Бурьян еле разлепил глаза, встречая деревянный потолок комнатки и маленького паучка, который старательно плёл в углу паутину. Юноша никак не ожидал, что потеряет сознание от магического истощения. Брюнет моргнул, чтобы сфокусировать зрение и осознать где он, а потом реальность навалилась тяжёлым трупом на грудь, заставляя подорваться и сесть. Он тут же поморщился, потому как острая боль пронзила голову, будто кто-то вставил раскалённое шило в висок.

– Я бы на твоём месте так не дёргался, – голос Вадима зазвучал будто бы из колодца. – Ты потратил много магии на то заклинание, хотя я предупреждал, что так будет.

Бурьян повернул голову. Вадим сидел на кровати напротив и внимательно наблюдал за брюнетом. Теперь он поднялся, порылся в кармане и вытащил оттуда глиняный пузырёк. Узнать, что внутри по цвету жидкости не представлялось возможным.

– Выпей вот это – полегчает, – седой протянул предмет Бурьяну.

Он уставился на сосуд, чувствуя, как дрожат руки. Бурьян сглотнул. Он видел свою мёртвую мать. Всё это время она находилась здесь. У него под носом, а господин врал, что продолжает её искать.

– Что… Произошло с ней? – сдавленно спросил Бурьян, не торопясь принимать помощь.

– С кем? – переспросил Вадим.

– Не прикидывайся идиотом! – рявкнул Бурьян даже не думая о том, что его крики может кто-то услышать. – Ты и так знаешь о ком я думаю!

– Выпей зелье, тогда и поговорим, – с нажимом сказал Вадим.

Он слегка покачал пузырёк перед Бурьяном, а на лице застыла какая-то непроницаемая маска. Он злится? С чего бы? Бурьян выхватил зелье, откупорил и залпом выпил, тут же закашлявшись от того, насколько оно холодное. Бурьян согнулся и зажмурился, пытаясь успокоить кашель, а вот головная боль затихла как-то сама собой. Это зелье подействовало? По крайней мере теперь он не чувствовал себя таким опустошённым. Осталось лишь отвратительное ощущение из-за того, что его обманули.

– Значит… Ты всё знал… – сипло проговорил Бурьян, медленно выпрямляясь. – Откуда?

Он вперился взглядом в седого колдуна, который спокойно плюхнулся на свою кровать, будто ничего плохого сейчас не происходило.

– Твоя матушка мне и поведала, – как-то безразлично отозвался Вадим.

– Она мертва! – снова из Бурьяна вырвался крик. – Издеваешься надо мной?!

Собственный голос отзывался эхом на задворках сознания, заставляя всё сильнее понять истину – его мама больше никогда не вернётся. Надежда разбилась на мелкие осколки, которые теперь глубоко впивались в душу, стараясь оставить после себя раны как можно глубже.

– Мертва уже три года как, – Вадим кивнул.

– Тогда как ты мог от неё что-то узнать? – Бурьян стиснул край кровати, вцепившись пальцами в жёсткую перину.

– Ну, – Вадим потёр шею, сомневаясь стоит ли говорить. – Вот у тебя дар к целительству, а у меня другой дар. К моему сожалению, духи умерших и те, кто обитает в царстве мёртвых могут со мной общаться. Сложно вот так объяснить… Но если ты не будешь больше орать, то я постараюсь сделать это. Я, конечно, руны нанёс, чтобы Юзеф нас не слышал, но всё же…

Бурьян сжал губы и слабо кивнул.

– Я уже говорил – когда некромант кого-то воскрешает, то душе это на пользу не идёт, – Вадим окинул комнату взглядом, почему-то не желая больше смотреть на Бурьяна. – По сути они застревают где-то между нашим миром и миром мёртвых. Учитывая скольких несчастных у вас тут заперли в таком плачевном положении, ты даже представить не можешь какую какофонию они мне устроили…

Вадим поморщился и запустил мизинец в ухо, будто туда попало что-то неприятное.

– В общем… Одним из таких духов была твоя матушка, – вернулся к рассказу седой. – Им бы очень хотелось прекратить свои мучения, и они с чего-то решили, что я на такое способен… Твоя матушка стала очень уж громкой, когда поняла, что тебя отправили к Тихомире. Она умоляла тебя не убивать. А потом вовсе попросила помочь тебе. Разве мог я отказать такой отчаявшейся женщине?

– Попросила… Помочь… – Бурьян ощутил, как в горле пересохло.

Всё это время Вадим шёл за ним, защищал от духов и вытаскивал из смертельных ситуаций потому, что мама Бурьяна просила помочь? Верилось в такое с трудом, но…

– Она не хотела, чтобы ты знал, что с ней стало, – Вадим продолжал. – Она боится, что ты натворишь глупостей, но я устал. Поэтому решил, что ты должен знать правду.

Бурьян вспомнил, когда Вадим будто с кем-то разговаривал, вспомнил тот день, когда седой сердито пообещал найти матушку, вспомнил, как он кого-то попросил заткнуться…

– Значит… Ты и сейчас её слышишь? – спросил Бурьян. – Это её я видел тогда в лесу? Ту тень, которая нырнула в твой карман?

– Нет, – Вадим хохотнул. – В карман нырнула не она. Это был домовой.

– Домо… Вой? – Бурьян опешил.

– Да, домовой, – Вадим кивнул. – Ильян же сжёг наш с бабушкой дом, так куда мне прикажешь бедного духа девать?

Бурьян хлопнул глазами, не понимая как вообще можно было додуматься хранить домового в кармане!

– А твою матушку я слышу, – Вадим продолжил. – И других духов слышу. Но поговорить даже не проси. Я вам тут гонцом быть не собираюсь… Для этого ритуал нужен, а так как тело твоей матушки сейчас Кшиштоф оскверняет, то и провести его нормально не выйдет. Дух твоей матушки сейчас пропитан злобой и обидой, потому опасно ритуалы устраивать. Вырвется и запросто может кем-то жутким стать, и нам с тобой проклятие достанется. Ты пойми уж, что сейчас она одного хочет – тебя защитить. У неё и разума не осталось…

– Не смей так говорить! – оборвал Бурьян.

– А как мне говорить? – Вадим постучал себе по виску. – Она там не одна сейчас, чтоб ты знал. Я согласился помочь, поэтому они выполняют обещание и ведут себя тихо, но твоя матушка сильно злится, когда дело тебя касается. До сих пор голова раскалывается от её криков. Она страшно против была, чтобы я тебе показал, где она.

Так вот почему Вадим выглядел таким измученным? Всё из-за матушки.

– Значит… Эти духи… Попросили тебя убить господина? – Бурьян хотел разобраться, а пока он мало что понимал.

– Я же уже не раз сказал тебе, что не собираюсь его убивать, – седой пожал плечами.

– Почему?! – Бурьян вскочил на ноги. – Ты же сам мне всю дорогу затирал какой он плохой! Разве ты не за этим приехал? Ты же сам мечтаешь за бабушку отомстить!

– Ого, – Вадим рассмеялся. – Вот она оказывается цена твоего доверия. Жизнь матери. Всё артачился, а теперь сам готов господину любимому нож в глазницу воткнуть?

Бурьян застыл, понимая, что Вадим снова слишком глубоко в его мысли залез.

– И что? – сквозь стиснутые зубы проговорил Бурьян. – Что с того? Или ты хочешь сказать, что у него была какая-то причина убить мою мать?!

– Причина то была, – протянул Вадим, окидывая рассерженного оценивающим взглядом. – Но тебе она не понравится. Матушка твоя ему мешалась. Он кое-что сделать хотел, а она не давала, вот и убил.

Значит, просто путалась под ногами… От этого знания стало ещё хуже. Сердце распалялось, заставляя ненавидеть некроманта, но больше Бурьян ненавидел себя. Три года послушно учился, выполнял все поручения господина, старался как мог, выслушивал оскорбления за свою магию целительства, а в итоге был жестоко обманут. Кшиштоф его за дурачка всё это время держал, поручая грязную работу. Значит, и матушка его такое делала? Наверное, Кшиштоф угрожал ей, но женщина всё равно не выдержала. Что же произошло? Она попыталась убить господина, но он её опередил? Нет. Это уже не важно. Жизнь матери уже не вернуть.

– Ты говорил… Что в помощи мне не откажешь… – вспомнил Бурьян.

– Ещё раз повторяю – не буду я убивать твоего господина, – Вадим отрицательно мотнул головой.

– Что? Испугался? Или сил не хватит? – Бурьян хохотнул от злости и шагнул к двери. – Значит, я сам справлюсь…

Он дёрнул ручку, совсем забыв, что Юзеф их запер. А сколько времени прошло с тех пор, как он потерял сознание? Бурьян как-то не задумывался.

– И как ты его убьёшь? – спокойно спросил Вадим. – Для этого надо знать, где тело настоящее.

– Значит, найду, – рубанул Бурьян, безуспешно дёргая дверь.

– Нельзя убивать Кшиштофа, – эта фраза прозвучала устало.

– Почему?! – Бурьян обернулся, сжимая ручку двери, но перестав дёргать. – Скажешь, что каждый заслуживает жить? От тебя в такие фразы не поверю! Или потому что ТЕБЕ от него что-то нужно?

– Успокойся, – это прозвучало достаточно властно от Вадима, чтобы Бурьян уронил руку. – Злость тебе ничем не поможет. Убить я его не могу, потому что и ты тогда умрёшь.

– Я? – Бурьян вскинул брови.

– Я же сказал, – Вадим прикрыл глаза и принялся массировать переносицу. – Он твою мать убил потому, что она ему кое-что мешала сделать. Кадавры, которых он сейчас как прикрытие использует, конечно хороши, но просто подумай, Бурьян – почему он так тщательно тебя обучать стал? Зачем подле себя держит? Настолько он к тебе привязан, что Соломея приревновала, мечтая тебя прикончить и даже не понимая насколько большую ошибку бы совершила. Неужели есть хоть один ученик, к которому он относится так же как к тебе?

Вадим поднял глаза на Бурьяна, а юноша открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не придумал что. Он даже не понимал, что Кшиштоф возится с ним куда больше, чем с остальными, не замечал какого-то особого отношения. Всё это время он думал, что это сочувствие, что господину просто жаль мальчишку, который остался совсем один без любимой матушки…

– Ты его запасное тело, – выпалил Вадим. – Если кто-то убьёт настоящее тело Кшиштофа, то он просто переселит свою душу в твоё тело. Он уже провёл нужный ритуал. Ему не очень хотелось бы воскрешать себя в мертвеца. Там магия уже застыла, развить ничего не получится, но ты, Бурьян, молод, у тебя есть потенциал, а ещё целительство… Представь себе некроманта, которого невозможно ранить? Твоя мать узнала о его планах, потому и была против, но не смогла ничего сделать.

Бурьян рухнул на кровать позади, согнулся и запустил пальцы в волосы. Он тяжело дышал, чувствуя подступающую тошноту. Хотелось бы ему, чтобы всё это оказалось ложью, но он своими глазами видел тело матушки. Когда Кшиштоф успел провести ритуал? Почему Бурьян этого не заметил? Как он мог быть таким идиотом? Отчаяние захлестнуло разум вместе с гневом. Бурьян прекрасно понимал, что ничего не может поделать.

– Ты подожди отчаиваться-то, – сказал Вадим. – Матушку твою не вернуть, это да, печально и отвратительно, но тебе помочь можно.

– Как? – сипло спросил Бурьян, подняв взгляд.

– Для начала нам с тобой надо притвориться, что мы ничего не знаем, – задумчиво сказал Вадим. – Я бы тебе объяснил, но вдруг тебя схватят и пытать будут? Уж прости, но затея опасная, а потому не всё сразу. Сможешь набраться терпения? Или мне всё же придётся использовать тот метод, который Ворса хотела?

Бурьян нахмурился. Вадим явно многое недоговаривал, вывалил лишь выборочную информацию, от которой стало так тошно, что хотелось голову расшибить о стену. Брюнет не понимал всего и, кажется, не хотел понимать. Вадим что-то задумал, но не убивать Кшиштофа, тогда что? Он говорил, что господин поможет стать ему сильнее? Неужели он хочет обучиться у него тому самому ритуалу из-за которого тело Бурьяна теперь стало сосудом? Юноша ощутил отвращение и неимоверное желание содрать с себя кожу.

– Если хочешь, я могу магическую клятву дать, что помогу тебе, – осторожно сказал Вадим, явно слыша все эти мысли. – Но ты, как и Ворса, должен будешь меня слушаться, чтобы всё получилось.

Опять он про клятву заладил… Бурьян мыслей читать не умел, а сейчас очень хотелось бы. Ощущение опасности медленно заползло по спине и стало душить. Как долго Кшиштоф собирался взращивать Бурьяна? В какой момент он хочет занять его тело? Как много времени у брюнета осталось? И что случится потом? Вадим сказал, что он умрёт, но почему-то казалось, что произойдёт что-то пострашнее. Разве в такой ситуации вообще можно делать выбор?

– Не нужна мне твоя клятва, – в итоге выпалил Бурьян. – Я не хочу тебе верить. Но… Я не собираюсь тебе мешать. Делай с господином, что хочешь…

Бурьян отвернулся и уставился на дверь, слыша лишь вздох облегчения со стороны седого. Внутри зияла дыра, засасывающая в себя остатки хоть каких-то хороших чувств. Всё, что он знал о господине в итоге оказалось ложью, а этот седой был прав. Он смог найти то, за что Бурьян возненавидел некроманта всем сердцем.

***

Какое-то время они молчали. Бурьян пытался переварить произошедшее и справиться с бурей внутри, но у него возникало всё больше новых вопросов. Почему именно его Кшиштоф выбрал в качестве сосуда? Есть много целителей и получше Бурьяна. Что за ритуал он провёл, что Бурьян даже ничего и не понял? Он лежал на кровати, прикрыв глаза и отчаянно пытался вспомнить хоть что-то странное. Было ли это какое-то заклинание? Возможно, Кшиштоф что-то подмешал в еду? По словам Вадима Соломея не знала, что тело Бурьяна сосуд, а значит убить его пыталась не потому, что метит на место господина. Всем известно, что Соломея в него безответно влюблена, но помимо этого женщина обожает власть. Выйти за Кшиштофа сейчас для неё значило бы стать наравне с жёнами князей, однако некромант действительно вёл себя странно, если подумать. Он будто готовил Бурьяна на своё место, поэтому Соломея разозлилась? Она не хотела делить власть с Бурьяном.

Брюнет поджал губы, понимая, что женщина действительно оказалась глупа и очень далека в своих догадках. Но чтобы Вероника и Игнатий стали ей помогать? От двойняшек это было странно. Неужели они тоже настолько глупы, как и Соломея? Или же у них была своя цель? Бурьян внезапно осознал, что Кшиштофу никто не доложил о попытках этих троих убить его. Интересно, что будет, если он расскажет? Сейчас некромант запер их вместе с Вадимом, чтобы проверить седого колдуна на верность. Кшиштоф, возможно, решил, что как только Вадим переступит порог терема, то убьёт Бурьяна или попытается хотя бы напасть на него, а потом проберётся в главный терем, чтобы убить некроманта. Неужели Кшиштоф настолько самоуверен, чтобы пожертвовать своим живым сосудом? Брюнет вздохнул, понимая, что понятия не имеет насколько сложным был ритуал. Возможно, Кшиштоф просто разочаровался в Бурьяне и уже давно подобрал себе новый сосуд? Либо же некромант знает, что с Бурьяном в любом случае ничего не случится.

– Знаешь, – внезапно Вадим нарушил тишину. – Наверное, пока что лучше не рассказывать о том, что тебя пытались убить.

– Почему? – Бурьян открыл глаза и повернул голову.

Седой тоже развалился на кровати, закинув руки за голову и уставившись на входную дверь. Из всех мыслей в голове Бурьяна, колдун почему-то решил зацепиться именно за эту. Стало как-то не по себе от осознания, что Вадим всё это время лежал и выслушивал внутренний монолог брюнета.

– Так веселее будет потом, – Вадим хмыкнул. – Сейчас Юзеф вернётся, так что приготовься. Но если не уверен, то можешь сказать, что страшно устал и остаться здесь.

Седой щёлкнул пальцами, развеивая все руны, которые мешали услышать, что они тут обсуждают. Бурьян хотел возмутиться, но оказалось поздно. Послышался щелчок, а потом дверь распахнулась как раз в тот момент, когда Бурьян сел, свесив ноги на пол. Вадим свою вальяжную позу не поменял. Юзеф вошёл и окинул их взглядом, скользнув по Бурьяну, а вот на Вадиме задержавшись чуть дольше.

– Могли бы нам хоть карты дать, а то скучно взаперти сидеть, – пожаловался Вадим.

Юзеф отступил в сторону, пропуская в комнату ещё одного мужчину. Он был среднего роста, имел короткие каштановые волосы, был слегка полноват. Широкие брови нависали над карими глазами, которые были посажены как-то слишком близко друг к другу. Бурьян помнил его. У князя Болеслава был лучший друг – купец, который чуть ли не жил в этом тереме. Кшиштоф убил того купца, но вот сына пощадил лишь затем, чтобы потом поручить унизительную работу прислуги. Кажется, его звали Ян.

– Господин просил вам передать, – Ян не смотрел ни на кого, держа в руках сложенную одежду.

Он положил её на сундук и поспешил отойти к выходу. По выражению лица казалось, что ему противно тут находиться.

– Господин просил тебя переодеться перед трапезой, – Ян всё же подарил Бурьяну недолгий взгляд, а потом обратился к Вадиму. – Тебе господин просил передать, что такие одежды нужно ещё заслужить.

Вадим лишь хмыкнул, не собираясь ничего отвечать, но Ян ответа и не ждал. Он вышел из комнаты, выполнив унизительное для него поручение. Бурьян же уставился на чёрные одежды, которые ему принесли. Это были плотные штаны из чёрной ткани, чёрная шёлковая рубашка с серебряной вышивкой на манжетах и у воротника, а также чёрный камзол из дорогой ткани всё с той же серебряной вышивкой и пуговицами. Это могло означать лишь то, что Кшиштоф всё же до сих пор признаёт Бурьяна своим учеником. Только вот ему самому теперь жутко не хотелось переодеваться.

– Что Юзеф? – Вадим рывком встал с кровати и подошёл к оборотню. – Пойдём выйдем и поболтаем, пока Бурьян тут переоденется?

Седой похлопал оборотня по плечу, прежде чем покинуть комнату, и Бурьян был готов поклясться, что даже без умения читать мысли понял, что Юзеф мечтает сломать Вадиму руку. Тем не менее они оба вышли, позволяя Бурьяну переодеваться в одиночестве. Он нехотя поднялся на ноги, размышляя о том, что стоило бы всё же притвориться спящим. Хотя, если подумать, такое могло бы показаться Кшиштофу странным. Придётся смириться со своим положением. Ещё более жалким, чем у Яна.

– А ты зимой в спячку впадаешь? – услышал Бурьян голос Вадима за дверью.

Брюнет переоделся и вышел. Юзеф был ещё более сердит, чем обычно, а вот Вадим веселился, осыпая молчаливого оборотня вопросами. Хотелось спросить – зачем седому доставать оборотня? Дразнить медведя идея не из лучших. Даже колдунам сложно справиться с разъярённым оборотнем. Юзеф поспешил увести этих двоих из коридора. Ему явно не по нраву выполнять подобные поручения, но приходится, потому как Ян едва ли сможет остановить Вадима, если тот что-то задумал.

– Неплохо смотришься, – решил похвалить седой. – На княжича даже похож в таком наряде.

– И много ли ты княжичей встречал? – Бурьян закатил глаза, не собираясь реагировать на подобные высказывания.

– Парочку точно, – Вадим кивнул. – А может и больше?

– Ты меня спрашиваешь? – Бурьян вскинул брови.

Вадим лишь пожал плечами. Он будто бы забавлялся происходящим. Решил раздражать всех, кто его окружает? Его право. Бурьян не собирался реагировать.

Юзеф опять провёл их в терем в ту самую обеденную, где они побывали с утра. Однако теперь на столе были расставлены блюда. Кшиштоф сидел во главе стола, водя тонким пальцем по краю кружки, заполненной вином. Мёртвому телу не нужна была ни еда, ни вода, но, видимо, некромант решил, что так будет выглядеть презентабельнее. Он сделал высокий хвост, перетянув свои чёрные длинные волосы золотой лентой. Его чёрный кафтан тоже был расшит золотом, хотя иногда некромант предпочитал серебро, а потому нельзя было сказать, что те, кто одет в чёрное и золото ближе, чем те, кто носил серебро. Кшиштоф никого не подпускал близко.

– Проходите, присаживайтесь, – спокойно предложил Кшиштоф, поведя ладонью на два места по бокам от него. – Позвольте вас угостить перед тем, как вы отправитесь выполнять поручение.

Бурьяна затошнило, но не от вида еды, а от бархатистого голоса Кшиштофа. Он бы, наверное, так и застыл на месте, но ощутил лёгкий толчок в спину, а после Вадим бесцеремонно прошёл к столу и плюхнулся с правой стороны от некроманта. Бурьян выдохнул, напоминая себе, что нужно вести себя как обычно, и тоже прошёл за стол. Ему досталось место слева от господина, напротив улыбающегося Вадима.

– Значит, вы придумали чем меня проверить? – поинтересовался седой, придвигая к себе тарелку с овощами.

Кшиштоф ничего не трогал, а потому можно было подумать, что еда тут отравлена, но Вадима это совсем не волновало. Он решил прикинуться дурачком? Или показать некроманту своё безоговорочное доверие?

– Надеюсь, ты не думаешь, что это будет просто, – Кшиштоф хмыкнул, откинувшись на спинку стула. – Скажи, как так вышло, что до меня не долетело ни одного слуха о внуке Тихомиры?

– Не знаю, – Вадим пожал плечами. – Я довольно знаменит в Хорнянском княжестве. Может, вам стоило бы получше проверять своих информаторов?

– Или вы с бабушкой что-то сделали, чтобы слухи о тебе не выходили за пределы княжества, – Кшиштоф не сводил с Вадима взгляда.

– Да как такое возможно? – Вадим хохотнул и сделал глоток вина. – Не думаете же вы, что бабушка наложила на меня какие-то руны, неизвестные вам?

Бурьян вскинул брови, удивляясь высокомерности Вадима. Только идиот бы сейчас не понял, что седой издевается и оскорбляет некроманта.

– Значит, руны, – Кшиштоф, казалось, не злился. – И сколько подобных фокусов ты успел перенять?

– Несколько, – Вадим пожал плечами.

Бурьян предпочитал не вмешиваться. Господин явно размышлял о произошедшем, а теперь подумал, что было бы неплохо получше расспросить седого. Возможно, Кшиштоф просто дал себе время, чтобы подобрать нужные вопросы. Кроме того, было важно показать Вадиму, что он здесь никто, и разговор состоится только когда некромант того захочет. Пока что этот метод устрашения не особо подействовал на Вадима. Седой даже не напрягался, хотя позади него остановился Юзеф, сверля затылок негодяя и готовясь проломить тому череп по первому же приказу.

– Бурьян, – Кшиштоф внезапно решил обратиться к ученику, медленно повернув голову. – Что самое удивительное тебе продемонстрировал Вадим за время пути?

Бурьян никак не ожидал такого вопроса, но не ответить нельзя. Он открыл рот, осознав, что самое удивительное – чтение мыслей, однако сказать о таком юноша не смог бы даже если бы захотел. Вадим продолжил есть, будто даже не сомневаясь в том, что Бурьян ничего плохого не расскажет.

– Встреча с лешим, – сдавленно сказал брюнет в итоге. – Он умудрился уговорить духа выбросить нас из леса, что сэкономило нам время в пути. Буквально использовал хозяина леса, как транспорт…

– Лешии крадут голоса, – Кшиштоф перевел взгляд назад на Вадима. – Как же ты с ним общался?

– Лешии умеют читать мысли, – спокойно ответил Вадим. – Так зачем мне ему вслух отвечать?

Кшиштоф кивнул, удовлетворённый ответом, а Бурьян внезапно кое-что осознал. Неужели мысли чужие читать Вадима леший обучил? Но эти духи очень неохотно делятся своими знаниями! У хозяев леса много удивительной магии, и если Вадим знает её…

– Значит, никакой магии в том не было? – уточнил Кшиштоф.

– Разве что магия уговоров, – хохотнул седой.

– Бурьян, было ли что-то ещё? Более очевидное? – в голосе Кшиштофа послышалось раздражение.

Видимо, неосведомлённость Бурьяна его рассердила, но разве брюнет виноват, что не знал этого? Брюнет выдохнул, уставившись в тарелку. Сейчас фокусы Вадима едва ли его удивляли. То, как он ослепил Игнатия рассказать нельзя, потому что Вадим попросил. Про то, что Соломея пыталась его приворожить тоже. И что остаётся?

– Я никогда не встречал колдунов, способных деньги и еду из воздуха доставать, – выпалил в итоге Бурьян, не придумав ничего более удивительного.

– Есть у меня пара мыслей, как такое можно сделать, – Кшиштофа и эта информация не удивила. – Получается, что единственное самое удивительное во внуке Тихомиры так это то, что будучи едва ли старше Бурьяна, ты сильнее. Или же это обман? Неспроста волосы у тебя седые. Какой-то особый секрет молодости?

Бурьян напрягся. Можно было подумать, что Кшиштоф просто ведёт беседу, но юноша точно знал, что господин остался очень недоволен его ответами. Брюнет уверял, что Вадим может быть полезен, но по итогу не мог рассказать ничего путного. Обвинит ли Кшиштоф ученика во лжи? Или спишет на неопытность?

– А вам бы очень хотелось, чтобы это был секрет? – Вадим хмыкнул. – Спешу вас огорчить, но волосы седые не потому, что я на самом деле стар. Вы правы, я Бурьяна всего на год старше, а выгляжу так потому что обучение у бабушки совсем непростое было. Она меня сильнее своими способами сделала. Не потерпела бы рядом с собой слабака.

– Значит, – а вот теперь в голосе некроманта слышался интерес. – Можно как-то быстро сильнее стать?

– Не сказал, чтобы прям быстро, – Вадим пожал плечами. – Но явно побыстрее обычного. А вас такой секрет интересует?

Кшиштоф еле заметно бросил быстрый взгляд на Бурьяна, но сумел взять себя в руки и скрыть волнение. И что бы это значило? Тихомира ему нужна была, чтобы Бурьяна сильнее сделать как можно быстрее? Чтобы по итогу занять его тело…

– Пытаюсь понять насколько ты можешь быть мне полезен, – Кшиштоф слабо кивнул. – Если тебе такие секреты известны…

– Мне известно достаточно секретов, чтобы всё же оставить меня в живых, – Вадим вежливо улыбнулся, но слова прозвучали больше как угроза.

Бурьян принялся сжимать и разжимать кулаки под столом, пытаясь успокоить дрожь. Он так и не смог заставить себя хоть что-то съесть или выпить.

– Ну, это можно легко проверить, – Кшиштоф хмыкнул, не впечатлённый тоном седого. – Видишь ли, есть одна проблема, которую уже целый год не могут решить мои подручные. Даже Игнатий, который искуснее всех избавляется от предателей в моём окружении, ничего не смог тут поделать.

Бурьян отвёл взгляд, подумав о том, что теперь Игнатий вообще больше ничего не сможет сделать. Никогда.

– Что за проблема? – Вадим спросил как-то безразлично.

– Неподалёку от столицы существует деревня – Рыбацкая гавань, – Кшиштоф принялся задумчиво водить по краю кружки пальцем. – Крестьяне оттуда исправно поставляли мне свежую рыбу, но год назад там объявился некий колдун по имени Никола. Он пообещал крестьянам защиту за определённую плату, те согласились, а после вокруг деревни появился барьер. Как бы кто ни пытался, но пробиться сквозь него невозможно. Сможешь пробиться сквозь барьер и привезти мне труп этого Николы – тогда и поговорим о твоём обучении у меня.

– А если я не справлюсь? – Вадим нахмурился.

– Значит, будешь выполнять мои поручения просто так до тех пор, пока кровью харкать не начнёшь, – с угрозой ответил Кшиштоф. – Юзеф, проводи их во двор, я распорядился подготовить им повозку. Бурьян, проследи, пожалуйста, чтобы наш новый знакомый не сбежал от страха.

Кшиштоф встал и быстрым шагом удалился из обеденной, не скрывая уже своего раздражения. Бурьяна просьба некроманта удивила. Как он, по мнению Кшиштофа, должен будет сдержать Вадима? Седой же сжал губы, сдерживая смешок. Что его так веселит в этой ситуации?!

– Ладно, Юзеф, пошли, проводишь нас, – Вадим поднялся с места, обернувшись к оборотню. – Скажешь что-нибудь ободряющее на прощание?

Юзеф сжал кулаки, точно мечтая хотя бы разок ударить Вадима, но в итоге развернулся на пятках и зашагал на выход, даже не дожидаясь, когда Бурьян и Вадим пойдут следом.

– Зачем ты его изводишь? – тихо поинтересовался Бурьян, не выдержав.

– Это весело, – коротко ответил Вадим.

– И тебя совсем не волнует невыполнимая задача от господина? – Бурьян поднялся с места, не торопясь уходить.

– Да прекрати, – Вадим закатил глаза. – Кшиштоф ещё может меня недооценивать, но вот от тебя даже как-то обидно.

И как это понимать? Бурьяну сейчас ничего не грозит, а вот если Вадим будет себя так вести, то у Кшиштофа лопнет терпение. Впрочем, наверное, они с Вадимом примерно в одинаковом положении.

Во дворе их ждала крытая пустая повозка с пегим конём. Вокруг крутился Ян, которому и поручили всё подготовить, а Юзеф предпочёл как можно скорее уйти, лишь бы не дать Вадиму больше времени на его глупые и неуместные шутки. Ян им тоже ничего не сказал, но оставался рядом до тех пор, пока повозка не тронулась. Вадим снова занял место извозчика, но Бурьян и не пытался быть главным. Выезжая за ворота, он ощутил облегчение от того, что господин Кшиштоф остался позади.

– Жестоко, конечно, было выставить нас вечером, – Вадим запустил руку в карман, вытащил яблоко и протянул Бурьяну. – Будем ночевать в дороге или поедем прямо туда?

– Чем быстрее доедем, тем лучше, – нехотя ответил Бурьян, принимая угощение. – Как ты вообще собираешься разбираться с этим? Раз уж даже Игнатий за целый год ничего не смог сделать…

– Ну, есть способ, – задумчиво выдал Вадим. – Видимо, Кшиштоф решил проверить смогу ли я оправдать звание внука Тихомиры или же просто так громкими словами разбрасываюсь.

– Ты не уверен? – Бурьяна это удивило.

– Я не могу прочесть мысли кадавра, который прикидывается Кшиштофом, если ты об этом, – Вадим слегка хлопнул поводьями, приказывая коню ускориться. – Мне нужно хотя бы разок увидеть его живого, и то расстояние с которого я слышу мысли не бесконечно.

– Тебя этому леший обучил? – на удачу спросил Бурьян, надкусывая, наконец яблоко.

– Можно и так сказать, – Вадим ответил. – Леший бабушку обучал, а уж она мне прочно такие знания в голову вбила.

Бурьян не знал, зачем ему задавать такие вопросы сейчас, но сердце до сих пор было не на месте, внутри всё ныло и очень уж хотелось отвлечься. Он чувствовал себя потерянным, брошенным и совершенно не знал, что делать, кроме как продолжать выполнять приказы некроманта.

– И что? – продолжил Бурьян, кивнув на забинтованную руку собеседника. – Тихомира правда была настолько жестокой?

– Она жестокая, – Вадим кивнул. – Но за дело. Мне правда не раз прилетало за непослушание и глупости, за то что время тратил не на то, чтобы мастерство владения магией улучшить. Но про руку я соврал. Это не она не сделала, а я сам.

– Сам? – удивляла такая неожиданная откровенность.

– Когда тебя обучают чему-то опасному, то всегда есть вероятность облажаться, если плохо слушаешь, – объяснил Вадим. – И я облажался.

Бурьян выдохнул, не в силах представить что за заклинание могло причинить такой вред, что теперь приходится руку под бинтами прятать. Он выбросил в сторону огрызок от яблока, которое вновь хорошо насытило.

– Зачем же было врать о таком господину? – поинтересовался Бурьян.

Раз уж теперь Вадим отвечает на его вопросы, то почему бы не воспользоваться шансом.

– Есть причина, – но на этот раз Вадим решил всё же оставить правду при себе.

Бурьян отвернулся и облокотился о стенку повозки позади, расценив это как окончание разговора. К сожалению, вместе с этим вернулись и все тяжёлые мысли. Его мать мертва, смысла учиться у Кшиштофа уже никакого нет, но сбежать от него он не может, потому что оказался живым сосудом для некроманта.

– И всё же когда он успел провести ритуал, – Бурьян буркнул это вслух себе под нос, даже не надеясь на какой-то определённый ответ.

– Для этого варится зелье из крови того, кто хочет себе сосуд, – но Вадим объяснил. – А потом в течении года каждый день оно по капле добавляется в еду или воду будущего сосуда. Ты бы никогда этого не заметил, раз он держал тебя подле себя и кормил тем же, что ест сам.

Бурьян поджал губы, сдерживая крик. Он как идиот принимал это как сочувствие, а оказалось…

– Почему именно я? – Бурьян согнулся, спрятав лицо в ладони.

Брюнет почувствовал, как ладонь Вадима опустилась ему на спину и сочувственно похлопала. Казалось, что седой знает ответ на любой вопрос, но, видимо, не на этот.