сплюнул. – Думаешь, что так она тебя уважать больше станет?!

– Я служу госпоже Соломее, что такого в том, что переживаю за её безопасность? – Якоб рассердился. – Она кроме нас с тобой в этот раз с собой никого не взяла! Вдруг что случится?

– Ещё бы взяла! – Теофил хохотнул. – Остальные ей нужны, чтобы жителей Вроцлава в узде держать! Да и нас с тобой наверняка как носильщиков и слуг взяла, а не как солдат, которые ей жизнь защищать будут! Уж кто-кто, а она точно за себя постоять сумеет и без нашей помощи!

Якоб на это ничего не ответил, а Велерад попытался растолкать Есению, понимая, что нужно выбираться.

– Ты как хочешь, а я пойду найду забегаловку, чтоб горло промочить, – снова заговорил Теофил.

– Госпожа запретила… – напомнил Якоб.

– Она сказала, что худо будет только если нас тут не увидит! – отрезал Теофил. – А я куплю пару бутылок да вернусь! А то ж госпожа с нас три шкуры спустит, если мы припасы её тронем!

Якоб снова не ответил, а Велерад услышал удаляющиеся шаги. Видимо, Теофил всё же решил отойти, но второй точно остался. Княжич приподнялся, отчего Есения, наконец, села и принялась потирать заспанные глаза. Пока девушка приходила в себя после сна, Велерад встал коленом на ящик и попытался рассмотреть хоть что-то сквозь щели меж досками.

– Мы приехали? – тихо поинтересовалась Есения.

Велерад кивнул, боясь сейчас разговаривать даже шёпотом. Он рассмотрел мощёную улицу, аккуратные домики, но увидеть где сейчас Якоб не смог. Княжич осторожно перебрался к другой стенке, отчаянно пытаясь понять расположение мужчины. Есения наблюдала за ним, слегка склонив голову.

– Нам нужно выбираться, – шепнул в итоге Велерад, увидев, что Якоб находится спереди рядом с лошадьми.

Есения кивнула и послушно встала, но сначала предпочла потянуться, чтобы размять затёкшее тело. Княжич подошёл к задней стенке и толкнул дверцы, особенно ни на что не надеясь. Конечно, эти двое закрыли створки, а судя по виду из небольшой щели использовали амбарный замок. Велерад выругался. Такого он не ожидал. Он надеялся на задвижку, которую сможет поддеть, но замок изнутри вскрыть не получится. Неужели придётся ломать? Велерад обернулся на Есению.

– Сможешь сломать? – спросил он.

– Громко же будет, – она отрицательно мотнула головой и подошла к нему. – Давай лучше через тень выберемся? Только воздуха набери побольше, как будто нырнуть собираешься.

Она взяла его за руку и крепко сжала. Велерад послушно вдохнул поглубже и прикрыл глаза. Его тело сдавило, а потом куда-то рвануло. Было ощущение, что тело вот-вот разорвёт на мелкие куски, но это быстро прошло. В лицо ударил свежий воздух, пропитанный ароматом цветов и мёда, отчего Велерад открыл глаза. Они с Есенией стояли за углом дома недалеко от повозки. Якоб ничего не заметил, продолжая охранять. Деревня же оказалась очень приятным местом – везде, где только можно были высажены цветы, вокруг которых кружили пчёлы. У нескольких домов Велерад даже смог заметить ульи. Видимо, тут промышляют мёдом. Есении, по всей видимости, окружение было не интересно, а потому она потянула княжича вперёд.

– Подожди, – он мягко отцепил её руку.

– Что не так? – Есения обернулась и вскинула брови. – Ты ведь обещал, что мы тут купим коня и поедем дальше?

– Да но… – Велерад сжал губы, не зная как лучше объяснить свои опасения девушке. – Думаю, нам стоит отдохнуть. Я глаз не сомкнул, пока мы ехали.

– Мы ведь должны Вадима догнать, – Есения нахмурилась. – Ты обещал!

– Да, и я не отказываюсь от слов, – Велерад закивал. – Но Вадима нам точно не догнать так быстро, как хотелось бы. Вот если бы ты могла в тени перемещаться очень быстро…

– Не могу, и ты не выдержишь, – Есения мотнула головой. – Простому человеку нельзя долго находиться в моих тенях. Мне ведь ещё и дорогу знать надо, а я тут впервые…

– Потому и прошу тебя немного притормозить, – Велерад понимал это. – Нам нужен отдых.

Есения окинула княжича задумчивым взглядом. Видимо, она что-то для себя решила.

– Ладно, и что делать? – согласилась она.

– Нужно найти таверну, – уверенно заявил Велерад.

– Так пошли, – Есения развернулась и зашагала вперёд.

По правде, Велерад понятия не имел, где искать таверну, которую упомянула ведьма, а потому отправился за Есей вслед, надеясь, что они не опоздают на важный разговор Соломеи. В голове всё продолжали крутиться нехорошие мысли, оттого желание выяснить, что в Уровинском княжестве творится, лишь возрастало. Конечно, Велерад сомневался, что Соломея с Кшиштофом встречается – иначе зачем Вадима в Сновск потянуло? Наверняка кто-то ещё. Возможно, какой-то сильный маг. Раз Соломея так всполошилась из-за того, что Вадима упустила вместе с каким-то Бурьяном, наверное, она попросит у кого-то более опытного помощи в таком вопросе?

***

Бурьян чувствовал, как тело слегка дрожит после встречи с лешим. Он всё не мог поверить в произошедшее, а вот Вадиму плевать было. Они отошли в поле, где вытоптали себе лежбище, после чего седой развёл костёр, попросил Бурьяна от духов руны выставить, а сам завалился спать на примятой траве. Брюнет часто просыпался то от кошмаров, то от ощущения, что рядом кто-то шныряет, но всё было тихо. Утром Вадим услужливо угостил Бурьяна яблоком прежде, чем идти дальше. Юный некромант бездумно надкусил, устав уже от обилия мыслей.

– А я думал откажешься, – хмыкнул Вадим.

Бурьян своё доверие объяснять не стал. Яблоко оказалось сочным, освежающим и на удивление сытным, но удивляться брюнет не собирался. Волшебное яблоко, снимающее усталость и дарующее насыщение было самым слабым фокусом из котомочки Вадима.

– У тебя хорошо вышло залечить раны, – седой же принялся рассматривать лицо Бурьяна.

Перед сном, брюнет занялся царапинами и ссадинами, которые противно ныли после того, как леший их вышвырнул, потому сейчас был абсолютно в порядке, в отличии от Вадима, на щеке которого всё ещё красовалась одна глубокая царапина.

– Удивлён, что ты этого не умеешь, – нахмурился Бурьян.

– У каждого свои сильные стороны, – Вадим пожал плечами и повёл рукой, собирая в ней будто бы туман. – Целительство с помощью магии штука сложная, такие заклинания не каждому встречному даются, да и заживлять будут долго, если без опыта колдун. Потому большинство магов и ведьм используют мази да отвары.

Туман рассеялся, а в руке седого осталась маленькая деревянная баночка. Он отвинтил крышку, подцепил большим пальцем зеленоватую массу и принялся наносить на свои раны, отчего те стали затягиваться.

– Хотя сложные раны такое не исцелит в любом случае, – продолжил разговор Вадим. – А вот ты, уверен, даже переломы срастить способен магией, я ведь прав?

Бурьян хлопнул глазами, не понимая к чему всё это было сказано? Неужели Вадим и правда не умеет целительные заклинания применять? Или снова издевается?

– Матушка с детства меня учила, – неуверенно кивнул брюнет. – Не вижу в этом ничего особенного. Господин Кшиштоф всегда говорил, что не надо быть семи пядей во лбу, чтобы целителем стать.

– Мази и отвары каждый дурак сделать сумеет, – Вадим хохотнул и слегка сжал баночку с мазью, превращая её в туман. – Но если говорить о заклинаниях… Небось ты бы и без них справился. Непростой это дар.

– Что-то вроде твоего умения мысли читать? – поинтересовался Бурьян, не ожидая таких слов.

– Нет, – седой мотнул головой. – Мысли читать как раз можно научить любого, если секрет знать, а тут именно что природный дар иметь нужно. Вроде как будущее предсказывать.

– Скажешь тоже, – Бурьян вскинул брови. – Целительство и будущее… Даже звучит смешно в сравнении!

– Это только так кажется, – Вадим же пожал плечами. – А ведь тебе не надо ни мази с собой таскать, ни зелья. Ты способен просто залечить любую рану, а если подучишься, то такие травмы исцелять сможешь… Если тебя в битве кто ранит, так ты тут же вылечишься и битву продолжишь, пока твой враг будет кровью истекать.

Бурьян сглотнул, не желая представлять себе подобные картины. Он бы порадовался, но всё равно не видел в этом ничего полезного. Магия исцеления давалась ему просто, как только матушка начала обучать. Однако сейчас такой дар едва ли имел хоть какое-то значение в его жизни. Возможно, именно этот дар и мешал ему изучать некромантию.

– Даже если оно так, – сдавленно сказал он, отвернувшись. – Господину Кшиштофу такой дар ни к чему… Он целителей презирает.

– Потому ты решил некромантом стать? – Вадим не улыбался, а даже наоборот.

Казалось, что его это всё больше Бурьяна расстроило.

– Тебя не касается, – отрезал брюнет и поднялся на ноги. – Давай путь продолжать, сам же хотел.

Вадим вставать не торопился. Он вперился в спутника глазами так, будто пытался сейчас душу его наизнанку вывернуть.

– Ладно, пошли, раз так не терпится меня своему господину продать, – медленно поднялся седой и отряхнулся от травы. – Уже решил какую награду за меня попросишь?

Лицо Вадима озарила противная усмешка, отчего захотелось его в какой-нибудь овраг закинуть да оставить там. Бурьян же прекрасно понимал зачем этот колдун к господину Кшиштофу идёт! Но внутри будто кошки скребли каждый раз, как брюнет помышлял о том, чтобы сбежать и бросить седого одного. Бурьян сжал кулаки и отправился к дороге. Почему-то слова про награду очень неприятными ощущениями отзывались в голове, словно Вадим что-то обидное сказал. Оправдываться перед ним Бурьяну не за что!

***

Таверну оказалось найти очень просто, даже не потому, что над входом висела красивая резная вывеска. Само здание смотрелось очень богато – деревянные колонны, стены украшены цветочными узорами, вокруг высажены цветы, на втором этаже был даже огромный балкон, выходящий на цветочные поля рядом с деревней. В этой таверне явно останавливались богатые купцы, а то и другие влиятельные личности. Выглядела она так, будто они находились вообще не в своей стране. Светиться здесь не хотелось, но необходимо войти внутрь, чтобы понять где сейчас Соломея.

– Нас туда не пустят, – заявил Велерад печально.

– Ты даже не попробовал войти, – Есения закатила глаза почти так же, как это часто делал Вадим, когда был чем-то недоволен.

– Посмотри на нас и на таверну, – Велерад кивнул на тяжёлую дубовую дверь. – Нам не поверят, что есть деньги, а комнаты там точно стоят много.

– У тебя же мешочек Вадима, – Есения ткнула пальцем в предмет, висящий на поясе рядом с мечом. – А внешний вид роли не сыграет, ежели мы расплатиться сможем!

Велерад понимал, что она права, но не был уверен, что идея хорошая. Он-то пришёл сюда, чтобы найти Соломею и разговор подслушать. Но женщина и уйти уже могла, не говоря о том, что княжич не представляет, как та выглядит.

– Если откажут, так другую таверну найдём, – Есения же уверенно потянула его внутрь.

Помещение было светлым, приятным, тут пахло едой, а за столами сидели люди одетые в дорогие одежды. Здесь народ явно был более расслаблен, чем во Вроцлаве. Таверна “Кровавый коготь” вопреки названию оказалась очень хорошим местом. Как только они вошли, Есения тут же отпустила княжича и уверенно двинулась к полкам, на которых стояли красивые бутылки с местной медовухой. Именно там крутилась женщина, выставляющая на полки новую партию. Велерад медленно шёл за ней, попутно окидывая взглядом первый этаж, но не находя ни одной женщины.

– Простите, можем ли мы комнату снять? – спросила Есения, улыбнувшись.

Женщина выставила бутылку и только потом повернулась. Она была высокой, черноволосой, а лицо оказалось строгим, с острыми чертами. Хозяйка окинула взглядом сначала девушку, а потом и Велераду досталось.

– Можно, ежели денег хватит, – пожала в итоге она плечами, заговорив хрипловатым голосом. – У меня стоит десять золотых за ночь и это без обеда и ужина. За еду отдельно платить надо. А ежели вы с лошадью, то и за простой тоже отдельно.

– Мы без лошадей, – Есения отрицательно мотнула головой. – Нас обманули, продали какую-то клячу больную, пришлось от неё избавиться, а вторая сбежала, пока мы в дороге останавливались. Но вы за деньги не волнуйтесь – мой батюшка купец, он мне с собой достаточно дал. Даже дружинника приставил, чтобы он меня сопроводил до моего жениха в Сновске.

Велерад расправил плечи, но ничего не сказал. Оставалось лишь удивляться, как у Есении совести хватает врать.

– Батюшка приданное моё отдельно отправил, – продолжала Есения. – А я вперёд поехала, потому как быстрее уже хочется замуж выйти, но чтобы на нас воры и разбойники не напали пришлось сменить одежды на что-то попроще.

– До Сновска это вам далеко, – женщина даже как-то смягчилась. – Есть у меня для вас комната подходящая. Там две кровати отдельные в отдельных помещениях. Так и дружинник ваш рядом останется. Только за неё я уже двадцать золотых попрошу.

Велерад понимал, что в общем-то эта дама просто цену решила набить. Тем не менее, он слегка сжал мешочек, подумав о нужной сумме и непременно, чтобы изображение было с совой – здешние деньги, чтобы никто не догадался откуда они едут. Волшебный предмет послушно наполнился нужной суммой, которую Велерад и протянул хозяйке.

– Нам подойдёт, – строго сказал он.

Хозяйка дважды пересчитала деньги и даже на зуб попробовала, будто это могло точно указать на подделку, и лишь после всех этих махинаций выдала ключ. Велераду стало немного стыдно, что из Вроцлава они быстро уехали и забрали с собой ключи от комнат. С другой стороны, их конь остался там, а значит хозяин точно сможет вернуть себе деньги и сделать новые замки у кузнеца.

– Вы на второй этаж поднимайтесь, да направо до самого конца идите, там справа красная дверь будет, на которой ромашки нарисованы, – объяснила хозяйка. – На обед сюда спускайтесь, а влево не ходите. Там сейчас важные гости, просили им не мешать.

Велерад сжал ключик. Важные гости. Уж не Соломея ли это? Точно она должна быть. Есения же тепло улыбнулась и поблагодарила хозяйку, а потом дёрнула Велерада за рукав, призывая идти следом. Они поднялись по широкой лестнице, откуда Есения тут же повернула направо, видимо, желая поскорее запереться в комнате, чтобы Велерад мог как следует поспать, но княжич остановился и уставился в другой конец коридора. Там перед зелёной дверью стоял высокий грузный мужчина с кустистой бородой и чёрными волосами. На его поясе виднелись кожаные ножны, украшенные самоцветами, а из них торчала ручка меча. Даже издалека Велераду было понятно, что работа искусная. Однако Соломея с собой людей не брала. Значит, это охранник её знакомого? Мужчина был одет в чёрный кафтан с серебряными пуговицами, руки держал за спиной и злобно обозревал пространство перед собой. Когда он встретился с Велерадом взглядом, то нахмурился, потому княжич поспешил к выкупленной комнате, чтобы не привлекать больше внимания.

– Здесь просторно, – восхитилась Есения, когда они вошли.

Комната состояла из двух частей, как и обещала хозяйка, кроме того, тут наблюдалось большое окно, выходящее на цветочное поле, а из второй комнаты можно было выйти на балкончик, где даже стоял круглый столик и два стула. Словно можно было заказать обед и поесть прямо здесь под роскошный вид. Даже удивительно лицезреть настолько мирную картину, если вспоминать, что они видели во Вроцлаве. В целом Уровинское княжество казалось Велераду враждебным.

Есения плюхнулась на мягкую перину, немного попрыгала, а потом повалилась, расставив руки в стороны.

– Ложись спать, а потом пойдём коней искать, – посоветовала девушка, не поднимаясь.

Она явно наслаждалась богатым убранством, но не то чтобы была особенно удивлена, словно каждый день ночевала в подобных местах. А то и видела что-то получше.

– Вот как раз на счёт коней стоило бы спросить сейчас, – Велерад оставался в дверях, не торопясь проходить дальше.

Он понимал, что Соломея находится рядом и обсуждает что-то важное. Успеет ли он подслушать хотя бы часть разговора? И как это сделать? Кажется, с той стороны, где их комната, Велерад успел приметить просторный балкон. Если попробовать на него залезть?

– Сейчас? – Есения поднялась на локтях и склонила голову вбок. – Но ты же хотел спать.

– Да, хотел, но я быстро, обещаю, никуда не уходи, – затараторил княжич и выскользнул за дверь.

Быстрым шагом он добрался до лестницы и сбежал вниз. Хозяйка была занята обслуживанием важных персон, так что и не заметила, как Велерад покинул её заведение. Княжич осмотрелся, убедился, что рядом нет свидетелей, перемахнул через плетень и направился искать нужный балкон. Та комната, в которой расположилась Соломея, явно была намного дороже, потому что такой просторный балкон предполагал и просторную комнату за ним. Велерад остановился и задрал голову, думая как бы лучше залезть. К его сожалению рядом не было никакого дерева, но зато обнаружились бочки, которые хозяйка выставляла из таверны. Как оказалось, пустые. Поэтому княжич подвинул одну из них, отчего смог зацепиться и подтянуться.

Он действовал осторожно, с самого бока, чтобы макушка не попала в окно. Пригнувшись, он подполз ближе к раскрытой раме и затаился под ней, слушая женские голоса.

– Ну и наломала ты дров, – этот смех был похож на перезвон колокольчиков, а голос совсем не знаком.

– Прекрати надо мной потешаться! Я не для того тебе всё это рассказывала тут! – а вот этот властный голосок точно принадлежал Соломее.

Значит, она встречается с другой ведьмой?

– Ты сама соглашалась, что мальчишку следует убить! Мне подвернулся такой шанс… – продолжала Соломея.

– А в итоге они оба тебя надурили и теперь на пути к господину Кшиштофу с милой историей, за которую тебя казнить следует, – пропела вторая особа.

– Я сама видела, как он пил! – взвизгнула Соломея, разгневавшись. – Я на этого ирода истратила такой редкий приворот… Второй такой не достать! Я была уверена, что всё сработает!

Велерад напрягся, понимая, что речь идёт о случае с Вадимом, о котором упоминали двое приближённых Соломеи.

– Похоже искусный колдун тебе достался, раз так ловко обвёл вокруг пальца, – вторая женщина всё равно продолжила веселиться. – Не удивительно, раз тебе его представили как внука Тихомиры.

– Не было у неё внуков! – голос Соломеи срывался на визг. – Бурьян это специально придумал! За дуру меня держит! И господина обмануть решил, чтобы он не наказывал за смерть той старой карги!

– А с чего ты вообще решила, что тебя обманули? – спросила вторая. – Небось он и сам в Лютоборе сгинул, вот и весь ответ.

– Даже если бы сгинул, его труп бы ко мне вернулся! – рявкнула Соломея. – Сказала же, что зелье самое мощное! Или ты меня вообще не слушала, Вероника?!

– Просто пытаюсь тебя успокоить, – небрежно ответила вторая ведьма. – Имей хоть каплю благодарности.

– У меня жизнь на волоске висит! – всхлипнула Соломея.

– А ты уверена, что тот седой не оставил метку на Бурьяне? – уточнила Вероника.

– Я по-твоему дура набитая? Отличить не смогу, когда кто-то под контролем?! – обиделась Соломея.

– Ну, давай я тогда с братом свяжусь? Всё равно этим двоим Гданьск не обойти стороной, если смогут Лютобор покинуть, – предложила Вероника.

– И что? – Соломея всхлипнула, тон её был недоверчивым. – Что Игнатий сделает? Послушает тебя?

– Куда он денется, – Вероника хохотнула. – Сделает, что скажу. Хочешь – задержит в темнице. Хочешь – убъёт.

Послышался звук отодвигаемого стула, а потом и шаги.

– А мы с тобой поедем к господину Кшиштофу, первыми до него доберёмся, расскажем, что тот колдун нашего Бурьяна поработил, – ласкового заговорила Вероника. – Захочешь убить их – Игнатий убьёт, а тела в Сновск привезёт и расскажет, что они сами напали. Выбора, скажет, не было. Метку-то не найти на мёртвом теле, кто ж узнает правду.

– И… Что ты хочешь за такую помощь? – Соломея вроде и успокоилась, но голос всё равно дрожал.

– Я ведь тебе уже рассказала, как поездка моя прошла. Поможешь мне сына царя в плен захватить. Я бы и сама, но меня там уже знают, – Вероника не стала ходить вокруг да около. – Господин Кшиштоф хотел с ним по-хорошему договориться, но царь отказал мне. Развернул, велел больше не появляться… Я, конечно, доверяю нашему господину, он мне говорил, что у него в рукаве секрет припрятан, но тут помочь надо. Уж слишком он осторожен. Считает, что мертвецов у нас маловато против царя идти, но делать этого и не придётся, если как я сказала сделаем. Любые условия сможем царю выставить.

– И как же я его похитить должна? – ошарашенно спросила Соломея.

– Возможность я тебе предоставлю, не волнуйся, – хмыкнула Вероника. – На царевича зелье приворотное и послабее можно. Такие ты точно сама делать умеешь.

– Уж не знаю, хороша ли идея твоя, – буркнула Соломея.

– Ну, выбирать-то тебе, – снова раздались шаги, похоже Вероника отошла. – Сама тогда перед господином оправдываться будешь за Бурьяна?

Это явно была угроза, потому Соломея отвечать не торопилась, но Велерада волновало другое. Он только что стал свидетелем заговора, причём достаточно глупого. Если этим двоим удастся сына царя захватить, то на них обрушится гнев всех княжеств. Даже если они некроманты, им не хватит сил сдерживать такой натиск. Конечно, есть шанс, что царь испугается за здоровье отпрыска, но Велерад в этом сильно сомневался. Царь был достаточно хладнокровен, чтобы пожертвовать одним сыном ради блага его земель. Слишком оскорбительно будет для него прогибаться под требования какого-то там некроманта, а потому их ждёт война.

– Хорошо, – Соломея сказала сквозь стиснутые зубы. – Я помогу тебе. Связывайся с Игнатием. Пусть убьёт Бурьяна и его дружка!

Велерад выдохнул и осторожно направился к краю балкона. Он услышал всё, что хотел, а значит пора возвращаться к Есении. К сожалению, слишком княжич поторопился и не очень удачно спрыгнул, задев бочку, которая откатилась и грохнулась о другие, оставшиеся у стены.

– Это что там такое? – услышал он сердитый голос Вероники.

Велерад на четвереньках нырнул под балкон, понимая, что бежать будет глупо. Он услышал шаги – явно женщины подошли к перилам.

– Геворг! Немедленно проверь всё! – рявкнула Вероника.

Велерад прижался спиной к стене, не зная что предпринять. Он услышал тяжёлые шаги сверху – охранник не собирался выходить через дверь. Сейчас он спрыгнет, и что тогда делать? Княжич сжал гарду меча, готовясь к бою. Он уже видел, как большие чёрные кожаные сапоги свелись вниз, готовые уронить перед ним всю огромную тушу того мужчины, что охранял дверь, как вдруг его тело окутала тьма и рвануло куда-то вниз.