Бурьян был безумно рад, когда каменные стены Сновска выплыли из-за холмов. Вопреки всему, что происходило в Уровинском княжестве, здесь по прежнему было приятно находиться. Неподалёку от города раскинулись поля, засеянные зерновыми культурами, с другой стороны обустроили пастбища, огороженные деревянными изгородями, чтобы животные особо не разбредались, сам город был просторным и казался богатым. Даже крестьяне жили здесь спокойно и особо ни в чём не нуждались. Сновск меньше всего пострадал от жестокого правления Кшиштофа, хотя изменения всё же были. Хоть ворота в город и остались открыты, а их с Вадимом пропустили без всяких вопросов, помимо стражи по городу разгуливали и колдуны, поступившие на службу к главному некроманту. Не все из них умели поднимать трупы, но знали достаточно боевых заклинаний, а потому хорошо защищали столицу. Бурьян же знал, что на столицу им плевать. Этим колдунам платят совсем за другое. Они имели полное право убить любого, кто посмел бы оскорбить господина Кшиштофа, а потому чаще всего ошивались на людных улицах и подслушивали чужие разговоры.

– Остановимся в таверне? – предложил Вадим, когда они оставили свою повозку и лошадь в конюшнях у ворот. – А завтра отведёшь меня к своему господину.

– Я думал, ты к нему быстрее попасть хочешь, – Бурьян нервно хохотнул.

– Негоже в таком виде перед важным человеком появляться, – Вадим развёл руками, указывая на свою одежду. – Было бы неплохо немного подготовиться.

– Что? И штаны свои с волшебными карманами сменишь? – Бурьян не понимал к чему всё это.

Одежда Вадима не выглядела грязной или помятой. Обычная белая рубаха и коричневые штаны. Казалось, что она вообще не может запачкаться. Возможно, он и тут пользуется магией. Тогда что тут такого? С чего вдруг колдуна озаботил внешний вид?

– Ого, ты уже думать своей головой учишься, – Вадим рассмеялся. – Ладно, так и быть, расскажу. Хочу немного по столице погулять, с одной особой встретиться или с двумя…

– Опять одни девки на уме? – Бурьян закатил глаза.

– Господину твоему прислуживать придётся. Кто знает как сильно он меня нагрузит, чтобы проверить на вшивость? – Вадим не стал отрицать. – Неужели мне нельзя отдохнуть прежде чем в рабство себя отдам?

Бурьян застыл, не зная что и ответить. Седой сейчас напоминал маленького ребёнка, выпрашивающего у матери хотя бы пару медяков, чтобы разжиться сладким петушком на палочке, которыми торгуют на рынке Сновска.

– Я против, – отрезал брюнет. – Нечего чужим девушкам голову кружить!

– Да ладно, успокойся, – Вадим отмахнулся, явно не собираясь слушать. – Ну не идти же к твоему господину вечером? Мы устали с дороги. Дай хоть отоспаться. Я заплачу, если у тебя деньги кончились.

Бурьян сжал кулаки от злости. Он прекрасно понимал, что седой поступит так же, как и во Вроцлаве. Просто найдёт девицу и тихонько притащит её к себе, пока Бурьян будет спать. Бесило то, что предотвратить такое он никак не может! Попробовать чары на дверь наложить? Этот колдун наверняка заметит. С другой стороны трудно не согласиться с Вадимом – господин Кшиштоф едва ли будет рад, если Бурьян притащит незнакомого колдуна поздно вечером. После ужина некромант не любит решать важные вопросы, а потому им действительно нужно переждать где-то ночь.

– Вот именно, – закивал Вадим, читая все эти мысли. – Давай вот тут и остановимся.

Он указал пальцем на постоялый двор “Росинка”. Бурьян даже не заметил, как они дошли до него. Вадим уже шагнул к дверям, но брюнету в голову внезапно пришла мысль, которая вполне может помочь, а потому он ухватил седого за запястье, останавливая. Вадим обернулся и с недоумением уставился на спутника.

– Только попробуй хоть к одной девице пристать, – с угрозой выговорил Бурьян, сжав забинтованное запястье сильнее. – Тогда я за тебя перед господином заступаться не буду!

Бурьян выпустил Вадима, отбросив от себя его руку и прошёл внутрь, напоследок всё же уловив на лице седого оттенки досады и, кажется, страха. Тот недолго потирал запястье, но быстро опомнился и шагнул следом.

Таверна оказалась очень оживлённой. Отовсюду доносился смех и галдёж, за каким-то столом играли в кости, за другим просто пировали, а между ними сновали работницы таверны, стараясь как можно быстрее принести всем еду и напитки. Найти хозяина заведения оказалось трудновато, потому как он тоже был страшно занят. Бурьян даже думал, что комнат свободных нет, но ошибся. Им с удовольствием выдали два ключа и с тёплой улыбкой пригласили отужинать.

Вадим теперь выглядел как-то угрюмо и молчаливо окидывал взглядом весёлые компании. Бурьяну казалось, что любая девушка, завидев его, тут же решит подойти, как это было в прошлый раз. Почему-то сложилось впечатление, что они сами к нему липнут, а он и не против. Сейчас же никто не обращал внимания на двух молодых людей – все продолжали трапезничать и занимали их только личные разговоры. Даже девушка, разносящая еду с кухни, просто поставила перед ними заказ и поспешила работать дальше. Седой придвинул к себе миску с солянкой и принялся за еду, вовсе потеряв интерес к окружению. Задорный огонёк в глазах, который появился при въезде в город, погас.

– Это какая-то магия? – тихонько уточнил Бурьян.

– Это еда, – сурово отозвался Вадим.

Судя по лицу вкус здешнего блюда не особо понравился пареньку, поэтому он как-то грубовато отодвинул от себя тарелку спустя пару ложек и уселся, скрестив на груди руки.

– Я не это имел в виду, – Бурьян отрицательно мотнул головой. – Ты будто невидимкой для всех стал.

– Ты сам попросил, – Вадим пожал плечами, обводя глазами весёлое окружение. – А тут всегда так шумно?

– Местные любят проводить вечера в тавернах, – Бурьян кивнул. – Тут и поиграть можно, и новостями обменяться, и поймать какого-нибудь путника, который расскажет что-то интересное.

– Удивительно насколько Гданьск был мёртвым городом, а этот вполне себе живой, – Вадим подпёр рукой подбородок, провожая взглядом молодую девицу в изумрудном сарафане. – Даже не верится, что столица Уровинского княжества при правлении некроманта может выглядеть так.

– Ты бы поосторожнее тут, – предупредил Бурьян, пытаясь выловить среди толпы знакомые лица колдунов. – Есть много тех, кто захочет укоротить тебе язык за неправильные слова.

– И за какие же слова господин Кшиштоф своему оборотню язык так укоротил? – ухмыльнулся внезапно Вадим.

Бурьян открыл рот, чтобы отчитать седого за дерзость, но не смог. Какой смысл объяснять что-то этому упрямцу? Хочет нарваться на неприятности – его право! Бурьян не обязан его защищать.

– Ты сам хотел к господину, – сквозь стиснутые зубы напомнил брюнет. – А теперь передумал что ли?

Видимо словам Вадима действительно верить не стоит. И про матушку поди соврал.

– Шумно здесь, – внезапно Вадим поднялся на ноги. – Пойду я спать. Утром увидимся.

Он похлопал Бурьяна по плечу, как старого друга, и удалился из зала, свернув на лестницу к комнатам. Бурьян опомнился и поспешил следом, но успел лишь увидеть то, как хлопнула дверь в комнату Вадима, а потом раздался щелчок, возвещающий о том, что седой закрылся. Бурьян выдохнул. Он и сам устал. Не было никакого настроения разбираться со странностями Вадима. Завтра он отведёт его к господину, и они расстанутся навсегда. Не стоило, наверное, идти на поводу у этого колдуна. Нужно было сразу вести его к господину и дело с концом, но… Вадим обещал показать матушку. Вдруг завтра с утра он отведёт Бурьяна туда, где её прячут? Не может такого быть, что все эти три года матушка находилась в Сновске! Прямо у Бурьяна под носом. Господин Кшиштоф точно бы нашёл её. В сознание юного некроманта закрались сомнения, но не только против Вадима. Господин теперь тоже казался неимоверно странным. Зачем он попросил Ильяна привезти Тихомиру? И почему именно в Сновск? Бурьян тихо выругался и отправился в свою комнату, решив с утра выспросить у Вадима абсолютно всё прежде, чем отдавать седого на милость господина Кшиштофа.

***

Вопреки всем опасениям, ночь прошла спокойно. Есения старательно охраняла сон княжича, а утром отчиталась, что всё было тихо. Велерад беспокоился, что Есении тоже нужно поспать, но девушка отрицательно мотнула головой, заверив, что полна энергии. Долго препираться с ней не хотелось, а потому они оба спустились к завтраку, где их уже поджидал Рафаль. Хозяйки было не видно, а мужчина вёл себя так, словно это он владеет таверной.

– Ваши сёдла, – вместо приветствия отозвался Рафаль, завидев гостей.

Он похлопал рукой по одному из названных предметов, которые сейчас покоились на одном из столов, за которым обычно трапезничали. Велерад подошёл ближе и придвинул седло, принявшись его осматривать. Оно не было новым, не имело в себе ничего особенного, на рынке такое вполне можно было бы за пять серебряных выторговать, но Рафаль прекрасно понимал, что купить их им сейчас негде, а Велерад не то чтобы сильно разбирался в ценах. Он всегда платил не задумываясь. Вот и сейчас спокойно принялся отсчитывать оговорённую сумму.

– Надеюсь, мои сёдла будут для вас удобными, – Рафаль ухмыльнулся, пряча золотые монетки в мешочек. – Могу даже помочь вам надеть их на коней.

– Вам лучше не подходить к нашим коням, – с угрозой сказала Есения.

– Как скажете, – но Рафаль ни капли не испугался.

– Ох, господа, вы уже проснулись? – в помещение вернулась хозяйка.

Она несла с собой кадку, заполненную постиранным постельным бельём. Так вот чем она занималась с самого утра.

– Я тут мимо коней ваших проходила и заметила, что они как-то плохо выглядят, – сказала она, с грохотом поставив кадку на пол. – Вялые какие-то.

– Вялые? – Велерад нахмурился.

Неужели они вчера их загнали и теперь животным стало плохо? Они не успели отдохнуть за ночь, а это значит, что ехать дальше сейчас на них не выйдет. Есения первой кинулась на выход, будто ей сообщили о пожаре. Велерад широким шагом отправился следом. Животные и правда выглядели не очень. Один конь разлёгся на земле, закрыл глаза и тяжело дышал, а его ноги иногда подрагивали. Второе животное выглядело тоже не лучшим образом. Оно вроде бы пыталось встать на ноги, но зависло на полпути, голова его опускалась так, словно зверя клонило в сон. Они даже не отреагировали на Есению, когда она опустилась рядом и провела ладонью по спине одного из коней.

– Они горячие, – сообщила девушка.

Велерад застыл, не зная, что делать. Тут не просто загнанные животные, они явно заболели. Но как можно было за одну ночь довести их до такого состояния?

– Здесь пахнет странно, – пожаловалась Есения, сморщив нос. – Будто травами…

– Думаешь, их отравили? – уточнил Велерад.

Есения уверенно кивнула. И зачем было травить коней? Ответ пришёл сам, облокотившись о деревянный забор загона, не стирая со смуглого лица лёгкой улыбки.

– Как неприятно, – протянул Рафаль, слегка склонив голову, отчего серьга в его ухе покачнулась. – И как не вовремя.

Велерад уставился на мужчину, который постукивал пальцами по забору, вперившись взглядом прямо в княжича.

– Это ты с ними что-то сделал! – Есения подскочила к нему, желая схватить Рафаля за руку, но тот вовремя успел отойти, так что девушка глупо повисла на заборе, царапнув рукой воздух. – Обманщик!

– Как невежливо с вашей стороны обвинять меня, – Рафаль поднял руки в воздух. – Я радушно согласился вам помочь, даже вопросов лишних о повозке не задал, а вы мне такое… Неужели от меня пахнет, как от коней?

Теперь настала очередь Есении застыть, а Велерад поспешил затянуть её назад, чтобы девушка совсем не перекувырнулась через забор.

– Что? Не ожидали, что я узнаю? – Рафаль хмыкнул, наблюдая за выражением на лице Есении. – У нас тут таких как ты трое. Легко проверить, знаешь ли…

Лицо Есении вытянулось, а потом покрылось красными пятнами от злости. Она сжала кулаки, и Велерад забеспокоился, что сейчас она нападёт на мужчину, а потому положил руку ей на плечо и сжал. Рафаль только что упомянул, что в деревне три оборотня? Это опасно.

– И что с того, что не пахнет?! – выпалила в итоге Есения. – Ты мог кого-то другого подговорить! Хозяйку ту же!

– Но от неё ведь тоже не пахло ничем таким, – Рафаль был абсолютно спокоен. – И снова как-то неправильно получается… Она вам кров предоставила, еду, а вы о ней так… А ведь я мог бы весточку Соломее отправить о том, что одна из её повозок в нашей деревне оказалась. А вместе с тем и те, кто её украл.

Велераду пришлось сильнее сжать плечо Есении, потому как она снова дёрнулась, но попытка напасть оказалась довольно слабой.

– Ты чего-то хочешь от нас? – решил уточнить Велерад.

Он осторожно осматривался вокруг, пытаясь понять не прячутся ли рядом те самые оборотни, которыми Рафаль им угрожал.

– Ничего, – Рафаль развёл руками. – Но вот вы от меня можете захотеть. Раз коней у вас больше нет, а вы очень спешите…

– Так вот зачем ты их отравил! – прикрикнула Есения. – Ты ещё вчера на них засматривался!

– Вам ли, воришкам, меня в нечестности обвинять? – Рафаль усмехнулся. – Но нет. Я ваших коней не трогал. И прямо сейчас готов даже помочь. У меня в загоне есть несколько лошадей, сможете выбрать тех, которые понравятся. Можете оставить тут этих двух, а взамен я дам других, но сверху ещё тридцать золотых потребую.

– И в итоге мы, считай, бесплатно тебе всю повозку отдали, – нахмурился Велерад.

Он понимал, что это всё обман, но они с Есей сами виноваты. Решили остановиться здесь, оставили коней без присмотра, доверились незнакомым людям. Зачем только Тадеуш метку на карте оставил? Будто специально их сюда заманил. Внутри разверзлась пустота, от которой стало больно. Тадеушу хотелось верить, но сейчас княжич понимал насколько глупым решением это было.

– Считайте, что я вас спасаю, – поправил Рафаль. – Разве это не стоит денег? Поехали бы дальше со своей повозкой на этих конях и что? Думаете, что Соломея не узнает своих лошадей? А внутри повозки каждый ящик её знаком отмечен! Спасибо бы сказали, что я ещё большего не требую!

Этого Велерад не знал. Он не осматривал ящики, пока они сидели внутри, смысла же не было.

– С чего бы нам теперь тебе верить! – возмутилась Есения.

– А с чего я должен верить вам? – улыбка резко пропала с лица Рафаля. – Я вас не знаю. Приехали сюда, деньгами швыряетесь, повозку краденую продать пытаетесь. Думаете, нашей деревне проблемы от Соломеи нужны? Стоило просто вышвырнуть вас, а лучше связать да продать ей подороже! Но я ничего не сделал. Теперь снова помощь предлагаю, а вы обвинениями раскидываетесь. Стал бы я это делать, если бы отравил коней? Мне выгоднее вас здесь задержать, а не помогать уехать.

– Тогда кто коней отравил? – спросила Есения.

– Откуда мне знать, – Рафаль пожал плечами. – Тут тоже есть люди верные Соломее. Может, кто-то коней и узнал? Потому и отравил, чтобы вас тут подольше задержать и госпоже сдать. Она за воров награду щедрую платит.

Есения и Велерад переглянулись. Верить этому мужчине не хотелось, но слова его звучали логично. Зачем ему отравлять хороших коней? Мог бы украсть их, чтобы потом назад подороже продать.

– Так что? Пойдёте коней моих смотреть? Или вы никуда не торопитесь? Хотите узнать, кто вам палки в колёса вставляет? – в голосе Рафаля послышалось раздражение.

Он словно обиделся на то, что его подозревали.

– Он мне не нравится, – шепнула Есения.

Велерад кивнул. Ему тоже не доставляло удовольствия быть здесь, но Рафаль был прав. Задерживаться они не могут и не только из-за Соломеи.

– Хорошо, показывай своих коней, – княжич решил согласиться.

Есения нахмурилась, но ничего не сказала. Рафаль поманил их за собой и повёл вдоль деревни, не забыв захватить сёдла. Его загон с лошадьми находился за пределами деревни, а рядом расположилась полянка, огороженная деревянным забором, где кони могли спокойно гулять.

– Я вырубил здесь деревья и выкорчевал пни, чтобы сделать площадку, – зачем-то объяснил Рафаль. – У меня сейчас есть два коня и три лошади. Одна из них беременна, так что её вам не продам, но остальных можете посмотреть.

Животные находились в просторном крытом помещении. Велерад бы назвал это настоящими конюшнями, а не загоном. Рафаль повёл их вдоль, а лошади заинтересованно высовывали головы, чтобы узнать, что происходит.

– Вот этот пегий конь очень вынослив, – Рафаль остановился у первого. – А рядом его брат. Они могут долго ехать без отдыха, но грузы таскать не станут, имейте в виду. Дальше более спокойная лошадь, думаю, она вам не подойдёт. Следом моя беременная кобыла, ну и последняя гнедая кобыла. Она быстрая, но своенравная.

Мужчина остановился и погладил её по морде, отчего она недовольно отдёрнулась в сторону, потому как ожидала угощения, но не получив его, разозлилась. Есения внимательно смотрела на предложенных коней и хмурилась.

– Они меня не боятся, – тихо сказала она.

– Мой брат оборотень, – Рафаль пожал плечами. – Так что мои кони привыкшие.

Невозможно было поверить в такое везение. Если забыть о том, что кто-то отравил коней, можно подумать, что Рафаль и правда пытается им помочь.

– А там что за конь? – но внимание Велерада привлёк вороной конь в самом последнем загоне, которого держали будто бы подальше от всех остальных. – Ты же говорил, что их у тебя пять? Это не твой?

– Это Клятва, – Рафаль слегка поморщился. – Он мой, но… Он вам не подойдёт.

– Клятва? – переспросил Велерад, медленно двинувшись ближе к животному.

Вороной конь фыркнул и взрыл копытом землю, но всё равно вытащил морду и с люботытством потянулся к княжичу, желая познакомиться. Тело его было подтянутым и мощным. Велерад с уверенностью мог сказать, что это животное здесь лучшее. На таком коне ехать будет быстрее всего.

– Зовут его так, – Рафаль кивнул. – Но его за такую цену вам не продам. Он не меньше сотни золотых стоит!

Так вот в чём дело. Он не хочет продавать животное не потому, что привязался, а просто ищет того, кто сможет круглую сумму за него предложить. Велерад заворожённо уставился в красные глаза коня и протянул руку. Издалека животное казалось непослушным, но ласку приняло с охотой. Что-то внутри княжича щёлкнуло. Он забыл обо всём на свете, внутри разгорелось лишь дикое желание завладеть именно этим конём.

– А… Если я доплачу? – выпалил Велерад.

Конь тем временем принялся обнюхивать княжича, опаляя своим горячим дыханием.

– Любой каприз за ваши деньги, – Рафаль лишь довольно улыбнулся.

– Велерад! – а вот Есения возмутилась.

Она быстро подошла к княжичу и зашептала:

– А что если он сейчас поймёт, что у тебя много денег? А потом поедет следом и ограбит? Может, его кони дрессированные? Или заколдованные?

– Это самый быстрый конь здесь, – уверенно ответил Велерад. – Ты же хотела быстрее Вадима найти? Так вот этот конь нам точно пригодится!

Есения сжала губы. Вороной конь потянулся обнюхать и её, но она отошла.

– Не нравится мне всё это, – продолжила шептать Есения. – Может, этот Рафаль просто цену ему набивает? Специально дальше всех поставил и не сказал, что у него такой есть! Это выглядит как обман!

– Еся, я в таком разбираюсь, – заверил Велерад. – Поверь мне…

– Тебе я верю, а вот ему… – Есения покосилась на Рафаля, который решил сделать вид, что разговор его совсем не интересует.

– Раз веришь, то давай выкупим этого, – уверенно заявил Велерад. – Я думаю, что Рафаль его у кого-то украл, вот и пытается теперь продать, но конь явно хорош собой. На нём мы быстро доберёмся куда надо. А ты просто в тень нырнёшь.

В глазах Есении не было того нетерпеливого огонька, который сейчас плясал у Велерада. Девушка смотрела на животное с безразличием и недоверием.

– Тебе решать, – в итоге вздохнула она, отступая в сторону.

Велерада кольнула совесть от такого печального выражения на лице подруги, но ощущение быстро сменилось нетерпением от приобретения такого хорошего коня.

– Я куплю его, – в итоге сказал княжич, шагнув к Рафалю. – Других коней не надо. Только он.

– Если выложишь сто десять золотых, то он твой, – кивнул Рафаль. – Вместе с седлом, разумеется.

Этот мужчина не стал спорить, не стал задавать лишних вопросов, не стал даже пытаться выбить из княжича больше денег. Наверное, это показалось бы ему странным, но в голове засела лишь мысль о том, что он просто обязан завладеть этим конём. Велерад охотно отдал нужную сумму, что Рафаля ни капли не удивило. Недовольной осталась только Есения.

***

Бурьян пытался заснуть, но на этот раз не ощущал спокойствия даже в Сновске. Обычно в этом городе он расслаблялся, мог позволить себе пройтись по рынку, а если попадали на день ярмарки, то Кшиштоф отпускал ученика на весь день, но сейчас веселиться было не с чего. Юноша долго ворочался, прислушиваясь к звукам снаружи, но всё было тихо, в конце концов встал, покинул комнату, попытался снова войти к Вадиму. Дверь была заперта, отчего в голову пришла идея – попробовать залезть через окно. Бурьян спустился, обнаруживая, что народ уже разошёлся. Кто домой, кто в свою комнату, которую снимал здесь. Даже хозяина не было в зале, а потому некого было расспросить видел ли кто седого паренька, выходящего из таверны. Обойдя здание кругом, Бурьян застыл под окнами, которые точно вели в комнату Вадима. Свет там не горел, но это знание никак не успокаивало. Почему-то казалось, что Вадим куда-то сбежал, однако Бурьян не мог придумать зачем бы колдуну это понадобилось.

Седой и сам бы смог добраться до Сновска, но неустанно тащился за Бурьяном, смущал его своими речами, выпаливал неоднозначные фразы, которые застревали в голове и заставляли во всём сомневаться. Его обещание показать матушку окончательно подкосило Бурьяна. Он не хотел верить в то, что всё это время женщина находилась где-то у него под носом. И почему именно Вадим в курсе того, где она?! Брюнет сжал кулаки от злости. Чувство несправедливости душило его, не давая сейчас сдвинуться с места. Ну залезет он в окно, а дальше? Если Вадим спит, значит станет поводом ему доверять? Слишком слабо. Да и нет никаких гарантий, что этот колдун выпалил всё это не ради обмана. Прочёл его мысли, вот и пытается теперь настроить Бурьяна против господина. Но что если Вадим не соврал?

Выдохнув, Бурьян прикрыл глаза и тихо забормотал нужное заклинание, сосредоточившись на глазах. Он чувствовал, как его магия медленно потекла по телу, послушно обволакивая глазные яблоки. Когда брюнет распахнул глаза, мир вокруг изменился. Всё будто заволокло тяжёлым тёмным туманом, а мимо шныряли чёрные тени, прячась за дома и забиваясь в щели. Бурьян покрутился на месте, чувствуя, как сердце сжимается от страха. Безопасная столица превратилась в скопление мелких духов, которые быстро шныряли вокруг и совсем не выглядели дружелюбными. Юный некромант немного прошёлся, наблюдая за тем, как чёрные тени носятся вокруг, но никого не трогают, однако ему всё равно стало холоднее. Иногда духи зависали над каким-то домом, продолжая зловеще кружить, будто очень хотели попасть внутрь. Только вот зачем? Неужели здесь всегда было такое количество теней?

Пройдя ещё немного, Бурьян остановился, уставившись на холм, на котором возвышался бывший терем князя Болеслава. Именно там сейчас засел один из двойников Кшиштофа, и именно над ним бешено кружились тени. Они разгонялись и устремлялись вперёд, но неизменно врезались в невидимую преграду, не в силах проникнуть внутрь. Бурьяну перехватило дыхание, а голова закружилась. Он никак не мог понять, что происходит, но осознавал, что это как-то не нормально. Пока заклинание не иссякло, Бурьян прогулялся по улицам, натыкаясь на тени, которые будто хныкали, сжавшись в комочки и улегшись рядом с чужими домами. В конце концов, Бурьян присел на лавочку возле кузни и выдохнул, чувствуя, что головокружение усиливается, вызывая тошноту. Он прикрыл глаза и дождался, пока действие заклинания пройдёт, но тошнота никуда не исчезла. Посидев ещё несколько минут, юноша всё же вернулся в таверну. Поднявшись к себе, он рухнул лицом в подушку, ощущая, будто из него выкачали все силы. Он попытался выбросить увиденное из головы. Чего он вообще хотел добиться? Сам найти матушку? В таком месиве из духов попробуй разберись. Бурьян перевернулся на спину и уставился в потолок. Думать о том, что матушка была одной из этих жутких теней не хотелось.

Так и не найдя сил на сон, Бурьян дождался, когда первые лучи солнца лизнули облака, а потом спустился вниз. К его счастью, работницы таверны уже проснулись и вовсю хлопотали по хозяйству, так что услужливо предложили юноше позавтракать. Есть ему не хотелось, но он согласился, в надежде, что аппетит появится, когда он увидит еду. Каша с вишнёвым вареньем со своей задачей не справилась, а потому была отодвинута на центр стола. Бурьян вперился в неё взглядом, принявшись стучать пальцами по столу. Он не додумался проверить Вадима, а подниматься уже не хотелось, поэтому юноша надеялся, что седой сам скоро выйдет. К нему накопилось немало вопросов, но как их задать?

Через пару минут вишнёвое варенье в каше стало казаться ему кровавыми кусочками, поэтому Бурьян прикрыл глаза, ощутив приступ тошноты. Он не особенно любил вишнёвое варенье, но вишня была любимым лакомством господина Кшиштофа, поэтому в княжестве частенько старались подавать именно её.

– Какой симпатичный молодой человек, а сидит тут в гордом одиночестве, – звонкий девичий голос заставил Бурьяна открыть глаза.

Перед ним плюхнулась молодая девушка с длинной чёрной косой и светлыми зелёными глазами, которые ярко поблёскивали в полутьме. На ней была белая рубаха с красивой красной вышивкой на рукавах и воротнике, заправленная в чёрные свободные штаны из плотной ткани. Так обычно одевались девушки, которые путешествовали, а вот местные предпочитали щеголять в сарафанах разных расцветок. Бурьян остановил свой взгляд на ромашке, которую девушка прятала за ухом. У незнакомки была бледная кожа, на вид будто шёлковая, приглушённые розовые губы, круглое миловидное лицо. Она показалась не старше самого Бурьяна.

– Мы знакомы? – осторожно спросил он.

Юноша понимал, что перед ним сидит ведьма, но она не походила на тех колдунов, которые прислуживают господину Кшиштофу и вылавливают неверных. Те любили рядится в чёрные одежды. У Бурьяна и самого они были, но так как он путешествовал, пришлось переодеться, чтобы не привлекать внимание.

– Нет, но я надеялась это исправить, – девушка приятно улыбнулась, подперев рукой подбородок. – Меня зовут Ворса, а тебя?

– Бурьян, – юноша напрягся, не особенно понимая, что происходит. – Зачем тебе со мной знакомиться?

– Ну, знаешь, – Ворса хмыкнула. – Я только что в город приехала, никого тут не знаю, вот и решила начать с тебя. Мне знакомства тут очень нужны.

– Мы в таверне, – подметил Бурьян. – Откуда тебе знать, что я не уеду через пару часов? Тогда моё знакомство тебе будет бесполезно.

Он подозревал, что скорее всего это какая-то травница, решившая, что в столице будет проще зарабатывать, потому и подсела. Но Бурьяну её услуги были ни к чему. Он и сам неплохо разбирался в травах.

– А ты что будущее умеешь предвидеть? – Ворса рассмеялась. – Даже если уедешь, вдруг мы ещё пересечёмся? А у знакомой поди проще помощи будет попросить.

Она игриво подмигнула, ставя Бурьяна совсем уж в неловкое положение. Впервые девушка к нему приставала, а он понятия не имел, что тут можно поделать.

– Если ты не заметила, я колдун, – Бурьян старался сохранять хладнокровие. – А потому мне от тебя едва ли может пригодиться помощь.

– Ой ли, – девушка вновь хохотнула. – Я по твоему угрюмому личику вижу, что проблемы у тебя. Ты же вон как весь сжался. С девушками поди совсем не умеешь общаться, а я вот с таким как раз и помогаю. Любую заставлю в твои объятия кинуться.

Ворожея, значит. Катается по свету и продаёт свои приворотные зелья, вот и пристала к Бурьяну. Наверняка надеялась здесь застать побольше народу, но ещё было слишком рано, вот и пристала к единственному посетителю.

– Обойдусь без такой помощи, – Бурьян отрицательно мотнул головой.

– Понимаю, – Ворса кивнула. – Такое личико точно девушек привлечёт само по себе, но вот холодность, с который ты общаешься… Никуда не годится. Все разбегутся.

– И пусть, – Бурьян пожал плечами. – Переживу. Уж лучше так, чем унизительно подливать в чужой напиток зелье и против воли держать человека подле себя.

– Ворожба по-твоему только зелья? – Ворса закатила глаза и достала из волос ромашку, принявшись крутить пальцами. – Есть много способов сделать так, чтобы тебя полюбили. Некоторые даже лучше зелий работают.

Бурьян понадеялся, что его грубость отпугнёт ворожею, но она никуда не собиралась, продолжая прокручивать ромашку.

– Мне не нужен ни один способ, – надавил юноша. – Я не собираюсь у тебя ничего покупать, как бы ты ни старалась.

– Что же? Я тебе совсем не нравлюсь? – Ворса обиженно надула губки и прекратила крутить ромашку.

– Не нравишься, – подтвердил Бурьян. – Поэтому поищи кого-то другого, чтобы продать свои услуги.

– Обидно даже как-то, – Ворса не сдвинулась с места, перебирая лепестки пальцем, будто пересчитывая. – А я ведь могу тебе сейчас доказать, что ты мне врёшь.

– Вру? – Бурьян вскинул брови.

– Ещё как, – Ворса кивнула. – Смотри сюда.

Он опустил взгляд на ромашку, наблюдая за тем, как девушка обхватывает пальцами лепесток, а потом резко его отрывает.

– Любит, – мягко сказала она, не сводя глаз с Бурьяна. – Не любит.

Второй лепесток опустился на стол, а ворожея продолжила вкрадчивым ласковым шёпотом.

– К сердцу прижмёт, – она оторвала ещё лепесток. – К лешему пошлёт…

– Что за ребячество, – нахмурился Бурьян, чувствуя себя не в своей тарелке.

Он видел, как девчонки часто так гадали на парней, но они дурачились, ради смеха, однако сейчас что-то было не так. Голос ворожеи слышался будто издалека, но проникал так глубоко, звучал изнутри.

– Любит, – продолжила Ворса. – Не любит.

– П-прекрати… – Бурьян почувствовал, что перед глазами всё плывёт.

– К сердцу прижмёт, – но девушка и не думала остановиться. – К лешему пошлёт.

– Стой… – Бурьян потянулся вперёд, желая вырвать цветок из девичьих рук, но тело не слушалось.

Вместо этого он вцепился в край стола, чувствуя, как внутри сдавливает сердце и утягивает куда-то вниз. Он ни разу не сталкивался с таким приворотом! Неужели сейчас его разум будет под чужим контролем? Ему стало трудно дышать. Но тут голос девушки стих, сознание прояснилось, и Бурьян увидел, как Вадим грубо вырвал ромашку из рук ворожеи.

– Отдай! – возмутилась она, поднимаясь с места.

Вадим поднял цветок над головой, тот вспыхнул, превратившись в пепел, а Бурьян, наконец, смог дышать. Он всё ещё сжимал край стола так крепко, что костяшки пальцев побелели.

– Ты совсем что ли! – Ворса толкнула Вадима в грудь, раздосадованная его поведением.

– Это ты тут ненормальная! – седой сердито схватил девушку за запястье. – Я первый сюда добрался, а значит ты обязана выполнить уговор! Или решила, что обмануть меня сможешь?

– Уговор… – пробормотал Бурьян всё ещё приходя в себя.

– Пусти! – Ворса пыталась теперь выкрутиться из хватки. – Этого в уговоре не было! Я обещала, что слушаться тебя буду!

– А я просил тебя такое творить?! – Вадим оттолкнул девушку, отчего та споткнулась и плюхнулась на стул позади.

Бурьян вскинул брови. Он впервые видел, чтобы Вадим так грубо себя вёл с девушкой.

– Так было бы легче! – возразила Ворса, потирая запястье.

– Тебе ещё раз напомнить, кто тут решает? – в голосе Вадима слышалась угроза.

Девушка отвернулась, не выдержав взгляд колдуна и что-то буркнула себе под нос.

– Что… Что происходит? – сдавленно спросил Бурьян.

Он бы тоже хотел возмутиться, но мысли всё никак не хотели встать на место. Ему будто кто-то залез в голову и всё там перевернул, отчего он даже не мог подобрать нужную эмоцию.

– Приворожить тебя пытались, вот что, – резко ответил Вадим.

– Я это заметил, – Бурьян спрятал лицо в ладонях, чувствуя теперь небольшую головную боль. – Но… Вы, кажется, знакомы?

Он отнял руки и принялся переводить взгляд с новоприбывшей на Вадима. Девушка теперь смотрела куда угодно, только не на них, а Вадим задумчиво почесал затылок.

– Про какой уговор шла речь? – не успокаивался Бурьян, чувствуя, как гнев медленно поднимается наружу.

– Вот и выкручивайся теперь, – Ворса показала Вадиму язык.

– Заткнулась бы, – рыкнул на неё Вадим, а потом вздохнул. – Бурьян… Мы с этой барышней просто немного поспорили.

– Немного поспорили? – Бурьян всё ещё чувствовал себя не лучшим образом, но уже был готов перевернуть стол. – И темой спора, видимо, стал я? Кто быстрее задурит Бурьяну голову? Весело придумали!

– Нет же… – Вадим помассировал переносицу. – Послушай…

Он явно нервничал и сейчас пытался подобрать слова. Ворса лишь хмыкнула, довольная своей выходкой. Она откинулась на спинку стула, решив молча понаблюдать за проблемой, которую сама и создала.

– Наслушался я уже твоих лживых речей! – прикрикнул Бурьян.

Юноша только сейчас заметил, что в помещении никого нет, даже работниц, а очень пригодилось бы сейчас позвать парочку колдунов господина Кшиштофа. Один Бурьян с двумя не справится. Брюнет поспешил встать и быстрым шагом направился к выходу, но по итогу влетел в невидимую стену, которая от удара слегка зарябила. Барьер? И когда этот седой успевает?! Бурьян отошёл на шаг, потирая нос и чувствуя себя неимоверным идиотом.

– Тебе его не уговорить, – пропела Ворса, наслаждаясь происходящим.

– Бурьян, я ничего против тебя не задумал, – Вадим решил проигнорировать её. – Успокойся, и я объяснюсь!

– Против меня не задумал, а против господина?! – брюнет резко развернулся к ним лицом, чувствуя снова головокружение. – Я не идиот! Ты всю дорогу меня против него настраиваешь! А с этой когда успел сговориться? Во Вроцлаве, да?

Он вспомнил женские ноги, которые торчали из-под одеяла. Дыхание перехватило. Раз эта девица попыталась Бурьяна приворожить, что если и Вадим у неё под пяткой? Поэтому Соломея и не смогла ничего сделать, ведь седой уже под приворотом!

– Ты его приворожила? – Бурьян уставился на девушку.

– Пыталась, да не вышло, – та пожала плечами. – На нём проклятие лежит. Сердце каменное. Не способен никого любить, вот и приворожить не выйдет, кто бы чем ни пытался.

– Молчала бы о том, чего не знаешь, – огрызнулся Вадим.

И правда. Не сходится ничего. Если бы девица Вадимом управляла, то зачем бы ему было следом за Бурьяном тащиться и спасать его всё это время? Мысли в голове рассыпались, как башня из деревянных кубиков. Он прокручивал в голове всё, что ему известно, но картинка не складывалась. Бурьян прикрыл рот ладонью, почувствовав тошноту.

– Слушай, мы с ней поспорили совсем не о том, – тон Вадима смягчился, когда он обратился к Бурьяну. – Она ко мне в таверне подсела, выпить предложила, разговорились. Как узнала, что мы с тобой к господину Кшиштофу едем, так и попыталась меня приворожить, но не вышло, вот я и поспорил с ней – кто из нас раньше до столицы доберётся. Если бы она выиграла, я бы её желание исполнил, но выиграл я, так что она целый год обязана меня слушаться. Я просто хотел проучить нахалку. Уж зачем она к тебе полезла… Видимо, решила, что через тебя меня прогнуть сможет. Не могу сказать точно.

– Ты? И не можешь точно сказать, что у НЕЁ в голове?! – возмутился Бурьян.

Сердце слегка сдавило болью, напоминая о том, что ещё чуть-чуть и глупая клятва будет нарушена.

– Убить я твоего господина желаю, – спокойно ответила Ворса. – А этот мне помешать захотел. Я когда тебя увидела, поняла, что проиграла, но подумала, что смогу иначе всё повернуть, но теперь уж…

Бурьян вскинул брови. Неужели Вадим не врал? И он пытался спасти Кшиштофа?

– Теперь обязана мне год служить, – продолжил за неё Вадим. – И раз уж на то пошло, то оставь нас вдоём. Дай поговорить нормально.

– Как скажете, – Ворса встала и неуклюже поклонилась, после чего спокойно вышла.

Её барьер не задержал.

– Я… Не понимаю… – Бурьян думал, что голова сейчас взорвётся от обилия мыслей и вопросов.

– Я решил, что она может быть полезной, – Вадим плюхнулся на стул и устало вздохнул. – Она не только ворожбу знает, она ещё и перевёртыш.

– Перевёртыш? – Бурьян нахмурился. – Оборотень, ты хотел сказать?

– Нет, именно перевёртыш, – Вадим отрицательно мотнул головой. – Редкое умение, но ему обучиться можно. Думаю, года мне вполне хватит… Перевёртыши могут в любое живое существо обернуться когда угодно, от полнолуния не зависит. Это не проклятие, а заклинание. Она может птицей обернуться и путь намного быстрее будет. Может кошкой стать и в любую щель пролезть. Способна много обликов принимать… Я мог бы убить её, но жаль терять такие навыки, вот и решил прикарманить, ведь я сильнее стать хочу, а потому любые методы готов использовать. Я не думал, что она на тебя напасть решит. Прости.

Неожиданно откровенно звучали слова седого, а на лице его проступила усталость, словно он тоже не спал всю ночь. Вадим иногда хмурился, будто от боли, а от улыбки не осталось и следа. Только сейчас Бурьян понял, что колдун выглядит каким-то заболевшим.

– Я же сказал, что к твоему господину за силой иду, – продолжил осторожно Вадим. – Мне нет смысла его убивать, тем более не хотелось бы, чтобы кто-то другой пробовал. Девица эта взбалмошная. Знаю, что её просто убили бы, но я её не спасаю, а лишь использую ради того, чтобы выучиться тому, что не знаю. И настраивать тебя против господина не собираюсь. Если хочешь, могу клятву магическую дать? И о том, что господина Кшиштофа убивать не стану, и что тебе вредить не буду. Сам подумай – чего мне стоило твой разум поработить?

Он был прав. У Вадима было достаточно времени, чтобы магически с Бурьяном что-то сделать, но он даже и не пытался. Колдун мог убить юного некроманта за пару секунд – в этом Бурьян не сомневался, но вот он стоит живой, а Вадим опять его от проблем спасает.

– Тем более, – седой вздохнул. – Ты сейчас запросто можешь меня обвинить в чём угодно, когда к господину приведёшь. У него там наверняка много колдунов на охране? Не справлюсь же я со всеми. Только вот кто тебе тогда покажет, где матушка?

– Угрожаешь… – Бурьян стиснул зубы от злости. – Откуда мне знать, что ты правда знаешь, где она?! Я ночью по городу прогулялся с тем заклинанием! Но кроме толпы теней ни черта не увидел!

– Потренировался. Это хорошо, – Вадим кивнул. – Только вот заклинание так далеко не показывает же. Нужно близко стоять, чтобы такое увидеть. А сейчас только я знаю, где она.

Бурьян сжимал и разжимал ледяные ладони. Как же это подло со стороны Вадима! Пролез к нему в голову и теперь точно знает, чем манипулировать! Но Бурьян же не мог проверить врёт этот колдун или нет? Более того, он не представлял, какое решение примет господин Кшиштоф на его счёт. Брюнет дико устал. Он хотел бы уже отделаться от всех проблем и спокойно продолжить обучение. Но хотел и поверить Вадиму хотя бы на счёт матушки. Слишком долго Бурьян её искал, чтобы отказываться сейчас от призрачной надежды.

– Я отведу тебя к господину после завтрака. А потом ты покажешь мне, где моя мать, – медленно процедил Бурьян.

– Не советовал бы так часто заклинанием баловаться, – Вадим нахмурился. – Оно много концентрации требует. Могут проблемы быть…

– Я сказал, что хочу увидеть её сегодня! – рявкнул Бурьян. – Не собираюсь больше твои хотелки исполнять! Надоело, что ты меня за идиота держишь! А если обманешь, как ты и сказал – здесь полно колдунов, которые помогут твой лживый рот навсегда заткнуть!

На самом деле угрожать Бурьяну было нечем. Он чувствовал себя жалким, но гнев прожигал изнутри, заставляя повышать голос и осыпать такими глупыми угрозами. Ничего не мешает Вадиму размазать Бурьяна по стенкам таверны прямо сейчас.

– Хорошо… – но он сдавленно согласился. – Как скажешь…

Это поведение совсем выбивало из колеи. Бурьян хотел ещё кричать, однако слов больше не находил. Голова гудела, его тошнило и трясло. Юноша развернулся и на этот раз смог выйти на улицу спокойно – Вадим убрал барьер.

***

Велерад принял решение скорее покинуть странную деревню, чему Есения была очень рада, но её веселье быстро сменилось безразличием, когда она натыкалась взглядом на морду нового коня Велерада. Девушка ещё попыталась сказать, что это неправильно как-то, но княжич пообещал, что найдёт настоящего хозяина после того, как они Вадима догонят и проблему с ним уладят. Негодование девушки совсем утихло, когда ретивый скакун в два счёта провёз их через лес и уже к вечеру они прибыли в Новы-Тарг, хотя, судя по карте, ехать пришлось бы с ночёвкой, а останавливаться в лесу. Но страшный Лютобор, которым пугал Тадеуш словно сам расступился, давая путникам спокойно проехать куда нужно.

Они спокойно заехали в город, оставили Клятву в конюшне, а сами отправились в постоялый двор напротив. Здесь атмосфера была как-то поприятнее, чем в предыдущих городах. Народ суетился, куда-то спешил будто, к чему-то готовился. Городок оказался приветлив и дружелюбен, встретив гостей так радушно, что показалось, будто они тут свои.

– Вы уж простите, что так носимся тут, – жена хозяина таверны с широкой улыбкой выставляла перед ними ужин. – К празднику готовимся, вот и всполошились все.

– Что за праздник? – поинтересовалась Есения, придвигая к себе блюдо с курицей.

– День рождения господина Кшиштофа, – с гордостью ответила женщина. – Надо ярмарку подготовить и гуляния будут. А вы разве не за этим приехали?

– За этим, – поспешно ответил княжич, стараясь звучать убедительно. – Только мы в столицу едем. Не думали, что и тут празднества будут.

– А как же! – в голосе женщины послышалось возмущение. – Мы все обязаны праздновать такой день!

Велерад же заметил, как глаза дамы метнулись куда-то вбок, а лицо побледнело. Может, ему показалось? Может, это от освещения?

– Что ж, приятного вам аппетита, – кивнула женщина. – Если завтра утром рано встанете и в дорогу соберётесь, то как раз к началу праздника в Сновск поспеете! Надеюсь, сможете себе там комнату то найти? В такие дни все в столицу едут!

Она рассмеялась и отошла, а Велерад тихонько осмотрелся. Помимо их с Есей в помещении были ещё люди, а среди них княжич выловил двоих в чёрных одеждах. Получается, женщина не просто так напугана оказалась? Скорее всего эти двое могли бы вполне вмешаться, скажи хозяйка что-то не то. Впрочем, со стороны казалось будто людям тем вообще не интересно ничего, кроме выпивки перед собой. Они разливали по кружкам вино и над чем-то гоготали, а лица их раскраснелись от выпитого алкоголя.

– Нужно быть осторожнее, – шепнул Велерад.

– И без тебя знаю, – буркнула Еся.

– Ты всё ещё сердишься? – княжичу не понравился её тон. – Сама теперь видишь, как полезно было коней сменить.

На это Есения ничего не ответила, предпочитая обратить всё своё внимание на еду. Велерад оправдываться не видел смысла. Он сделал то, что следовало. Даже если Рафаль обманул их, чтобы нажиться, другого выхода всё равно не было. Пришлось бы идти пешком, если бы не этот конь. Он оказался даже лучше, чем Велерад себе представлял. Возможно, если бы Есения не спряталась в тени животного, а согласилась бы ехать верхом вместе, она бы осознала насколько конь хорош. Даже жалко будет его настоящего хозяина потом искать. В голове промелькнула мысль нарушить обещание и оставить животное себе, а потом уколола совесть – а как же Яхонт? Нет, вороной конь должен вернуться к настоящему хозяину. Так будет правильно. А пока Клятва может и княжичу Хорнянскому послужить.

После ужина Есения и Велерад разошлись по разным комнатам. Место показалось им достаточно безопасным, а двери закрывались на ключ, поэтому можно было не опасаться, что кто-то влезет. Да и кому бы в таком мирном городе заниматься подобным? Так думал Велерад, укладываясь спать. Поначалу и правда всё было хорошо, но грохот с первого этажа заставил княжича подскочить. Он напрягся, прислушиваясь, но тишина была верным спутником темноты. Неужели ему показалось? Или во сне было так реально, что он проснулся, а теперь думает, что всё взаправду? Велерад уже был готов перевернуться на другой бок, чтобы продолжить спать, но шум снова раздался. Будто кто-то внизу протащил по полу тяжёлый сундук, в котором что-то громыхало и перекатывалось. Велерад напрягся. Что могло там происходить? Хозяин таверны принёс ящики с продуктами? Не похоже. Да и зачем заниматься таким посреди ночи?

Внутри отчего-то стало беспокойно, а потому княжич откинул в сторону одеяло, оделся и схватил меч. Он подошёл к двери, повернул ключ и потянул её на себя. Велерада встретил тёмный коридор, по которому промчалось нечто ещё более тёмное. Княжич вздрогнул, схватился за меч, но тень проползла по полу и скрылась под дверью в комнату Есении. Сердце княжича ухнуло вниз. Какое-то существо пролезло к Есении? Он уверенно двинулся вперёд, протянул руку и дёрнул дверь. Закрыто. Конечно. Велерад постучал, сам не понимая на что надеясь. Ответа не последовало. Неужели придётся ломать дверь? Княжич решил не торопиться и застучал ещё раз. Он не прождал и секунды, ощущая, как неясный страх захватывает разум, а потому почти сразу же забарабанил ещё. Из-за этого Велерад не услышал шаги Есении, не слышал, как открылся замок, а потому сильно удивился, когда перед ним предстала его подруга в слегка растрёпанном виде.

– Что случилось? – спросила она и хотела выглянуть в коридор, чтобы понять, кто так сильно напугал княжича.

Велерад же обнажил свой клинок, отодвинул Есению в сторону, а сам прошёл в комнату, готовый к бою. Он просто обязан убить то существо, пока оно не навредило Есении!

– Ты чего? – удивилась девушка.

Велерад остановился в центре комнатки, обвёл её взглядом, слыша как собственное сердце готово вырваться из груди от волнения.

– Велерад? – Есения положила ладонь ему на плечо, отчего княжич вздрогнул и обернулся.

Есения хмурилась, не сводя глаз с его лица. Коса девушки слегка растрепалась, а одежда была явно напялена впопыхах. Велерад открыл рот, чтобы объясниться, но краем глаза заметил движение около кровати девушки. То самое существо! Недолго думая, Велерад рубанул по кровати. В воздух поднялся гусиных пух из повреждённой перины, а меч застрял в деревянном каркасе.

– Ты что творишь?! – испуганно прикрикнула Есения.

Велерад рванул меч на себя и развернулся, видя, что существо змеёй уползло в сторону окна. Он вновь замахнулся, готовый рубануть, но тень просто пропала, заставив княжича замешкаться. Куда она делась?

– Велерад! Что происходит? – Есения сжала ему запястье, заставляя опустить оружие.

– Встань за мной! – скомандовал Велерад.

Он попытался рукой отвести Есению в сторону и загородить, но девушка-оборотень явно была посильнее физически. Она встала перед Велерадом, крепко сжимая его руки и не давая снова рубануть мечом. В её глазах виднелся красный отблеск.

– Что происходит?! – требовательно сказала она.

– Отпусти! – княжич безуспешно попытался вырваться. – Здесь какая-то тень! Наверное, дух! Он навредит тебе…

– Дух? – но Есения лишь крепче сжимала его предплечья, грозя сломать. – С каких пор ты духов видеть способен?

Обычный вопрос ощущался так, словно Есения влепила ему пощёчину. С каких пор он видит духов?

– Я… – Велерад медленно опустил оружие и окинул комнату взглядом.

Гусиные пушинки теперь покрывали пол и трепетали от малейшего сквозняка, который проникал в комнату через щели в окне. Он завис на повреждённой кровати, а по спине от такого зрелища побежали мурашки. Он правда заявился к Есении посреди ночи и рубанул кровать лишь потому, что увидел духа? Хотя прежде их никогда не видел. На тело почему-то навалилась дикая усталость после этого осознания. Он слегка пошатнулся, но Есения поддержала.

– Тебе плохо? – забеспокоилась она. – Отравился чем? В еде яда не было…

Она потянула носом, видимо, чтобы окончательно убедиться, что ничем плохим от княжича не пахнет. Велерад же снова растерянно обвёл взглядом комнату, даже не замечая, что меч вывалился из руки и теперь лежит рядом. Он правда чувствовал себя как-то странно. Изнутри поднимались непонятные эмоции вроде смеси страха и гнева, а тело била мелкая дрожь, будто он заболел.

– Велерад? – ладонь Есении легла ему на лоб и показалась неимоверно холодной.

– Прости, – он не смог не отпрянуть. – Я… Наверное, приснилось что-то не то… Прости…

Он просто не мог подобрать слов, чтобы объясниться перед ней. Есения продолжала хмуриться. Едва ли она бы смогла понять, что с ним сейчас происходит. Кошмары Велераду снились только после смерти матушки, но он давно переборол тот страх, а сейчас… Сейчас было что-то странное. Почему-то хотелось немедленно сесть на коня и уехать.

– Должно быть ты устал столько без нормального сна, – предположила в итоге Есения. – Хочешь я и сегодня тебя посторожу?

– Нет… Не надо… – Велерад продолжал сверлить взглядом повреждённу кровать.

Ему было стыдно.

– Давай комнатами поменяемся? – предложил он. – Я здесь посплю. Раз уж так вышло…

Внутри всё равно осталось ощущение, что в комнате кто-то есть, а потому хотелось проверить, убедиться.

– И как ты спать будешь, когда из перины пух летит? – Есения пнула ногой, отчего несколько пушинок поднялись в воздух и закружились.

– Как-нибудь, – буркнул Велерад и свой голос показался неимоверно чужим. – Я же виноват…

Буквально пару минут назад ему казалось, что Еся в опасности, и он обязан её защитить, но чем дольше стоял в её комнате, тем сильнее понимал, что ошибся. Это было лишь наваждение с просонья.

Есения сначала молчала, будто пыталась что-то на лице Велерада высмотреть. Он даже не чувствовал, что всё это время девушка сжимала его подрагивающую ладонь. Сам Велерад смотрел куда угодно, но только не на неё. Ему хотелось, чтобы та тень появилась снова, хотелось доказать свою правоту, но… Еся права. Он не способен видеть духов. С чего бы сейчас? И тут девушка вздохнула. Она подняла с пола меч, убрала его в ножны, а после потянула Велерада за собой.

– Нет уж, пойдём, – ворчала девушка.

Княжич смотрел лишь под ноги, наблюдая, как белые пушинки, отдалённо напоминающие снег, разбегаются в стороны. Есения привела его в комнату и усадила на кровать.

– Еся… Это же нечестно… – нахмурился Велерад.

Тело его было слабым, мысли куда-то постоянно ускользали, а голос казался тихим и чужим.

– Ложись! И к стенке отворачивайся! – скомандовала девушка, уперев руки в бока.

Велерад не нашёл в себе сил возразить. Он правда хотел спать. Глаза слипались, а значит он так и так не смог бы продержаться остаток ночи. Он лёг и зажмурился, чувствуя, как сердце бешено колотится о рёбра, но иногда странно замедляется. Позади он ощутил какое-то шевеление, а потом осознал, что Есения легла рядом. Она прижалась к его спине и принялась тихо напевать колыбельную. Это действительно помогло княжичу заснуть.