Глава 11

Ответ получился коротким и ёмким. Вероятно из-за моды на суховатость официальных посланий в среде благородных особ, действующей при таких переписках. Вон, стоит вспомнить, как Синтия взъерепенилась всего-то от парочки подозрительных выражений в письмишке.

Зато в письме у Каролины не получилось никакой двоякости толкований, как зачастую случается в мессенджерах, особенно при автоматической подстановке и замене слов. Да и само Самописное Перо появления таких казусов не допускает, не балуясь форменной отсебятиной. В общем, согласие на присоединение к обществу поступивших дано и я в нём упомянут, как верный друг и хороший товарищ, приглашённый девушками за компанию.

Ответ был отправлен с посыльным, коего как-то вызвал Сэр Грин, а мы расстались на время, чтобы подготовиться к появлению в обществе богемной молодёжи. Моя подготовка ограничилась валянием на кушетке и дремотой, а чем занимались сёстры мне не известно. Да и незачем мне эта инфа.

В условленное время меня разбудили стуком в дверь.

Тук-тук-тук!

— Открыто! — крикнул я, моментально выйдя из дремоты.

По звукам шагов и девичьих разговоров, доносящихся из прихожей, более похожей на малую комнату, я определил приход обеих сестёр.

— Сэр Барклай Де-Толли, вставайте и приведите внешность в порядок, — настойчиво распорядилась Каролина. — Помятость лица и одежды следует срочно исправить, — добавила она.

— О-кей! — я сварганил знакомую всем фигуру из пальцев, напоминающую зайчика с ушками. — Встаю и мчусь умываться.

— Эм-м?..

— О-кей — это короткое «хорошо», — я быстро среагировал на проявление замешательства дам.

Я поднялся и прошёл в санузел спальной, где наскоро умылся и влажными ладонями разгладил незначительные складки одежды. Собственно камзол, это тот же длинный пиджак, остался висеть на вешалке в прихожей и не пострадал от моего отдыха. Ну, а штанам с гетрами ничего итак не грозило. Стрелок то нет в этом мире. Так что, я скоренько появился перед девчатами уже бодреньким и отрезвевшим после общения с художником Рольфом.

— Ну что, мы идем, или как? — я бодрячком подтвердил полную готовность к действиям.

— Э-мм, погоди-ка минуточку, — Синтия сосредоточилась и осмотрела меня, обойдя по кругу с придирчивым выражением ревизора. — Так, а теперь посмотрим на внешность вместе с камзолом, — девушка подала мне вещь, которую я тотчас надел.

— Не сочтите меня излишне назойливым, но мы часом не опаздываем? — я отважился аккуратно поторопить сестёр.

— Нестор, постой спокойно — нам положено задерживаться, в разумных рамках правил хорошего тона! — мою инициативу тут же осекли. — Выше подбородок! М-мм… Так-с, чего скажешь, сестрица? — новоявленная контролёрша заинтересовалась мнением Каролины, так же оценивавшей мою внешность с позиции соответствия аристократическому дресс-коду, как я думаю.

На просьбу сестры Каролина среагировала вдумчивым созерцанием, подперев подбородок указательным пальчиком.

— Незаконченный образ, — вынесла свой вердикт Леди. — Не хватает Тёмного акцента! — уточнила она с двойственным смыслом, одинаково применимым и к деталям в одежде, и к магической составляющей.

— Вы меня будто к смотринам готовите, — пробурчал я, стараясь не терять позитива.

— Точно! Я сейчас буду, — предупредила Синтия, развернулась и выскочила из моего номера.

Я успел лишь плечами пожать и вознамериться сесть, пока егоза куда-то бегает, но дамочка вернулась чересчур быстро, едва я подумал о стульчике. В руках у шустрячки появилась коробочка, точнее шкатулка, украшенная живописной и тонкой резьбой. Она занялась мной и буквально через пару минут всё задуманное девушками стало готово.

Меня, откровенно говоря, украсили. Теперь на горле под воротником красуется крупная брошь, как у старого Лорда Де-Толли, а в манжетах торчат солидные запонки. Камни в изделиях глубокого чёрного цвета.

— Дайте-ка угадаю, — заговорил я, рассматривая своё отражение в зеркале. — Вы с собой возите фамильные украшения дедушки.

— Всё верно! — Каролина подтвердила мою догадку. — Поэтому, дорогой Шевалье, я надеюсь на твою внимательность, исключающую потерю семейной реликвии, — грациозно добавила строгая Леди, с ноткой язвинки в подтексте.

— Но-у проблемс, мэм-с! — торжественно заявил я и щёлкнул каблуками, однако прозвучавшую фразу явно не поняли.

— Прости? Что? — в унисон переспросили сёстры.

— Э-ээ, на очень южном сленге, то есть на специфическом диалекте древних сторожил, эта фраза означает, что никаких казусов быть не может, уважаемые Леди! — озвучил я расшифровку, легонько поправив прямой перевод, чисто ради оглядки на особенности баронского воспитания и на возможные буйные реакции девушек. — А теперь мы идём?

— Пора, — наконец-то со мной согласились.

— Да-да, а если мы и опаздываем, то лишь слегка, — оптимистично уточнила положение дел Синтия. — Всё будет о,кей! — звонко и весело выразилась она в заключение, что при её раритетном наряде звучит несуразно, прямо как сочетание имя и отчества у Шахерезады Максимовны Джонсон.

Мы отправились вниз, в холл, где нас предсказуемо ожидают невозмутимые Жан с Жаком, в компании с непроницаемым морозом Мо. Привратник, дворецкий и он же администратор Доходного Дома отчего-то задержался сегодня на службе, хотя заявлял о работе до шести часов вечера. Ну, может тут есть сверхурочные выплаты.

На мой взгляд, вся эта троица стоит друг друга. Услужливые помощники подали нам плащи с головными уборами, а Мо подал мне ещё и трость. Как же без этого атрибута?

— Вы будете к ужину? — участливо поинтересовался Сэр Грин, адресуя вопрос как бы всем, но поверх наших голов.

— Мы на бал же идём, — напомнил я или пояснил, не зная о осведомлённости Сэра.

— В таком Случае, Леди, — он поклонился сначала дамам, — Сэр Нестор, — он и меня удостоил такой же чести, — я попрошу приготовить для Вас окорок косули на углях и вы отужинаете по возвращении, — спокойно ответил приказчик, как занимающий ещё и эту должность, тоже соответствующую кругу его ответственности.

Х-мм? Я прямо разволновался из-за такой постановки ответа — разве на званых ужинах плохо кормят? Спросить напрямую — так вдруг опять засмеют, или я снова вляпаюсь в сущее недоразумение с кучей неудобных вопросов. Потерплю, но учту.

Из дома вышли сначала помощники девушек, кои попридержали открытыми двери для нашего беспрепятственного выхода прямо к карете, уже ожидающей у ступеньки парадного крыльца. Рядом с транспортом мы увидели некоего молодого парня, одетого очень богато и более взрослого человека, одетого торжественно.

Парень имеет трость с треуголкой, как и я, и стоит в позе расслабленного и очень гордого перца. У взрослого человека из под шляпы торчат кудрявые пряди белого парика и он держит открытой дверку кареты. Несложно понять, ху из ху в этой парочке.

Здороваться сразу же мы с сёстрами не спешим, соблюдая правила благородного этикета. Да и вообще, даже дремучим ежикам ясно, что первыми подаёт реплики встречающая сторона. Короче, мы вышли и остановились вместе помощниками Баронесс, ставшими чуть позади нашего трио.

— Разрешите представиться, Натан Фон Рамон, к Вашим услугам, — представился парень.

Вместе с представлением, Натан изящным движением снял треуголку, выставил вперёд правую ногу, поклонился, оттопыривая задницу назад и помахал головным убором перед собой. Это ритуальный поклон благородных аристократов, походу пьесы. Надо запомнить.

— Баронесса Каролина Фон Шелдон!

— Баронесса Синтия Фон Шелдон, к Вашим услугам!

Девушки чуть присели с короткими поклонами и с оттягиванием в стороны краёв своих пышных платьев, натянутых поверх кучи подъюбников, вместе с проволочными каркасами, скорее всего.

— Шевалье Барклай, Нестор, к Вашим услугам! — я тоже манерно представился, нарочно упустив приставку Де-Толли в инициалах и не нашёл ничего разумнее, кроме как повторить манёвр со своей треуголкой, на манер действий встречающей стороны.

— Будем наконец-то знакомы! — не скрывая радости и с широкой улыбкой, продолжил официальную часть встречи Барон. — Я не смог удержаться и решил лично Вас встретить, — он поклонился и чуть отошёл в сторону, открывая нам путь к карете. — Прошу, размещайтесь, — Натан жестом протянутых рук пригласил нам сесть в транспорт. — Какое счастье, что Вы откликнулись на приглашение прибыть на неофициальный приём, где мы можем узнать о друг друге массу интересных подробностей, в свете совместной учёбы, — запричитал Барон, — я так рад, так рад нашей встрече, а уж как обрадовался Мистер Люкреций, когда мы прочли Ваш ответ — и словами не выразить!

— Признаюсь, приглашение оказалось весьма неожиданным, однако сегодняшний вечер оказался свободным и мы не смогли ответить отказом от столь явного выражения доброго внимания к нашим скромным персонам, — сдержанно и по-светски выразилась Каролина, соблюдая вежливый политес.

Девушки стали первыми при посадке, как и положено. Следом в карету влез я, а замыкающим стал наш встречающий. Мы разместились внутри на диванчиках.

Мне выпало сесть рядом с Синтией, а Барону с Каролиной. Кучер, он же слуга, аккуратненько закрыл дверку, а помощники обеих Леди зашли за карету. Там есть специальная площадка, вроде как называющаяся запятками, на которых Жану и Жаку суждено путешествовать до конечной точки маршрута. Слуга же взгромоздился на лавочку впереди, м-мм, по-моему на облучок, на такое высокое и жёсткое сиденье для кучера, что в передней части кареты, и там взял на себя управление лошадьми.

Карета тронулась и я направил свой взгляд в окошко, ставя акцент на своей заинтересованности архитектурой города. Если честно, то я просто не хочу что-то ляпнуть при разговоре и не попасть в неудобное положение. Мало же опыта общения с благородными этого нового мира.

— Далеко ли городская усадьба Шевалье Шпеера? — Синтия задала тематику дорожной беседы.

— Нисколько! — Барон охотно поддержал разговор. — Дом Графов расположен практически в центре, у Наклонной Площади, которая считается главной в Роккенхедже, — зазвучали поясняющие слова. — Там находится и основная достопримечательность Королевства, это Главный Кафедральный Собор, в котором проводятся все значимые собрания с присутствием Короля Августа! — не без гордости заявил наш сопровождающий. — Рядом усадьбы и особняки с дворцами всех Королевских Канцелярий рассыпаны, по центральным примыкающим к площади улицам, — он многозначительно покивал, толсто намекая на крутость Династии Шпееров.

— Удивительное соседство, кто бы мог подумать! — с восхищением отозвалась Синтия.

— Да-да, представьте себе! — закивал Барон с выражением единственного в своём роде носителя таинств великих. — Там рядышком, буквально в шаговой доступности, расположена и резиденция Секретариата Королевской Исполнительной Канцелярии! — добавил он таким тоном, словно сказал о месте стоянки шаттлов с инопланетянами.

— Поразительно! — мне тоже пришлось удивиться, чтобы не стать белой вороной и ненароком не обидеть Барона и его товарища по аристократическому цеху, Шпеера, то есть.

Мне пришла в голову потрясная идея поинтересоваться чином родителя принимающей стороны, но я вовремя отмёл этот порыв, чтобы не выглядеть глупо. Девушки же не спрашивают этого. Значит им что-то известно о жизни и о людях в столице. О известных людях, по крайней мере, ведь Шпееры по-любому относятся к таковым, коли их резиденция или усадьба, не важно как правильно домик их звать, находится в центре. Может они местные олигархи, как вариант.

Пока я отвлекался на свои мысли, в карете продолжились разговоры на всякие разные темы, включая обсуждение ливня, бахнувшего среди дня.

Размеренно стучат подковами лошадки, колёса лязгают железом по мостовой, я же бездумно уставился в окошко кареты, просто смотря на всякие изменения по пути следования.

К примеру, город стал каким-то косым. В том смысле, что география мест и архитектура, как и мой вестибулярный аппарат, начали вовсю заикаться о косогоре, на коем и расположились улицы с причудливыми ансамблями фасадов домов. Стало быть, скоро мы будем на Косой Площади, или Наклонной её обозвали… Да и не так это важно. А важно то, что где-то в этих краях находится та самая Канцелярия, упомянутая Рольфом и раздающая грамоты на добычу Чёрных Сердец в городских катакомбах.

Не успел я как следует заскучать, как карета остановилась.

— Ну вот мы и прибыли, — констатировал очевидное Натан.

— Действительно, не так и далеко мы путешествовали, — высказалась Каролина по факту. — Что ж, уважаемый Барон, прошу Вас, сопроводите нас дальше, — добавила Баронесса, чисто ради приличия и поддержания светского диалога, как мне показалось.

— Прошу! — любезный Натан указал нам на дверку, которая тут же открылась благодаря расторопным действиям кучера.

Тут уже я подсуетился и выскочил первым, действуя чисто по наитию, чтобы галантно подать руку выходящим сестричкам. Такое поведение мне показалось правильным, что тут же и подтвердилось благосклонным выражением Барона и благодарными взглядами девушек. Замыкающим вышел Натан.

Короче, я интуитивно поступил согласно правилам этикета. По крайней мере, уж точно не противореча им, а иначе мне поставили бы ошибку на вид. А ведь мог бы запросто накосячить. Фу-ух!

Необходимо впредь контролировать себя и действовать осмотрительнее. Достаточно будет хотя бы на полшажка просчитывать возможные варианты последствий. М-да, легко загадывать, а вот следовать…

Итак, покинув карету мы сперва огляделись, чтобы восхититься размерами Наклонной Площади и монументальностью административных строений, представляющих собой красивые замки со шпилями и прекрасно сочетающимися с фасадами домов и частными резиденциями. Позолоты в отделках тьма тьмущая.

— Нам сюда, позвольте сопроводить Вас! — предупредительно сказал Барон и подставил локоток Каролине, правильно истолковавшей сей немудрёный жест и пришвартовавшейся.

Я же подставил свой локоть весёлой Леди Синтии, тоже принявшей моё приглашение прогуляться под ручку, после чего мы вошли в открытые ворота городской усадьбы Шпееров. Да-да, она имеет свой огороженный участок и перед главным фасадом, и наверняка за самим зданием существует частная огороженная территория. Позади нас осталась площадь и куча карет с личными слугами и помощниками уже прибывших гостей. Там и Сэры Жак с Жаном остались.

Стоит отметить, что усадебка расположена в таком месте площади, с которого открывается вид вниз, на прекрасный далёкий пейзаж разноцветных черепичных крыш городских построек. Крутоватое место. А мы как-бы поднимаемся, идя по гравийной дорожке к главному входу. По обе стороны дорожки красуются насаждения, представленные в виде ухоженных цветочных кустов и редких деревьев.

Симпатичненькое местечко и явно не рассчитанное для проживания простых горожан, пусть даже с хорошим достатком. Центр же, ё-моё!

Особо шокируют нюансы передвижения в паре с девушками. Причём с любыми, если оные обречены так наряжаться, как это делают баронессы. Проволочный подъюбник не позволяет приближаться к партнёру ближе пятидесяти сантиметров. И идти получается страх как неудобно.

У меня даже глаз в нервном тике задёргался, когда я с ужасом представил себе, как же тяжело и хлопотно им придётся садиться на стульчики, а ещё и за общим столом. Хотя, проволочный каркас их нарядов значительно сплющен сзади и спереди, что раздаёт девушек в основном по бокам. В любом случае — это какая-то несуразная жесть. Б-рр!

Мы добрались до входа в усадебный особняк, преодолев и затяжной подъем по дорожке, и широкую лестницу, длиной ступеней в полсотню, если грубо.

Сам лицевой фасад украшен колоннадой, высокими арочными окнами и массивным навесом с пологими скатами, подпёртым аж четырьмя мускулистыми атлантами. Правда атланты имеют крылья, сложенные за их спинами и звериные головы. Лепнина замысловатая и обрамляет все детали фасада.

Перед высоченными дверями главного входа дежурят трое служителей. Это двое швейцарцев, по одному на каждую створку и главный распорядитель, он же старший слуга, распорядитель, дворецкий или приказчик, держащий в руках длинный позолоченный шест. Одеты все в кричащую богатством форменную одежду. По-моему в ливреи, в такие специальные наряды для всяких лакеев, швейцаров, кучеров и иных слуг в великосветских домах и при дворах.

В отделке костюмов используются яркие цвета. Красные, золотые и жёлтые. Аксельбанты и широкие ленты, называющиеся галунами. Плюсом идёт династический герб, вышитый золотом на груди в районе сердца, но сейчас мне сложно его рассмотреть. А-аа, ещё и кудрявые парики белого цвета — куда же без них.

Распорядитель с шестом подошёл к Барону Рамону для уточнения имён вновь прибывших. Перекинувшись парочкой фраз господа разошлись и мы встали на исходную позицию. Старший швейцар подобрался, сердито глянул на двух слуг и кивнул. Те взялись за ручки, выдержали короткую паузу и распахнули двери, открыв нашему взору главный праздничный холл резиденции.

Афигеть! Я словно в музей попадаю.

Это огромное помещение высотою до крыши, возносящейся этажа на четыре, если сравнивать с привычными высотами многоквартирных домов. Присутствует разделение пространства на две равные части. Первая начинается от дверей и упирается в главную лестницу, подымающуюся во вторую часть холла. К слову, высота второй части меньше на две трети от первой.

Первый зал окружён колоннадой, отстоящей на небольшом расстоянии от стен. Эти архитектурные элементы похожи структурой на коринфский стиль Древнего Рима и маскируют множества проходов в стороны и дверей разного назначения. Почему я это знаю? Так экзамен был с вопросами о архитектурных решениях древних цивилизаций. В художественном смысле.

Глаз радует масса лепного декора, прекрасно сочетающегося со стенной и потолочной росписью. Меж колонн вывешены вертикальные штандарты и флаги Объединённого Королевства и конкретной фамилии. Присутствуют и зеркальные элементы, и обязательный декор из множества статуй с пустыми доспехами и с холодным оружием меж портретов на стенах.

Бу-м-м!

Старший швейцар, он же глашатай, жахнул посохом об мозаичный пол и все гости в холле, а это человек тридцать молодых дам и господ разделённых группками по интересам, замерли и посмотрели на вход. То есть на нас, вошедших и тут же остановившихся. Регламент приёма такой.

— Уважаемые Дамы и Господа! — зычно заговорил глашатай. — Представляю Вам… — короткая многозначительная пауза. — Леди Баронессы Фон Шелдон и Шевалье Барклай Де-Толли! — проорал он торжественным тоном и опять шандарахнул посохом по полу, но уже дважды.

Бу-м-м! Бу-м-м!